Глава 22

— Гоул! — ткнул грязным пальцем один из негров в мои кольца. — Ги ми дат!

— Ноу. — Я даже не стал на это реагировать.

— Ги ми гоул!!! — Мне ткнули было в лицо автоматом, но тут же его владелец вместе с оружием улетел за борт от быстро сложенного знака «аард». Остальные вскинули винтовки, но я хладнокровно положил на плечо Старые кости, правда, выставив между нами Щит.

— Ноу. — Судя по испуганным взглядам, до пиратов дошло, что за рыба попала в их сети. Стоило добавить определённости в эту ситуацию. — Ай рашн маджик. Вхо… блин, как это… кто ваш командир, короче? Компренде? Капитан!

Пираты пошушукались и махнули рукой куда-то в туман. Который уже, кстати, рассеивался. Люди Хартмана в очередной раз скинули золото, не успев поднять ни единого слитка, и главарь бандитов этому вряд ли обрадуется. С другой стороны, появление вот этих черно… кожих пиратов — чисто его косяк. Да, понимаю, что туман призраков глушит радиосвязь, да и в целом мешает ориентации, но не мне же за это отвечать? Взялся — делай как надо! А работать, когда пули свистят над головой, я не нанимался. Я вообще не нанимался, если разобраться. Но свою часть договора выполнил, пусть это было непросто.

Выброшенного мной за борт негра уже вытащили из воды, и, что удивительно, он даже автомат не потерял. Тот самый, что я сразу приметил, с костяной ногой вместо приклада. На меня ямайские пираты смотрели с опаской, но оружием уже не тыкали. Я тоже не спешил раздувать конфликт. Нет, попробовать перебить их было можно, даже наверняка получилось бы, только что дальше? Их лодка на ладан дышала от старости, да ещё пулями её изрядно покрошило. Трое раненых стонали, лёжа на днище, ещё несколько человек явно были убиты и свалились в воду. По крайней мере, я видел тела перед тем, как меня вытащили. И что, добивать их?

И самое главное, как мне после этого вернуться к Хартману? «Санта-Марии» уже не было видно. Зато вскоре туман окончательно рассеялся, и я заметил вторую моторку, идущую параллельным с нами курсом, и основной корабль пиратов, тоже сваливающий подальше от поля боя. Видать, ребята хотели взять добычу нахрапом, но, получив по зубам, решили не рисковать и пуститься в бега. А меня случайно прихватили, спутав в тумане со своими людьми в воде. И лишь теперь поняли, кто попал к ним в лапы, но не знали, что со мной делать, потому что я эти лапы могу и оборвать.

Беспокоили меня только Сафроновы, но я надеялся, что пока ещё время у меня есть. Не станет Хартман рубить концы сразу, для этого он слишком жаден. И повод так думать у меня имелся: если бы было по-другому — меня бы сейчас здесь не было. Потеряв бокора, другой бы отступил, но Хартман за пару дней придумал план, как заставить меня работать на себя, и воплотил его. Конечно, Сафроновы со своей прогулкой на яхте очень удачно подвернулись, но всё же, всё же. Места здесь непростые. Кроме советской базы, которая контролирует территорию, здесь постоянно пасутся корабли США, которым Куба как заноза в заднице. Они бы с удовольствием полностью отрезали остров от моря, замкнув блокаду, но это будет означать неминуемый конфликт с СССР. Так что терпят и ловят любые суда, нарушающие их экономическое эмбарго. Получается так себе, но всё же европейцы с Кубой стараются не торговать.

Деревянное судно притормозило, позволяя лодкам догнать его и пришвартоваться к борту. Оказывается, я ошибся и моторок было три. Метров шесть или семь каждая, с десятком бойцов на борту. Кроме того, на самом баркасе, или как оно называлось, ещё ждало человек двадцать пять. Навскидку, ямайцев было раза в два больше, чем американцев, но, если честно, в бою я бы поставил на янки. Это сейчас чёрным пиратам повезло подойти в тумане и напасть неожиданно, но даже так они понесли серьёзные потери, а вот насчёт американцев я не уверен. До момента тарана на том же водолазном катере разве что ранили кого, да и то не факт.

Лодка причалила к борту, и я, дождавшись, когда половина пиратов из лодки поднимется, нагло оттолкнул в сторону негра с гранатомётом и полез сам. Старые кости пришлось засунуть за пазуху, отчего лезть было не слишком удобно, но я справился. И первым, кого я увидел на палубе, был Джон, мать его, Смит! Собственной персоной, живой и здоровый! Это было неожиданно, но даже приятно. Терзали меня смутные сомнения, что местные пираты умели говорить по-русски, а моего словарного запаса испанского было маловато для полноценного общения. Да и на каком они тут вообще балакают? Больше всего было похоже на искажённый английский, а у меня с ним не очень. Очень не очень.

— Мистер Новиков!!! — обрадовался тот, попытавшись встать, но его невежливо ткнули стволом в грудь, заставив осесть назад, болезненно морщась. — Не оказывайте сопротивления, мистер Новиков. У этого сброда нет понятий о чести, они могут и выстрелить.

— А я тоже могу. — Я вытащил жезл из-под рубахи и, направив его под ноги самому колоритному пирату, скомандовал: — Clavus Ossis!

В палубу с треском вонзился костяной дротик. Шум мгновенно утих, и на меня уставилось почти пять десятков стволов. Надо сказать, ощущения были так себе, но я и глазом не повёл, демонстративно положив Старые кости на плечо. А вот Смит, пользуясь затишьем, начал что-то быстро-быстро говорить, тыкая в меня пальцем. Я не понимал ни слова, но, судя по тому, что стрелять пираты не начали, ему удалось донести мысль, что делать этого не стоит.

— Мистер Новиков, пожалуйста, выпустите своего ворона. — Умирать Джону не хотелось, так что, похоже, меня выставляли могучим волшебником с не менее могучим фамильяром.

В какой-то мере так и было, и я щёлкнул пальцами, отправляя Морона полетать. Тот сделал круг, каркнул и сел мне на плечо, заставив пиратов дружно охнуть и пригнуться. А американец продолжил болтать, пока его властным движением руки не перебил тот самый колоритный негр. Лет сорок, высокий, метра два, не меньше, очень крепкий физически. Обнажённый по пояс, отчего были видны старые шрамы, татуировки и боевая раскраска, начерченная белым цветом. В руке он держал винтовку «Энфилд», если я не ошибался. На поясе висело мачете. Главарь пиратов шагнул ко мне и что-то спросил. На французском, что удивительно. Хоть его я тоже не знал.

— Его зовут Матье Дюваль, — торопливо перевёл Смит, удивляя меня лингвистическими талантами. — Он хочет знать, правда ли ты убил тёмного хунгана. На Гаити про него ходило много легенд, по большей части очень плохих. И он не верит, что такой молодой юноша, как ты, мог с ним справиться.

— Скажи ему, что я колдуна не убивал. — Я не отводил взгляда, смотря прямо в переносицу предводителю пиратов. — Это сделала Мара. Богиня смерти из моей страны, которую я позвал. Колдун нарушил все табу, какие только можно, он думал, что хорошо спрятался, но боги всегда берут своё. Так что если он ищет мести…

— Нет, нет! — Американец замотал головой. — Их собственный хунган, вон тот, с костями на шее, кубинского колдуна ненавидел. И сейчас говорит Дювалю, что ты отмечен бароном Самеди.

— Да уж, — я поморщился, вспоминая наш загул. — Отмечен так отмечен. Меня до сих пор потряхивает. Чего они хотят?

— Золота, — пожал плечами Смит. — Чего же ещё? Но добраться до него у них самих вряд ли получится, поэтому Матье предлагает тебе работать с ними. Дескать, они дадут больше, чем Хартман. Послушайте меня, мистер Новиков…

— Помолчи. — Я жестом перебил американца. — Переводи то, что я сказал. Значит, вы хотите золота? Вы его получите. Но у меня будет одно условие. И вы его выполните, иначе никаких дел у нас с вами просто не будет.

— Я не буду это переводить, — упёрся Смит, стоило мне озвучить свои требования. — Ты просто не понимаешь, о чём просишь. Думаешь, этот сброд что-то может? Да ты никого так не спасёшь, лишь ускоришь смерть заложников!!!

— А ты что, решил, что у тебя есть выбор? — Я презрительно скривился, с трудом удержавшись, чтобы не сплюнуть на палубу. — Вы захватили граждан Советского Союза. Такое не прощают. Слышал, что было, когда Хесболла похитила наших дипломатов? И если ты думаешь, что у кого-то бы не поднялась рука отрезать яйца племяннику шейха, то ты сильно ошибаешься. А за детей вас будут зубами рвать. И поэтому есть только один шанс у тебя лично спастись — это уговорить ямайцев участвовать в этой авантюре, сдать координаты острова, где стоит яхта, и помочь спасти заложников. Вы же ничего обо мне не знаете, сунулись наобум, иначе были бы в курсе, что в своё время я выбирал между некромантом и медиумом. И, несмотря на выбор специализации, навыки работы с астралом никуда не делись, а слепить вестника — это база.

— Почему тогда здесь нет вашего флота? — Американец дураком не был и отнёсся скептически к моим заявлениям, только меня этим было не смутить. — Если всё, как ты говоришь, как минимум должна была подняться тревога…

— И заложников бы пристрелили. — Я кивнул, якобы соглашаясь с его словами. — У меня сутки для того, чтобы самостоятельно найти Сафроновых. А вот после я не дам за твою жизнь и ломаного гроша. Думаешь, что я блефую, — тогда проверь. Знаешь, в чём проблема вас, американцев? Вы считаете себя самыми умными. Самыми хитрыми, самыми прошаренными. И регулярно эпично обсираетесь именно поэтому. Вспомни залив Свиней, Вьетнам или ваши так называемые спецоперации в Африке, где ваш спецназ ссаными тряпками гоняла охрана зама министра Северной Кореи?

— Это не наш, это французов, — поморщился тот. — Да и во Вьетнаме мы не проиграли.

— Да? — Я приподнял бровь в насмешливом удивлении. — То есть, когда ваши сбегали из Сайгона, они делали это как победители? Вот это именно то, о чём я говорил. Ты до сих пор считаешь, что сумеешь выкрутиться, всех перехитрить. Но за детей вас будут рвать на куски. У нас хорошо помнят польские лагеря смерти. Как и то, что многие пшеки нашли приют в США. Хочешь проверить это на себе?

— Ямайцы не согласятся, — нашёл последний аргумент Джон. — Видишь, Матье уже нервничает, спрашивает, о чём мы беседуем.

— Так расскажи ему. — Я пожал плечами. — И объясни, что это его единственный шанс получить долю золота. Думай, Джон Смит, или как тебя там по-настоящему. Тебя же учили в Лэнгли просчитывать варианты. Вот и считай. Выбраться без меня из этой жопы у тебя шансов нет, а мне нужны Сафроновы, живыми и здоровыми. Потому что, если с их головы хоть волосок упадёт, я лично найду тебя, даже пусть на это уйдут десятилетия, и умирать ты будешь очень плохо. Да и смерть тоже не преграда. Я ведь некромант, ты не забыл?

— Хорошо, что от меня требуется? — сдался Смит. Ну или сделал вид, что сдался. Но кто бы его одного отпустил, ага. — Учти, если эти черномазые не согласятся — я не виноват.

— Где твоя толерантность? — Не знаю, но почему-то у меня всплыло именно это слово. — А насчёт того, согласятся или нет, — не твоя забота. Ты главное переводи точно и ничего от себя не добавляй. Я же всё равно потом проверю.

— Зачем нам это, если мы можем пойти и сами взять золото? — Как и ожидалось, ввязываться в авантюру с непонятным исходом Матье Дюваль не хотел. А вот золото хотел, и очень сильно. Я даже его в чём-то понимал, глядя на окружающих меня людей и их судно. На вид ему было не меньше лет ста. Утрирую, конечно, но, блин, на нём даже мачта с парусом была! Рабочая, между прочим! И на палубе виднелись следы от установки ещё двух. А дизель сюда поставили позднее и с немалым трудом. Понятное дело, при таких раскладах ямайцы будут гоняться даже за тенью возможности заработать. Только вот без меня им тут мало что светило. — У нас есть оружие, есть смелость и есть ты.

— Меня у вас нет. — Я покачал головой, отвечая скорее Смиту, который корчил рожи, пытаясь сказать: «А я же говорил!» — Меня ваше оружие не пугает, и если начнётся драка, может быть, меня вы достанете, но вряд ли домой вернётся вся команда. Скорее уж жалкие остатки. Спроси у своего хунгана, сможет ли он справиться со мной. Я же предлагаю вам заработать, пусть не так много, но зато надёжно. А кроме того, помогая мне, вы избежите гнева советской армии и флота. Поверьте, когда дело дойдёт до них, никто не будет разбираться, какие вы пираты, честные или нечестные, потопят всех.

— Мы не боимся смерти!!! — ударил себя в грудь Матье, а Джон от себя уже добавил: — Я же говорил. От этих дикарей никакого толку. Давай перебьём их, захватим лодку и…

— Заткнись и переводи. — Я мило улыбнулся американцу, но того почему-то перекосило. — Не бояться смерти и искать её — разные вещи. Иначе можно просто пойти и утопиться, дёшево и сердито. Но вы же этого не делаете? И согласись, что гораздо приятнее получить долю за небольшую работу, чем не получить ничего, ещё и с немалым шансом закончить жизнь посреди открытого моря?

— Что ты хочешь, чтобы мы сделали? — Может, сам Дюваль бы ещё поторговался, но вот его хунган что-то быстро начал шептать ему на ухо, и лидер ямайцев сдался. Магия всегда пугала людей, даже образованных, что уж говорить о почти дикарях с Ямайки и Гаити, которые и писать-то не все умели. Не зря любое движение Старых костей вызывало дружный вздох. Да, честно говоря, я бы и сам напрягся, увидев у кого-нибудь в руках жезл, сделанный из человеческих костей. Особенно когда они шевелятся. — Мои воины сильны и отважны, в наших сердцах горит священная ярость… но у янки больше пулемётов.

— Поэтому воевать напрямую мы с ними не будем. — Я кивнул, соглашаясь с его словами. — Мне нужен десяток твоих самых лучших бойцов. Они с Джоном отправятся освобождать заложников. А ты свяжешься с янки и предложишь вернуть меня за долю в добыче. У тебя есть кто-то, кто хоть немного понимает по-русски?

— А это ещё зачем? — вскинулся американец. — Мы же договорились…

— Потому что я скажу Хартману, что ты погиб, дубина! — не выдержал я. — Или предлагаешь ему ляпнуть, что ты пошёл освобождать заложников?

— Да, точно, — кивнул Смит, успокаиваясь. — Об этом я не подумал.

— А наш темнокожий друг — подумал, — я подмигнул Матье. — Правда ведь?

— Плохо, плохо понимай. — Кивнул Дюваль и затем ткнул в Смита. — Плохо говорил. Лжец! Не верить ему, совьет какуна!

— За какуну отдельное спасибо, — я с трудом удержался от истерического смешка. — А верить я никому не верю. Поэтому с вами пойдёт Морон. И не думайте, что если он призрак и птица, то его будет легко обмануть. Он один из спутников Мары, богини смерти, и именно он помог мне позвать её недавно. Так что если у тебя, Джон, возникнет идея меня предать… лучше бы ты этого не делал.

— Я понял. — Судя по тому, как у янки перехватило дыхание, такие мысли посещали его голову. Но теперь обстановка капитально поменялась. — Но как вы свяжетесь с Хартманом?

— Моя сделать! — хлопнул себя в грудь Матье. — Но я хотеть золото!

— Вот и поторгуйся с Хартманом. — Я пожал плечами. — Сколько выторгуешь — всё твоё. И, Смит, ты же понимаешь, что надо успеть до следующего сеанса связи?

— Капитан не станет уходить прямо сейчас, — покачал головой американец. — Только не когда он уже почуял запах золота. Скорее попытается отбить тебя у конкурентов или попробует блокировать призраков кораблём. Но без добычи не уйдёт.

— Хорошо, но затягивать всё равно не будем! — Я громко хлопнул в ладоши, а Морон каркнул, расправив крылья. — За работу, товарищи! У нас много дел! И если мы хотим встретить завтрашний день живыми, здоровыми и при деньгах, надо постараться! Сеньор Дюваль, командуйте! Группе спасения пора отправляться, а нам — идти в радиорубку… если она у вас вообще имеется. И дайте кто-нибудь попить, а то в горле пересохло. Всё же эти морские приключения — не моё. То ли дело у нас в Сибири. Тихо, спокойно, подумаешь, из Васюгани монстры лезут, так это зло привычное. А тут вроде и солнце, и море, а меня уже тошнит. А что будет дальше? Вот то-то же!