Глава 13

Лена. Спустя несколько дней…

— Алло, — отвечает мне знакомый женский голос.

— Людмила, здравствуйте.

— Л-лена?.. Господи! Леночка, это ты⁈ Я так переживала за тебя!

Я попросила Богдана номер, с которого я ему тогда позвонила, и он дал его мне. Мне захотелось дать знать Людмиле, что со мной все в порядке. Да и отблагодарить ее, как Богдан мне посоветовал.

— Да, это я.

— Я все эти дни сама хотела позвонить на этот номер, но так и не решилась. Как ты? С тобой все хорошо?

— Я в Москве. Богдан взял меня в свой дом, хочет помочь забрать детей. Он уже за это короткое время сделал для меня очень много.

— Я так рада за тебя. В клинике до сих пор обсуждают, как он героически спас тебя из этого ада, с которым теперь и не знаю, что будет. Скоро, наверное, новую работу пойду искать.

— А что такое?

— В клинике проверки. Постоянно приезжают разные люди. Журавлев как на иголках. Ему, вроде как, даже срок грозит. Сразу после твоего отъезда отсюда выписали около тридцати пациенток.

Угу, мужья их подсуетились.

— Это к лучшему. Это место не должно существовать.

— Согласна. А работу я быстро найду. Может, устроюсь к частнику. Так и денег больше.

— Людмила, я звоню не только не для того, чтобы сообщить вам о моем состоянии. Но и для того, чтобы отблагодарить. Богдан, кстати, настоял на этом.

— Да вы что… Ничего мне не нужно.

— Это не обсуждается. Вы… ты очень рисковала из-за меня. Мало ли, что они сделали бы, если бы узнали…

— Да ничего бы не было. Увольнение только. А я и так уходить хотела…

— Тем более. Пока работу найдешь… К этому номеру привязан счет?

— Ну да. Но Лен…

— Отлично. И не возражай. Если бы не ты… они бы меня там убили. Или я себя.

— Тебе точно ничего теперь не угрожает? Твой муж до тебя не доберется?

— Скоро он перестанет быть моим мужем. Богдан все сделает. Мне и видеть его не придется для развода.

— Ну этот твой Богдан настоящий принц на белом коне.

— Так и есть, — вздыхаю в трубку.

Принц… Но теперь между нами пропасть. И я чувствую себя бесконечно виноватой.

— Ты тогда мне не успела ответить. Он тебе… больше чем друг?

— Когда-то, какое-то время… был. Но я приняла неправильное решение и…

— Не рассказывай. Чувствую, тебе это тяжело.

— Да, может как-нибудь лично расскажу. Вот встану на ноги, детей заберу, так и приеду в гости.

— Ой, я только рада буду. Познакомлю тебя с дочерью и внуком.

Закончив на приятной ноте разговор с Людмилой, я с помощью Татьяны переодеваюсь.

Сегодня съемки. Буквально через час.

Я очень нервничаю.

Но Богдан говорит, что так надо, и я понимаю почему. Он хочет прижать Андрея как следует. Чтобы сорвались все его планы. И это только первый шаг. Богдан не остановится. Я уверена.

Спустя полчаса, когда я максимально убого выгляжу, ко мне в комнату приходит Богдан.

— Ну как я тебе?

— Специалисты как надо с тобой поработали.

Серости лицу добавили, синяки под глазами. Зрителям должно быть меня жалко.

— Ну да…

— Ты этого не хочешь?

— Что? С чего ты взял?

— Ты не хочешь, чтобы случившееся с тобой стало достоянием общественности?

— Об этом я думаю в последнюю очередь. Я и раньше была в центре внимания. Мне не привыкать. Я понимаю, как это нужно, так что у меня нет претензий.

Богдан кивает и подходит ко мне ближе.

— Тебе будут задавать вопросы. Отвечай на них честно. Не бойся раскрыться. Всплакнуть тоже будет уместно.

Мне и выдавливать из себя не придется.

— Я поняла. Я умею на камеру работать.

— Да, это я знаю. Видел твою фотосессию…

— Что? Какую?

— Ну ту, что три года назад была. В красном платье.

— А… Вот какая, — поджимаю губы. Очевидно, Богдан следил за мной всегда. Только в последнее время успокоился, потому и не знал, что я ходить не могу.

Я на тех фото недавно родила Сашу. Только что пришла в форму.

— Я за тобой следил, — признается Богдан, переводя взгляд в окно. Прищуривается из-за света, из-за чего его морщинки у глаз становятся глубже. — Все пытался понять, правда ли ты счастлива…

— Была. Мне казалось. Но теперь я понимаю… Он все время любил ее. А я была удобной женой, с которой не стыдно было показаться на публике. Он использовал меня.

Нэлли — какое-то проклятие в его жизни. Она ведь не лучше меня. Она настоящая стерва. Потому он и не смог с ней быть тогда, в молодости. Видимо, сейчас тяга к ней перевесила здравый смысл, а еще тут трагедия со мной как кстати…

Раздается стук в дверь. Кто-то говорит, что все уже готово.

— Приехали. Пора, — говорит Богдан, и я киваю ему.

Съемки длились около трех часов. За это время успел наступить вечер.

Журналистка не стеснялась. Каждый вопрос хлеще другого. Но я выдержала. Ответила на каждый вопрос достойно и правдиво.

Когда все это выйдет… Андрею конец. И сомневаться не стоит. Его репутации придет конец. Даже не знаю, как его принцесса отреагирует на такое. Может и сбежать.

— Выпьешь? — спрашивает Богдан, подавая мне бокал.

— А мне, наверное… Хотя ладно. Сегодня можно, — беру бокал из его рук. — Спасибо.

У меня хорошее настроение. Я чувствую, как стала на шаг ближе к своим детям.

Богдан садится со мной рядом на диван.

— Устала?

— Так, немного, — делаю глоток из бокала и будто в прошлое попадаю. Я этот вкус хорошо помню. Даже спустя столько лет. — Это же…

— Да. Это оно. Странно, что ты помнишь.

— Я… все помню, — отвожу взгляд на секунду. — Тебе не пора? В смысле уже поздно, а ведь у тебя кто-то есть. Тебе не обязательно тут со мной сидеть. У меня все хорошо будет.

— Я никуда не спешу, — отвечает Богдан. — Мне хотелось бы закончить наш тот разговор наверху.

— О моем муже и Нэлли?..

— Скоро он перестанет быть твоим мужем. Да и не интересно мне, что у него там с Нэлли. Тебе разве нет?

Мне становится не по себе. Такое ощущение, что Богдан хочет снова сблизиться. Взгляда с меня не сводит. Того самого взгляда.

Мне нельзя его отвергать. Без него у меня ничего не получится. Мне придется быть такой, как ему надо.

Вместо того, что дальше вести с Богданом откровенный разговор, который мне невыносим, я подаюсь к нему и сама целую в губы.