Глава 16

— Мишка, Гришка, Мартышка… тьху ты, Мартын! А ну идите сюда! — над посадочным полем звучал трубный глас могучей матери семейства, заглушая гомон нескольких сотен пассажиров, готовящихся к посадке на рейсовый летучий корабль «Валерий Чкалов». — Да что ж это делается! Никакого сладу с вами нет! Да сколько можно мне нервы мотать! А ну быстро сюда, или сейчас никуда не полетим, а дома останемся!

— Простите, пожалуйста, — смущённо принялся извиняться её муж, невысокий, что называется, плюгавенький мужчина, держащий за руку девочку лет четырёх. — У нас мальчики, погодки. Такие сорванцы — просто невозможно заставить спокойно на месте стоять. На них и в школе жалуются, и соседи все, но сделать ничего не можем. Наказываем по-всякому, день-два нормально, а после снова чего-нибудь учудят. Вы только не подумайте, они не хулиганы, просто… излишне активные, что ли. И с фантазией.

— Только этого нам ещё не хватало, — тяжело вздохнул офицер-аэронавт из экипажа воздушного судна, проверяющий билеты у трапа. — Помню, у нас один такой летел, так умудрился вскрыть баллон с гелием и чуть туда не провалился, чудом перехватить успели, а тут трое…

— Извините… — ещё сильней смутился отец семейства. — Обещаю, мы будем внимательно следить…

— Я уже это тысячу раз слышал, и каждый раз одно и то же, — отмахнулся офицер и повернулся ко мне. — Ваш билет.

— Вот, — я протянул документы: билет, паспорт, новенькое удостоверение, буквально вчера полученное в ММГУ. — Прошу.

— О, коллега! — летун скользнул взглядом по перстням и тут же стал серьёзным. — И некромант! Артефакты особого контроля везёте?

— Нет, — я покачал головой. — Кольца, палочка, атам, фамильяр. Морон, покажись.

— Ух ты! — дружно, в три мальчишеских голоса протянули позади. — Призрачный ворон! Крутотень!

— Сразу предупреждаю, он шуток не любит. — Я повернулся, чтобы увидеть троицу пацанов-погодков. Старшему тринадцать, младшему одиннадцать, и с первого взгляда было понятно, что они родные братья. Одинаковые соломенные вихры, торчащие в разные стороны, одинаковые конопатые носы картошкой, в отца. И одинаковый блеск глаз, задумавших очередную пакость. — Это не просто ворон, он имя имеет и состоит в свите самой Мары. Если разозлится — унесёт с собой, и никто не спасёт. Поняли?

— Ага! — в голосах мальчишек слышался чистый восторг. — Крутяк!

— М-да, что-то я чувствую, что не помогло, — я взглянул в грустные глаза офицера и отозвал Морона. — Постараюсь его не призывать во время полёта.

— Экипаж будет вам очень благодарен. — Кивнул тот, возвращая мне документы. — Прошу. Ваша каюта в первом классе. Следуйте по стрелкам. Если что-то непонятно, спрашивайте у стюардов. После взлёта до полного набора высоты просим вас не выходить из каюты, об этом капитан сообщит по внутренней сети. Приятного полёта.

— Благодарю. — Я забрал документы и, подхватив чемодан, двинулся по трапу. Чемодан у меня был небольшой, но всё же пришлось кое-какие вещи собрать, всё же три недели — это довольно приличный срок. Но всё равно я серьёзно отличался от большинства туристов, волокущих с собой здоровенные чемоданы, набитые шмотьём. Им помогали стюарды, постоянно снующие туда-сюда по жилой палубе. Я же разобрался сам и вскоре открывал дверь в свою каюту первого класса.

— А что, жить можно! — комната, а точнее, каюта была небольшой, но вполне пригодной для жизни. В общаге в такой нас трое обитало. Здесь была приличная двуспальная кровать, рабочий стол возле иллюминатора, кресло, стул, на стене висел телевизор. Также имелся встроенный шкаф, а отдельная дверь вела в ванную с душем и унитазом. — Теперь хоть понятно, за что две с половиной тысячи рублей дерут.

Ценник был сумасшедшим, но даже третий класс стоил почти полторы штуки, а жить там предлагалось вчетвером, без личных удобств, ютясь на узкой койке. Правда, был нюанс. Если имелась путёвка, то восемьдесят процентов стоимости компенсировало государство. А мои новые знакомые с четырьмя детьми, скорее всего, летели вообще бесплатно, просто сложив все льготы. И мне тоже предлагали, но только третий класс. Раньше я бы согласился без проблем, но за последний год начал ценить уют и возможность уединиться, так что без сомнений выложил требуемую сумму, равную двум с половиной средним зарплатам. И сейчас наслаждался комфортом и спокойствием. А ведь мог лететь по соседству с Мишкой, Гришкой и Мартышкой… От такой перспективы меня слегка передёрнуло. Ни к чему такие ужасы с утра пораньше, не надо оно нам.

Взлёт начался только через час, о чём любезно сообщил по внутреннему радио капитан воздушного судна. Злые языки поговаривали, что аэронавты, то есть те, кто служил на летучих судах, плевались в сторону пилотов гражданских самолётов, которые тоже были капитанами воздушных судов, и категорически не принимали их за равных. Мол, что вы там на своих тарахтелках, даже толком неба не видели. Те в ответ поступали точно так же, считая летучие суда пережитком древних эпох, а самолёты — единственно верным развитием авиации.

Мне и те и другие казались смешными, потому что явно же задачи самолётов и летучих кораблей были совершенно разными, но я своё невероятно важное мнение держал при себе. И лишь любовался в иллюминаторе стремительно удаляющейся землёй, превращающей мой город в карту. Сначала люди стали едва различимыми точками, потом дома превратились в коробочки, а после остались лишь очертания кварталов. Дальше мы уже вылетели за территорию Москвы, потянулись квадраты полей, леса, реки. Было интересно, но я такое уже видел из самолёта, поэтому лишь развалился на кровати, ожидая время, когда можно будет выйти.

Сигнал прозвучал минут через двадцать. Я к этому времени успел пристроить чемодан, достать повседневные вещи типа дорожной одежды, мыльно-рыльных принадлежностей и тому подобных мелочей. Мама даже тапочки положила — сланцы, чтобы не ходить босиком по каюте, их я тоже достал. Правда, изначально они предназначались для пляжа, но какая разница. И как только стало можно, вышел в коридор, закрыв каюту на ключ. Хотел ещё охранное заклинание навесить, но не стал. Ничего особо ценного, кроме денег, у меня там не было, сумму в дорогу я брал небольшую… ну, по моим нынешним меркам, так что даже если что — переживу. А вот если кого-то моим заклинанием пришибёт, будет очень неприятно. Если верить брошюре, найденной в каюте, почти вся общественная жизнь летучего корабля проходила на так называемой общественной палубе. Там имелись и ресторан, где нас будут кормить во время полёта, и библиотека, и салон-кинотеатр, даже не представляю, что это такое, и корабельный киоск, бар и детская комната. Полный набор, так сказать, на любой вкус. Лишь смотровой зал, откуда можно было полюбоваться на проносящиеся внизу землю, облака и звёзды, находился на верхней палубе, там же, где были каюта капитана, рубка и прочие служебные помещения. Туда мне было не надо, но для начала я решил в целом осмотреться, чтобы потом не путаться в проходах.

— Добрый день, — встретила меня перед дверьми ресторана весьма симпатичная официантка. Рыженькая, с ехидными зелёными глазищами, в форме, идеально подчёркивавшей точёную фигурку. Выглядела девушка настолько привлекательно, что я даже вспомнил, что уже неделю обхожусь без женского общества, и настроение начало стремительно подниматься. — К сожалению, пока ресторан закрыт. Обед будет подан в четырнадцать ноль-ноль по времени судна. Оно совпадает с московским.

— Спасибо, я просто осматриваюсь, чтобы понимать потом, куда идти. — Я кивнул девушке, демонстрируя кольцо мага. — Согласно брошюре, все маги автоматически числятся во вспомогательной команде. Вот хочу разобраться, что здесь где, а то вдруг понадобится, а я ничего не знаю.

— Конечно! — Девчонка расплылась в улыбке, а судя по заинтересованному огоньку в глазах, мои акции значительно выросли. — Это очень правильный подход! Меня, кстати, Варвара зовут. Только не надо шутить про нос. С детства эту шутку не перевариваю.

— Никаких носов! — я сделал вид, что застёгиваю рот на замок. — Я Лука. Не буду мешать. Но мы ещё обязательно увидимся…

Меня прервал грохот и крик, донёсшийся с кухни. Мы с Варварой переглянулись и дружно кинулись в ту сторону… чтобы в дверях столкнуться с уже знакомой мне троицей. Пацаны драпали во все лопатки, стремясь скрыться с места преступления, но, естественно, у них это не получилось. Я схватил одного, девушка — другого, третий шустрым волчком пролетел между нами, но врезался в созданную мной магическую стену и растянулся на полу, держась за лоб. А следом за ними из дверей показался повар… или кок? Как правильно, я не знал, но это сути не меняло.

— Поймали⁈ — полноватый мужчина лет сорока облегчённо выдохнул. — Вот ведь засранцы! Пробрались с грузовой палубы через люк для подачи продуктов. И как только там оказались⁈

— Что-то серьёзное натворили? — я встряхнул вырывающегося пацана, заставляя стоять спокойно. — Мы слышали грохот.

— Кастрюлю своротили, к счастью, пустую. — Кок плюхнулся на стул и теперь уже реально выдохнул. — Засранцы. Я, когда услышал, думал, солянку на себя своротили. Как это представил, аж сердце зашлось.

— Ох, господи! — вскинулась Варвара и тряхнула одного из братьев, которого держала в руках. — Да как вам только не стыдно! Вы сами чуть не убились и человека чуть не угробили!

— Мы больше не будем. — Получилось это настолько синхронно, что первая же мысль была: а сколько раз они это повторяли, чтобы такой слаженности добиться.

— Да брось ты их, Варь, — тем временем кок пришёл в себя. — Нет, по заднице для профилактики выдать обязательно, но обошлось же.

— Это сейчас обошлось, а если бы нет, кто бы отвечал? — возмутилась девушка. — Вы, Сергей Вадимович! Поэтому я считаю, что наказать их надо примерно, чтобы неповадно было!

— Вот воистину Мишка, Гришка и Мартышка, — я рассмеялся, глядя, как пацаны инстинктивно прикрывают ещё не пострадавшую часть тела. — Пороть их бесполезно, это я по себе знаю. Пока основательно не вляпаются, не успокоятся. Но есть неожиданное предложение. Варь, ты можешь вызвать кого-то из офицеров экипажа? Не обязательно капитана, но того, кто может принимать решения? С ними надо что-то делать, иначе до Кубы корабль может не долететь, а выход я вижу только один. Но без одобрения это всё будет бесполезно.

— Значит, за какие-то полчаса пробрались на грузовую палубу, проникли на склад продуктов, затем по шахте лифта поднялись на камбуз, своротили пустую кастрюлю и были пойманы с поличным. — Капитан летучего судна Кирилл Тимурович Жуков, капитан первого ранга и маг первой категории, сурово смотрел на трёх сорванцов, ковыряющих пол сандалиями. Пацаны потупили взгляды, лапки сложили по швам и вообще выглядели паиньками, но всем было понятно, что это лишь мимолётная слабость. Стоит взрослым отвернуться — и начнётся погром. — И вы предлагаете, чтобы я взял их в экипаж юнгами⁈

— Иначе мы до Кубы точно не долетим. — Я пожал плечами. — Это же ходячие катастрофы, если они ничем не заняты. Они просто из любопытства что-нибудь открутят, а потом разгребать вам, как капитану.

— А сами шефство не хотите над ними взять? — хмыкнул Жуков. — У меня работы и без этих трёх чудовищ хватает.

— Так я не педагог, с детьми общаться не умею и вообще некромант. — Я вернул ему усмешку. — Меня куда-нибудь к упырям, вот там да, я могу что-то показать. А дети… их же костяным копьём к полу не пришьёшь и прахом не приголубишь.

— Лука… Артёмович! — возмутилась Варя, выделенная коком следить за сорванцами. — Как вам не стыдно!

— Так я правду говорю! — теперь уже возмутился я. — Ну нет у меня опыта! Я в жизни видел только спецшколу, технарь и деревню в Сибири с разной нечистью. Ну и нежить ещё, это да. Тут могу рассказать, чем упырь от вурдалака отличается.

— Крутяк! — судя по восторгу в голосе пацанов, они уже совершенно не переживали о прошлом залёте.

— Так! Я понял! — прервал дискуссию капитан, почуяв, что мелкие негодники готовы к новым приключениям. — Это действительно проблема. Старший лейтенант Сиротин!

— Я! — откликнулся офицер, который проверял у меня билет при посадке. Судя по лицу, он уже догадался, что будет дальше, но был готов встретить опасность грудью.

— Зачислить братьев…

— Сафроновых, — подсказала Варвара, увидев заминку капитана. Я их фамилии тоже не знал, а вот девчонка — молодец, успела поинтересоваться.

— Сафроновых, — продолжил Жуков, словно ни в чём не бывало. — На должность юнги на время перелёта. Назначаю вас за них ответственным! Покажите им корабль, познакомьте с экипажем и найдите занятие. И не дай бог… ну, ты понял меня, сынок!

— Есть! — было видно, что лейтенант осознал всю глубину задницы, в которой оказался, но сдаваться явно не собирался. — Разрешите выполнять⁈

— Разрешаю! — отмахнулся капитан, показывая, чтобы тот начинал заниматься делом, и повернулся ко мне. — Спасибо, товарищ Новиков, за своевременную помощь. Предложение ваше, конечно, сильно отдаёт самодеятельностью, но… боюсь, что вы правы, и без того, чтобы этих сорванцов пристроить к какому-то делу, мы действительно хлебнём горя. Я сам таким был, может, потому и пошёл в аэронавты. Небо, летучие корабли… романтика!

— Завидую белой завистью, — я кивнул, принимая благодарность. — У меня в деревне скайборд, но, конечно, с летучим судном он не сравнится. Там хоть есть ощущение свободы и полёта, но здесь… вся эта мощь под ногами… не зря ещё наши предки стремились в небо.

— Это точно! — взгляд Жукова потеплел. — Ещё раз спасибо. И если что — обращайтесь. Человек вы серьёзный, без ветра в голове. По пустякам дёргать нас не будете. И приятного полёта!

— Благодарю. — Я пожал протянутую руку. — Если что — обязательно обращусь.

К счастью, так весело начавшийся полёт дальше пошёл куда скучнее, без чрезвычайных происшествий. С Варварой мы увиделись на обеде, но поговорить не удалось, поскольку девушка была занята своими непосредственными обязанностями. Я мешать не стал, спокойно покушал, выслушал благодарности от четы Сафроновых, которые сначала чуть инфаркт не получили, узнав, куда умудрились вляпаться их отпрыски, а потом облегчённо вздохнули, потому что три неугомонных электровеника быстро покидали в себя всё, что было на столе, и унеслись на нижнюю палубу, где «главный старшина-аэронафт Денисыч сказал, что будем баллоны для гелия прочищать». Судя по восторгу в голосе, именно этого пацанам и не хватало — настоящего дела и ощущения причастности. Я мысленно себя погладил по голове. Глядишь, и дельными людьми вырастут.

После обеда я сначала посетил салон, где как раз собирались показывать «О бедном гусаре замолвите слово». Фильм посмотрел с огромным удовольствием, да и остальные зрители остались в восторге. Отличный сюжет, забавные эпизоды, великолепная игра актёров, короче, не зря потратил почти два часа своего времени. Кстати, забавный факт: в кинотеатр салон превращался по мере необходимости. В остальное время здесь можно было посидеть, послушать музыку, поиграть в настольные игры или просто пообщаться. Но, если честно, что-то я от людей сегодня уже устал, поэтому решил пойти в каюту, но сначала завернуть в библиотеку, взять хорошую книгу. В Ужанихе я пристрастился к чтению. Каждый день бездумно пялиться в телевизор — так и отупеть можно, а библиотека там была неплохая, вот я и брал книги, меняя их по мере прочтения. Алсу такое времяпровождение всячески поддерживала, но что взять с учителя литературы? Вот и я про то же.

Библиотека встретила меня тишиной, скучающим библиотекарем и одиноким пенсионером, оживившимся при моём появлении. Правда, по другой причине: ему просто не с кем было сыграть в шахматы. Как я уже говорил, в салоне это не всегда получалось, а вот в библиотеке и место было, но не было партнёров. Вот старичок и захотел затянуть меня в свои тенёта.

— Прошу прощения, но я не любитель, — я с сожалением улыбнулся, разведя руками. — Играю, конечно, но только в охотку и особых достижений на данном поприще не имею. Хотя… есть у меня один вариант. Правда, он очень нестандартный и не каждому подойдёт.

— Да я уже на что угодно готов! — махнул рукой пенсионер. — Говорил внучке: на что мне эта Куба? Что я там делать буду? Так-то мы каждый вечер с мужиками сядем, сыграем, а когда по радио какой турнир передают — так вообще! А тут… эх! Я уже хоть с чёртом лысым сыграть готов!

— Ну, смотрите, я вас предупреждал! — я задумался, а потом махнул рукой. Будь что будет. А с капитаном объяснюсь. — Морон, выходи! Вот!

— Это… что? — дедок аж осел на стуле, поправляя очки трясущимися руками.

— Это кто. — поправил я его, ссаживая ворона на доску. — Это Морон. Призрачный ворон. Я, видите ли, в некотором смысле некромант. У меня и удостоверение есть. И Морон обожает играть в настольные игры. Правда, предпочитает шашки, но и в шахматах тоже соображает. Так ведь?

— Кар! — подтвердил ворон и, ухватив белую пешку, передвинул её на е4. А после клюнул кнопку часов, запуская время противника. — Кар!

— Ну если так… — увидев ход, пенсионер тут же взял себя в руки и ответил, начиная партию. — А мы вот так! Что ты на это скажешь⁈ Дома мужикам расскажу — не поверят! Скажут: свихнулся на старости лет… Ага, гамбит! А мы вот так! Съел, да⁈ И не надо мне тут каркать! Ходи давай! А в шашки мы в следующий раз сыграем, я русские тоже уважаю. Вот и посмотрим, кто кого!