Глава 9

— Ты ещё что за клоун⁈ — набычился атлет Олег, нависая надо мной. Судя по выражению лица, он уже считал девушку своей собственностью и не терпел конкурентов. — Чего надо⁈

— У тебя мозг полностью в мышцы перетёк? — я с удивлением уставился на этого питекантропа. — Поезд уже отходит. Продолжишь тупить, до Новосиба будешь своим ходом добираться.

— Гадство! — в этот момент состав дёрнулся и начал набирать ход. Друзья Олега или просто попутчики, вместе с проводницей давно кричали ему чтобы садился. Но атлет всё же успел высказаться на прощанье, перед тем как запрыгнуть на ходу в вагон. — Алсу, я позвоню! Школа, Ужаниха! Я найду тебя!!! Просто жди!!!

— Господи, какие аргентинские страсти, — я смахнул несуществующую слезу, и повернулся к девушке. — Итак, ещё раз здравствуйте. Теперь без шуток. Меня зовут Лука и Николай Петрович, глава сельсовета, попросил встретить молодого специалиста. Как я понимаю, это вы.

— Алсу Владимировна, — девушка окинула меня взглядом, с трудом сдержав гримаску неодобрения. Хотя казалось, с чего бы. Да, на мне были банальные джинсы и не менее банальная рубаха, но так жарко же! — Да, это я. А вы могли бы и помочь багаж выгрузить, раз вас за мной прислали! А машина где? Неужели нельзя было сюда подъехать? Ну, идёмте, что вы встали⁈

Я в полном обалдении смотрел, как эта фифа, даже не подумав взять хоть что-то из багажа двинулась к выходу с перрона. Первое впечатление оказалось верным, девочка была явно из богатой семьи. Из очень богатой если судить по качеству костюма и виду чемоданов. Горы одинаковых чемоданов, разных размером, но все из хорошей кожи, с уголками, обитыми металлом. Весили они явно немало. И уж точно такие не могла позволить себе молодая учительница, присланная по распределению. Да и манеры… чувствую, наплачется с ней Иван Фёдорович Губанов, директор средней ужанихинской школы и папаня Ирки. И ведь зуб даю, стервочка видела перстень у меня на левой руке и точно знает, что это такое, но при этом не выказала никакого пиетета от того, что за ней приехал действующий маг. Чувствую эта осень будет очень интересной, и вздохнув, я вытащил из чехла волшебную палочку.

— Uníos! Despega! Sigue! — Я заставил чемоданы взмыть в воздух и пошёл к машине. Хорошо быть магом, не нужно ничего таскать руками. Правда, левитация давалась мне весьма непросто, всё же не мой профиль, но до автостоянки сил должно было хватить с гарантией.

Три заклинания, связанные между собой в одну цепь. Три хитрых жеста палочкой, чтобы объединить все чемоданы в один блок, заставить их взмыть в воздух и послушно лететь за палочкой. Визуально это выглядело, как будто багаж оказался в прозрачном серебристом коконе, который соединялся с палочкой такой же нитью. Я шёл и тащил на этом поводу весь багаж наглой девчонки разом, заставляя редких прохожих и работников вокзала пялиться на меня во все глаза. А вот сама Алсу опять практически не обратила на это внимания, словно много раз видела что-то подобное.

— И где ваша машина? — учительница нетерпеливо притопывала ногой, но видя, как я подошёл к своему НЭШу замерла. — Только не говорите, что мы поедем на… Этом!

— Вы можете пойти пешком, если моя машина вам не нравится. — вот, что-что, но я никому не собирался позволять оскорблять мою ласточку. — Или подождать автобус. Насколько знаю, он ходит каждый день, завтра как раз с утра сможете уехать.

Фифочка поджала губки, но промолчала, а я спокойно уложил багаж. Пришлось постараться, тем более что у меня в салоне лежал скайборд. Дождь не обещали, так что я примотал его к рейлингам на крыше, а чемоданы утолкал частично в багажник, частично в салон. И всё это время Урусова стояла поодаль, даже не подумав хоть как-то помочь. Да, несладко ей придётся в деревне. Местные ездить на себе не позволят и плевать кто там папа. Зуб даю, не отработает она три года. Максимум до зимы и свалит обратно. Не приспособленные такие золотые девочки к самостоятельной жизни вдали от родителей. Уж не знаю, что она там пытается доказать отцу, но похоже, вообще не представляет, что значит самостоятельная жизнь.

— Прошу! — я распахнул пассажирскую дверь. Не из желания выслужиться, просто решил не нагнетать. Сейчас эта коза начнёт кобениться, психану и реально её здесь брошу. Утрирую, конечно, но и ссориться больше необходимого не хотелось. — Карета подана, ваше высочество!

Алсу как-то непонятно фыркнула, но села, тайком недовольно морщась. Впрочем, мне на это было плевать. Я захлопнул дверцу и сев за руль завёл мотор. Вместе с двигателем включилось радио, настроенное на музыкальную волну, и подпевая группе Стаса Намина вырулил на дорогу. Погостили и хватит, а с этой цацей пусть Губанов разбирается. Уверен, у директора школы большой опыт в укрощении подобных девиц. А я не нанимался дрессировщиком работать.

— Значит, вас дядя прислал? — Алсу осмотрелась и снизошла до разговора. — А что, никого с машиной получше не нашлось?

— Нет, ну Николая Петровича сложно назвать тётей, но не думал, что вы с ним настолько близки. — я действительно удивился вопросу. — Значит бывали раньше в Ужанихе?

— А? — а вот теперь девушка впала в ступор, но быстро пришла в себя. — Нет, не доводилось. Я думала… неважно. А вы тогда кто?

— Я же представлялся, — я пожал плечами. — Новиков Лука Артёмович, инспектор Ужанихинского отделения Чулымского пункта магического анализа и контроля. Маг третьей категории.

— Понятно, — Урусова протянула это так, что действительно сразу стало понятно, что меня взвесили, измерили, и признали мелочью, не стоящей внимания. — И что, как вам работа в деревне?

— На селе, — естественно, я не мог отказать себе в удовольствии поправить новенькую, хоть и сам часто путался. — Ужаниха это село, довольно большое, около пяти тысяч жителей. А работа прекрасно! То с русалками приходится общаться, то с лесным хозяином. Цыганские проклятия снимаю, с чертями воюю. Всё как у всех.

— С чертями? — удивилась девушка. — Разве это не прерогатива церкви?

— Тут кто первый встал, того и тапки, — я искренне рассмеялся. — Адские твари на старой мельнице завелись, чёрт и пара бесов, а я туда по заявке сунулся, проверить, что там шумит. Ну и нарвался. Как-то за отцом Никодимом, это батюшка наш, бежать было несподручно, пришлось самому всех положить.

— То есть вы сейчас серьёзно⁈ — а вот сейчас, похоже, мне удалось заинтересовать учительницу. — Правда воевали с чертями⁈ И доска… это же скайборд?

— Да, нашёл старый на чердаке дома. Он у меня старинный, ещё чуть ли не первым ужанихинским магом поставленный. Я дом имею ввиду, — принялся хвастаться я. Девчонка, при всех своих заскоках, была действительно красивая. Ровный овал лица, аккуратный носик, пухлые губы. Чуть раскосые глаза, намекающие на татарскую кровь, тонкие чёрные брови. Да и фигурка, судя по некоторым признакам, тоже отличная. Правда оценить её полностью брючный костюм не даёт. Ох уж мне эти брюки клёш и длинные пиджаки. Но в целом было что посмотреть и перед кем хвост распустить. — Доска так-то целая была, но рассохлась вся. Но берендеи мне её починили, так что теперь вот летаю, когда время есть.

— А берендеи это… — Алсу заинтересовалась незнакомым словом.

— Оборотни — медведи, — я охотно пустился в объяснения. — В селе целое семейство живёт. Пасеку держат, плотничают. Мёд у них потрясающий! Мой домовой за него практически душу готов продать.

— Оборотни, — кажется, девушка услышала только это, — и домовой ещё.

— И русалки, и лесной хозяин, и кикиморы, одна, кстати, тоже у меня дома живёт. — начал перечислять я, глядя как вытягивается лицо красавицы. — И даже ведьмы! У нас их целых две. Марфа, старая, и Наталья, та молодая, примерно наших лет. Вредная, но в целом добрая. Если, конечно, русалок не обижать.

— Ещё и русалки! — вздох Урусовой вышел скорее похожим на всхлип.

— Нет, русалки тут изначально жили, с тех пор как котлован выкопали возле села. — я решил довести дело до конца. — А вот что действительно пугает, так это Васюгань. Она тут недалеко, на другом конце района. Бездонное болото размером в две Бельгии, древнее как само время. И лезет из него иногда… всякое. Чаще всего такое, что людям лучше вообще не видеть.

— И как… — голос Алсу сорвался, но она сумела совладать с собой и закончила фразу. — И как часто это случается?

— Да как сказать, — я деланно равнодушно пожал плечами, но глядя на огромные от испуга глаза пассажирки рассмеялся. — Простите, Бога ради! Просто не смог удержаться! На самом деле со всем, что я рассказал обычные люди практически не сталкиваются в повседневной жизни. Ну русалки, так не лезьте в воду ночью, не загрязняйте её да берег и будет вам счастье. Может даже услышите, как они поют. Очень красиво. Домовые тоже ребята дружелюбные, если элементарные правила соблюдать. Наоборот, будут помогать, дом в порядке держать. Мой вон готовит так, что пальчики оближешь. Да и в целом хозяйство полностью на нём с кикиморой. А Васюгань… так для этого и нужна служба магического анализа и контроля.

— То есть это всё же правда? — а девочка дурой не была и сумела уловить главное. — И опасность не гипотетическая?

— Опасность она есть всегда, — я пожал плечами. — можно пьяному захлебнуться в луже. Поскользнуться на ровном месте и разбить затылок. И надо сказать, что шансы на это куда выше, чем повстречаться с хтонью вылезшей из Васюгани. Её окрестности надёжно контролируются. Я сам минимум раз в неделю езжу в лес, побеседовать с лесным хозяином, не появилось ли в округе чего подозрительного. То же самое делают все инспектора вокруг болота. Плюс оперативники, плюс постоянные дежурящие маги на железных дорогах. Система отработана и не даёт сбоев, позволяя купировать угрозу в зародыше. Так что в целом, как я уже говорил, обыватели практически никогда не сталкиваются с потусторонним. Если, конечно, сами не ищут приключений на свою… голову.

— Нет, спасибо! — Урусова поёжилась. — Я и не думала, что работа магов… такая! Дядя говорил… не важно.

— Не важно, так не важно. — я не собирался лезть в душу. — Ещё раз прошу прощения за шутку. А можно вопрос? Почему именно в Сибирь поехали на отработку? Ведь могли остаться в Казани. Это конечно не Москва или Ленинград, но и не край географии. Фактически производственная столица страны. Большой город с огромными возможностями. Уверен, там вы могли без проблем в любую школу устроиться. Так почему сюда, к нам?

— Это… неважно! — вскинулась Алсу. — Точнее, неважно куда ехать. Мы, советская молодёжь, молодые специалисты, находимся на острие прогресса и не должны искать тёплых местечек! Наоборот, надо стремиться помочь своему государству чем только можем! Можем поехать в глухую деревню учить детей? Надо делать! А не сидеть у папы… не сидеть, в общем!

— Ну Ужаниху сложно назвать глухой деревней, но посыл я понял и полностью согласен. — несмотря на патетику я не поверил ни одному слову Урусовой. Да, возможно для остальных была заготовлена такая легенда, но я точно знал, что подобных альтруистов исчезающе малое количество. Хотя девочка явно тепличная. Кто знает, что за тараканы там у неё водятся в голове, вполне возможно и такие тоже есть, но то, что это было не основной причиной даже обсуждению не подлежало. — Рад видеть, что я не один такой. Я ведь тоже из западной части страны приехал по распределению месяц назад. Но иногда уже кажется, что всю жизнь тут жил.

— Да? — удивилась девушка. — А вы откуда⁈

— Там, чуть западнее вас, — отшутился я. — Не слишком далеко, по сибирским меркам. Тоже вот решил ехать в глубинку. Так что будем вместе поднимать деревню.

— Да, конечно, — судя по голосу восторга Алсу не испытала. Явно решила, что я очередной неудачник, не сумевший попасть в более приличное место. Это она ещё не знала, что я потомственный москвич. Вот смеху бы было. — А здесь всегда так… пустынно, или вы специально меня по такой дороге везёте? Снова пошутить решили?

— Пустынно? — я оглянулся по сторонам, а потом до меня дошло. Мы ехали уже минут тридцать и до сих пор вдоль дороги не было ни одного намёка на цивилизацию. Только лес, болота и прочие радости жизни. Я и забыл, что благодаря альтер-эго ничуть не удивлялся такому раскладу, а вот те, кто ни разу не был на Уральским хребтом вполне себе впадали в ступор от увиденного. — А, теперь понял! Нет, я шутить не собирался, это просто особенность сибирской географии. У нас в западной части Союза ведь как? Выехал из города, пять десять минут и деревня прямо на трассе, так? А тут ничего, вы же поэтому удивились?

— Да, — подтвердила мою догадку Урусова. — разве мы не должны были уже приехать?

— Нет, — я рассмеялся, но не обидно, а чисто от ситуации. — Дай бог только половину осилили. А насчёт других поселений, вон видите свёрток и табличку рядом? Серебрянка полтора километра. Вот там и находится деревня. Тут везде так. Есть основной тракт, он обычно прямой, а от него идут ответвления к деревням. Где километр, а где и все десять. Кстати, в Серебрянке делают очень вкусный сыр. Вон видите! Молоковоз! Повёз от нас, с ферм «Маяка» молоко в Серебрянку после дневной дойки. Летом коровы чаще доятся, молока много, поэтому все работают практически без перерывов. Ещё часть пойдёт в район, там масло делают. Тоже вкусное. Да скоро сами попробуете! Тут даже моцареллу делают!

Видимо, сибирская моцарелла не являлась вершиной мечтаний девушки, потому что она замолчала, отвернувшись к окну. Я тоже особо не назывался, лишь изредка называя места, где мы проезжали. В основном про реки и деревни, мимо которых проезжали, а поскольку и тех и других было удручающе мало остаток пути мы проделали в тишине. И лишь при появлении самой Ужанихи девушка немного оживилась. И правильно, потому что по сравнению с бесконечными лесами и болотами село выглядело оплотом цивилизации. Тут и Коопторг, и люди, и машины, и кинотеатр с библиотекой, а я специально провёз Алсу по главной улице. И школа, как без неё. Большая, новая, красующаяся ровными спортивными полями, большим актовым залом, новенькими стеклопакетами и другими достижениями народного хозяйства. У ворот как раз суетилась толпа старшеклассников под предводительством Ивана Фёдровича, который завидев мою машину вышел нам навстречу.

— Алсу Владимировна? — стоило девушке покинуть салон, как директор оказался рядом, протягивая руку. — Очень рад! Позвольте представиться, Губанов, Иван Фёдорович. Имею честь служить директором данной школы. Очень рад вас видеть, теперь у нас секция русского и литературы полностью закрыта. Я ведь не ошибся? Вы именно эти предметы будете преподавать?

— Я по образованию филолог, так что да, — не стала тушеваться Урусова. — Рада познакомиться. У вас отличная школа. Я не была ещё внутри, но уверена, там всё ничуть не хуже, чем снаружи.

— Да, у нас школа самая новая в районе! — гордо подбоченился Губанов. — Кстати, я когда увидел вашу фамилию, сразу задался вопросом. Вы из тех самых Урусовых? Если не хотите можете не отвечать, это никак не повлияет на моё к вам отношение, но любопытство сгложет меня до костей!

— Простите? — я заметил, как девушка напряглась. — Из каких?

— Которые от корня Едигея Мангута. Древний ногайский род, ставший русскими князьями, — принялся пояснять Иван Фёдорович. — Прошу простить моё любопытство, просто я большой любитель истории, и не мог пройти мимо потомка столь древнего рода, родственного Кутумовым, Шейдаковым и даже самим Юсуповым!

— Ах этим! — Алсу украдкой облегчённо выдохнула, но я заметил выражение лица. Девчонка явно не хотела, чтобы кто-то знал о её родне, но, честно говоря, конспирация у неё была так себе. — Мы дальняя родня, ближе к ярославским Урусовым, чем к московским.

— Но родня! — наставительно поднял вверх палец директор школы. — Прекрасно, просто прекрасно! Мы ещё обязательно об этом побеседуем, а пока давайте устроим вас на ночлег! Для учителей мы пару лет назад построили прекрасный двухэтажный дом. Лука Артёмович, можно вас попросить отвезти Алсу Владимировну по адресу? Квартира номер четыре на втором этаже. Вы же поможете ей занести вещи?

— Отвезу без проблем, но… — я заглянул в забитый чемоданами салон. — Вот со всем остальным будет не так просто. Хотя… это же у вас старшеклассники? Можно их позаимствовать? Заодно и с новым учителем познакомятся. Лишним не будет, может меньше двоек нахватают. Хотя… сдаётся мне, это вряд ли. Но это не повод отказываться от дармовой рабочей силы!