Глава 29 Музыка в крови

Максим – Слушай, Сань, – поймал и отвел друга в сторону, чтобы нас не слышали лишние уши. – У меня к тебе вопрос. – Ну давай, спрашивай. – Это насчет Оли, – неловко откашлялся, а потом всё-таки спросил. – Я видел ее с дочкой. То, что она родила с помощью донора спермы —правда? – Да, это правда, – друг выгнул правую бровь и с интересом на меня посмотрел. – А почему тебя это интересует? – Меня просто поразило, что она решилась рожать вот так. Без мужа, через искусственное оплодотворение. – Знаешь, мы с Леной тоже были шокированы. Оля все делала тайно, с Ленкой даже не поделилась планами. А уж они-то близки как никто. Лена Олю практически сестрой считает. – Да, я знаю. Всегда так было. – Так вот, приехали мы в Питер и увидели Олю с животиком. Она уже то ли на пятом, то ли на шестом месяце была, точно не вспомню. Ленка разобиделась сначала за молчание, но они быстро помирились. – А потом что было? – Да как у всех в принципе, – Саня пожал плечами. – Вышла в декрет, вернулась в город. Оля ей помогала с выбором вещей, мебели для детской и так далее. Я кроватку для Алинки сам собирал. Мы и крестными стали для малышки. – Это хорошо, – я улыбнулся. – Аля славная девчушка, и лучших крестных, чем вы с Леной, ей трудно пожелать. – Это да, и умная не по годам. Еще, кстати, так совпало, что Ленка забеременела вскоре после рождения Алины, так что детишки у нас почти погодки. И им веселее было играть вместе, и Лене с Олей тоже. – Ясно. А почему вы мне не сказали? – А нужно было? – взгляд Сани стал еще более заинтересованным. – Ты просто не спрашивал подробностей, а Лена тебе говорила по существу. – Ну, мне было бы любопытно узнать, что у Оли есть дочь. И все же, как думаешь, почему она решила воспользоваться донорской спермой? – Макс, ты же знаешь, как женщины помешаны на идее материнства. У них же в голове буквально тикают эти биологические часики. Вот и Оля решила, видимо, поспешить. Ей ведь было уже за тридцать. Ну и я думаю, мужчина ей был просто не нужен. Только ребенок. И, честно говоря, роды ей пошли только на пользу. Она действительно счастлива и безумно обожает Алинку. Буквально дышит ею. – Да, я заметил, – пробормотал, а руки сами сжались в кулаки. Некстати снова вспомнился Астафьев. То ли Оля его так безумно любила, что до сих пор не смогла забыть. То ли этот брак оставил у нее в душе такую травму, что она побоялась снова с кем-то сойтись и решила, что ей в жизни достаточно будет и ребенка. Уж мне ли не знать, как болезненно бьют по психике и личности разочарования в любви. Внезапно захотелось найти этого придурка и дать в рожу. За то, что изменял Оле, за то, что Алька растет без отца, за то, что отобрал у меня моего Олененка, в конце концов. Надо же было ему влезть в наши отношения. Да еще и вместе с Олиным папашей. – Макс? – друг внезапно хлопнул меня по плечу. – С тобой всё в порядке? – Да, а что? – Просто такое ощущение, что у тебя сейчас пар из ушей пойдет. – Тебе показалось, —усмехнулся я, – но знаешь, я не откажусь от какого-нибудь коктейля. Охладиться мне и правда не помешает. – Ну, пошли, только смотри не налегай сильно. Скоро за стол садиться. ***** Дальше всё шло как обычно. Ужин, задувание свечей, разрезание тортов и поздравление двух именинников, шутки, смех и множество фотографий для семейного альбома. После этого дети снова убежали в игровые комнаты, а большая часть взрослых подтянулась в гостиную. И я сам сел за рояль, уже не дожидаясь просьб. Тем более самому поиграть хотелось. Я успел сыграть и спеть несколько песен, заработав, как обычно, восторги всех собравшихся. А потом почувствовал, как меня дергают за рукав пиджака. Повернув голову, с удивлением увидел Алю. Малышка стояла совсем рядом, тянула меня за рукав и смотрела такими полными обожания глазами, что я даже растерялся. Да, именно чистое, искреннее восхищение в глазах ребенка, а не восторженные отзывы публики или похвальные рецензии корифеев сцены и музыкальных критиков заставили меня растеряться и обомлеть. – Аля, – прищурился, – ты что, опять убежала от мамы? – Нет, мама стоит вон там. Подняв голову и увидев, что Оля стоит неподалеку вместе с Леной и смотрит на нас, я улыбнулся девчушке. – Вот и славно. От мамы убегать нельзя. Когда мама тебя теряет, она начинает переживать. А от переживаний люди болеют. Ты же не хочешь, чтобы твоя мама переживала и заболела? – Нет, – отчаянно помотала головой, – не хочу! Я не хочу, чтобы мамочка расстраивалась и болела. Не буду больше убегать. – Вот и славно, – потрепал малышку по макушке, а она внезапно спросила. – Макс, а я тоже хочу поиграть. Можно? – А ты умеешь? – Не-а, но ты же меня научишь, да? Ну вот что ты будешь с ней делать, а? Как можно отказать этим просящим глазкам? – А давай попробуем, – послав Оле знак, что все в порядке, я подхватил девочку и усадил на колени. – Скажи, ты знаешь, что такое нота? Ответом мне было мотание головой и крайне любопытный взгляд. – Нота, – я помедлил, прикидывая, как попонятнее объяснить, – это изображение звука на бумаге. Можно сказать, рисунок. – А зачем звуки нужно рисовать? – Чтобы было легче играть. Чтобы понимать где какая тональность и длительность. Чтобы показать последовательность исполнения аккордов и всей мелодии в целом. – Ууу, а сколько всего этих нот? – Семь. До, РЕ, МИ, ФА, СО, ЛЯ, СИ… Смотри, вот эта клавиша соответствует ноте «До», а вот эта «ЛЯ». Я показал ей, из каких клавиш, какие ноты можно извлекать, и малышка не только внимательно меня слушала, но и повторяла за мной. На третий раз она довольно уверенно повторила полный порядок, ни разу не ошибившись. И я не мог ее не похвалить. – Умница, Алина. Всё правильно. – А дальше? – А дальше у нас аккорды. Аккорд – это сочетание нескольких звуков, как минимум трех, разной высоты, которые воспринимаются слухом как одно целое. Смотри. Я наиграл несколько аккордов попроще и, опять же, малышка попыталась их повторить. – Аккордов у нас два типа – мажорные и минорные, – зачем-то пояснил я, а малышка засмеялась. – Такие смешные названия. Ма…что? – Ма—жор—ны—е… – Ма – жо – ррр – ные, – старательно выговорила и снова прыснула со смеха. – А почему они так называются? – Это различие по звучанию. Минорные аккорды звучат более строго, даже печально. Мажорные —наоборот, более «веселые»… А дальше было нечто занимательное. Я наиграл несколько разных аккордов, и попроще, и посложнее, и внезапно понял, что Алина прекрасно различает их на слух. – А ну-ка, закрой глазки, – попросил, чтобы удостовериться. И оказался прав, даже вслепую она правильно различила аккорды. Да, кажется, от отца девочка унаследовала не только редкий цвет глаз, но и замечательный музыкальный слух. – А можно еще, пожалуйста? – попросила меня с сияющими глазками, и следующие минут пятнадцать мы тренировались наигрывать аккорды. Названия я ей не говорил, понимал, что сложно будет запомнить, но она прекрасно запоминала последовательность нажатий и с тщательным усердием повторяла за мной, очень огорчаясь, когда не успевала или ошибалась. А потом повторюшки ей, видимо, надоели, и Аля начала наигрывать аккорды сама. Причем не бестолково, как часто делают дети, наугад стуча по клавишам. Нет, Алина чисто интуитивно наиграла правильно несколько аккордов, и я с некоторым шоком осознал, что они связные. Малышка неосознанно пыталась создать мелодию, и это меня потрясло, заставив посмотреть на нее совсем другим взглядом. Это точно не совпадение, а определенная наследственность. Не знаю, кто ее отец, но у девочки сильные музыкальные задатки. Интересно, Оля об этом знает? ***** После восьми гости начали разъезжаться по домам, и в половине девятого Оля тоже собралась уезжать. Я вышел на улицу как раз к тому моменту, когда у ворот дома остановилось такси. – Думал, ты останешься на ночь. – Нет, – покачала она головой, – нам домой надо. – У Али завтра бассейн и танцевальный кружок. – Ты водишь ее на танцы? – Да, ей очень нравится. Не думаю, что это перерастет в профессиональное, но для гибкости и пластичности тела танцы полезны. Пусть учится. – Макс, – в этот момент подбежала Алина, и я присел на корточки, чтобы ей не пришлось задирать голову. – Спасибо, что научил играть. Это было так здорово. – Рад, что тебе понравилось, – я расплылся в улыбке, снова ощущая странную теплоту в груди. Основательно запала мне в душу эта крошка. – А мы еще увидимся с тобой? – Аля! – Оля закатила глаза, а подмигнул ее дочери. – Думаю, обязательно увидимся. Я еще не скоро уеду из города. – Алина, нас ждет такси, – одёрнула дочь Оля. Малышка в ответ вздохнула, помахала мне ручкой и скользнула в салон. – Пока, Макс! – До встречи, принцесса, – помахал ей в ответ. – До свидания, Максим. И прости, что моя непоседа доставала тебя. Не знаю, что ее так притянуло к этому роялю. Зато я, кажется, знаю… Гены пальцем не раздавишь. – Да брось, Оль. – отмахнулся. – Мне было несложно. Тем более она у тебя прелесть и всё схватывает на лету. – Но в любом случае спасибо, что дал ей новых впечатлений. Думаю, она надолго запомнит этот урок музыки. Ненадолго между нами повисло молчание, а потом Оля встряхнулась и покосилась на машину, из окна которой выглядывала любопытная мордашка. – Ладно, нам уже пора. Пока, Максим. – Пока, Оль. Было приятно тебя снова увидеть. Надеюсь, еще встретимся. Она кивнула, села в салон, и через минуту машина уехала… А я еще долго стоял и смотрел ей вслед, обуреваемый смесью самых разных чувств.