Глава 5 · Магия для всех
Бизнес-центр «Яуза-Арканум» оказался семиэтажной стеклянной коробкой, втиснутой между жилыми девятиэтажками с обшарпанными балконами. Фасад сверкал голубоватыми панелями, отражая низкие апрельские облака, а над входом тускло переливалась вывеска — стилизованный герб с весами и мечом.
Я заглушил двигатель и откинулся на спинку сиденья. Разглядывал здание через лобовое стекло, постукивая пальцами по рулю.
Значит, вот куда собирался прежний Денис. К юристу. Парень не был дурачком — понимал, что его давят, и пытался сопротивляться. Нашёл организацию, которая помогает «пустым», договорился о встрече… а следом кто-то пришёл в магазин и скормил ему горсть таблеток.
Какие выводы следует сделать? Да простые. Во-первых, помочь реально могут, а значит, вся конструкция у моих врагов недостаточно надёжная. Её можно рассыпать, как карточный домик. Во-вторых, кто-то здесь сливает информацию на сторону. Прослушка самого Дениса маловероятна, хотя с учётом магии не исключена. Одного такого лазутчика я уже отловил.
Архимед всю дорогу дремал на пассажирском сиденье, но теперь встрепенулся, перелетел на баранку и вцепился в неё когтями, сложив крылья.
— Совещание! — торжественно объявил он. — Генштаб! Стратегия! Шпионы повсюду!
— Убери задницу с руля, стратег. Ещё гудок нажмёшь.
— Гудок! — загорелся какаду. — Бибиб! Дави газ! Уходим красиво!
— Мы уже приехали, болтун. — Я вытащил ключ из зажигания. — Вылезай. И веди себя прилично. Мы идём в юридическую контору, а не в цирк.
— Контора! — жизнерадостно повторил пернатый, запрыгивая мне на плечо. — Адвокат! Протест! Возражаю, ваша честь!
Я вздохнул и вышел из фургона. Заметил, что прохожие с интересом косятся на гербы Шуваловых. Хм, надо бы подрисовать сверху название своего магазина. Отличный ход получится. А в каком восторге будет Кирюша…
Внутри «Яуза-Арканума» пахло кондиционером и дешёвым кофе из автомата. Мраморный пол вестибюля был расчерчен трещинами, а охранник за стойкой даже не поднял глаз от «Рунофона», когда я прошёл мимо. Лифта не было — только лестница с металлическими перилами.
— Зарядка! Эверест! Вперёд и с песней! — подбадривал какаду.
— Ты у меня сам скоро зарядкой займёшься, пассажир.
— Птичка — атлет! Фи-фьють! — подытожил он, явно намекая, что и так хорош собой. Но я трактовал его слова как согласие на принудительное изгнание лишнего жира из организма.
— Станешь атлетом, не переживай.
На третьем этаже, в конце узкого коридора с десятком одинаковых дверей, обнаружилась нужная вывеска. Матовая белая табличка, синие буквы:
«Магия для всех». Юридическая помощь. Консультации.
Я остановился перед дверью. На секунду прикрыл глаза, сфокусировался и потянулся рукой в пустоту справа от себя. Пальцы сомкнулись на знакомой обложке. Короткая беловатая вспышка — и в моей руке возникла папка с документами, которую я нашёл в диване неделю назад.
— Фокус-покус! — восхитился Архимед. — Алле-оп!
— Утихни. Просто сиди и не отсвечивай.
— Немыслимо! — попугай изобразил физическое страдание. — Бесчеловечно! Птичку мучают!
— А не замолчишь, переедешь в Питомник на ПМЖ, понял?
Он обиженно нахохлился, а я постучал и вошёл.
За стойкой в крохотном предбаннике кабинета сидела девушка лет двадцати пяти, в строгой блузке и с очками на кончике носа. Типичная секретарша юридической конторы — аккуратная причёска и профессиональная полуулыбка.
— Добрый день. Чем могу помочь?
— Егерев Денис Валерьевич. Мне назначено к Илье Романовичу.
Девушка сверилась с экраном ноутбука, кивнула и поднялась.
— Пройдёмте, пожалуйста. Илья Романович вас ждёт.
Она провела меня к двери с табличкой из тёмного дерева:
«И. Р. Донников».
Кабинет оказался небольшим, но опрятным. Книжные шкафы вдоль стен, забитые юридической литературой и папками-регистраторами. На стенах пара дипломов в рамках, фотография с какого-то форума. Массивный письменный стол завален бумагами, но аккуратно, системно. У окна большой фикус, единственное пятно зелени.
Из-за стола поднялся мужчина лет сорока. Тёмные волосы, подстриженные коротко. Ухоженная борода с проседью. Костюм неброский, но хороший — из тех, что выбирают люди, которым важнее содержание, а не обёртка. Серые глаза смотрели внимательно и спокойно.
— Денис Валерьевич, — он протянул крепкую ладонь. — Рад, что добрались. Присаживайтесь.
Я пожал руку, сел в кресло напротив стола и положил папку. А сам незаметно вложил три единицы маны в «Поверхностную оценку».
Донников Илья Романович (Ранг D, Уровень 8). Один из немногих юристов в Москве, готовых всерьёз браться за дела «пустых» против гильдейской системы. Успех — примерно 30% выигранных дел, что при данной специализации граничит с чудом.
А причину его «любви к пустышкам» назвать слабо?
Вместо ответа Система просто списала ещё ману… но не три единицы, а сразу десять.
Сын оказался F-кой. Не герой, не святой. Просто отец, который решил, что мир несправедлив, и взял в руки Гражданский кодекс вместо меча.
Ну что ж, годится. Уважаю таких людей.
Мой взгляд упал на низкий пуфик у стены, рядом с фикусом. На нём, развалившись с видом императора, лежал огромный серый кот. Пушистый, с белой «манишкой» и широкой мордой. Жёлтые глаза смотрели на меня с тем особенным высокомерием, которое может испытывать только кот.
Ещё три единицы маны.
Барсик. Домашний кот (Ранг F, Уровень 0). Абсолютно немагическое существо, но с эпическим уровнем самомнения. Помогает хозяину снимать стресс после судебных заседаний. Антидепрессант в мехах.
Я едва сдержал усмешку. Барсик зевнул, продемонстрировав здоровенные клыки, и снова закрыл рот. Мол, оценил? Впечатлись, смертный.
Архимед заёрзал, тоже заметив кота. Я ощутил, как мышцы птицы напряглись. Послал ему короткий ментальный импульс: «Сиди. Тихо».
— Итак, — Донников сложил руки перед собой. — Вы упоминали, что собрали документы. Это они?
Я подвинул папку к нему. Юрист раскрыл и принялся изучать содержимое. Работал молча, профессионально. Брал лист, пробегал глазами, откладывал. Иногда чуть хмурился, иногда кивал. Минуты три прошли в полной тишине, если не считать мерного сопения кота и далёкого шума машин за окном.
— Ну что ж, — он отложил последний лист и поднял взгляд на меня. — Картина стала значительно яснее. И, скажу прямо, значительно неприятнее, чем я предполагал.
— Не сомневаюсь.
— Давайте пойдём по пунктам. — Донников достал из ящика стола блокнот и щёлкнул ручкой. — Ключевой момент вот в чём: по Уставу Гильдии, если задолженность члена превышает годовой оборот его предприятия, Гильдия имеет право через свой третейский суд обратить взыскание на имущество. Проще говоря — отнять магазин в счёт долга, выставить лицензию на аукцион и продать.
Он сделал паузу и посмотрел мне в глаза.
— Годовой оборот «Лапы и Когтя» при вас — около нуля. Порог давно пройден.
Я откинулся в кресле, тоже выдержал паузу, и улыбнулся.
— Илья Романович, я уже работаю над решением этой проблемы. Вплотную. Поверьте, через несколько дней ситуация с оборотом будет выглядеть совершенно иначе.
Юрист слегка приподнял бровь. Не поверил, но и не стал спорить. Умный мужик: решил подождать и посмотреть.
— Буду рад, если так. Но учтите: до заседания третейского суда осталось шесть дней. — Он сделал пометку в блокноте. — Перейдём к следующему. Я вижу, что вас постигла череда проверок Росторгнадзора. Обычно они проверяют торговые точки раз в год, по плану. Но если поступает жалоба, тогда приезжают вне очереди.
— Эти ребята наведывались регулярно, — подтвердил я. — И каждый раз находили что-нибудь: просроченный сертификат, неправильную маркировку, нарушение температурного режима хранения. Каждая проверка заканчивалась штрафом.
— Штр-раф! — не выдержал Архимед, распушив хохолок. — Грабёж среди бела дня! Налоговая! Держите вора!
Донников глянул на попугая. А вот Барсик на пуфике поднял голову и посмотрел на Архимеда не с высокомерием, а с чем-то иным. Пристальным. Хищным.
Угу. Знакомая динамика.
— Яркий питомец, — с невольной улыбкой заметил юрист.
— Ещё какой. Продолжайте, пожалуйста.
Илья Романович кивнул.
— Далее. Вы упомянули по телефону, что вам перекрыли поставщиков?
— Перекрыли, — подтвердил я. — Как отрезали. Вероятно, через гильдейские каналы.
— Неудивительно. — Он снял очки, протёр их салфеткой и надел обратно. — Поставщики кормов и расходников, узнав, что «Лапа и Коготь» под проверками и на грани закрытия, сами наверняка перестали отгружать товар. Им не нужны проблемы с надзором. Недоброжелатели же легко могли ускорить этот процесс звонком-другим.
Я кивнул, наблюдая боковым зрением за котом. Барсик потянулся, грациозно слез с пуфика, прошествовал по кабинету и остановился у моих ног. Задрал морду. Жёлтые глаза скользнули по мне, по Архимеду…
Попугай напрягся.
Кот сверкнул взглядом на птичку. Ноздри дрогнули. Хвост качнулся. Я физически ощутил, как внутри этого пушистого шара мягко провернулись шестерёнки древнего охотничьего инстинкта.
А потом Барсик набрался наглости… и запрыгнул мне на колени.
— ТРЕВОГА!!! — заорал Архимед, сорвавшись с моего плеча, как ракета с пусковой установки. — ДИВЕРСИЯ!!! КОШАК АТАКУЕТ!!! СПАСИТЕ ПТИЧКУ!!!
Хлопая крыльями, какаду взмыл вверх и вцепился когтями в металлический каркас потолочного светильника, раскачиваясь на нём, как на качелях.
— Денис Валерьевич, ради бога, простите… — начал Донников, приподнимаясь из-за стола.
— Ничего страшного, — я опустил ладонь на Барсика. Пальцы утонули в мягкой густой шерсти — тёплой и шелковистой. Кот был плотный, основательный. Килограммов семь, не меньше. Подключил мана-канал и послал лёгкий успокоительный импульс, будто накрыл его одеялом.
Барсик замер. Прислушался к чему-то внутри себя. Потом его глаза закрылись, задние лапы подогнулись, и он развалился у меня на коленях, как меховая шаль. Раздалось утробное мурчание. Такое, что от дыхания кота затрепыхались страницы в открытом блокноте на столе. Ну или просто сквозняк. Не суть.
— Странно… — Донников сел обратно. — Он терпеть не может посторонних. Обычно царапается и шипит.
— У меня особая аура, — шутливо пожал плечами. — Животные меня любят.
— Дэнька! — скорбно провозгласил Архимед с люстры. — Птичку предали! Променяли на шерсть!
— Но да ладно. — Донников бросил последний удивлённый взгляд на своего блаженствующего кота и снова взялся за ручку. — Вернёмся к делу.
Пока юрист перечислял юридические зацепки и намечал стратегию, я делал вид, что внимательно слушаю. Нет, я действительно слушал, но параллельно мозг работал в другом режиме, перебирая факты.
Ляхов. Натравить Росторгнадзор на мелкий зоомагазин для такого типа — раз плюнуть. Один звонок нужному человеку в ведомстве. Может, даже и не звонок — записка, переданная через третьи руки. «Обратите внимание на точку по адресу такому-то, есть основания полагать, что там нарушают регламент хранения продукции». И машина завертелась.
Заём из Фонда взаимопомощи — вот это по-настоящему изящный ход. Ляхов через знакомого в фонде позаботился, чтобы Денису дали кредит. Под грабительский процент. Идея простая, как табуретка: кредит увеличивает долг до критической отметки быстрее, чем жертва найдёт деньги.
Отказать в займе было бы хуже, Денис мог бы обратиться за помощью на сторону. К благотворителям, в СМИ, к сочувствующим магам. Да хотя бы в обычный банк. А так он получил деньги, на время успокоился — и петля затянулась.
Видел такое десятки раз. Только вместо магических зоомагазинов были лесопилки и рыбокомбинаты в Иркутской области.
— Денис Валерьевич? — голос Донникова вернул меня в кабинет. — Вы ещё со мной?
— Целиком и полностью, — кивнул я, продолжая машинально разминать Барсику ухо. Мурчание стало ещё громче. — Продолжайте.
— Тогда перейдём к самому, пожалуй, болезненному вопросу. — Юрист сцепил пальцы, подбирая слова. — Вы же понимаете, что для человека без дара существует ряд бюрократических препятствий. В законодательстве РФ нет прямого запрета для неинициированных граждан владеть бизнесом в магическом секторе. Но есть отраслевые регламенты, которые делают это… практически невозможным.
Перед глазами услужливо всплыло системное окно.
Справка: «Правила оборота магической фауны», раздел III, пункт 4.2: Юридическое лицо, осуществляющее торговлю магическими питомцами, обязано иметь в штате не менее одного сертифицированного специалиста с рангом не ниже E.
Донников тем временем продолжал:
— Ваши родители были магами, а вы магии лишены в силу прихоти генетики. Это несправедливо, но когда вы вступили в наследство, магазин автоматически потерял соответствие гильдейским правилам. Вы пытались нанять мага в штат?
— Трижды, — сказал я, припоминая разговор с Севой. — И трижды кандидаты в последний момент отказывались. То находили «лучшее предложение», то вдруг «передумывали».
— Их отвадили, — Донников произнёс это не как вопрос.
— Очевидно.
Юрист покачал головой и сделал пометку в блокноте. Острие ручки царапало бумагу.
— Это всё укладывается в одну и ту же схему. Последовательное давление по всем фронтам с целью довести предприятие до банкротства и изъять имущество через гильдейские механизмы. Рейдерский захват.
— Рад, что наши выводы совпадают, — усмехнулся я. — Но вот эта конкретная проблема как раз решена. Полностью.
Донников поднял глаза от блокнота.
— В смысле?
— Я больше не «пустой», Илья Романович. Недавно произошла самоинициация. Поздняя. Теперь я D-ранговый маг.
— Дэнька — не дурак! — крикнул Архимед с потолка. — Сила! Мощь! Корм давай!
— Тебе только зоб набить, — отозвался я.
Донников отложил ручку. Посмотрел на меня. На Барсика, который урчал на моих коленях с видом мехового ангела.
— Поздняя… самоинициация? — переспросил он осторожно, словно боясь спугнуть удачу.
— Именно.
— В двадцать лет?
— Бывает и позже. Редко, но бывает.
Юрист двумя пальцами потёр переносицу. Я видел, как за его лбом перестраивается вся стратегия, пересчитывается арифметика шансов.
— А, — он указал на кота. — Так вы приручитель? Теперь понятно, почему Барсик от вас без ума. Денис Валерьевич, это меняет вообще всё.
— Птичка знала! — сверху вставил Архимед. — Птичка верила! Дайте птичке ор-р-рех!
Донников проигнорировал комментарий с люстры, хотя уголок его рта дрогнул.
— Слушайте меня внимательно, — он подался вперёд. — Вам нужно срочно идти в Госкомранг! Пройти аттестацию. Получить сертификат. Без бумажки вы для суда — по-прежнему «пустой». С бумажкой — маг, имеющий полное право торговать магической фауной. Это наш главный козырь. И нам нужно немедленно подать встречный иск.
Он выдвинул ящик стола.
— Мне понадобится доверенность на ведение ваших дел.
— Хорошо, — легко согласился я, потому что Система подтвердила благонадёжность юриста.
Донников, не теряя времени, поднялся и направился к копировальному аппарату, забрав мою папку. Я вытащил «Рунофон» из кармана и открыл «Магуслуги». Раздел «Госкомранг», подраздел «Аттестация и повторная аттестация», далее — «Записаться на приём»… Выбрал ближайшее отделение. Ткнул в расписание, нашёл свободное время, подтвердил.
— Ка-а-анцелярия! — глубокомысленно гаркнул Архимед. — Без бумажки ты — какашка!
— Архимед, — одёрнул я.
Илья Романович закончил копировать и вернул папку. Передал мне свои паспортные данные для доверенности и сказал:
— Времени мало, но вот что. Если встречный иск будет удовлетворён, взыскание долга приостанавливается на время проверки. Аукцион откладывается. Это даёт нам пространство для манёвра.
Юрист помолчал, по его лицу пробежала тень.
— Но вы должны понимать, что третейский суд Гильдии — это не государственный суд. Судьи — члены Гильдии. Они могут быть… скажем так, лояльны к стороне, которая щедрее финансирует гильдейские мероприятия.
— Оценка шансов?
— Пятьдесят на пятьдесят, — честно ответил Донников. — Может, шестьдесят на сорок, если аттестация пройдёт гладко, и мы подготовим железобетонную доказательную базу.
— Мне хватит.
Согнал с себя кота и встал. Барсик недовольно взмякнул и дёрнул хвостом. Я протянул руку его хозяину. Илья Романович поднялся и пожал её крепко, по-деловому.
— Был рад познакомиться лично, — сказал Донников. — Звоните, если что-то изменится. Я начну работать над иском сегодня.
— Адвокат одобрен! — проорал Архимед, планируя с люстры обратно на моё плечо. — Контр-р-ракт подписан! Аванс орехами!
Донников усмехнулся, а вот Барсик облизнулся, глядя на птицу. Архимед тут же прирос ко мне намертво и перестал дышать.
— Кстати, нотариус принимает этажом выше, — сказал Донников. — Кабинет четыреста шесть. Можете заверить доверенность прямо сейчас.
Так и сделал. Нотариусом оказалась флегматичная женщина, которая даже глазом не моргнула, увидев говорящего какаду. Распечатала доверенность на специальном номерном бланке строгой отчётности, с водяными знаками. Занесла в реестр, проверила личность. Через полчаса я был свободен.
Москва за окном фургона текла мимо привычным потоком: серая лента асфальта, пешеходы на тротуарах, рекламные щиты с рунической подсветкой. Из динамика хрипело радио — какая-то бодрая поп-песенка с битами.
Архимед, устроившись на спинке пассажирского кресла, добросовестно пытался подпевать. Отсутствие слуха компенсировалось энтузиазмом и громкостью. Какаду выдавал:
— Ла-ла-ла! Тыц-тыц! Пам-пам-пам!
Красный сигнал светофора остановил меня на перекрёстке. Я опустил руки на руль и позволил себе минуту тишины. Ну, насколько это возможно, когда рядом Архимед.
Мысленно прикинул цифры. За последние дни я продал кроликов, мышей, котят, сопутку. Общая выручка через кассу уже перевалила за миллион. Ещё пара дней такой торговли, и оборот превысит долг с запасом. Даже не сомневаюсь, что справлюсь. Кроме того, сумму долга можно скостить прямо сейчас.
Достал «Рунофон». Открыл приложение «Сребробанка», залез во вкладку «Счета и платежи», нашёл реквизиты Гильдии. Оплачу только реальные долги. Не накрученные, не высосанные из пальца. Только то, что я действительно должен.
Ежегодный членский взнос в Гильдию Торговцев — 180 000 рублей. Тут, к сожалению, не отвертишься, это обязательный платёж для всех членов. Подтвердить.
Лицензионный сбор за второе полугодие — 60 000 рублей. Тоже законный и неизбежный. Подтвердить.
Итого минус двести сорок тысяч.
Остальные долги — грабительский кредит из Фонда взаимопомощи, накрученные пени, придуманные штрафы — пусть пока повисят. Есть хороший шанс, что Донников сумеет их оспорить. Платить ворам я не собираюсь.
Загорелся зелёный, я тронулся. Через несколько минут белый «Форд Транзит» завернул в знакомое пространство — на стоянку недалеко от рынка. Заглушил мотор и выбрался на растрескавшийся асфальт.
— Птичка на Птичке! — объявил Архимед, устраиваясь на плече. — Ха-ха-ха! Червячка за каламбур!
Травяные ряды я мог бы найти по запаху. Стоило свернуть за прилавки с амулетами и «защитными оберегами», половина из которых была сделана из крашеного пластика, как в ноздри ударил густой, терпкий аромат.
Пучки сушёных растений свисали с навесов, как бахрома. Горки кореньев в деревянных лотках. Холщовые мешки, набитые до отказа. Стеклянные банки с порошками: розоватый — пепельная роза, серебристый — лунная полынь, зеленовато-золотой — искристый одуванчик.
Главной моей целью была «выдержанная берёзовая зола». Та самая, что требовалась для эволюции птиц и которой у меня не нашлось.
Я прошёлся вдоль ряда, заглядывая в лотки. У второго ларька тётка в цветастом платке хмуро торговала пучками полыни. За ней сидел дедок с седой бородой, перед которым стояла батарея глиняных горшочков, каждый с аккуратной биркой от руки. Именно у него я заметил надпись: «Зола берёзовая, выд. 3 мес.»
— Сами жгли? — спросил я, беря горшочек и поднося к носу. Запах мягкий, щелочной, с лёгким привкусом дымка.
— А то! — дедок приосанился. — Сам жёг, сам выдерживал. Три месяца в глиняном горшке, под серебряной крышкой. Как положено!
Каналы подтвердили: зола фонила остаточной маной. Настоящая.
— Беру два горшка.
Расплатился и двинулся дальше, набирая ингредиенты по списку: свежую петрушку и укроп, ведьмину крапиву, огненную кинзу, душистый приозёрный мятлик, золотую календулу, зверобой-неподкупник, сныть, мать-и-мачеху, листья земляники и смородины, а также ещё несколько десятков трав, орехов и грибов. Каждый раз принюхивался, проверял на упругость стебля и яркость мерцания или просто тратился на «Оценку».
— Хозяйственный! — комментировал Архимед. — Р-р-рачительный! Образцовый муж! Где жена⁈
— А тебе зачем?
— Жена кормит вкусно! Каша с орешками!
Я закатил глаза и свернул к менее приятно пахнущей части рынка. Туда, где торговали не садовыми травками, а органикой из данжей. Тут действовали другие правила, и товар выглядел соответствующе.
Смуглый мужик с хитрыми глазами продавал связки щетинок из гривы Морозного Секача. Рядом расположился лысый здоровяк в кожаном фартуке, перед которым на подносе с охлаждающими рунами лежали жаберные мешки Болотного Сома и желчь Тоннельного Удава — бурая, полупрозрачная, маслянисто блестящая. За ними подслеповатая бабулька торговала костной мукой из данжевых крыс — правда, её товар подозрительно напоминал обычный мел.
Я остановился у широкого прилавка, украшенного выцветшим баннером «АРМЕН И СЫНОВЬЯ — РЕДКОСТИ ИЗ РАЗЛОМОВ». За стойкой стоял коренастый кавказец с пышными усами и хитрой улыбкой.
Чего тут только не было. Осколки панцирей. Сушёные хелицеры. Связки жил. Склянки с мутной жидкостью и подписями вроде «секрет мускусн. ящ.» Но моё внимание привлекла небольшая стеклянная ампула с надписью от руки: «Железа мерцающей саламандры. Потенциал огня + регенерация. РЕДКОСТЬ».
Я взял ампулу и повертел на свету. Внутри переливалась золотистая жидкость.
Потратил ману.
Вытяжка из серной поганки. Качество: Хлам. Ни разу не экстракт из желёз саламандры. Подкрашено пищевым красителем. Потенциал огня: ноль. Потенциал диареи: впечатляющий.
Я поставил ампулу на место.
— Дорогой, зачем поставил? — немедленно среагировал продавец, цепко следя за моими руками. — Бери, не пожалеешь! Настоящий, мамой клянусь! Из Разлома лично принёс!
Я кивнул на пластиковый стаканчик с водой, который стоял у продавца за прилавком.
— Можно? Чисто ради эксперимента. Настоящая железа легко растворяется, а подделка свернётся хлопьями. Нет, раз уж сами из Разлома принесли… однако убедиться всегда полезно, верно? Доверяй, но проверяй.
— Вай, шайтан! — он погрозил мне пальцем и рассмеялся. — Ты алхимик, э? Откуда знаешь?
— Работа такая, — пожал я плечами.
Лицо продавца посерьёзнело, но глаза продолжали смеяться. Он нагнулся под прилавок, порылся в ящике и выставил точно такую же ампулу, но запечатанную иначе — восковой пробкой с оттиском.
— Ладно, парень. За вредность — держи. Настоящая.
Я взял ампулу. Потратил ману на оценку.
Экстракт железы Мерцающей Саламандры. Качество: Хорошее. Огненная регенерация в жидком виде. Редкий ингредиент для эволюционных и алхимических целей. Происхождение: Разлом D-ранга, Подмосковье.
Продавец наклонился ко мне и понизил голос:
— Только ты это… молчок, да? — он выразительно приложил палец к усам. — Не распространяйся. Люди разные, сам понимаешь. А я тебе что хочешь подгоню! Скажи только — Армен достанет.
— Перо феникса, — без промедления ответил я. — Настоящее. Не петушиное крашеное, не имитация на рунной бумаге. Перо.
Торговец крякнул. Почесал в затылке, сдвинув тюбетейку набок.
— Перо феникса — это серьёзно, брат. Но… — он пожевал губу. — Дай недельку-другую. Есть один человек, из Дагестана, у него связи с Гильдией Охотников в Махачкале. Если кто и достанет, так это он.
— Договорились. — Я протянул руку, и мы скрепили сделку рукопожатием.
— Перо феникса! — благоговейно выдохнул Архимед. — Птичка одобряет! Родственная душа! Уважение!
— Ты не феникс, ты какаду. Не путай тёплое с наглым.
— Какаду — птица гордая! — возмутился желтохохлый.
— Угу. Без пинка не замолчит.
Армен расхохотался снова и подмигнул попугаю.
Следующие полчаса прошли в режиме целенаправленного опустошения рынка. В хозяйственных рядах я нашёл чугунный таган — треножник для Пыха. Там же приобрёл большую коробку с разборной жёрдочкой для Архимеда. Попугай, заметив покупку, расправил крылья и загарцевал.
— Трон! Дворец! Птичку оценили! VIP-жёрдочка!
— Я тебя к ней пристегну и будешь сидеть.
Для Блёстки купил специальную поилку-дозатор с узкими горлышками-цветочками, идеально подходящими для длинного клюва колибри. Всё это отправилось в Инвентарь — благо, укладывалось в лимит веса.
Обратный путь на стоянку лежал мимо стены парка Сокольники. Архимед покачивался на моём плече, щурясь на солнце. Весенний ветер трепал его перья.
Я приближался к КПП — массивным воротам с будкой охраны и шлагбаумом. Заходить на территорию аномалии не собирался, да меня бы и не пустили. Просто шёл мимо к своему фургону. У ворот стояли двое охранников в форме. Они болтали и лениво смотрели на парковку.
Вот там-то я и заметил кое-что интересное.
На площадке, чуть в стороне от основного скопления машин, стояла серая «ГАЗель» с выдвинутой задней аппарелью. Возле неё суетились двое мужиков в замасленных комбинезонах, а чуть поодаль стоял третий — презентабельный тип в длинном тёмном пальто, с зализанными назад тёмными волосами и кожаным портфелем. Явно заказчик, не грузчик.
Мужики катили по аппарели тяжеленную клетку на колёсиках. Внутри виднелось что-то массивное. Лязг металла, скрежет колёс. Сквозь прутья проглядывали толстые рыжеватые пластины.
Я замедлил шаг и повернул голову.
Один из грузчиков — широкоплечий, с рыжей бородой и лицом, на котором было написано: «Я ел на завтрак медведей», — обернулся и крикнул заказчику:
— Вот, значит, она…
Изнутри мгновенно раздался гулкий удар, и клетка содрогнулась.
— Не, не-не, спокойно, родная. Живая и здоровая, как видите. Взяли из Разлома D-13, чистая добыча, всё по лицензии. Бронированная ехидна. По каталогу — «Бронеход панцирный шипастый». Очень перспективная зверюга.
Второй грузчик подхватил:
— Главная фишка — костяные пластины. Растут всю жизнь, утолщаются с каждым уровнем. Когти роют землю, камень, бетон в труху крошат. Природный танк!
Мужчина в костюме слушал молча, чуть склонив голову набок. Он не кивал, не задавал уточняющих вопросов. Его лицо оставалось вежливо-нейтральным, как витрина дорогого бутика.
А в следующую секунду всё полетело к чертям.
Левое колёсико клетки — маленькое, хлипкое, явно не рассчитанное на такой вес — соскользнуло с края аппарели. Клетка накренилась. Один из мужиков вцепился в прутья, пытаясь удержать, но масса зверя довершила дело. Конструкция с грохотом рухнула набок, ударившись о бетон. Зверюга взвыла и налегла на решётку. Петли дверцы лопнули. Прутья разошлись.
Из обломков, расшвыривая куски стали, вырвалось существо.
Приземистое, мощное, немного похожее на кабана, скрещенного с ёлочной шишкой, но морда не свинячья. Маленькая голова на толстой шее, крохотные глаза. Короткие, но мускулистые лапы с тяжёлыми когтями. Хвост-балансир, тоже в чешуе, нервно метался из стороны в сторону.
Зверь зарычал так, что в грудной клетке отразилась вибрация. Архимед заорал своё обычное «ПОЛУНДРА!» и немедленно эвакуировался в воздух. Шипастый хвост хлестнул по смятым прутьям. Мужики отпрыгнули в стороны. Тип в пальто побелел и попятился, прижав портфель к себе на манер щита.
— Ловите его! — заорал он. — Ловите, кретины!
— Сам лови! — огрызнулся один из грузчиков, отступая за ГАЗель.
Беглянка мотнула головой, ударила хвостом по борту машины. Получилась вмятина. Зверюга рванула с парковки. Прямо к тротуару, в мою сторону.
— Монстр! — заверещал Архимед, хлопая крыльями над головой. — Танк! Бронепоезд! Дэнька, беги!!!
Я чертыхнулся. Охранники у КПП только начали реагировать, расстёгивая кобуры. Мужик в пальто орал что-то неразборчивое. Ехидна-броненосец, ослеплённая свободой и паникой, неслась по площадке, как очень злой, обшитый костяным панцирем бульдозер. Горячее дыхание зверя уже почти обдавало кожу.
Убегать я не стал. Шагнул навстречу.