Кража у Куллы— · 16 — Ревин Артелл —

Ревина поставили встречать посетителей в ратуше — работа инициата, мага-стражника низшего ранга. Последний раз такое случалось лет семь назад, когда просто не хватало людей. Ревин понятия не имел, чем заслужил подобную «честь», но подозревал: ученика покойного мастера Сэльвина решили держать подальше от мало-мальски весомых дел. Обида колола изнутри, но приказ есть приказ… Можно только позавидовать друзьям вроде Оэля — адепты Гильдии, узкие специалисты с персональными контрактами, не имели постоянных обязанностей.

Так что Ревин скучал за конторкой из тёмного дерева, расцвеченной сигнальными кристаллами. Зато он одним из первых узнал о смерти Мателия Лерута.

В девять утра в ратушу ввалился взъерошенный молодой стражник со знаками младшего мага и с планшеткой в руках; два приколотых к ней листка пестрели заломами.

— Магистр Торленд у себя? — выдохнул стражник. — Я Квир Венц. Доложите обо мне, пожалуйста. Это срочно.

— Что случилось, инициат Венц? — Ревин коснулся кристалла на конторке, посылая импульс в кабинет магистра.

— Мастер Лерут убит!

— Что⁈ — маг подался к стражнику.

— Дома! — скороговоркой выпалил Квир. — Заклинанием, но по зданию — ни частички магии. Всё словно выжгли.

— Там дознаватели трезвые? — не поверил Ревин. — Так не бывает.

— Знаю я!.. Капитан Лоррет ходит как мешком пыли озадаченная! Мне нужно срочно доложить!

— Поднимайтесь по главной лестнице, — сказал Ревин, увидев, как мигнул зеленый кристалл.

Квир унёсся наверх.

Ревин озадаченно потёр подбородок: «У себя? Заклинанием без магии? Что за бред!..»

Внезапная гибель мага — тем более мастера, тем более в его же собственном доме — была чем-то из ряда вон. Хоть беги и выясняй у капитана Лоррет, что случилось. Правда, Феррия пошлёт его не к дознавателям, а к десятку демонов. С тех пор как Ревин отказался связать себя узами брака, капитан разве что кислотой в сторону бывшего любовника не плевалась.

Примерно через четверть часа Квир вернулся, без планшета и успокоившись. А ещё минут через двадцать по главной лестнице спустился сам магистр, поглаживая аккуратную угольную бороду.

— Артелл? — удивился он, увидев Ревина. — Ты на дежурстве сегодня?

— Да, — неловко подтвердил маг. — Мастер Феншир поставил.

Ниман хмыкнул, положил руку на медальон гильдии и с полминуты молчал.

— Я попросил тебя заменить. Проводи-ка меня до дома — нужно кое-что забрать из лаборатории.

Маги вышли из ратуши. Несколько минут они двигались в молчании, лавируя между рядами лавок на главной площади — Средненедельный рынок привлекал толпы горожан и гостей Канверона. Владельцы несколько часов как разложили товары, шла бойкая торговля. Яркие цвета раздражали зрение, запахи еды — обоняние. Ревин с облегчением выдохнул, когда магистр свернул от ларьков с картофельными оладьями, которые подавали с восхитительным яблочным соусом, на просторную и тихую улицу мастеровых. Народу здесь тоже сновало предостаточно, зато не приходилось толкаться, да и живот прекратил намекать, что пора перекусить.

— Гибель двух мастеров Гильдии… — заговорил Ниман, не сбавляя шага. — Что думаешь, Артелл?

— Изумлён.

— Изумление — вежливое преуменьшение, — хмыкнул магистр. — Ты наверняка расспрашивал про наставника. Надо бы поискать, нет ли связи с гибелью Лерута… Двое — и за месяц. Такое лишь во время войн случается или при серьёзных прорывах демонов…

Ревин промолчал, вспомнив разговор с Терном возле «Леранского холма» и обсуждение на кухне Денолей. Ниман посмотрел на мага через плечо.

— У тебя есть что сказать, — уверенно произнёс магистр. — Говори.

— Я столкнулся на прошлой неделе с мастером Лерутом, — признался Ревин. — Он мне рассказал то же, что, видимо, передавал в отчёте. Но меня кое-что зацепило…

Вскинув руку, Ниман щёлкнул пальцами над своим плечом. Ревин ощутил всплеск энергии и, даже не прибегая ко Второму Зрению, догадался: магистр окутал их обоих гасящим звуки заклинанием.

— Выкладывай и факты, и подозрения.

Ревин не видел причин скрывать что-либо от магистра. Он поделился мыслями про «Последнее зеркало» и рассеивающие артефакты, впрочем, не упоминая ни Мелару, ни Терна, — друзья не имели к гибели мастеров никакого отношения. К концу рассказа маги отмерили половину пути до дома Нимана.

— Странные дела, — пробормотал магистр. — Обе смерти.

— Заклинание без магии?

— Оно самое, причём «Колыбель крошек».

— Что⁈.. — Ревин от удивления сбился с шага. Он знал «Колыбель», но не любил — долго плести, и кровь потом, где не попадя. — Мастер Лерут ей отлично владел!

— Тяжело ошибиться — половину тела уничтожило, — Ниман наклонил голову. — И никаких остаточных следов: ни на месте смерти, ни в доме, ни на улице. Не бывал у него? Дом в тупике стоит — соседей там, увы, нет.

— Теневое сокрытие? Чтобы спрятать стиль убийцы? — предположил Ревин.

— Дознаватели то же подумали, но теневое сокрытие в большом масштабе не работает. Выгорели, — Ниман будто подчеркнул слово невидимым карандашом, — чары и артефакты по всему дому, даже медальон Гильдии превратился в бесполезное украшение. Можешь представить?

Ревин заморгал и проглотил глупый вопрос: «Его точно не скайласский архимаг убил?..» Скрыть магию можно, но, чтобы ничего не читалось?.. И Ниман акцентировал слово «выгорели», будто энергии в доме Мателия вовсе не стало. А уж гильдейский медальон превратить в пустышку…

— Есть ли физические следы? — озадаченно спросил Ревин.

— Узкая трещина в стене камина неясно от чего и разорванные заклинанием обои в коридоре.

— Вы считаете, использовали какой-то артефакт?

— Что-то новое. Я ни о чём подобном не слышал. Думаю, натравить на эту загадку знатоков. — Ниман остро глянул на Ревина. — Ты не распространяйся особо о нашем разговоре и своих гипотезах, — понял, Артелл? Сперва твой наставник, теперь Лерут… Кто-то ослабляет Гильдию и заметает следы. Хотел бы я верить, что это личные счёты, но может оказаться кто угодно, вплоть до Гильдии Чёрного Кольца.

— Понял, — кратко ответил Ревин.

Маги остановились перед воротами аккуратного здания в квартале частных домов, примыкавшего к центру Канверона. Ниман протянул руку и коснулся медальона Гильдии на груди Ревина. Знак вспыхнул.

— Моё тебе разрешение поизучать ситуацию. Что найдёшь — неси мне.

Ревин кивнул.

Оставшись один, маг побрёл обратно к ратуше. Он размышлял над разговором, и тягостное ощущение тянуло грудь. Ревин не выносил склок и интриг. Лучше уж явные угрозы! С ними сражаешься открыто, лицом к лицу.

Когда наставнику начали пророчить кресло магистра, Ревин смирился с необходимостью участвовать в городской политике и посещать встречи с представителями Гильдий, но только из уважения к мастеру Сэльвину.

Мысль, что Ниман тоже считал его смерть странной, как ни удивительно, придала Ревину сил. Он решил навестить вечером Мелару и Терна, а день провёл, разбирая унаследованные от покойного наставника вещи.

Оружие — мастер Сэльвин ценил искусно исполненные клинки. Записи о делах, вплоть до последнего дня. Множество книг… Ревин пообещал себе прочитать все. Инструменты, готовые и разряженные артефакты… Памятный ларец из синеватого металла с тонкой гравировкой на крышке.

Маг улыбнулся. Именно в этом ларце они оставляли друг другу послания и артефакты, пряча от чужих глаз. Ревин коснулся крышки и ощутил укол чар.

Нахмурившись, маг на всякий случай поднял щит и сплёл заклинание-ключ. Крышка откинулась, и Ревин озадаченно приподнял брови. Внутри лежал палец. Две окаменевшие фаланги, увенчанные острым когтем, прежде принадлежали кому-то вроде демона Салиманхара. Палец опоясывала серебряная оправа с цепочкой — кто-то сделал из трофея украшение.

Ревин прочитал выгравированные инициалы:

— «И. Н.» Чьё оно?..

Он заметил скрученную в трубочку записку. Дрожащими руками Ревин развернул листок и прочитал: «Поговорить с Куллой насчёт И. Н. Работа не канверонская».