Глава 20

Навалилась тишина. В голове пульсировала боль, и я поморщилась, а затем посмотрела на пол. Там лежали потроха – то ли куриные, то ли нет, не разобрать. Задумка Простолюдина стала мне ясна, едва я услышала попискивание и тонкие, еле различимые звуки: так общаются между собой крысы. Судя по всему, в этой комнатушке они были частыми гостями. Крыс я не боялась, тут Простолюдин промахнулся. Я им вряд ли буду интересна, пока имеются вкусные потроха. А вот то, что мне дали передышку, – бесценно. «Думай, Марика. Думай». Конечно, Людвиг не мог меня полностью подготовить к такой ситуации. Но он много рассказывал, и сейчас мне на ум сразу же пришли его слова. «Сначала необходимо успокоиться. Три глубоких долгих вдоха, медленные выдохи. Три коротких. Снова три долгих. Не помогло – повторяйте, пока не поможет». Я задышала, возвращая себе уверенность, которой, если честно, вначале не испытывала. Хотя я и нужна этим людям живой, чтобы найти спрятанное тетей, вряд ли они дальше будут разборчивы в методах уговоров. Если поймут, что я говорила правду и ни о чем таком тайно не ведаю, убьют меня без сожалений. Звать на помощь бесполезно: не глупцы же они, чтобы держать меня в месте, из которого можно до посторонних докричаться. Никаких артефактов связи у меня нет, следящих тоже. На мне только морион, который преданно сохранит меня, если крыса решит попробовать на зуб, и браслет духовной связи с Нилом. Браслет не сняли с меня по одной простой причине: он был невидим для всех, кроме Нила, меня и Людвига. Именно Отеро его создал – из того, что подчинялось ему. Я поелозила связанными руками так, чтобы рукав платья сполз выше. Тонкое темное кольцо оставалось на месте: узкая полоска тьмы, замкнутой на моем запястье, бесшумно клубившейся внутри. Браслет работал, когда мы с Нилом находились недалеко друг от друга, и в отдалении от кота был совершенно бесполезен. Конечно, я попробовала воззвать к своему пушистому товарищу (а вдруг меня держат в подвале соседнего дома?!), но в разуме моем царила тишина. Однако это единственный шанс. Если я докричусь до Нила, у меня появится призрачная надежда. Нил может найти Людвига, если они сейчас не вместе; мой кот сделает все, чтобы я осталась в живых. Морион для связи не предназначен, значит, остается браслет и моя сила артефактора, которую можно в него направить. Я была практически уверена, что это ничего не даст: Людвиг смог бы легко, а я – существо иной породы. Моя сущность – творить волшебные вещицы, коих у меня имеется всего… В голове будто звезда взорвалась. Никто не заблокировал мою магию артефактора, ибо похитители явно считали ее абсолютно бесполезной, а меня – ни на что не годной. Однако я сама не так давно рассказывала Дейву, что на первом курсе мы делали волшебные вещи из всего. Это аристократам нужно золото, а мне… Какое счастье, что руки мне связали не за спиной. Прошептав стандарт открытия, я развернула облако формул, скрытое в морионе. Как я жалела сейчас, что не нашла времени разобраться в нем! Тетушка, определенно, многое сокрыла в камне. Но кое-что я успела рассмотреть и теперь могла использовать: массивы формул, уже готовые, которые можно скопировать, не тратя времени на то, чтобы воссоздать их вручную. У моих ног возникло движение, и крупная серая крыса, задорно шевеля усами, прошествовала к потрошкам. Она никуда не торопилась и собиралась качественно отобедать. Усевшись на задние лапки, крыса принялась умываться. – Давайте, – пробормотала я, – идите же сюда… Из дыры в углу появились еще две крысы. Одна тут же начала угощаться, а вторая заинтересовалась мной. Подбежала к моим ногам, принюхиваясь, и я потянулась ей навстречу, уговаривая подойти еще ближе, еще, коснуться… Медленно наклонилась, чтобы не спугнуть зверька, и протянула к нему связанные руки. Наглая крыса, привыкшая хозяйничать в этом подземелье, охотно подалась вперед – вдруг бы я да предложила что-нибудь вкусненькое… На мгновение она коснулась розовым носом моего пальца. Но и этого мне хватило. Профессор Грант, что на первом курсе учил нас фокусам вливания магии, помнится, объяснял: живые существа в качестве артефактов и амулетов рассматривать нельзя. Живое существо слишком нестабильно, и даже при верном и искусном наложении формул побудет артефактом всего несколько мгновений… да и то вряд ли. Однако, утверждал профессор Грант, подкручивая кавалерийский ус, в редких случаях животных можно использовать как усилитель некоторых формул. И лучше всего для этого подходят звери стайные. Например, крысы. Потому что между ними существует связь, и довольно сильная, а именно связи мне сейчас и не хватало. На мгновение коснувшись носа любопытного зверька, я прицепила к нему облачко формул. Крыса застыла, не понимая, что произошло; я же потянулась, шепнула, и формулы побежали по связующим нитям, как огонь по фитилям. Через несколько мгновений я ощущала всю стаю; ох и много же их тут! Но мне это только на руку. Подождав несколько секунд, чтобы заклинание полностью подействовало, я приложила браслет духовной связи к мориону и произнесла почти забытый мною стандарт контакта. Браслет раскалился, камень обжег мне шею, и я мысленно заорала: «Нил!!!» «Марика!!! – заорал он в ответ. – Ты где?!» «Я не знаю! – Я быстро, как только могла, перекинула ему картинку, попыталась ощутить направление – и, как ни странно, у меня получилось! – Я где-то на запад от тебя. Найди Людвига. Меня держат связанной». «Людвиг тут! Я сейчас…» «Марика!» – возник в сознании голос Отеро, и связь оборвалась. Крысы кинулись наутек. Только хвосты мелькнули – и нету. Умные зверьки. Я без сил откинулась на спинку кресла. Остается надеяться, что Людвиг уловил направление, или моя картина происходящего ему чем-нибудь поможет… Хотя надежда слабая. Связь продержалась слишком недолго. С другой стороны, она все-таки была… Когда минут через двадцать Простолюдин заглянул в комнату, то нашел меня задумчиво созерцающей потроха. Крысы так и не вернулись; после нашего контакта я все еще слабо ощущала их и знала, что они разбегаются из здания во все стороны. «Ну вас, – думали (вернее, чувствовали) крысы, – еды и в других местах полно, а вы какие-то подозрительные». – Им было невкусно, – сообщила я Простолюдину, который застыл на пороге, явно недоумевая, почему тут все не кишит крысами, – они откланялись и отбыли. В коридоре раздался чей-то встревоженный голос, и на пороге возник один из заговорщиков. Первый или Второй – не разберешь, уж больно у них хламиды одинаковые. – Ну что? – осведомился он своим мерзким искаженным голосом. – Стала она сговорчивей? – Пока не понимаю, – медленно произнес Простолюдин. Я чувствовала, как он пытается сообразить, что тут произошло и почему крысы не явились. – У меня кот, – любезно подсказала я ему. – Грызуны его боятся. Хотя в последний раз, когда Нил уснул в подвале, мыши подобрались к его усам – он сам мне рассказывал. Кто-то громко заговорил в коридоре, слов было не разобрать. Первый (я решила, что это он) подошел и взял меня за горло. – Ты что-то сделала, – сказал он утвердительно, – и ты сейчас расскажешь мне, что именно. Думаешь, ты настолько нам нужна? Без сомнений тебя придушу, если хотя бы заподозрю, что… Грохнуло так, что с потолка посыпалась штукатурка; в комнату ворвалось пыльное облако, и я закашлялась. Пальцы с моей шеи исчезли: Первый отшатнулся. Простолюдин сгинул в коридоре, а вместо него возник Второй. – Нужно уходить. – Убьем ее, – кивнул на меня Первый. Второй покачал головой. – Как бы ни хотелось, нельзя. Еще есть шанс… Ее живая кровь. И забрать ее мы сейчас не сможем. Как-то они ее отыскали, а значит, найдут и нас. – Хотя бы так, – прошипел Первый и ударил меня кулаком в лицо. Голова дернулась, ослепительная боль разлилась по скуле. – Запомни, герцогская подстилка: это еще не конец. Я ощутила, что проваливаюсь в небытие, и усилием воли заставила себя удержаться на грани. Встала, покачиваясь; комната вращалась вокруг, и я некоторое время не понимала, что мне делать и куда идти. Надо выбираться. Ноги подогнулись, я упала на четвереньки, больно ударившись об пол связанными запястьями. Кажется, в одним из них что-то хрустнуло, но я не была уверена: руки онемели. Вокруг по-прежнему висело облако пыли, издалека доносились вопли, а я знала лишь одно: надо ползти и убираться отсюда. На четвереньках выбралась в коридор, осторожно, держась за стеночку, встала. Куда идти – направо или налево? Я снова закашлялась, и тут браслет налился теплом. – Марика!!! – Нил!!! Он вылетел из клубящейся полутьмы – мой кот с вечно недовольной мордой и развевающимся, как флаг, хвостом. Едва не сбил меня с ног, полез на руки, а увидев, что запястья стянуты веревкой, без промедления вцепился в нее зубами. Сейчас никто не принял бы Нила за обычного котика: его глаза горели алыми всполохами, и он показывал, кем являлся на самом деле. Неупокоенным духом, которого Людвиг по моей просьбе пожалел и не отправил за грань. Вот и пригодилась доброта… – Марика! – следом за Нилом из тьмы возник… Дейв. Я настолько не ожидала его увидеть, что разревелась от облегчения. Линден подхватил меня, полоснул кинжалом по веревкам, которые не успел перегрызть Нил. Запястья, наконец, освободились. Впрочем, я все равно их не чувствовала. Дейв взял меня на руки, и я ощутила, как мир плывет, закрываясь завесой усталости и боли; кажется, я еще успела заметить лицо Людвига, но после меня в третий раз за день накрыло темнотой. Очнулась я оттого, что в легкие лился восхитительно вкусный свежий воздух. И глаза открылись будто сами собой. Надо мной раскинулось вечернее небо, украшенное редкими веснушками первых звезд, а потом все это загородило незнакомое бородатое лицо. – Отлично, мисс, просыпайтесь. – Она пришла в себя, Джонсон? – отрывисто спросил кто-то рядом. Я узнала голос Людвига. – Да, милорд. Все будет в порядке. – Марика? – Отеро склонился надо мной, и я впервые увидела его настолько встревоженным. Людвиг – не мастер выражать эмоции, но на сей раз его, похоже, пробрало. – Не бойся, все закончилось. Сейчас мэтр Джонсон тебя подлатает. Он лучший медик в Райстоне. – Профессор медицины, милорд, ни больше ни меньше, – проворчал рядом доктор. – Отойдите от мисс Смит, прошу. Достаточно вот этого джентльмена, которого не отогнать, и животного. Только антисанитарии нам тут и не хватало! Я посмотрела вправо – и увидела Дейва. Оказывается, он держал меня за руку, которой я не чувствовала. Тут же отирался Нил, распушившийся настолько, что смотреть боязно. – Все хорошо, – прохрипела я, – только пить хочется. – Дайте ей напиться, мистер, – велел доктор Дейву. – Хоть какая-то от вас польза будет… Словно из ниоткуда возникла фляжка с восхитительно прохладной водой. В жизни такой вкусной не пила! Так как шевелить руками я пока не могла, Дейв придерживал и флягу, и мою голову. Нил верещал, как он за меня испугался и как он рад, что я, несносная женщина, жива-здорова. Ну, здорова еще не совсем, но вот сейчас, еще немного… Как выяснилось, лежала я на чьих-то свернутых плащах; рядом возвышалась карета, куда меня и перенесли, когда вода во фляге закончилась. Задавать вопросы я еще была не в состоянии, хотя очень хотелось. Хватило меня лишь на два. – Вы их поймали? – спросила я у Отеро. – Тех, что были… со мной? Он мрачно покачал головой. – Лишь нескольких, и подозреваю, это мелкая сошка. Они подготовили пути отхода. Из этого дома, – он кивнул на едва различимое, залитое сумерками здание за его спиной, – вел подземный ход. Ушедшие завалили его за собой. Ты запомнила кого-то? Я отстраненно отметила, что через десять лет знакомства Людвиг наконец-то начал обращаться ко мне на «ты». – Нет. Они все были в плащах с капюшонами, и голоса искажены. – Так и думал, – кивнул он. – Сейчас тебя отвезут домой, Марика. Я подъеду следом. Оставайтесь с ней, – велел от Линдену, – не выпускайте из виду ни на минуту. – И не собирался. Доктор Джонсон, Нил и Дейв забрались за мной в карету; дверца захлопнулась, и мы тронулись. Врач сидел рядом: я чувствовала, как вливается в меня целительская магия. Понемногу запястья начали что-то ощущать, да и щека «отмерзла». Я ожидала, что возвратится боль, однако ее не было. Не зря Джонсон лучший в Райстоне! Людвигу можно верить: с худшими он не работает. – Она сильно пострадала? – спросил Дейв у врача. – По сравнению с тем, что я каждый день вижу в городской больнице, мисс Смит абсолютно здорова, – фыркнул доктор. Теперь я, наконец, его разглядела. К моему удивлению, оказался он довольно молодым; видать, и вправду очень талантлив, раз уже профессор. – К утру и следа не останется. Передайте мистеру Отеро, чтобы не слишком мучил ее сегодня допросами. – Я вполне способна… – начала я. – Даже и не начинайте, мисс! Вам необходимо отдохнуть. С утра будете свежи, как роза, вот тогда и разговаривайте сколько угодно. А сегодня – теплая ванна, постель и спать! Я оставлю микстуру, проследите, чтобы мисс Смит ее выпила. – Хорошо, док. Ехали мы, к моему удивлению, недолго – с четверть часа. Значит, пределов Райстона я не покидала; может, это и дало мне возможность докричаться до Нила? Неизвестно, смогло бы получиться или нет, если бы мы покинули черту города. Сумерки уже накрыли улицы, в карете было темно, и я не могла разглядеть лицо Дейва. Однако Линден все время держал меня за руку, и я чувствовала, как он поглаживает мои снова обретшие чувствительность пальцы. Поглаживает – и иногда еле заметно стискивает, будто сдерживая себя. Это лучше всяких слов дало мне понять, насколько Дейв за меня волнуется. «Лазурит» сиял огнями; на крыльце меня ждали Грег и Зельда, причем у первого вид был недовольный, а у второй – испуганный донельзя. Доктор с нами распрощался, сказав, что заглянет завтра, а на сегодня его дело сделано, и вручив Дейву темную склянку с микстурой. Линден вынес меня из кареты на руках, никому не дав помочь, и опустил на стул в торговом зале. Нил немедля взобрался ко мне на колени. Посетителей, разумеется, не было, зато царил легкий панический беспорядок, который всегда образуется вокруг неожиданных событий. – Миледи, – Зельда опустилась передо мной на колени, не решаясь прикоснуться, – вы живы! Какое счастье! Она была бледна до зелени, руки тряслись. Я улыбнулась. – Со мной все будет хорошо. – И будет еще лучше, если ты последуешь указаниям врача. – Ого, Дейв тоже перешел на «ты»! Вот что волнение с людьми делает! – Я помогу тебе подняться наверх и… Я подняла руки. – Во-первых, я жива и даже относительно здорова, спасибо доктору. Во-вторых, жутко хочу чаю. В-третьих, доктор велел принять ванну, а уж туда я тебя не допущу, все-таки приличия надо соблюдать. В-четвертых, Людвиг обещал скоро быть, и я очень хочу послушать, как все происходило. Да и он наверняка пожелает услышать подробности… – Я тебя не оставлю, – мрачно произнес Дейв. – Потому что Отеро так велел? – Потому что я так хочу. – Пусть проводит тебя до спальни, а там я за тобой присмотрю, – подсказал мне Нил. Я кивнула. – Мой кот за мной приглядит. – Твой кот, – хмыкнул Дейв. – Об этом мы тоже поговорим… попозже. Они с Нилом обменялись взглядами, из чего я сделала вывод, что сущность моего питомца для Линдена больше не тайна. Что ж, одним секретом меньше. Оставалось еще столько, что я должна была ему рассказать… Дейв привел меня в спальню, и там я твердо велела ему выйти и подождать за дверью. Ноги еще подгибались от слабости, однако я вполне могла передвигаться самостоятельно. Похоже, доктор Джонсон влил в меня прорву силы, и хотя я по-прежнему ощущала мерзкие последствия магической пытки, на ванну и переодевание меня должно было хватить. Нил молчал. Он бродил за мною по пятам, однако от своих обычных высказываний в стиле «глупая женщина» воздерживался. В конце концов, я не выдержала сама. – Ну что? Хочешь сказать, как я была неправа? – Хочу сказать, как я перепугался, когда понял, что ты влипла, – мрачно произнес Нил. Он уселся на полу ванной, отведя взгляд, и выглядел не наглым, как обычно, а поникшим. – Ты ушла, я спал… Спал в торговом зале, потому что я – талисман. И в какой-то момент проснулся. Не понял, отчего. Мне стало маетно, я ходил туда-сюда, не осознавая, отчего это беспокойство. Прошло несколько часов, и когда Альма спросила у Грега, не знает ли он, когда ты вернешься, я и понял. Что-то случилось с тобой. – Нил. – Я закрутила кран, так как ванна уже наполнилась, и склонилась над котом. – Тебе не в чем себя винить. – А кто сказал, что я виню? – фыркнул он, встопорщив усы. – Не я тебя похитил и держал в подвале! Но я мог бы догадаться раньше. Если бы мы с тобой разобрались с нашей привязкой, если бы я понял, что я такое, кто я такой… Может, я бы сразу тебя услышал. Сам с тобой заговорил. И тебе не пришлось бы… Мне показалось, что он сейчас заплачет – но кошки не плачут. Даже такие, как Нил. – В конце концов, ты же догадался, – мягко произнесла я. – И что ты предпринял? – Залезай в ванну, – буркнул Нил, – расскажу. Я сбросила одежду и забралась в восхитительно горячую воду, пахнущую лавандой. Меня окутали облака пара и тепло, и я чуть не разревелась от облегчения. Хотя… почему – чуть? Слезы побежали по щекам, и я сидела, всхлипывая и смывая их теплой водой. Ужас, злость, напряжение, боль отступали. Не растворялись полностью, но отходили на задний план, давая мне возможность спокойно выдохнуть и обдумать произошедшее. Рыдала я недолго: здравый смысл взял над эмоциями верх. Утерев слезы, я велела Нилу: – Рассказывай. А потом я вымоюсь, переоденусь и пойдем вниз. Прямо чую, как внизу Людвиг изнывает от нетерпения. – Он еще не приехал, – рассеянно заметил Нил, – хотя и будет с минуты на минуту… И кратко изложил мне, как все происходило. Сообразив, что я не вернулась вовремя и явно попала в беду, Нил прикинул варианты. Кроме меня и Людвига, в Райстоне никто не подозревал, что мой кот – не совсем кот, поэтому Нил логично решил: ему требуется Людвиг. Но где искать Отеро в огромном городе? И как до него добраться? На коротеньких кошачьих лапках далеко не убежишь. – Тут в «Лазурит» очень удачно зашел мистер Линден, – говорил Нил, устроившись на бортике ванной, в то время как я оттирала от грязи руки. – Я понял, что это мой шанс. Кинулся ему в ноги, начал мяукать, вставать на задние лапы… Потащил его за собой. Около «Лазурита» постоянно ошиваются наблюдатели Людвига. Ты ведь знаешь, что за тобой присматривают? – Догадываюсь. – Я их всех давно знаю в лицо, – сообщил мне Нил и, поймав мой удивленный взгляд, фыркнул: – Посиди с мое на витрине, наблюдая за улицей! Один как раз сменился. Я подтащил к нему Дейва и забегал вокруг них кругами, а уж орал так, что на нас все оборачивались. Мужчины поговорили, я продолжал орать и кидаться им в ноги. Наблюдатель вначале не понял, чего от него хотят, да и Линден соображал туговато. Однако шпиков учат докладывать обо всем необычном, а уж происходившее куда как необычно! В конце концов, к Людвигу отослали гонца. Отеро приехал буквально через десять минут – был неподалеку, – а еще через четверть часа стало известно, что ты вошла в магазин «Кудесница» и до сих пор не возвратилась. Следовавший за тобой наблюдатель остался ждать тебя на улице и не дождался. Конечно, люди Отеро перетряхнули магазин, да толку-то… Узнали, что тебя увезли, а куда именно – неизвестно. Людвиг чуть с ума не сошел, я чувствовал. Допрашивал меня, только что я могу сказать… Мы пытались установить с тобой ментальную связь. И тут ты сама меня дозвалась. Как у тебя это получилось? – Мне помогли крысы, – усмехнулась я. – Позже расскажу, чтобы не повторяться. Ну, а потом? – Потом Людвиг уловил направление, и мы поехали тебя искать. Он очень сильный маг, Марика. Я сам почуял только, где ты можешь быть примерно, а он точно знал и сразу обнаружил этот дом. Я покивала. Отеро не служил бы непосредственно королевской семье, если бы не обладал достаточным уровнем силы. Будь он на месте главы заговора… ну, думаю, у нынешней династии не осталось бы ни единого шанса. – Ты очень испугалась? – нервно спросил меня Нил. Я пожала плечами. – Средне. С одной стороны, понимала, что существенного вреда они мне не причинят… скорее всего. А с другой – было неприятно. – Я виню себя в том, что не почувствовал… – Нил, – я дотронулась до его носа мокрым пальцем, – вот уж ерунда. Ты сделал даже больше того, что мог. И перестань заниматься глупостями, лучше подай мне полотенце. – Я тебе собака, что ли? – пробурчал Нил, однако полотенце в зубах притащил. Ванна меня практически возродила. Я надела легкое домашнее платье, украшенное легкомысленными голубыми розочками, и посмотрела на себя в зеркало. А вид даже очень ничего! На умирающую я не походила. Что ж, завтра доктор Джонсон может ругать меня сколько его профессорской душе угодно; сегодня я намеревалась вытрясти из Людвига все подробности, и пусть только попробует что-то от меня утаить! Дейв поджидал меня, сидя на верхней ступеньке лестницы. Стоило мне выйти из комнаты, как Линден вскочил и аккуратно, словно я была хрустальной, положил руки мне на плечи, с тревогой вглядываясь в лицо. – Как ты себя чувствуешь? – Хорошо. – Я не собиралась водить долгие хороводы вокруг своих ощущений. – Давай спустимся вниз. Наверняка лорд Отеро уже приехал, и я хотела бы с ним поговорить. Вернее, со всеми вами. Если уж Дейв так глубоко в это влез и Людвиг доверил ему проследить за моим состоянием, значит, наша маленькая компания антизаговорщиков расширилась. Интересно, кого Отеро еще успел в нее принять? Зельду, Грега, Альму? Вот и выясним.