28. Андрей

Весь день сталкерил Хлопушкину. После утренней встречи в коридоре я так и не смог переключиться на работу.

Зачем я её поцеловал? Понятия не имею! Остановил её в коридоре, чтобы извиниться за свои слова после инцидента с новгородцами, но она словно перевернула с ног на голову каждое моё слово. И главное – первая начала. Может решила, что я снова буду её отчитывать и выбрала нападение средством защиты?

А я тоже хорош – вместо того, чтобы спокойно поставить рыжую на место, зачем-то поцеловал… И как бы мне ни хотелось это признавать, но мне понравилось. Очень. В конце мне даже показалось, что она собиралась мне ответить. Эх, если бы нам не помешали…

А что было бы? Да ничего. Поцеловались – разбежались – и больше никаких контактов. Ну да. Так и было бы.

Она не в моем вкусе. Я тоже вызываю в ней сплошной негатив… Поцелуй – это единственное, что мне в ней нравится. А нет – еще запах. Кстати, может в этом и подвох? Может этот аромат меня загипнотизировал? Ну нет, я так скоро точно свихнусь и начну в инопланетян верить и НЛО фотографировать.

Однако же я всё-таки весь последующий день так и не смог отделаться от мыслей о Хлопушке. Высматривал её постоянно. А она словно и не замечала меня. Сидела всё время какая-то задумчивая… Неужели её мой поцелуй так зацепил?

Так или иначе, но наблюдая за Хлопушкой, заметил недалеко от её стола край спортивной сумки, выглядывающий из небольшого шкафчика, в который сотрудники кладут личные вещи. Значит, она сегодня собирается в тренажерку. Что ж, отлично – мне тоже не повредит дополнительное занятие.

После работы, немного задержался с Рокотовым. Этот трудоголик кого хочешь работать заставит, а я сегодня профилонил почти всё время, вот и выцепил он меня в конце рабочего дня.

Забегаю на парковку, на автомате иду к своей машине, по пути рассуждая, как хорошо, что вчера после зала не выложил сумку, как вдруг слышу какие-то странные звуки и крик какого-то мужика. Я было подумал, что у кого-то машина не заводится или еще что стряслось, поэтому не замедляя шага, просто рефлекторно обернулся в сторону звука. И тут меня словно кипятком ошпарило. Метрах в ста от меня я вижу Хлопушку!

Какой-то мужик тянет её за волосы! Это уже совсем край! Насколько я ненавижу баб, но до такого опуститься – это уже явный перебор. Я не раздумывая несусь к ним. Но пока приближаюсь, вижу, что рыжая, как-то изловчившись, очень невнятно бьёт этого хмыря ногой куда-то с область паха и сматывается, даже не замечая меня. Тот сначала сгибается от боли, но вероятно удар был слабым и неточным, поэтому он бросается за ней. И как раз в тот момент, когда я его настигаю.

– Ты кто такой? Чего тебе надо от меня? – нагло спрашивает этот чудак на букву «м», когда я заламываю ему руку и с силой бью под ребра, чтобы он не сопротивлялся.

– Я тот, кто тебе оторвет всё, что у тебя лишнее, если ты еще раз хоть приблизишься к ней, – я сам не понимаю, почему угрожаю ему, почему вообще заступаюсь за Хлопушку. Слова сами собой вырываются из меня.

– Хахаль её что ли? – откашливаясь спрашивает это чмо и ехидно ухмыляется. – Вот, ***, не успела развестись, как по рукам пошла.

Я не знаю, как это вышло, но мой кулак почему-то оказался на этой наглой морде. Это произошло почти автоматически… Я не виноват. Он сам.

Когда этот недомужик наконец понимает, что своё мнение сейчас безопаснее держать при себе, и сваливает, я уже бегу догонять Хлопушку. Нет, не для того, чтобы рассказать, как я героически отметелил её обидчика, а чтобы передать её спортивную сумку, которая валялась около машины этого труса.

И вот, уже почти догнав её у выхода, собираюсь окликнуть, но дыхание сбилось от быстрого бега и «выяснения отношений». Поэтому я решаю просто привлечь внимание – взяв её за руку. И это было моей ошибкой. Нельзя недооценивать рыжих!

В момент, когда я открыл рот, чтобы сказать «подожди» или «остановись», или что-то еще, что можно сказать, не особо задумываясь в данной ситуации, мне в глаза попадает что-то, что заставляет мои глаза полыхать огнем, а из меня рвется истошный вопль укора и негодования:

– Хлопушкина!