Глава 13. Новые связи и обжигающий взгляд

Эйфория от успеха свадьбы у Гринвудов и праздника для Лилли продержалась недолго. Хорошо, что я не привыкла почивать на лаврах. На следующее утро я снова села за стол в кабинете с кучкой монет, пока еще была на подъеме, и с холодной головой.

Деньги, которые казались целым состоянием, таяли на глазах, как только я начинала их раскладывать по статьям. Оплата части долга Гринвуду, самые необходимые продукты, мазь и бинты, наконец-то купленные для Тобиаса, — от моей «горы» остался пригорок, а впереди маячила еще и необходимость платить налоги на землю, о которых я узнала от миссис Поттс. Впрочем, последнее можно было пока отложить. Судя по бумагам, Кассиан по крайней мере боялся потери родового гнезда, иначе ему совсем нечем было бы подтверждать свой «высокий» статус, пуская пыль в глаза богатым вдовушкам. Поэтому хоть в этой части долгов у него не было.

Я вздохнула, откинулась на спинку стула и уставилась в потолок. Раньше, когда цифры не сходились, я просто шла в банк или звонила инвестору. Здесь же инвесторов не было. Разве что пойти по стопам сбежавшего муженька Лоры и стать содержанкой, но, во-первых, мне это претило в любом мире — я должна была устанавливать правила в отношениях, а не наоборот. А, во-вторых, кому нужна бледная девица в заношенном платье и тремя чужими детьми?

Поэтому в голове снова закрутился привычный механизм: оценка ресурсов, поиск ниши, предложение. Свадьба прошла хорошо. Значит, услуга востребована. Но одной свадьбой сыт не будешь, тем более что в таком городке, как Уэстбридж, богатых женихов и невест — раз-два и обчелся. Нужно было расширять ассортимент. Или клиентскую базу.

Я взяла купленное в лавке перо, макнула в чернила, и начала неумело писать на чистой стороне счета от аптекаря. Что еще я могла предложить? Украшение лавок к праздникам — это я уже делала для Гринвуда. Организация частных обедов? Вот тут мне не хватало навыков кулинарии и знания местного рынка наемных работников (вряд ли тут уже появился кейтеринг). Консультации по обустройству дома? С моим-то особым чутьем на атмосферу… Но кто доверится жене непутевого Хейвена в советах по интерьеру?

— Черт, — пробормотала я, с силой проводя линию и ставя случайную кляксу поверх. — Все упирается в репутацию. Нужно было не просто работать, а работать на имидж. «Лора Хейвен (хотя внутри коробило от этого имени) — та, что может сделать праздник из ничего. Та, что навела порядок в собственном доме». Надо было это показать. Но как? Пригласить всех в гости? Спасибо, нет. Поместье Кассиана даже после генеральной уборки больше походило на декорации к фильму ужасов.

Размышления прервал стук в дверь. Негромкий, нерешительный.

— Заходите, — подбодрила я.

В проеме появился Тобиас. Он стоял, переминаясь с ноги на ногу, что было для него несвойственно. Обычно он либо врывался с вызовом на лице, либо крался, как кот.

— Что-то случилось? — спросила я, откладывая лучинку.

— Нет. То есть да. Руки… мазь помогла. Спасибо.

— Не за что. Это была необходимая инвестиция в рабочую силу.

Он фыркнул, но беззлобно. Потом сделал шаг вперед.

— Я тут подумал… Насчет заработка.

Я насторожилась. Тобиас, предлагающий идеи по бизнесу? Это было ново.

— Что именно?

— Я… сходил сегодня утром в город и… Там все говорят про свадьбу Гринвудов. И про… ну, про нас. А еще я слышал, как одна дама сказала, что ее сестра выходит замуж через месяц, но у них денег на столичного устроителя нет, а сделать хочется красиво.

Информация, как теплая волна, разлилась по мне. Сарафанное радио! Оно работало даже в этом мире, лишенном интернета.

— И что? — стараясь звучать спокойно, спросила я.

— Она сказала, что… она бы, может, и обратилась к тебе, но… — он замялся.

— Но я — Лора Хейвен, у которой сбежал муж, разваливающееся поместье, долги, и все такое. Правильно?

Он кивнул.

— Значит, нужно ломать стереотип, — сказала я больше для себя. — Не ждать, когда ко мне придут, а идти самой. С предложением, от которого нельзя отказаться. Первый заказ — со скидкой, например. Или с гарантией. Чтобы попробовали.

— Они не поверят, — мрачно констатировал Тобиас.

— Поверят, если увидят результат. И не только на свадьбе. Нужно что-то… ближе к людям. Что-то, что они видят каждый день. Их собственные лавки, дома.

Я снова уставилась на свои каракули. Идея медленно, но верно обретала форму. Если я могу изменить атмосферу в помещении, сделать ее притягательнее, то почему бы не предлагать эту услугу магазинам? Не просто украсить к празднику, а сделать так, чтобы в них хотелось заходить всегда. Чтобы товары казались привлекательнее, а покупатели чувствовали себя желанными гостями. Чуть-чуть маркетинга, как у Гринвудов. Нужно было просто упаковать это в услугу.

— Тобиас, — сказала я, поднимая на него взгляд. — Ты большой молодец. Это ценная информация. И раз уж ты в курсе, будешь моим первым… скаутом. Хочешь?

— Скаутом? — он нахмурился.

— Разведчиком. Будешь в городе прислушиваться, у кого какие проблемы, кто что празднует, кто жалуется, что бизнес не идет. За маленькое вознаграждение, разумеется.

Его глаза блеснули. Но не из-за денег, я уже достаточно хорошо знала его, чтобы понять это, а из-за доверия. Потому что ему поручали что-то важное, взрослое.

— Я справлюсь, — сказал он, выпрямляясь.

— Знаю, что справишься. А теперь иди, помоги Лилли с буквами. Не можем же мы изучать счет, не зная алфавита.

На самом деле, в какой-то момент я даже испугалась, что не разберусь в местной письменности. Одно дело — речь. Здесь мне помогали знания Лоры. Ее речь и слух привыкли к местному говору с детства, и, видимо поэтому, говорить с местными не стало для меня проблемой. Я даже не осознавала, что говорю на каком-то другом языке. Только иногда, словно рябь, возникало ощущение дублированного перевода где-то на грани сознания. А вот с письмом все могло быть по-другому, но и тут проблем не возникло. Несмотря на явно далекие от тепла отношения в ее родительской семье, писать и читать Лору научили. С математикой было куда хуже, но цифры оставались цифрами в любом из миров. И тут я вполне могла «сойти за умную».

После ухода благодарного Тобиаса, я еще раз пересчитала деньги. Отложила небольшую сумму на «разведку» — мальчику нужны были хоть какие-то монеты, чтобы не вызывать подозрений в лавках. К тому же, это положительно скажется на имидже — нищая Лора вряд ли могла бы дать пасынку денег на сладости. Остальное решила потратить с умом: купить хорошей шерстяной ткани — не только для Лилли, но и на одежду всем нам. И, возможно, поискать кто продает какую-нибудь живность. Кур-несушек, например, можно было держать и в сарае.

Следующие несколько дней прошли в работе. Я сходила в город и нашла фермера-заводчика — угрюмого мужика по имени Эдгар, который сначала скривился при виде меня, но, услышав звон монет, смягчился и пообещал выбрать парочку кур. Зашла к портнихе миссис Дарси — маленькой, юркой женщине с вечно уколотыми пальцами. Ее мастерская пахла тканями, пылью и нафталином. Довольно угрюмое сочетание, которое я могла бы изменить, но начали мы с другого. И разговор оказался трудным.

— Миссис Хейвен, я вас понимаю, — говорила она, не глядя мне в глаза, а разглаживая рукой отрез простого серого сукна. — Но у меня своя семья. Муж ваш должен мне уже полгода. Я не могу…

— Я не прошу вас работать в долг, — перебила я ее, положив на прилавок звякнувший монетами кошелек. — Я хочу купить ткань и оплатить вашу работу по пошиву. Часть денег оставлю в счет долга Кассиана. Остальное — за текущий заказ. Нам нужно три теплых платья, две пары штанов и несколько пар носков. Самые простые фасоны, из самой практичной ткани.

Она смотрела то на меня, то на кошелек, явно разрываясь между желанием получить деньги и недоверием.

— А если ваш муж вернется и скажет, что я не имела права?..

— Тогда скажите, что я, как хозяйка в его отсутствие, распорядилась семейным бюджетом на нужды детей, которых он бросил. Думаю, даже местный судья это поймет.

Она вздохнула, но ее пальцы уже потянулись к монетам, будто проверяя их на вес.

— Ладно, — буркнула она. — Приводите детей, сниму мерки. Но только на простую одежду, предупреждаю. На выкрутасы модные у меня ни времени, ни охоты нет. Вот леди Олдрич, та шлет за нарядами в столицу. А я обшиваю честных горожан, кому нужно что-то добротное, без затей.

— Мне как раз добротное и нужно, — честно сказала я. — И, миссис Дарси… Если работа будет сделана хорошо и в срок, я буду рекомендовать вас. Я теперь праздники устраиваю. А на праздники людям часто нужны новые наряды. Не столичные… «выкрутасы», а именно добротные, но со вкусом сшитые платья и костюмы. Чтобы выделиться, но не выглядеть павлином.

Она прищурилась, впервые внимательно меня разглядывая.

— Со вкусом, говорите? А откуда у вас, простите, вкус-то возьмется? — в ее голосе не было злобы, только усталое любопытство.

— Из опыта, — сухо ответила я. — И из понимания, что красиво — не всегда значит дорого и вычурно. Иногда это просто то, что уместно, и я могу подсказать, что будет уместно. А вы — воплотить. Это могло бы стать нашим совместным предложением.

Она молчала, обдумывая мои слова. С одной стороны, она была единственной портнихей в Уэстбридже, но ее клиентуру составляли семьи со средним достатком, которым не до столичных трендов. А с другой, если появится кто-то, кто поможет этим семьям выглядеть «со вкусом» на их скромных праздниках… Это могло бы принести новых заказчиков, которым нужна не повседневная одежда, но и столичные цены не по карману.

— Ладно, — наконец сказала она, уже более мягко. — Приводите детей послезавтра. Посмотрим, что да как. А насчет совместных дел… пока ничего не обещаю, но если вы найдете мне такой заказ, и я получу с него деньги, считайте, что мы договорились.

Я не получила восторгов, но не получила и отказа, поэтому вышла из швейной мастерской с чувством маленькой победы. Воздух на улице был свежим, пахло нагретой на солнце пылью и выпечкой из пекарни. Я свернула на главную улицу, обдумывая, как лучше выстроить это сотрудничество, и…

Сердце мое вдруг пропустило удар, а потом заколотилось с такой силой, что я услышала его стук в висках.

Он стоял на другом конце улицы, у входа в книжную лавку, и о чем-то разговаривал с почтенным на вид господином. Тот самый незнакомец, которого я видела несколько дней назад. Как и в прошлый раз, этот мужчина невольно привлек мой взгляд. Только теперь он выглядел еще более привлекательно, и это заметила, похоже не я одна. Женщины подолгу задерживали на нем взгляды, а молоденькие девицы хихикали, краснея. Он снял сюртук из-за жары, и теперь его светлая, дорогая рубашка, слегка расстегнутая у горла, обрисовывала плечи и широкую грудную клетку так откровенно, так… соблазнительно, что у меня перехватило дыхание. Солнце играло на темных волосах, собранных у затылка, и на резком, безупречном профиле.

Как и в первый раз, мужчина обернулся, будто почувствовал мой взгляд, и наши глаза встретились через толчею улицы.

В тот миг все остальное перестало существовать. Гомон, запахи, движение — все роблекло, растворилось. Остались только эти глаза. Темные, как ночь перед грозой, и такие же магнетические. Они не были холодными, они… прожигали. Мне показалось, я физически почувствовала их прикосновение, будто я была маслом, а он провел по мне раскаленным лезвием — медленно, смакуя, как я таю. По спине побежали мурашки, но не от холода. Это был жар. Внутри все сжалось, а потом распахнулось навстречу этому взгляду с такой готовностью, что стало страшно. Как будто мое тело, это чужое тело Лоры, узнало что-то, что моя голова еще не осознавала.

Он замер. Его собеседник что-то говорил, но он уже не слушал. Его внимание было приковано ко мне так явно, что у меня закружилась голова. Он медленно, будто против своей воли, сделал шаг в мою сторону. И я поняла — я не хочу, чтобы он остановливался. Хочу, чтобы он подошел. Хочу услышать его голос. Хочу…

— Дорогая миссис Хейвен! Какая удача вас встретить!

Чей-то голос, звонкий и радостный, прозвучал прямо у моего уха.