Глава 10

Утром ри Кан отправился в полицейское управление, взял копию описи и поехал к зданию Конклава. – Артан! Явился? Я думал, ты не покажешься на работе как минимум неделю. Ты же сказал, что будешь вести расследование. Ри Кан остановился, поморщился – видеть Кевана ри Мана не хотелось. Они дружили в академии, вместе куролесили, но с тех пор товарищ так и не вырос, не изменился и постоянно приглашал Артана на непристойные вечеринки и мероприятия. Ри Кан неизменно отказывался, хотя был свободен от обязательств, ри Ман неизменно посещал их, несмотря на то что был помолвлен с прекрасной девушкой. Артан обернулся. – Да, веду расследование, но оно в городе. Никуда уезжать не пришлось. Понадобились кое-какие бумаги. – Отлично! Поужинаешь со мной в пятницу? К Зои приехала кузина из провинции, а мне не улыбается в одиночку развлекать двух недалёких женщин. – Недалёких? К твоей невесте это тоже относится? – Ещё как, – поморщился ри Ман, а потом подмигнул и заговорщическим тоном добавил: – ум в женщине – это ведь не главное! – О вкусах не спорят, – холодно ответил Артан. Кеван проигнорировал замечание. – Ну, так что поужинаешь с нами? – Извини, не могу. В другой раз. Первым делом он попросил помощника послать запрос в полицейское управление, чтобы прислали опись товаров, которую составил покойный Роузли незадолго до гибели. На послание Конклава в полиции отреагировали быстро и уже через час Артан сверял опись со своими записями. Вчера он потратил целый день на то, чтобы рассортировать гору мусора на категории. Камень, железо, стекло, дерево, ткань. Обычные материалы, из которых делают множество артефактов. Ничего подозрительного или хотя бы необычного. Ничего такого, что могло бы взорваться. Однако имелись обломки, даже после взрыва частично сохранили форму. Артану даже удалось сложить и догадаться об изначальном виде предмета. И в описи товаров господина Роузли не значилось никаких подков. Инквизитор дал задание помощнику собрать сведения обо всех поставщиках, которые продают артефакторам заготовки для подков, а заодно и выяснить – заключал ли кто-нибудь из них договор с господином Роузли. За всем делами инквизитор пропустил обед. Добравшись до Торгового квартала, купил большой пирог в булочной Страттонов, намереваясь стребовать с девицы Роузли чай, а заодно провести лёгкий допрос. Вдруг она знает о каких-то необычных товарах, которыми её отец собирался торговать, но, например, не успел внести в книгу учёта? Постучал в дверь дома Роузли, но ему никто не ответил. Где носит эту взбалмошную даму?! Постучал снова. Гораздо настойчивее. – Кто там? – раздался скрипучий голос по ту сторону двери. – Почтальон! – раздражённо ответил инквизитор. Отвечал ему фамильяр Эммы, а уж он-то точно был в курсе, кто стучит в дверь. – Артан ри Кан, ты же видишь мою ауру! – Никого нет дома, – ответил филин. – Когда вернётся хозяйка? – Не имею представления. Чудесно, просто чудесно. – У вас там пирог с мясом? – заинтересованно спросил филин. – То есть пирог сквозь дверь ты почуял, а личность мою не смог? – Пироги меня больше интересуют. Жаль, магических животных нельзя привлечь к суду за неуважение к Конклаву! Можно, конечно, привлечь их хозяев, но что взять с девушки, которая унаследовала зловредную птицу от отца? – Это подарок для нас? – Нет, это мой обед. Надеялся, что твоя хозяйка угостит меня кофе. – У нас нет в доме кофе, – печально ответил филин. И прозвучало так, словно в доме не было не только кофе, но и еды в принципе. Хотя… Артану вспомнилась горстка медных монет на столе, которую он отметил ещё в свой первый визит. А ещё Эмма вспыхнула, когда он упомянул про «скромные финансы». Товар в лавке уничтожен. Денег в наследство она не получила. Господин Роузли потратил сбережения до копейки. Скорее всего, травяной чай девушка пьёт не из-за вкусовых предпочтений, а в силу обстоятельств. – Я вернусь! Когда хозяйка появится, передай, чтобы больше никуда не уходила! И Артан отправился по магазинам. Честно говоря, инквизитор и не помнил, когда ходил за продуктами последний раз. Может быть во времена студенчества, чтобы организовать вечеринку в комнате общежития для узкого круга друзей? Конечно, в ходе расследований приходилось добывать пропитание самостоятельно, но тогда это был подстреленный заяц или куропатка, а не набор продуктов из магазина. В городском доме ри Кана служили повар, экономка, горничная и камердинер. Еда на столе появлялась по первому желанию без какого-либо участия со стороны хозяина. Так что он не имел ни малейшего понятия, какие продукты вообще необходимы в доме. Решил купить то, что не будет выглядеть как благотворительность. Чай, кофе, сахар, сливки и взял ещё один пирог – сладкий, с ягодами – в пекарне Страттонов. Когда инквизитор явился в дом Роузли второй раз, Эмма оказалась на месте и сразу открыла на стук. Выглядела она растрёпанной, уставшей, но почему-то довольной. – Добрый день, госпожа Роузли. Неужели вы рады меня видеть? – не удержался ри Кан от колкости. – Мечтать не вредно, – хмыкнула Эмма и посторонилась, впуская его в дом. * * * Эмма Утро началось не с кофе. Что логично – кофе-то у меня всё равно в доме нет. Правда, я совсем не ожидала очередной подставы. Мозаичная плитка на полу кухни была усыпан пятнистыми птичьими перьями. – Джед! Это ещё что за сюрпризы?! Вскинула голову и уставилась на нечто, что с невозмутимым видом расселось на насесте. Голое, розовое, даже отдалённо непохожее на филина. Скорее на скелетик с клювом, обтянутый кожей. – Джед! Это ты? Что с тобой случилось?! Филин может быть и растерял все свои перья, зато самодовольство осталось на месте. Потому что мои вопросы он проигнорировал, а я была не в настроении, чтобы удовлетворять чужие капризы. Полного имени от меня он сегодня не дождётся! Взяла в руки метлу и молча принялась собирать перья, которыми был усыпан весь пол. Собрала целую гору, высыпала в печь и уже собралась поджигать как услышала: – Я бы не стал этого делать. – Какой ценный совет, – огрызнулась я. – Почему же? – Перья магически одарённого существа в огне – не самая лучшая идея. – В чём же твоя одарённость? – начиная свирепеть, поинтересовалась я. – За все годы, что мы знакомы, я заметила только фантастическую прожорливость. Никакой магии не обнаружено. Джед злорадно промолчал. Я уверена, что молчал он именно, испытывая злорадство. Потому что либо я сейчас последую совету, либо придётся всё же выговорить полное имя, чтобы этот облезлый продолжил беседу. Ругаясь всеми нехорошими словами, которые успела выучить в академии, я выгребла из печки перья филина вперемешку с углём, свалила в таз и вышла во двор. Взяла лопату и закопала перья под яблоней. Надеюсь, перья этого нахально одарённого существа сделают яблоки хотя бы чуточку слаще. – Ладно, уважаемый Джедиджайя, соизволь всё же рассказать, что с тобой случилось? – Линяю. – Линяешь?! Да ты же одна сплошная плешь с клювом, а не филин! – Грешно смеяться над больными, – обиделся Джед. – Так ты болеешь или линяешь? – Линяю, потому что болею. – А почему болеешь? – Болею, потому что линяю. Философские рассуждения филина всегда доводил меня до белого каления. – Так тебе нужна моя помощь или нет?! – свирепея, воскликнула я. – Обойдусь. Вот и ладно, вот и хорошо. Сил никаких уже нет! После зарядки и этого выматывающего разговора мне совершенно не хотелось топить печь, заваривать чайник. К тому же не было времени. Я планировала оплатить коммунальные услуги, а потом перерыть вещи родителей и найти какие-нибудь личных артефактов, которые можно продать. После обеда надо бы открыть лавку и снова заняться торговлей. Мысль о продаже личных вещей… Вру. Мысль о том, чтобы хотя бы рыться в вещах родителей причиняла мне боль. Но как сказал мой товарищ по переписке «Чтобы сохранить большее – иногда приходится пожертвовать малым». Вспоминался ещё один постулат, который вдалбливал отец. Лавка должна работать. Торговать нужно каждый день, чтобы люди к тебе привыкли. Если уходишь – обязательно оставь записку, когда вернёшься. Сначала я поднялась к себе, приняла освежающий ледяной душ и сменила платье. Из-за упражнения с лопатой я взмокла и перепачкалась. Собрала все свои деньги и сложила в конверт. На сдачу от коммунального платежа я смогу купить себе разве что буханку хлеба. Так и вижу газетные заголовки: «Наследница магазина артефактов умерла от голода!» Тьфу ты. Прогнала дурацкие мысли и спустилась вниз. Перед выходом написала объявление: «Магазин откроется после обеда», повесила на двери и отправилась в коммунальную службу. Денёк выдался жарким. Ещё только девять утра, а в воздухе уже разливалась духота. Дамы, спешащие по делам, обмахивались веерами, некоторые даже артефактными, от которых веяло самой настоящей прохладой, а я отчаянно им завидовала. Ещё больше позавидовала, когда увидела очередь, собравшуюся у коммунальной службы. Эта расчудесная контора принимала платежи только пару раз в месяц, строго в определённые дни и часы. Именно по этой причине все местные жители были вынуждены часами простаивать в очереди. Дождь, снег, зной – неважно. Даже ураган не повод пропускать день платежа. Заплати либо умри! Очередь растянулась по всей улице, а хвост её обнаружился в переулке, через который можно было попасть на бульвар Ремесленников. Я дошла до края очереди, попутно здороваясь со всеми знакомыми. Здесь обнаружилась и матушка Джонни Страттона, которая, видимо, не доверяла сыну такое серьёзное дело, как оплата коммуналки, и госпожа Ирвана Пайнс, несколько постоянных клиентов – словом, собрался почти весь район. Уже в переулке поняла, что меня ждёт не самое приятное времяпрепровождение. Бульвар Ремесленников не зря носил своё гордое название. Здесь жили именно что ремесленники и здесь уже начался рабочий день. Совсем рядом обнаружилась кузница, где работал отбойный аппарат. Чудо технической и магической мысли, в котором артефакт являлся элементом питания. Каждый удар отдавался звоном в ушах. Слушать это несколько часов назад будет не слишком приятно. В соседней кузнице работали по старинке. Мужчина в кожаном фартуке и с чёрной повязкой на голове бил молотком по раскалённому железу. Остановился, осмотрел изделие, а потом внезапно выругался и, сплюнув в сторону, отбросил предмет в сторону. Я проследила взглядом за неудачливым изделием. Это оказалась подкова. Вполне себе приличная, но что я понимаю? И она валялась в куче других таких же подков. Интересно… Это у него что-то вроде брака? И куда потом отправятся все неудачные образцы?! Идея молнией промелькнула в голове. Выстоять в очереди, когда одолевают гениальные идеи, оказалось непросто. Я едва ли не пританцовывала от нетерпения, обдумывая варианты сотрудничества, которые собиралась предложить кузнецам. Посчитают ли они их достаточно выгодными? Согласятся или пошлют самоуверенную девицу далеко и надолго? Когда, спустя два часа, я, наконец, оплатила коммуналку, меня уже словно подгоняли черти. Я бежала обратно к бульвару Ремесленников. В переулке затормозила и бульвар вышла уже размеренно и с гордо поднятой головой. Подошла к ближайшей кузнице, поздоровалась и объявила: – Уважаемый, у меня к вам деловое предложение!