Глава 23

— Джон умер? — Хартман сверлил меня взглядом, пытаясь забраться под череп и как следует покопаться в моих мыслях. К сожалению для него ментал был очень сложной дисциплиной и даже сильные медиумы далеко не всегда были способны отделить правду от уверенности в своих словах. А уж амулеты и вовсе работали из рук вон плохо, так что как бы капитан бандитов ни крутил на пальце неприметное колечко, толку от него было ноль. — Как он умереть?

— Понятия не имею, — я пожал плечами. — Последний раз я его видел, когда оказался в лодке. Что дальше с ним стало — это скорее надо вас спрашивать.

И ведь ни словом не соврал! Просто не уточнил, что это было не после тарана водолазного катера призрачным кораблём, а когда мы отбывали на встречу с американцами. И может быть, действительно Смит уже умер, кто его знает? Ладно, вру. Живой он. Морон исправно слал мне отчёты о ситуации и сейчас Джон вместе с ударной группой ямайцев двигался к острову, на котором держали Сафроновых. Как и ожидалось, Смит оказался скользким типом, нацеленным на собственное выживание, и ему просто не известно было слово верность. Координаты острова он сдал самостоятельно, даже давить не пришлось. Просто обрисовать перспективу. И дальше он сам согласился на всё, лишь бы не отвечать перед русскими солдатами по законам военного времени. Церемониться с террористами, захватывающими в заложники детей, никто не собирался.

— И чего ты хотеть? — Капитан бандитов был хмур.

Ему не нравилась эта ситуация, но, к сожалению, без некроманта план был обречён на провал. Бросить всё, чтобы попробовать позднее? Не вариант. Только не теперь, когда о золоте стало известно слишком многим людям. Плевать на ямайцев, Хартман был уверен в своих людях. Опытные наёмники, воевавшие в Латинской Америке, Африке и везде, где платили деньги за кровь, разделали бы этих оборванцев за считанные минуты, но… оставались проклятые комми! Запас времени стремительно заканчивался. Скоро заложников начнут искать… и найдут. И тогда на них будет охотиться весь флот. Насчёт кубинцев Хартман не переживал, что они могут, в самом деле? а вот комми вполне могли их и достать. И главное, этот коммунистический ублюдок всё прекрасно понимает, вон как нагло пялится! Ну ничего, дай только добраться до золота, а потом мы посчитаемся.

— Я? — Я даже удивился. — Ничего сверх того, о чём мы уже договорились. И в отличие от тебя я свою часть сделки выполнял на отлично, пока по мне не стали стрелять. Так что если ты хочешь завершить работу — обеспечь мне безопасность.

— Ми вот гоул! — выступил вперёд Дюваль. — Фифти!

— Фак ю! — оскалился Хартман, а его люди вскинули штурмовые винтовки. Тут же в ответ оружием ощетинились ямайцы. — Ты сказать про золото!

— Да с чего бы? — аж удивился я такому наезду. — Они и так всё прекрасно знали.

— Отец, отец, отец, мой отец смерть призраки хотеть брать гоул. — оскалился Матье. — Ми вот гоул! Уи аф де райт!

— Факен шит! — сплюнул в воду капитан бандитов. — Окей! Вы драться с призрак и получить доля! Файф процент!

— Фифти! — оскалился Матье. — Ми вот гоул!

Я с усмешкой слушал перепалку, а точнее торги за золото, которое никто отдавать не собирался. Каждый рассчитывал оставить его себе, перебив временных партнёров, и только мне было по барабану. Пусть перережут друг друга, моя задача была спасти заложников. А вот когда Сафроновы окажутся в безопасности, вот тогда мы и потанцуем. А пока я поглаживал Старые кости, глядя на торги, и общался с Мороном, который как раз доложил, что моторки добрались до нужного места.

Если верить присланной мне вороном картинке, островок был совсем крохотным, густо поросшим пальмами, но имел очень хитрую бухту, которую не было видно с большой воды. Если не знать, что она там есть, никогда не догадаешься. Песчаная коса, поросшая деревьями, отделяла его от наблюдателей и, сдаётся мне, не зря ямайцы сразу поняли, куда надо плыть. Очень уж это место хорошо подходило для контрабандистов и прочего отрепья. Встать на якорь, дождаться груза, перекинуть товар с одного судна на другое и раствориться в ночи. Очень удобно. А то и сделать тайник на самом острове. Зуб даю, если как следует покопаться, то там можно найти много чего интересного. Но плевать. Сейчас меня больше интересовало, чтобы всё прошло как надо и никто не пострадал.

— Твенти! — ударили по рукам бандиты и пираты как раз в тот момент, как штурмовая группа высадилась на остров и двинулась через лес к бухте. — Мистер Новиков, вы мочь работать ночь?

— Не хотелось бы, ночью призраки сильнее, но если надо — смогу, — я пожал плечами. — Однако понадобится много света. Я-то ещё смогу навестись, а вот вы даже не увидите этого грёбаного «Летучего голландца».

— Свет будет, — кивнул Хартман. — Туман скроет. Если вам что-то быть необходим — говорить Мигель. Мигель понимать русский.

— Хорошо, — я согласился, ничуть не удивившись, что Мигелем оказался тот самый латинос с кинжалом-убийцей магов за поясом. Похоже, мне тоже никто платить не собирался, впрочем, я знал это заранее. Ну ничего, меньше моральных дилемм. Вопрос быть или не быть можно сказать, закрыт. — Если вы договорились, можем начинать. Время на самом деле утекает как вода.

— Гет ту йорк, ю сан эв бичиз! — главарь бандитов махнул в сторону «Санта-Марии». — Зе гоулд уоунт лифт итсэлф!!!

И работа зашуршала. Точнее закипела. Даже ямайцам нашлось дело, они подогнали свою древнюю посудину поближе, развернув пулемёты так, чтобы дать отпор внешней угрозе, а также запустили пару прожекторов, освещая место работы. Один я сидел на облюбованном ещё в прошлый раз носу водолазного катера, меланхолично наблюдая за суетой, а на самом деле общался с Мороном, который нашёл яхту Сафроновых. Ямайские пираты, ставшие командой спасения, выходили на позиции, что было не так просто. Американцы были профи, но расслабились. А может быть их просто задолбали три электровеника, так что, судя по всему, заложников просто заперли в трюме, а сами янки расположились на палубе. Причём двое вообще перебрались на берег. Я не думал, что их будет больше, четверо и так уже немало, так что можно сказать, нам капитально повезло. Осталось, чтобы никто не накосячил и всё прошло чисто и без лишних жертв.

— Идут, — латинос оставался немногословным, но всё же сообщил мне, что пришла пора приниматься за дело. Туман шёл густой волной, куда более плотной, чем прошлый раз. Проклятие требовало уничтожить угрозу золоту и подпитывало призраков, делая их более материальными. Ничего хорошего в этом не было, но всё же с этим можно было работать. И я поднялся во весь рост, взмахами жезла посылая уже отработанные заклинания в цель.

— Requiesce! Lux Ultima! — Во тьме высветилась набегающая на нас шхуна с рваными парусами. — Solve Umbra!

Последнее заклятие изгоняет слабых призраков, разрушая их эктоплазменные оболочки, но сейчас удар явно прошёл мимо. Зато уже привычные мне прах и тлен оказались более эффективными и мёртвые пираты отвернули, осыпав нас залпом ядер. Я привычно прикрылся Щитом. Остальные попрятались за борта и тут же с «Санта-Марии» и оставшегося безымянным судна ударили крупнокалиберные пулемёты.

Говорят, что такой способен на короткой дистанции разобрать танк, но вот с наполовину сгнившей каравеллой так не вышло. Да, тяжёлые пули ломали доски, крошили кости скелетов, рвали обрывки парусов, но все повреждения почти сразу же восстанавливались. И даже когда по призрачному кораблю ударили один за другим четыре заряда реактивного огнемёта, расплескавшись по палубе алым цветком, пираты этого словно не заметили. Каравелла лихо заложила разворот, а огонь потух словно сам собой, хотя по идее должен был спалить деревянное судно полностью.

И кстати, будь заряды алхимические, могло бы даже получиться, но по всей видимости, Хартман или пожалел денег на алхимию, или не хотел рисковать, так как подобные вещества проходят по категории оружия массового поражения и если бы их приняла береговая охрана, то это сразу не просто обвинение в пиратстве, а куда более серьёзная статья без возможности оправдаться. Лет двадцать пять с гарантией, а то и вышка. Казалось бы, какая бандитам разница, но даже у их наглости был предел.

Призрачная каравелла отошла, давая нам передышку. Люди Хартмана воспользовались этим по полной программе, ускорив работу. Я плохо видел, что там происходит, но судя по скрипу троса подъёмного крана и крикам, добычу начали поднимать на борт «Санта-Марии». Туман сгустился ещё сильней, проклятие гнало пиратов вернуть золото, но пока мы побеждали. А я получил весточку от Морона. Джон Смит с ямайцами вышел на позицию и был готов к атаке. Охрана заложников целиком перебралась на берег, сгрудившись вокруг костра, где готовился ужин.

— Шип ретурн!!! — отвлёк меня от общения с фамильяром крик моего охранника. Или точнее, сторожа. — Иесус Христос Санта Мария…

Я зло оскалился. Молитвы тут не помогут, только магия. К счастью, это понимал не только я, так что по появившимся вновь дохлым пиратам ударили и с корабля бандитов, и хунган ямайцев отметился, да и я тоже прошёлся могильным пламенем. Раньше я его не использовал, сохранив как козырь, и не зря. Обрывки парусов вспыхнули гнилостным, зелёным огнём, рассыпаясь в прах. Каравелла резко потеряла ход, но не утратила боеспособности.

Сумев довернуть бортом, с неё снова грохнули пушки, а в нас полетели ядра, но сейчас меня поддержали Щитами американцы, так что, несмотря на хорошую точность урона мы не понесли. А дальше своё слово сказало проклятие. Оно давало призракам огромную силу. Паруса погасли, восстанавливаясь на глазах, но всё же капитан скелетов не решился продолжать обмен атаками и снова отвернул, уходя в туман.

Передышка подоспела как раз вовремя. Группа спасения начала действовать. Больше всего я боялся, что Смит всё же выкинет какой-то фокус и всё сорвётся. Понятное дело, что для него это закончится плохо, но так-то мне было плевать на этого янки. Меня интересовали только Сафроновы, их безопасность. И если кто-то из них погибнет, я себе этого не прощу. Но всё получилось как по нотам. Пусть и ржавые, калаши как всегда оказались на высоте. Дружный залп изрешетил охрану прямо во время ужина. Нечего было расслабляться, никакого сожаления я не испытывал, скорее уж облегчение. А после, когда из трюма яхты-катамарана появилось семейство в полном составе, меня и вовсе отпустило.

Избитыми или измождёнными Сафроновы не выглядели, судя по всему, обращались с ними вполне нормально. Да и члены экипажа яхты тоже были в порядке, хоть и могли похвастать парой синяков. Появление новой группы вооружённых людей испугало заложников, но тут хорошо выступил Джон Смит, сумевший быстро всех успокоить, выдав себя за команду спасения. Кубинский экипаж этому явно не поверил, но и возмущаться не стал. Мужикам хотелось попасть домой живыми и здоровыми гораздо больше, чем добиваться какой-то там правды, так что они лишь поблагодарили, собрали пассажиров и умотали в сторону Кубы.

Сафроновы были только за. Сутки в плену явно не лучшим образом сказались на нервах родителей, но вот кто был в полном восторге, так это пацаны. Мишка, Гришка и Мартышка, освобождённые из заключения, носились по пляжу как сумасшедшие, ничуть не пугаясь следов боя. И хорошо ещё, что Смит догадался убрать тела наёмников, иначе их бы и это не остановило. Ну как минимум они попытались поменять мачете одного из ямайцев на пару значков и тот почти согласился, даже несмотря на языковой барьер. Хорошо матушка вовремя просекла ситуацию и загнала непоседливую компанию обратно на яхту, используя громкий голос и тяжёлые подзатыльники. А то неизвестно, чем бы всё это закончилось. А так Сафроновы отчалили на Кубу, а я впервые за прошедшие сутки облегчённо выдохнул. Теперь осталось выпутаться самому и всё будет совсем в шоколаде.

И вот тут меня настиг неприятный сюрприз. Я собирался отправить астрального вестника к нашим военным, пусть даже через Мартынова, когда заложники будут в безопасности, но оказалось, что проклятие куда сильнее, чем можно было ожидать. Туман блокировал район, надёжно запечатывая его внутри некоего кокона, из которого наружу не могло пробиться вообще ничего. Ни радио, ни астральные вестники, ни звуки выстрелов, и подозреваю, что даже если над нами пролетит самолёт, он не увидит ничего особенного. Чистое море и ни следа подозрительной деятельности. Короче, я остался один на один с почти сотней вооружённых головорезов и кораблём-призраком, полным скелетов пиратов, которые вопреки логике вместо того, чтобы мирно гнить в земле или там лежать на дне морском, гоняют по волнам, размахивая ржавыми саблями и паля из пушек. Замечательно! Всё как я люблю!

И тем не менее ситуация действительно была гораздо лучше, чем до этого. Теперь я точно знал, что друзей у меня здесь нет, и мог действовать не оглядываясь на кого бы то ни было. То, что ямайцы якобы выступают на моей стороне, даже звучало как бред. Плевать им было на меня, да и на Сафроновых тоже, просто это был способ подобраться к золоту. А дальше, я не сомневался, меня ждала очередь в голову. Так что я не собирался церемониться, особенно с бандитами. Но и свалить по-тихому тоже не мог, призрачная каравелла развернулась и снова устремилась к нам, целя прежде всего в водолазный катер. Похоже, до пиратов дошло, в чём корень их главной проблемы и они были решительно настроены покончить с ним раз и навсегда!

— Он идёт на таран!!! — я швырнул могильное пламя, затем массово начал кастовать прах и тлен, но призрачный корабль и не подумал сворачивать. — Блокируйте его!!! Быстрее, мать вашу, или все здесь поляжем!!!

Время у нас ещё было и судно ямайцев вполне могло блокировать атаку, подставившись под удар. Неприятно, но не смертельно, тарана у костяных пиратов я не видел, да и по размерам корабли были примерно одинаковые. Однако вместо того, чтобы вклиниться и закрыть нас, ямайцы вдруг двинулись вперёд, притираясь к «Санта-Марии». Видимо, решили больше не ждать, попробовать схватить то, что уже есть и свалить, в лучших традициях пиратов. Это только в книгах все эти корсары, флибустьеры, благородные до жути, а по факту обычные крысы. Не зря их вешали, крысы они и есть. Правда, бандиты были не лучше и между кораблями тут же завязалась перестрелка. Заговорили пулемёты, застучали по бортам пули и именно в этот момент я решил действовать.

— Aplastar! — я ткнул выхваченным атамом точно в Мигеля, рассчитывая прибить его к палубе, но вокруг латиноса лишь вспыхнул купол, гася заклинание, а сам мой сторож оскалился, выхватывая кинжал. В его глазах не было даже тени сомнения, но и я не в бирюльки играть пришёл. — Ну и зря ты так. Лови!

От выпада атамом Мигель презрительно отмахнулся и в этот момент ему прямо по локтю рубанули Старые кости. Да, особо хорошим фехтовальщиком я не был, но кое-чему научился за прошедший год. И обсидиановый клинок с лёгкостью проломил защиту от амулетов, почти походя отрубив бандиту руку. А пока тот с круглыми от боли глазами пытался левой рукой вытащить пистолет, я шагнул ближе, вгоняя ему атам прямо в сердце. Снизу, через живот и солнечное сплетение. Без жалости и сожалений. И тут же стряхнул тело с клинка, убирая его в ножны, и подхватил с палубы папский кинжал. Пришло время для смертельного номера. Парад-алле! А в следующую секунду в наш катер врезалась каравелла.