Глава 19

Елена

Мои вещи уже здесь, а Богдан снова уехал куда-то.

Однако уже через час он возвращается. Я слышу, как он открывает дверь.

Я сейчас на кухне, собиралась сделать чай. Только что разобрала свои вещи. Шкаф свободный заняла. Надеюсь, он не против.

— Лена, ты где?

— Я здесь. На кухне, — говорю громко.

Богдан входит в кухню с двумя пакетами. Ставит их на стол.

— Чем занималась?

У него другой голос и поведение. Он словно успокоился и больше не злится на меня. Так мне кажется во всяком случае.

— Вещи разбирала. Что? — брови приподнимаю. — Я не такая беспомощная, какой кажусь.

— Что ж, тогда разбери пакеты. Я заказал еду из ресторана. А я пока в душ.

— Хорошо. Только, пожалуйста, спусти вниз несколько тарелок из шкафа. Высоко.

Богдан молча это делает, я благодарю его кивком, и он уходит из кухни.

Смотря ему вслед, я улыбаюсь.

Подъезжаю на коляске к столу и начинаю разбирать пакет.

Да, набрал он столько, что еще на утро останется.

Часть еды я разогреваю, а салаты просто перекладываю в тарелки. Грею воду для чая.

Когда Богдан приходит, то у меня уже все готово.

Он переоделся по-домашнему, волосы уже не идеально уложены.

— Уже все приготовила. Ты и правда не беспомощная, — выдает легкую мимолетную улыбку.

— Да. Это так. Богдан, у меня к тебе просьба…

— Какая?

— Я пересяду на стул. Ты мог бы… на время ужина выкатить кресло из кухни?

Богдан смотрит на меня несколько секунд, а потом подходит ко мне и подает руку.

— Я могу сама, — делаю усилие, чтобы встать, но с его помощью. Пару шагов в сторону, и я оказываюсь на стуле. — Спасибо…

Богдан выкатывает кресло и возвращается в кухню. За стол садится напротив меня.

— Ты сделала чай…

— Да, нашла его. А ты хотел кофе?

— Да нет. Поздно уже для кофе.

— Вот и я так подумала, — беру вилку в руку. — У тебя красивая квартира, — отмечаю я. Не молчать же.

— Помнишь мою старую квартиру?

Помню…

— Конечно, помню, — пробую салат. — Она рядом с тем парком, где мы встретились впервые.

— Угу. Ты обронила свой браслет, но не услышала меня. Пронеслась мимо и даже не оглянулась.

— Я была в наушниках. А потом мы увиделись, и ты вручил мне браслет. Мне вот одно любопытно: зачем ты взял его с собой на мероприятие?

Меня вообще не должно было быть на этом мероприятии. Но я оказалась на нем по вине подруги.

Помню, как он поймал меня за запястье и надел браслет мне на руку. Это один из самых ярких моментов в моей жизни. Хотя, казалось бы, что в этом такого.

— Так получилось, — ухмыляется. — У меня тогда перед вечером не было возможности переодеться. Твой браслет остался у меня в кармане.

— Это был дешевый серебряный браслет. Странно, что ты оставил его у себя. Тем более, ты же не знал, что встретишь меня снова.

— Я подумал, что отдам его в следующий раз. Очевидно, что ты в этом парке бегала каждый день.

— Ты правда собирался прийти снова ради этого?

— Может быть. Ешь мясо, — переводит тему. — Тебе нужно много сил, чтобы восстановиться.

— Кстати, насчет восстановления. Врач теперь будет сюда приходить?

— Нет. Это не безопасно.

— Ты думаешь…

— Я не исключаю никакой возможности. Пару недель не будет занятий. Но у тебя есть программа. Будем заниматься по ней. Я буду тебя страховать.

Улыбнувшись, я пробую мясо.

Мы будем заниматься вместе. Он будет рядом, и тогда мне придется бояться.

— Хорошо.

А еще… мне так хочется поговорить о том, что было. Тогда, много лет назад.

Но он точно разозлится. Не захочет говорить. Но меня так мучает то, что он считает, что я вот так просто взяла и отвернулась от него много лет назад. На самом деле это не так.

Да и зачем нам говорить об этом… Может, когда-нибудь.

Мы ужинаем почти в тишине, перебрасываемся лишь редкими фразами.

— Привезти твое кресло?

— Нет. Не хочу его сегодня видеть. Хотя бы сегодня. Лучше помоги мне дойти до комнаты. Кстати, я заняла твой шкаф. А это ведь твоя спальня. Я не смотрела, если ли тут другие комнаты.

— Ты будешь спать там, — поднимается из-за стола и идет ко мне.

— Сначала надо убрать все.

— Я сам закину тарелки в посудомойку. Руку давай.

— Хорошо…

Я крепко хватаюсь за его руку и делаю очередное усилие, чтобы встать.

Нет-нет… Такая слабость накатила. Но я что есть сил держусь. Я и так полгода жалела себя.

— Ты не можешь идти. Давай я… — уже хочет сам поднять меня.

— Нет! Я справлюсь…

— Я не врач, но уверен, что перенапрягаться вредно.

— Все хорошо… Я могу, — делаю еще шаг.

Но видя, как мне тяжело, он все же подхватывает меня на руки и несет в спальню. На кровать усаживает. Я злюсь, но в то же время очень ценю его заботу.

— Я бы смогла…

— Не сомневаюсь, — отстраняется. — Какой шкаф ты заняла?

— Вон тот. А зачем ты…

Он открывает шкаф. Ищет в нем что-то. Находит мою пижаму. С ней ко мне идет.

— Не желаешь помыться?

— Я сегодня уже мылась после занятия. Достаточно.

— Хорошо. Тогда… помочь тебе переодеться?

— Я… я еще не собиралась ложиться спать. Рано еще.

— Но я уезжаю скоро. Ночью меня не будет.

Вот как…

От нахлынувшего разочарования у меня внутри словно что-то опускается внутри. Он собрался к этой женщине.

— Не переживай. Переодеться я могу сама. Ты тогда на всякий случай кресло завези ко мне в комнату. Вдруг оно мне понадобится.