Глава 22

Молодая женщина энергично прошагала в гостиную. Мы все двинулись за ней. Ник подошел к бывшей невесте совсем близко.

- Послушай, ты, - с расстановкой сказал он, - ты понятия не имеешь о моих чувствах к Ляльке. Может, я и ошибся в том, что хотел ребенка именно от тебя. Но для своей дочери я делаю все. А Ева, наконец, дала ей ту материнскую любовь, в которой нуждается каждый ребенок!

Ник разгорячился, все остальные застыли на месте. Есения побледнела и только приоткрывала губы.

- Материнскую?! Что ты имеешь в виду?! – взвизгнула она.

Никита проигнорировал вопрос.

- Зачем ты пришла? – устало спросил он.

Есения, в свою очередь, не спешила отвечать экс-жениху. В разговор, наконец, вступил Цветков.

- Никита, - сладко начал он, - мы всего лишь хотели увидеть Лялечку. Есю только сегодня выписали, и я узнал, малышка тоже дома! Все на нервах, но мы не чужие люди…

- Сейчас, - Ник прервал речь «доброго полицейского», - ребенок спит. Вы правильно вспомнили, Лялька была в больнице. И тревожить ее я не позволю. Можете прийти днем, предварительно позвонив.

Павел натянуто улыбнулся и явно не знал, что ему делать. Качать права или не выпадать из образа доброго родственника. Его дочь же взорвалась.

- Что ты о себе возомнил, Ледянский?! – крикнула она. – Думаешь, неплохо устроился? Спишь с прислугой, которая заглядывает тебе в рот! Приволок сюда ее невоспитанную дочку! Эдакий Робин Гуд! Запомни, Ляля – моя дочь. Любой суд в данной ситуации встанет на сторону матери. Поэтому лучше тебе со мной дружить. Ты использовал меня и теперь просто обязан мне помочь!

Меж бровей Ледянского легла морщинка.

- В чем? – на автомате уточнил он.

Есения вскинула голову.

- У меня назревает крупный контракт. И берет меня данная марка для своего лица в качестве невесты Никиты Ледянского. О тебе еще помнят, черт бы тебя побрал! Поэтому ты будешь со мной столько, сколько потребуется! Иначе я забираю девочку, и уже ты будешь приходить по предварительному звонку!

- Мы рассчитывали на тебя, Никита… - попробовал подпеть дочери Цветков.

- Вон! – перебил его Ник. – Вон из моего дома!

Еся еще чем-то угрожала, но отец принялся оттеснять ее к двери.

- Пусть Ник подумает, - «благородно» заключил он.

Да и, видимо, просто испугался безумного вида Ледянского. Крупная фигура бывшего хоккеиста двинулась на недавних родственников. Есения, конечно, превзошла самую немыслимую наглость. Зато ее поведение начало приобретать логичные рамки – через связь с Никитой она хотела не только иметь безбедное существование в данный момент, но и получить выгодное предложение по работе.

- Нужно поменять код на замке в воротах.

Никита проводил незваных гостей, заперся. Мужчина явно старался держаться передо мной спокойно, но от него буквально искрило напряжением. Я быстро подошла и обняла его за плечи. Прижалась щекой к его шее. Наш снежный король просто пылал.

- Родной мой, - прошептала я, - поступай как нужно. Я тебя в любом случае пойму и не буду держать зла. На первом месте у тебя должна быть Лялька…

Ник резко отстранился, схватил мои локти. Внимательно заглянул в глаза.

- На самом важном месте для меня все вы, - отрезал он, - Лялька останется со мной. Также как и ты, Тася. Я никуда тебя не отпущу! Выкинь из головы подобные мысли!

- Ник, давай посмотрим мою карту, - уже без страха предложила я.

Я не говорила Никите о своих безумных предположениях. Едва затворилась дверь за одной матерью, тут нарисовалась бы с галлюцинациями другая! Но и он не спросил, зачем мне понадобились бумаги. Мы просто пошли в кабинет и уставились на непонятные записи.

- Нас стимулировали вместе с Есений, - пробормотала я, - женские циклы должны были сравняться. Это я и так знала, а больше ничего не могу разобрать.

Ник кивнул.

- Я покажу карту своему врачу или сразу отдам ее Принцу. Адвокату, который будет защищать мои интересы.

По моей коже прошел мороз.

- Как страшно, Никит.

Мужчина привлек меня к себе.

- Справимся.

***

Никита.

Лялька проснулась, и Ева ушла к ней. Я вновь поместил документы в сейф – каким-то чудом я умудрился их убрать вместе со свидетельством Ляли. По сути никаких плюсов они Есении не давали. Зачем моя бывшая невеста хотела их стащить? Что она намеревалась это сделать, я был практически уверен.

Я выключил свет в кабинете и шагнул к лестнице. Заглянул в комнату к Таське, девочка крепко спала. Слава богу, хватит ей уже потрясений. Если Оля совсем маленькая и реагирует на напряженку дома температурой, то у Таси могут и вовсе открыться психологические проблемы. Сначала сосед их донимал, потом отец. А позже ее обвинили в порче картин. Тут не всякий взрослый выдержит.

Оставив Тасю, я двинулся к комнате Ляльки. Дочка уже лежала в колыбели, Ева склонилась над ней и внимательно смотрела. Если Лялька вздрагивала, женщина гладила ее поверх одеяла. Сурмама ждала, пока малышка уснет или просто витала в каких-то своих мыслях. Я подошел ближе.

Длинные темно-каштановые реснички, коротенький носик – наша Оленька вырастет красавицей. Внезапно я вспомнил вечер, когда впервые пришел в гости к родителям Еси. Кричащий роскошью особняк, чопорный ужин. Лишь после мы немного расслабились за просмотром семейных фото. Я еще долго потом подшучивал над невестой. На детских фотографиях она была такой смешной и хулиганистой. Ничто не могло выдать в ней будущую модель, разве что долговязый рост. А так обычная девчонка со двора – торчащие русые волосы, прищуренные глазки, обрамленные светлыми ресницами и бровями. Ляля совсем на нее не похожа.

Я тряхнул головой и снова посмотрел на Еву. Она зачем-то взяла Лялю за ручку, повернула запястьем к себе. Странно, что она не боится разбудить ребенка. Потом она и вовсе приложила к ручке дочки свою руку. Что-то разглядывала. Я тоже склонился, и в висках застучало. На нежной коже моих девочек красовались почти одинаковые родинки. Ева резко вскинула взгляд. Я больше не мог держать внутри распирающие мысли.

- Ты думаешь о том же, о чем и я? – спросил я ее.

Ева отпустила ладошку маленькой, обняла себя руками.

- Это бред, Никита, - сказала она, - я не могу быть матерью Ляльки.

Впервые кто-то из нас озвучил вслух сумасшедшее предположение. Оно было совсем сказочным, я даже не знал, как относился к нему.

- Еся странно себя вела и ведет, - тихо заметил я, - а Ляля… Даже доктор сказал, она на тебя похожа!

Я повысил голос, и Ева сорвалась с места. Женщина быстро зашагала к лестнице, я следовал за ней. Наверху спят дети, там не место для таких разговоров.

- Ник, я боюсь! Я боюсь об этом думать!

Лицо Евы было растерянным. Хотелось обнять ее, но я чувствовал – не время. Нужно дать ей выговориться, хоть слушать ее так тяжело.

- Это ужасно.

Я удивился, нахмурился. Неужели одна мысль о том, чтобы быть мамой Оли для нее отвратительна? Есения не приближалась к малышке, теперь ее чурается Ева? Грудь сдавила боль, но я все решился на вопрос.

- Почему, Ева? Ты хоть немного ее не полюбила?

Женщина посмотрела на меня большими влажными глазами. Словно пыталась разобрать мою фразу. Замотала головой.

- Я не об этом, Ник! Я просто обожаю Лялечку! Но дело совсем в другом. Знать, что меня обманули… Что моя родная дочка жила вдали целых два месяца! И я не знала, что ношу и рожаю своего ребенка! Как такое можно пережить?

Я попытался выровнять дыхание.

- Ты не хочешь знать правду?

Ответа я ждал, как приговора. Ева ходила по гостиной, обнимая себя руками.

- Мне страшно, но я хочу, - призналась она, - хотя на моем отношении к малышке это никак не скажется – я уже воспринимаю ее как родную дочку. Ничего не могу с этим поделать. Она и Таська – два моих родных и любимых человечка. Ну и, конечно, ты, Никита. Ради вас всех я буду сильной.

Я покачал головой и уже не мог оставаться на месте. Подошел к любимой, погладил ее по спине. Она доверчиво и крепко прижалась к моей груди.

- Это было бы настоящим чудом, - прошептал я, - о лучшей матери для своего ребенка я не мог и мечтать. О лучшей женщине для себя… Ева, я так хочу всегда быть с тобой.

Ева несколько раз вздохнула.

- Пока мне даже страшно предполагать, - сказала она, - боюсь и горечи от обмана, и разочарования. Наши бредовые идеи вполне могут не подтвердиться.

Я зарылся пальцами в ее мягкие волосы, поцеловал в макушку.

- Нужно поднимать документы в клинике. Завтра я как раз встречаюсь с адвокатом. Думаю, мы можем отправиться туда вдвоем. А с Лялей побудет няня или моя мама. Как бы страшно не было, нужно действовать - ведь Есения так просто не успокоится.

Ева молчала, только крепче прижималась ко мне.

Все утро мы почти не разговаривали, по дому гуляли токи напряжения. Передали Лялю на попечение Ольги Павловны. Завезли Таську в ее любимый детский сад. А сами практически в полной тишине проделали долгий путь до офиса адвоката Вадима Принца. Там нас внезапно попросили подождать десять минут. Специалист едва прибыл на рабочее место.

- Простите! – улыбнулся брюнет, увидев нас в дверях кабинета. – Завозил супругу в клинику. Она в положении.

Мы улыбнулись.

- Поздравляем, - сказала за нас обоих Ева.

Своим жизнерадостным тоном Вадим нас взбодрил. Захотелось скорее рассказать ему о новых вводных. На удивление, мужчина не растерял спокойной собранности и не испытал шок. Видимо, за свою карьеру наблюдал всякие ситуации. Он послушал про похожесть Евы и Ляли, про необычное для матери поведение Еси. Заглянул в медицинские документы, и лишь тут его лицо немного вытянулось.

- Какое совпадение! Именно здесь наблюдается моя Яна. Надо бы проверить эту контору.

Я кивнул.

- Медицинский центр довольно широко распиарен.

- Потому вдвойне странны такие выкрутасы, - подхватил Принц.

Ева молча смотрела то на меня, то на адвоката, и кусала губы. Профессионал продолжил.

- Пока я предлагаю вам не совершать резких движений. Все эти догадки могут быть из серии принятия желаемого за действительное. Обвинения клиники и Есении могут сработать против вас.

Я выдохнул.

- И что же нам теперь сидеть в неведении?!

Адвокат слегка улыбнулся.

- Как отец и любящий муж, я понимаю ваши чувства. Какое-то время назад я остался один с двумя мальчишками на руках. Потом в нашу жизнь вошла Яна и стала моим детям настоящей мамой. Но я бы, наверно, сошел с ума, окажись она им родной. В общем, ребят, я предлагаю вам простое и однозначное решение – сделать тест ДНК. На всякий случай, я бы проверил и материнство, и отцовство. Мы сделаем анализ чисто для внутреннего пользования. И исходя из результатов, спланируем дальнейшую тактику. Ну и вы сами просто будете знать.

Принц замолчал и подарил нам мягкий взгляд. Мы же находились в полной прострации. Еву уже откровенно трясло, я держался, но внутри щемило.

- Нам нужно будет подъехать с малышкой в клинику?

Я решил отвлечься на организационные вопросы. Адвокат покачал головой.

- Не обязательно. Вы можете вызвать сотрудника на дом, что будет даже лучше в вашей ситуации. Ведь ты, Никита, человек популярный. День или два, и вы узнаете результат. И, самое главное, друзья – никому не сообщайте, что вы намерены проводить тест. И особенно – о его результатах. Когда проделаете всё и немного придете в себя, мы с вами встретимся. Координаты надежного места с полной конфиденциальностью я вам сейчас дам.

По дороге обратно мы заехали в торговый центр, где находилась одна из моих точек. Я решил кое-какие вопросы, Ева погуляла по отделам и прикупила кое-что для девочек. Мы, как могли, развеивали напряжение. Каков бы не был результат экспертизы, главное – это наше отношение друг к другу и любовь. Хотя в правовом аспекте материнство Евы решило бы многие проблемы.

Мы договорились о приезде специалиста на вечер и поехали в детский сад за Тасей. Хорошо хоть этот заяц держался молодцом – девочка комфортно себя чувствовала в моем доме, относительно послушно себя вела. Наш разговор о моей роли в ее жизни вроде бы ее успокоил. Даже воспитатели перестали коситься, после разговора с любимой.

Степу теперь забирал отец, муж сестры, наконец, осел в столице. Поэтому мы собрали только Таисию и пошли к парковке.

- Мам, а мы поедем к снежному королю? – внезапно поинтересовалась девочка.

Ева приподняла брови, я оглянулся.

- Конечно, принцесса, куда же еще? – я подмигнул малышке.

- А ты не отдашь меня бабушке, мама? – сыпала странными вопросами девочка.

Мы уже подошли к авто, Ева усаживала дочку в кресло.

- Что за новости, Тась? К бабушке ты ходишь только в гости. Детки должны быть с мамами, и я очень тебя люблю. Зачем мне тебя отдавать?

Ева перехватила мой взгляд и пожала плечами. Женщина села на заднее сидение рядом с крошкой, взяла ее пальчики. Но Тася все равно сидела, нахохлившись.

- Тась, нам без тебя никак не прожить, - я тронулся, - вот сегодня закажем большую пиццу, а есть кто будет?

Таська хихикнула. Она вроде бы скоро успокоилась, болтала ногами, что-то говорила своей кукле. А мы с Евой так до конца и не поняли, что это за откровение было.