Глава 13. Хлопок одной ладонью

О да — это гораздо сложнее, чем я ожидала.

Мыслеречь весьма обманчива. Если Муассанит и молод, то только по драконьим меркам. У него широкий кругозор и живой ум.

Еще бы — с такой-то черепушкой. Там мозгов больше, чем вешу я вся.

“Два дракона сражались и каждый из них победил. Как такое возможно?”

— Ничья?

“Нет. Каждый из них одолел соперника”

Хм-м-м… Ну, если сначала победил один, потом второй… Нет, это как-то слишком очевидно.

— Бой был один? — уточняю я на всякий случай.

Пауза.

“Каждый победил в первом бою”, - отвечает Муассанит после паузы.

— В первом бою… то есть боев было несколько, — рассуждаю я вслух, наслаждаясь выражением смущения на драконьей морде. Какая выразительная мимика — настоящая находка для профайлера. — Но каждый победил в первом бою это значит… Эврика! — щелкаю пальцами. — Они сражались не друг с другом!

“Верно. Твоя очередь”

Нужно загадать что-то ядреное, сверхсложное. Предыдущие четыре раза мне везло — спасала память Даяны, кругозор современной женщины и опыт игры в “Что? Где? Когда?” в студенческой команде.

Но удача не может длиться вечно.

Мысленно перебираю загадки из прошлой жизни. Как всегда бывает в таких случаях, все толковое моментально испаряется из памяти, остаются только глупые детские приколы и примеры из книг.

Спросить у дракона что у меня в кармане? Но платье-хитон не предполагает карманов.

Вспомнить прикол про маленькую желтенькую камнеежку? А вдруг в этом мире водится что-то подобное? Опозорюсь, как с арбузом в блендере.

“Быстрее, — поторапливает дракон. — Или ты уже передумала сражаться”

— Ни за что! — я вздыхаю, осознав, что так и не вспомнила ни одной достойной задачки. Ладно, пойдем по классике. — Кто ходит утром на четырех ногах, днем — на двух и вечером — на трех ногах?

Боянище, конечно, но не для этого мира.

Дракон погружается в раздумья. Что-то бормочет, чертит когтем на камне какие-то схемы. Я в это время пытаюсь расковырять свои цепи. Не особо успешно, но занятие помогает гнать тревожный мандраж. И стратегически полезно. Не уверена, что смогу проплыть пять часов с таким отягощением.

Солнце карабкается все выше. Начинает припекать.

— Ну что там?

“У меня не так много версий”

— Тогда сдавайся.

“Драконы не сдаются!”

— Ох, ну просто ляпни хоть что-нибудь и мы засчитаем тебе проигрыш! Ну же! Считаю до трех. Один, два…

“Барон Дельфорц!” — перебивает меня дракоша.

От неожиданности я плюхаюсь на пятую точку.

Какой барон? Это кто вообще такой?

Память Даяны тут же отвечает на этот вопрос, подсунув комические куплеты про легендарного барона. Там есть упоминание, как он надирался всю ночь так, что к утру мог передвигаться исключительно на четвереньках. И история про бал-маскарад, на который он переоделся кентавром, но у костюма потерялась одна нога…

Зараза, подходит!

“Это не очень-то честно — загадывать такие загадки, — обиженно бубнит дракон. — Я ведь тоже могу задать вопрос по нашим драконьим сказаниям, которых ты никогда не слышала. Задачка должна решаться с помощью логики, а не знаний”

— Она и решалась, — я вздыхаю. — Правильный ответ “человек”. В младенчестве он ползает на четвереньках, потом встает на две ноги, а в старости ходит, опираясь на трость.

Муассанит озадаченно моргает.

“Но ведь старые человеки далеко не всегда используют трость! — возмущается он. — Кроме того, чисто технически трость не является ногой. Твои загадки неточны и некорректно сформулированы!”

— Это была метафора.

“Это было безобразие!”

Предыдущие раунды уже показали, что у дракоши прекрасный аналитический ум — данетки он щелкал, как орешки. А вот в иносказаниях Муассанит плавает.

Как бы на этом сыграть?

“Моя очередь. Однажды дракон Смагард познакомил меня со своим родственником, сказав: “Отец его был сыном моего отца”. Но у дракона Смагарда нет сестер и братьев. Кем приходился ему этот дракон?”

Теперь моя очередь хвататься за голову и корябать на камнях. Увлекшись процессом, я выцарапываю генеалогическое древо, подписываю — “отец”, “сын”, “св. дух (зачеркнуто)”. Тупо смотрю на полученную прямую линию. Не может все быть так просто!

Или может?

— Это его сын.

“Правильно, — дракон зевает. — Ты умная, для человека. Давай уже загадку потяжелее, я не хочу торчать тут целый день. Только без дурацких метафор”

Ах, потяжелее! Ну что же — ты сам попросил.

— Как звучит хлопок одной ладонью?

У него снова отваливается челюсть.

“Хлопок одной ладонью? Это как?”

— Вот я у тебя и спрашиваю — как?

Желтые глаза подозрительно щурятся.

“Опять метафора?”

— Никаких метафор, я предельно конкретна.

Дракон раздраженно шипит. И снова впадает в интеллектуальное оцепенение. Я же продолжаю ковырять кандалы, но это бесполезно. Без ключа или специальных инструментов оковы не снять.

Хотя… у меня же целый дракон под рукой.

— Ну как ты там? Ничего не придумал? — спрашиваю я с напускной бодростью.

“Не знаю, — печально сообщает Муассанит. Похоже, драконище весьма азартен и ненавидит проигрывать. — Странная загадка. Я слышал похожие от бритоголовых человеков из обители на красной реке Лэ. Загадки, которые не имеют ни ответа, ни смысла”

— С моей все не так, — обещаю я. — У нее есть очень конкретное решение. Ну что — сдаешься?

“Сдаюсь. Показывай хлопок одной ладонью”

Я вытягиваю руки перед собой, чтобы позвенеть цепями.

— Не мог бы ты сначала снять с меня эти украшения.

Стоять перед ним с цепью в руках жутковато. Особенно, когда дракон выпускает когти — обсидианово-черные, размером с косу каждый. Солнце блестит на острие когтя — таком остром, что даже смотреть жутковато. Я натягиваю цепь, молясь, чтобы дракон случайно не задел.

Одно движение и металл рвется — легко, будто бумага.

— Спасибо. Итак…

Словно вихрь налетает из-за скал, отшвыривает меня в сторону, заставляя покатиться по камням. Больно бьюсь локтями, коленками и затылком, а сверху давит тяжелое мужское тело.

— Какого чер… Вы?!

— Я, — сквозь зубы отзывается лорд-физрук. Скатывается с меня, больно дергает за руку вверх, чуть не вывихнув плечо. — Давай, беги!

Он грубо пихает меня в сторону тропки среди скал. По инерции делаю несколько шагов и оборачиваюсь.

— Что происхо…

— Лодка у берега.

Скрещиваю руки на груди.

— Я никуда не пойду.

Что он себе позволяет? И откуда вылез?

Он бросает быстрый взгляд за спину, на дракона. На бледном лице появляется выражение отчаяния.

— Беги, дура! — уже рявкает лорд. И добавляет пинок пониже спины, для придания ускорения.

— Жену свою бить будешь! — рефлекс включается сам собой, без участия разума. Я замахиваюсь и угощаю его лордейшество ответной пощечиной.

Звук разносится над каменистой площадкой, отражается от скал. А я поворачиваюсь к дракону и замечаю учительским тоном:

— Вот так звучит хлопок одной ладонью, уважаемый Муассанит.