31. Алина

Квартира Лиманского оказалась обычным холостяцким жилищем со стильным современным дизайном. Минимализм и серо-черные тона в интерьере говорили о том, что женщины тут бывают скорее как гостьи, нежели на постоянной основе.

Вот зачем мне знать, есть у Лиманского постоянные отношения или нет? Меня это ни капельки не волнует! Я сюда ради успокоительного кофе пришла, значит нужно поинтересоваться, где кухня…

– Андрей Викторович, если вы не против, я сварю кофе? – спрашиваю у мужчины, полностью погруженного в свои мысли. Он не мигая смотрит на игрушку в своих руках, будто пытается найти в ней ответ на какой-то свой невысказанный вопрос. И я в этот момент чувствую себя абсолютно лишней. Уже собираюсь уйти по-тихому, потому что создается полное впечатление, что он меня сейчас не слышит и не видит, а если я уйду, то, скорее всего, и не вспомнит, что я вообще тут была.

Но как только я делаю шаг в сторону двери, он будто очнувшись, убирает машинку и поворачивает голову ко мне. В этот миг я вижу его глаза – серьезные, задумчивые, сосредоточенные…

– Алина… Васильевна, – поправляя сам себя, добавляет Лиманский, – проходите в кухню, я сейчас приду.

И надо же – ни издевательств, ни насмешек, ни иронии. Кто этот человек? Я не знаю такого Лиманского, и поэтому пребывая в растерянности, какое-то время тупо смотрю ему вслед. Лишь когда слышу щелчок двери где-то в глубине квартиры, прихожу в реальность и спешу в ту сторону, куда рука хозяина квартиры указала мне минуту назад.

Пока кофе варится, я не могу отделаться от мыслей о финдиректоре. Сегодня он словно противоположность самому себе. Принес мне сумку, которую я бросила, убегая от бывшего, потом позвал к себе в квартиру, разговаривал по-человечески, даже «Алиной» один раз назвал… Что с ним происходит? Или может он что-то задумал против меня? Может хочет что-то сделать, чтобы отомстить мне за новгородцев? Но что?

Моя больная фантазия подкидывает самые ужасающие картинки его возможной мести…

Может он привел меня сюда, чтобы соблазнить и потом бросить? Нет. Соблазнить, а потом шантажировать! Нет. Соблазнить, а потом …

И тут я понимаю, что все мои мысли сходятся на одном – я жду, что он будет меня соблазнять. От этого понимания меня бросает в жар, я быстро подхожу к мойке и плескаю в лицо холодную воду. Стыд-то какой!

А знаете, за что мне стыдно сейчас? За то, что я очень этого хочу…

Не знаю, что со мной происходит. После ухода мужа, я думала, что мужчины меня вообще никогда не будут привлекать и вызывать какие-то отклики в моем организме. И вот стоило Лиманскому ко мне прикоснуться в лифте, посмотреть своими щенячьими голубыми глазами, как я растаяла.

Пока я пытаюсь привести себя в порядок и чем-то вытереть лицо, по которому стекают капли воды, в панике ношусь по кухне в поисках салфеток или полотенец. И вдруг слышу за спиной характерное «тшшшшш»… Кофе!!!

Резко разворачиваюсь и со всех ног несусь к плите. Но, видимо, тшшш услышала не я одна. В этот же момент со стороны двери в кухню влетает её хозяин и, не видя меня, спешит выключить газ. Секунда до столкновения. Но я уже ничего не могу поделать, я слишком поздно заметила его…

Мы сталкиваемся в тот момент, когда Лиманский едва успевает повернуть ручку. В следующую секунду он, отталкиваясь от меня летит на пол, но в полете, зачем-то хватает меня за плечи, видимо, надеясь, остаться на ногах. Но я, не удержав равновесия, падаю прямо на него.

Мы лежим посреди кухни, не шевелясь, и неотрывно смотрим в глаза друг другу. Какие они, оказывается у него красивые! Я перевожу взгляд на губы… И не выдерживаю. Целую его. Сама. Первая. И будь, что будет…