Глава 11 · Сделка

Зрак расплылся в широкой лыбе. Зубов у него было немного, но те, что остались, сверкали золотом — видимо, решил инвестировать в самого себя. Мужик воровато оглянулся, убеждаясь, что лишних свидетелей нет, и резким движением распахнул полы грязного плаща.

На секунду я почувствовал себя Шуриком из «Ивана Васильевича», только предлагали мне не транзисторы. Изнанка плаща Зрака представляла собой настоящую передвижную барахолку, сплошь увешанную кармашками, петельками и крючками.

— Смотри, начальник, эксклюзив, — зашептал барыга, выдыхая на меня аромат кислой капусты. — Рунные «Ролексы». Заводятся от ауры владельца, стекло из горного хрусталя. Цепочки золотые, чистая работа, никакой примеси! Амулеты есть. Вот этот, с клыком — от сглаза и налоговой, а вот этот, с красным камнем — «Шёпот суккуба», безотказное приворотное, бабы сами на шею прыгать будут. Кристаллы маны, чистейшие! А вот тут, в мешочке… — он понизил голос до драматичного сипения, — яйца василиска. Свежак. Почти живые.

Я сохранил на лице выражение вежливой скуки, хотя мысленно уже оформлял протокол изъятия. Краем сознания уловил, как Коша, сидевший поодаль, брезгливо фыркнул — до его чуткого носа долетел запах Зрака, и мантикор чётко транслировал мне желание закопать этот источник вони в песочек. Блёстка в небе выдала короткий успокаивающий импульс: патрулей на аллее по-прежнему нет.

Чуть прищурился, активируя «Поверхностную оценку», и пробежался взглядом по ассортименту. Система не заставила себя ждать.

Часы «Хронос-Лайт». Качество: Низкое. Дешёвая китайская штамповка со встроенным заклинанием тиканья. Отстают на час каждый день, а позолота начнёт слезать уже завтра.

Глянул на любовный амулет. Гранёный камень в грубой оправе из серебра напоминал запекшуюся каплю крови. Он излучал манящий свет, который должен гипнотизировать неопытных жертв, но по факту выглядел как дешёвка из сувенирной лавки.

Амулет «Шёпот суккуба». Качество: Мусор. Кусок крашеного стекла на верёвочке. Единственный реально работающий эффект — притяжение взглядов прохожих, которые будут искренне сочувствовать вашему чувству стиля.

Теперь мешочек из прозрачной кисеи. Сквозь тонкую ткань проглядывали три яйца изумрудного цвета, якобы от василиска. Они отливали нездоровым глянцем, а узоры на них явно рисовали от руки.

Яйца гуся-мутанта. Качество: Обычное. Вымочены в зелёнке и покрыты лаком. Уже испортились. Единственное, что из них вылупится — это концентрированное облако метана. Рекомендуем использовать как хлопушку-вонючку.

Система сегодня в ударе. Я едва сдержал усмешку, глядя на этот парад фуфла. Потом посмотрел на нижний ряд карманов, где тускло поблескивали стеклянные баночки с сушёными травами. Сосредоточился на них.

Солнечный лотос. Качество: Отличное. Тот самый ингредиент для Универсального противоядия! Барыга не понимает, что держит в руках ботаническое сокровище, а не приправу для супа. Рекомендуем использовать осторожно, чтобы не превратиться в лампочку.

Однако повезло! Новый элемент для моего рецепта. Я не подал виду. Наоборот, максимально расслабился, облокотился на ствол ясеня и со скучающим видом сказал:

— Слушай, приятель, часики — явная копия, амулет — дешёвка из перехода. Я даже на собаку такой не надену. Давай без цирка, есть хоть что-то нормальное?

Зрак заметно сник, его фиолетовый зрачок дёрнулся. Похоже, не привык, чтобы его «элитный» товар так легко отметали.

— Да как же так, начальник⁈ — засуетился он, придвигаясь ближе. — Это же эксклюзив! А вот тут… глянь сюда! — он указал на баночки. — Это вообще высший пилотаж. Вот эта трава — «Шёпот полночи», помогает слышать мысли соседей через стенку. А вот эта — «Золотая светилка», — его палец ткнул в лотос. — Девчонке своей возьми, кожу с кремом натрёт, сверкать будет!

Я изобразил умеренный интерес, приподняв бровь. Система не ошиблась, он реально принял Солнечный лотос за какую-то косметическую травку. Видимо, эти растения внешне похожи.

— Это товар для тех, кто понимает! — Он бережно извлёк две склянки. — Вот тут, смотри, жёлтенькое. Это Золотоцвет Разломный. Завариваешь щепотку перед сном, и силища такая, что хоть подковы гни! Редчайшая вещь, сам собирал на болотах!

— А во второй что? — я кивнул на пузырёк с тёмно-синими, почти чёрными сухими корешками.

— А это, начальник, Сонный корень. — Зрак понизил голос. — Расслабляет так, что любые стрессы уходят. Щепотка в чай — и спишь как младенец, даже если над ухом дракон ревёт. Чистый релакс, никакой химии.

Сонный корень. Качество: Хорошее. Сильный седатив. Запрещён к свободному обороту, подавляет даже магическую защиту. Применение без лицензии карается штрафом до ста тысяч рублей. Я вас предупредила.

«Всё ради спасения жизней и развития бизнеса», — мысленно парировал я, продолжая изображать незаинтересованного сноба.

— Ну, допустим, — я почесал подбородок. — Травы действительно интереснее, чем твои крашеные яйца. Возьму светилку и этот твой корень. Сколько хочешь?

Зрак буквально расцвёл. Он прижал баночки к груди, словно это слитки платины. И провёл в уме калькуляцию, оценив мою чистую одежду, уверенный тон и отсутствие страха.

— Выбор истинного ценителя! Сто пятьдесят тысяч! — выпалил он. — И это по-братски, начальник! Товар эксклюзивный, риски огромные…

Я не выдержал и рассмеялся. Сразу же пришёл эмпатический посыл от Лиса: смесь искреннего недоумения и лёгкой тревоги. «Всё ли в порядке? Это добрый смех или пора кусать за лодыжку?» Послал ему в ответ полное умиротворение.

— Ты совсем с дуба рухнул, приятель? — я посмотрел на барыгу с нескрываемой иронией. — Кто в здравом уме берёт с собой наликом сто пятьдесят кусков на прогулку в ботанический сад? Или предлагаешь за контрабанду тебе по номеру телефона на «Сребробанк» перевести, чтобы нас обоих завтра УБЭП принял?

Зрак замялся. Его фиолетовый глаз нервно забегал.

— Ну… это… — он облизал пересохшие губы. — Могу доставить, куда скажешь, начальник. Завтра подвезу, там и рассчитаемся. Кто ж знал, что ты самое дорогое выберешь?

— Доставлять мне ничего не надо, — я покачал головой и сунул руку в карман куртки, где открыл доступ к Инвентарю. — Считай, Зрак, что сегодня твой счастливый день. Звёзды сошлись.

Я вытащил руку из кармана и раскрыл ладонь. На солнце ослепительно сверкнули три Иллюзорных Империала. Тяжёлые, с безупречной чеканкой двуглавого орла, они выглядели так, будто их только что вынесли из императорской сокровищницы.

Глаза барыги едва удержались в орбитах. Он шумно сглотнул, кадык дёрнулся.

— Я как раз вёз свою коллекцию на нумизматическую экспертизу перед аукционом, — небрежно уточнил я и подбросил монетки. Металл издал благородный звон. — Чистое золото. Историческая ценность. Каждая монета потянет тысяч на семьдесят, если сдашь правильным людям. Отдаю три за твои две баночки. И мы расходимся.

Зрак дрожащей рукой потянулся к золоту. Схватил одну монету, тут же сунул в рот и надкусил золотым зубом. На металле осталась едва заметная вмятина. Барыга суетливо полез во внутренний карман и достал приборчик размером с брелок от автомобильной сигнализации — портативный сканер, почти как у Линды.

Он прижал гаджет к монете. Тот пискнул и загорелся уверенным зелёным диодом. Идеальная подделка Черныша обманула даже технику.

— Откуда, начальник⁈ — просипел Зрак, тяжело дыша. Он уже сгрёб остальные две монеты и намертво зажал их в кулаке.

— От бабки в наследство достались, — я пожал плечами и властно протянул руку. — Товар гони.

Зрак, не веря своему счастью, поспешно вложил мне в ладонь оба стеклянных пузырька.

— Приятно иметь дело с серьёзными людьми, начальник! — закивал он, пятясь назад и пряча золото в самые глубокие недра своего плаща. — Если что надо будет — я по вторникам и пятницам у старой оранжереи трусь! Спросишь Зрака!

— Бывай, Зрак, — я махнул ему свободной рукой.

Барыга развернулся и растворился в кустах сирени с проворством напуганного суслика. Я посмотрел ему вслед. Три часа. А с учётом времени, потраченного Юрой на сбор монет… Ну, где-то два часа и сорок минут осталось. Потом иллюзорное золото растворится, а карманы этого ушлого типа опустеют. Годное наказание для того, кто впаривает людям крашеные гусиные яйца.

Дзынь! Поздравляем с успешным грабежом грабителя!

Получено: Солнечный лотос (сушёные лепестки, 12 г.), Сонный корень (фрагменты высушенного корневища, 35 г.)

Примечание: Кармический баланс восстановлен. Вы только что оставили уличного мошенника с носом, приобрели важные ингредиенты и не потратили ни копейки реальных денег. Ваша внутренняя жаба аплодирует стоя.

«У меня теперь и настоящая жаба есть. Причём золотая». Я незаметно отправил пузырьки в пространственный карман. Настроение взлетело до небес. Универсальное противоядие теперь вопрос времени, а снотворное в нашем неспокойном бизнесе вообще вещь незаменимая.

Развернулся и неспешно пошёл обратно к лавочке, наслаждаясь терпким запахом прогретой весенним солнцем земли и молодой зелени.

Лис первым уловил моё приближение. Его огромные уши-локаторы дёрнулись, безошибочно пеленгуя знакомые шаги, после чего фенек расслабленно выдохнул, опустил хвост и вернулся к прерванному занятию — усердным раскопкам под корнями старого клёна. Из-под его лапок во все стороны полетели комья влажной земли.

Коша в это время увлечённо исследовал одуванчики. Сунул розовый нос прямо в жёлтую розетку, глубоко вдохнул и сморщился. Раздался звонкий чих, от которого мантикор сам же подлетел. Приземлившись, он принялся тереть мордочку передней лапой, негодующе пофыркивая и отплёвываясь от пыльцы.

Динь-динь! Обнаружена аллергическая реакция на весну!

Утешительный факт: Даже грозные хищники S-ранга иногда проигрывают битву с ботаникой. Выдайте ему платочек и скажите, что это не умаляет его смертоносности.

А вот у нашей лавочки разворачивалась настоящая драма. Алиса стояла в полный рост на газоне, подняв мой картонный лоток с блинами над головой. Вокруг неё нарезал круги Зефир. Щенок счастливо тявкал и подпрыгивал в попытках достать заветную добычу. Его передние лапы то и дело приземлялись на её колени, и те уже основательно перемазались.

— Зефир, блин! Ты мне все колготки подрал! Нельзя, кому сказала! Сидеть! — строго выговаривала княжна, стараясь увернуться от очередного наскока. — Это не тебе! Сказано же — нельзя! Иди вон, голубей погоняй!

Зефир воспринимал эти уговоры исключительно как часть весёлой игры и прыгал только выше.

Я невольно улыбнулся, залюбовавшись этой картиной. Надо же, не сдалась. Не скормила мой обед этому манипулятору, чтобы просто отвязаться, хотя для многих щенячьи глаза Зефира — это оружие массового поражения, пробивающее любую броню. На такого партнёра определённо можно положиться в деле обороны стратегических запасов.

— Отставить штурм, — скомандовал я, подходя ближе.

Зефир плюхнулся на пятую точку, тяжело дыша и вывалив розовый язык, но маниакального взгляда от лотка так и не отвёл.

Я забрал у выдохшейся девушки картонку. Блины уже совсем остыли, но от этого не стали менее аппетитными. Быстро свернул один пополам и отправил в рот, с удовольствием пережёвывая сочную мясную начинку.

— Спасибо, Алиска, — пробормотал я с набитым ртом. — Выпишу тебе медаль за спасение провианта в особо сложных условиях.

— Медаль мне не нужна, а вот компенсацию за моральный ущерб я потребую, — фыркнула Алиса, отряхивая колени и поправляя растрепавшееся пальто. — Этот твой пятнистый зубастик чуть мне на голову не залез. Упорства у него… ну да, прямо как у тебя.

С ветки клёна над нашими головами раздалось хриплое и очень выразительное:

— Кар-р!

Эдгар смотрел на щенка с презрением, всем своим видом демонстрируя превосходство пернатого интеллекта над глупой собачьей суетой. Ворон перебрался по ветке ближе к стволу и отвернулся, показав Зефиру блестящий чёрный хвост.

— А кто это был? — поинтересовалась Алиса, кивнув в сторону кустов, где скрылся барыга. — Выглядел так, будто живёт в мусорном баке и питается крысами.

Проглотил кусок блина и пожал плечами.

— Местный энтузиаст-ботаник. Крайне увлечённый человек. Предлагал пасхальные яйца и дешёвую бижутерию, но мы сошлись на паре редких трав для моих зелий.

Алиса скептически изогнула бровь, скрестив руки на груди.

— Ботаник. Ну да. А я тогда прима-балерина. Я же видела, как он перед тобой плащ распахивал, словно эксгибиционист со стажем. И чем ты расплатился с этим… гуру уличного ритейла?

Я свернул следующий блин и ответил:

— Ты будешь смеяться, но нашу сделку полностью профинансировала Белочка. И Черныш, если уж быть совсем точным в авторских правах.

Девушка на секунду зависла, переваривая информацию. Затем её глаза расширились, и она звонко рассмеялась, запрокинув голову. Эдгар на ветке неодобрительно каркнул, явно не разделяя внезапного веселья.

— Егерев, ты просто чудовище! — отсмеявшись, выдавила княжна. — Ты впарил уличной гопоте иллюзорное золото? Оно же растворится!

— В том и смысл, — философски заметил я, доедая обед. — Нечего честным людям всякую дрянь под видом артефактов подсовывать. Пусть скажет спасибо, что я его ГУБМП не сдал.

Алиса вытерла выступившую от смеха слезинку, но в её взгляде мелькнула тень сомнения.

— А если он обидится и решит тебя найти? Выглядел он так, будто за копейку готов перерезать горло ржавым ножом.

Я скомкал пустую картонку из-под еды и метко забросил её в урну у скамейки.

— Если он окажется настолько глуп, чтобы прийти ко мне с претензиями, то я обязательно найду, куда его приспособить. В нашем бизнесе, Алиса, безотходное производство. Ни один барыга не пропадёт зря.

Подхватил с лавки стаканчик с компотом и опустошил.

— Пошли. — Я вытер губы тыльной стороной ладони. — Пора всё же возвращаться к делам. Мне нужно в магазин, а тебе — позвонить отцу и договориться о встрече, не забыла?

— Такое забудешь, — проворчала девушка, подзывая ворона. — У меня от одной мысли об этом визите температура падает на пару градусов. Шуваловы и семейное тепло — понятия несовместимые.

Пока мы выходили на аллею, я мысленно потянулся к лазурной искре, мелькающей высоко в небе.

«Блёстка, сворачиваем патрулирование. Двигаемся к выходу».

В ответ по ментальному каналу пришёл звонкий, нетерпеливый импульс. Птичка транслировала мне образ небольшого пруда неподалёку, над которым в лучах солнца вились тучи весенних мошек, и настойчивое желание перекусить. С её бешеным метаболизмом перерывы между приёмами пищи вообще должны быть минимальными, иначе она просто упадёт в обморок от истощения.

«Добро, — разрешил я. — Можешь поохотиться. Только в людей парализующими иглами не стреляй. Догоняй нас у главных ворот».

Колибри ответила счастливым мысленным чириканьем и, сверкнув золотыми кончиками крыльев, стрелой умчалась в сторону воды.

Я щёлкнул пальцами, привлекая внимание своего наземного отряда.

— Банда, за мной!

Лис отряхнул лапки от земли и лёгкой трусцой побежал рядом. Коша грациозно потянулся, выгибая спину, и пошёл следом, гордо подняв хвост с ядовитым жалом. А Зефир, поняв, что еды больше не предвидится, бросился вперёд, вынюхивая в весеннем воздухе новые приключения.

* * *

Такси остановилось у обочины. Я расплатился и выбрался из салона, прижимая к себе Кошу. Маленький хищник совсем устал и теперь просто расслабленно мурчал, уткнувшись мне в сгиб локтя и засыпая.

Следом за нами, не дожидаясь приглашения, из машины выпорхнули остальные. Лис сразу же переключился в режим разведки, а Зефир приземлился на асфальт с восторженным тявканьем и поскакал к ступенькам.

Я тоже поднялся и потянул дверь, запуская пушистую братву. Ника и Арес сходу ткнулись влажными носами в мои джинсы, считывая информацию. Ага, пахнет чужой магией, выхлопными газами, уличным барыгой и блинами. Угроз не обнаружено. Вожак цел.

Затормозить на гладком линолеуме Зефир не успел, поэтому слегка проехался на когтях и с размаху врезался Аресу в лапы. Доберман посмотрел на щенка, как полковник на новобранца, перепутавшего плац с танцполом.

Зефир ничуть не смутился. Он радостно взвизгнул и бесцеремонно полез обнюхивать суровые морды охранников. Ника снисходительно мазнула языком щенка по уху, а Арес утробно зарычал — не угрожающе, а скорее воспитательно, обозначая личные границы. Зефир послушно перевернулся на спину, подставляя пузо и признавая авторитет старших, но вилять не перестал.

Я сгрузил спящего Кошу в его персональную лежанку на нижней полке стеллажа. Котёнок даже не проснулся, только сладко потянулся во сне, выпустив когти, и тут же свернулся клубком.

Выпрямившись, я обратил внимание на прилавок. Картина там разворачивалась в высшей степени сюрреалистичная.

Юра в рабочем фартуке сосредоточенно склонился над столом. От усердия он даже слегка высунул кончик языка. В руках парень держал мерный стаканчик, из носика которого тонкой, тягучей струйкой лилась эпоксидная смола. Заливал он её прямиком в отверстие в скорлупе рунного яйца. Рядом уже сохли две такие же пустышки — коричневая и зелёная, с мерцающими золотыми узорами. Отличная идея, кстати. Я сам собирался сделать муляжи для витрины, но руки так и не дошли.

Но самым интересным был консилиум, собравшийся вокруг моего помощника. На кассовом аппарате, распушив хохолок, восседал Архимед. Попугай внимательно следил за каждым движением Юры, то и дело наклоняя голову и выдавая ценные указания:

— Лей р-р-ровно! Кривые руки! Бр-р-рак! Вычту из зарплаты! Птичка видит всё! Подделка! Фальсификат! Экономим смолу!

По правую руку от Юры, прямо на журнале учёта, сидела Золотая Рунная Жаба. Земноводное раздуло блестящие бока и смотрело на процесс с таким непроницаемым высокомерием, будто оценивало работу крепостного крестьянина.

А по левую руку, на коробке с витаминами, притопывал лапкой Прыг. Молниеносный тушканчик был настолько увлечён блестящей струйкой смолы, что его чёрные глазки казались круглыми, а по золотистой шёрстке то и дело пробегали голубоватые искры статического электричества.

Стоило мне подойти ближе, как Прыг дёрнул длинными усами. Повернул голову, увидел меня, и его буквально разорвало от восторга.

Тушканчик тоненько запищал и оттолкнулся мощными лапами от прилавка. Взмыл в воздух, оставив на картонке лёгкий след подпалины. Отскочил от деревянной стойки стеллажа, рикошетом ушёл в потолок, оттуда — на бронированное стекло витрины, и с радостным «Ззз-з-зяп!» приземлился мне точно на плечо.

Меня ощутимо дёрнуло током. Волосы на затылке встали дыбом, а в нос ударил резкий запах палёного.

Динь-динь! Внимание! Обнаружен пушистый электрошок!

Уведомление: Ваш питомец заряжен на 140%. Рекомендуем заземлиться, иначе вы рискуете осветить помещение лучше любой лампочки.

Утешительный факт: Электростимуляция мышц шеи полезна для кровообращения.

— И тебе привет, батарейка, — поморщился я, снял искрящегося грызуна с плеча и посадил на стол. Прыг начал наматывать круги вокруг скорлупок.

Юра оторвался от своего ювелирного занятия. Поставил стаканчик со смолой, вытер руки о плотную ткань фартука и расплылся в улыбке.

— Денис Валерьевич! Вернулись! — парень смахнул со лба выступивший пот. — Как всё прошло? Уладили дела с юристом?

— Прошло отлично, Юр. Документы оформлены, схема работает, — я кивнул на ровный ряд заполненных смолой яиц. — А ты молодец. Муляжи — это грамотный ход.

— Талант! — вставил Архимед, наступая на кнопки кассы. — Птичья школа! Мой ученик! Хвалите меня! Тр-р-ребую премию авансом!

Я проигнорировал пернатого вымогателя и перевёл взгляд на золотой слиток с лапами, который продолжал невозмутимо сидеть возле кассового аппарата.

— Только один вопрос, Юра, — я указал пальцем на жабу. — Почему наша драгоценная амфибия работает пресс-папье, а не сидит в своём комфортабельном террариуме?

Кулёк слегка покраснел и виновато потёр шею.

— Да я это… кормил её. Открыл крышку, пинцетом сверчка подаю, а она как прыгнет! Прямо на стол. И всё, сидит, не уходит. Я её и руками пробовал взять, и уговорами, а она только раздувается и шипит. Боялся, что плюнет чем-нибудь. Решил подождать вас.

Я усмехнулся, а жаба моргнула третьим веком, показывая, что она находится именно там, где ей положено быть.

— Понятно, — вздохнул я. — Губа не дура. Выбрала место поближе к кассовому аппарату.

Дзынь! Система подтверждает вашу гипотезу.

Анализ поведения: Навык «Магнит для капитала» требует нахождения в эпицентре финансовых потоков. Касса магазина для неё — как место силы. Оставьте её там, и, возможно, клиенты начнут оставлять чаевые просто из уважения к её авторитету.

— Ладно, пусть пока сидит, работает талисманом на богатство, — я почесал Прыга за ухом, отчего пальцы немножко закололо. — Но на ночь всё равно уберём в террариум. И нужно ей тогда здесь специальную подушку из мха приготовить, чтобы кожа не пересохла.

Мелодичный перезвон колокольчика над входной дверью заставил обернуться. Тушканчик от неожиданности выдал короткий разряд и ускакал прятаться за стеллажом. Жаба и глазом не моргнула, продолжая изображать статуэтку, привлекающую достаток.

Юра подобрался, одёрнул рабочий фартук и натянул на лицо дежурную, но вполне искреннюю улыбку.

На пороге стоял пожилой мужчина. Добротное, хоть и старомодное драповое пальто, в правой руке — трость с массивным набалдашником, а на левом плече — крупный серый попугай жако с красным хвостом.

Старик оказался знакомым. Тот самый пенсионер, с которым мы коротали время в коридоре Управления по делам магической фауны, пока я ждал инспектора Бызова, чтобы легализовать своих доберманов.

Архимед моментально потерял интерес к Юре. Жёлтый хохолок вздыбился до предела. Попугай чуть приоткрыл клюв, приподнял крылья в угрожающей позе и подался вперёд.

Жако склонил голову набок и глянул на какаду бледно-жёлтым глазом. Перья на его шее слегка распушились.

Воздух в магазине наэлектризовался, и на этот раз Прыг тут ни при чём. Казалось, между двумя птицами сейчас проскочит искра куда похлеще.

— Пер-р-рнатый пенсионер! — выдал Архимед и угрожающе щёлкнул клювом. — Моль бледная! Скор-р-рлупа старая! Пришёл сдаваться⁈

Жако неторопливо переступил когтистыми лапами по плечу хозяина. Выдержал театральную паузу, словно оценивая масштаб трагедии, и скрипучим, по-стариковски надтреснутым голосом произнёс:

— Шпана. Выключи звук.

— Р-р-раунд! — завопил Архимед, подпрыгивая на месте от возмущения. — Птичка — элита! Белый воротничок! Высшее общество! А ты — пыль дор-р-рожная! Пер-р-рхоть! Серая масса!

— Клоун, — меланхолично парировал жако, даже не повышая тона. — Иди уроки делай. Жертва аборта.

Дзынь! Зафиксировано столкновение пернатых титанов!

Анализ: Интеллектуальный урон по самооценке вашего питомца составил 30%. Рекомендуем готовить огнетушитель, потому что у какаду подгорает.

Я шагнул из-за прилавка, жестом показывая Юре, что беру ситуацию под контроль, и приветливо улыбнулся старику.

— Здравствуйте. Кажется, наши пернатые друзья решили продолжить дискуссию, начатую в коридорах власти.

Пенсионер тяжело вздохнул, опираясь на трость, и покачал головой. В его глазах читалась безмерная усталость человека, который живёт с говорящей птицей не первый десяток лет.

— Ох, здравствуйте, молодой человек, — он поднял подбородок. — Узнал, узнал вас. УДМФ, с неделю назад. Вы тогда ещё с двумя серьёзными собачками были. О, так вот же они… хорошие. А я как вывеску вашу новую на улице увидел, с белым попугаем, сразу понял — нам сюда. Мой Сократ с того дня всё успокоиться не может. Как вспомнит вашего, так начинает ворчать.

— Вызываю на дуэль! — надрывался Архимед, раскачиваясь из стороны в сторону. — На семечках! До пер-р-рвой шелухи! Сдавайся, серость! Выходи раз на раз!

Сократ брезгливо дёрнул красным хвостом.

— Валерьянки выпей, истеричка, — выдал серый попугай и демонстративно отвернулся, начав ковыряться клювом в перьях на своей груди.

Архимед от такой наглости едва не поперхнулся. Он захлопал крыльями, подняв небольшой ветерок, от которого золотая жаба недовольно прикрыла глаза.

— Пр-р-ровокация! — зашипел какаду. — Игнор-р-р! Неуважение к пр-р-ротивнику! Судью на мыло! Дисквалификация!

— Архимед, брэк, — осадил я. — Веди себя прилично, к нам покупатели пришли.

— Чем могу помочь? — включился Юра, выходя из-за прилавка. Он наскоро оценил чужую птицу. — Ищете что-то конкретное для вашего красавца? Корм, витамины, новые игрушки для клюва?

Старик перевёл взгляд на моего помощника с явным облегчением.

— Корм нужен, сынок. Заводской, для крупных видов. А то мой старый поставщик закрылся, там, говорят, теперь будет филиал новомодный, этот, как его… «Беломор-Зверь». Но пока ещё они дела передадут, ремонт сделают… а в супермаркетах одна шелуха продаётся. Сократ такое не ест, он у меня парень с характером. Чуть что не по нему — сразу миску переворачивает.

— Понимаю вас, — Юра закивал и повёл клиента к стеллажам. — Для жако у нас есть отличная зерновая смесь премиум-класса. С добавлением кедровых орехов, сублимированной папайи и эквадорского манго. Без искусственных красителей, чистая органика. Перо будет блестеть, а пищеварение работать как часы.

Пока Юра грамотно обрабатывал клиента, я прислонился к стойке, наблюдая за птицами. Сократ, несмотря на показное безразличие, косил жёлтым глазом на Архимеда. Мой же какаду перешёл к тактике психологического давления. Он спустился с кассы на столешницу, вытянулся в струнку, чтобы казаться выше, и начал маршировать туда-сюда вдоль края прилавка, как часовой на гауптвахте.

— Дешёвка! — комментировал Архимед. — Питается отбр-р-росами! Птичке — манго, серости — пшено! Нищебр-р-род! Завидуй молча!

— Тьфу, деревня, — отозвался Сократ, даже не повернув головы. — Раскудахтался.

Золотая Рунная Жаба, которой эти крики явно мешали наслаждаться собственной значимостью, повернулась в сторону Архимеда. Её горло зловеще раздулось. Прыг, почувствовав назревающий конфликт, благоразумно решил и дальше не высовываться.

— Вот этот пакет возьму, — голос старика отвлёк меня от своих раздумий и локальной войны. — И, пожалуй, вон ту минеральную подкормку с сепией. Кости старые, кальций нужен.

— Отличный выбор, — Юра подхватил товары и вернулся за кассу.

Пикнул сканер руно-кодов. При звуке кассового аппарата жаба мгновенно забыла про Архимеда, подобралась и уставилась на монитор, словно ожидая, что оттуда сейчас вылетит жирная муха, сделанная из чистого золота.

Старик приложил карту к терминалу. Прошёл платёж.

— Спасибо за покупку, — Юра вежливо кивнул пенсионеру. — Заходите ещё. Сократу всегда рады.

— Уж не знаю, как насчёт рады, — усмехнулся старик, берясь за ручку пакета. — Но нервы вы нам точно взбодрили. Хватит ворчать, Сократ. Пошли домой.

— Погодите, — я придержал старика за локоть, когда тот уже развернулся к выходу. — Вы сказали, ваш старый магазин закрылся и там теперь будет филиал «Беломора»? А где именно он находился?

Пенсионер остановился, задумчиво постучал тростью по линолеуму.

— Да где ж… В Преображенском, прямо у меня под носом, возле дома. На углу с аптекой.

Я кивнул, мысленно ставя точку на карте города. Беломор методично зачищает мелких игроков, чтобы занять их точки. И уже подобрался совсем близко.

Старик побрёл к выходу. Серый попугай вцепился лапами в его одежду, бросил убийственно-спокойный взгляд на моего какаду и выдал напоследок:

— Пока, неудачники.

Звякнул колокольчик, дверь закрылась, отрезав нас от уличного шума. Архимед стоял на краю прилавка, замерев с открытым клювом. Его хохолок мелко подрагивал от переизбытка эмоций. Осознание того, что последнее слово осталось не за ним, обрушилось на какаду всей невыносимой тяжестью.

— Тр-р-рус! — наконец взорвался он, захлопав крыльями так, что с полки слетел ценник. — Дезер-р-ртир! Беги, пока цел! Слился! Птичка — чемпион! Золотая медаль! Кубок мне! Фанфар-р-ры в студию!

Динь-динь! Тактическая победа жако зафиксирована. Ваш питомец пытается компенсировать поражение громкостью. Уровень отрицания реальности: 100%.

Я достал из кармана крупный грецкий орех в скорлупе и положил его перед бушующим какаду.

— Остынь, чемпион. Ты его морально уничтожил. Держи свой кубок.

Архимед мгновенно замолчал. Внимательно рассмотрел орех, подкатил к себе лапой, прицелился и ловко расколол клювом.

— Контр-р-рибуция! — деловито сообщил он и достал ядро. — Победитель забирает всё! Справедливость востор-р-ржествовала!

Уже собирался уйти в подсобку, чтобы привести себя в порядок и немного подумать, но не судьба. Телефон в кармане коротко завибрировал. Я достал аппарат. Неизвестный номер. Сообщение состояло всего из одной строчки:

«Есть работа для микрохирурга мана-каналов. Сегодня в 20:00. Адрес пришлю за час».

Я посмотрел на экран и невольно улыбнулся.

— Кажется, наживка сработала. — Телефон вернулся в карман. — Портниха выходит на связь.