17 — Терн Нарисита —

Терн проснулась от стука в дверь и крика Мелары.

— Вставай, соня! Обед уже!

Охотница вскочила с кровати, и ей сразу бросилось в глаза собственное отражение в зеркале: всклокоченные белые волосы, пушащиеся косицы, мятый халат в странных пятнах и запёкшиеся на лице капли чужой крови. Если Мелара увидит — вопросов не оберёшься.

— Вчера… — голос сорвался на хрип. Терн прочистила горло. — Вчера поздно пришла. Спасибо, что разбудила.

— А-а-а… Ладно, мне за ингредиентами отойти нужно. Главное — снова не ложись. У тебя выходной?

— Да… — охотница с облегчением рухнула обратно на кровать.

«Повезло», — Рисс, лежавший на полу, приподнял голову.

Терн закрыла лицо руками. Ночные события встали перед её мысленным взглядом в полный рост. Желание помочь Ревину и выяснить подробности смерти его наставника обернулось тем, что городская стража перевернёт Канверон вверх тормашками. Её станут разыскивать. Она может провалить задание Старейшин, и тогда…

Охотница нервно сглотнула. Даже думать не хотелось. Всё вернётся на прежние пути, как до появления Ревина. Ей придётся сложить титул рау, наместницы, и остаться с Ция. А она не для того выжила среди единокровных сестёр и братьев, чтобы превратиться в наложницу.

Терн с силой рубанула ребром ладони по кровати. Руку пронзила отрезвляющая боль.

«Магом больше, магом меньше…» — Рисс зевнул.

Охотница потёрла покрасневшую кожу и встретилась с псом глазами. Ощутив её отчаяние, Рисс поднялся, подошёл и, привстав на задних лапах, полез шершавым языком в лицо. Терн обхватила короткую шею и зажмурилась. Сквозь страх перед Старейшинами проступало осознание, что она вновь убила. Перед Мателием Лерутом был наёмник, до него — служанка, до неё…

Терн прикрыла глаза, глубоко вздохнула и нашла внутри чувство вины, смешанное со стыдом, — оно выглядело как речная жемчужина. Взяв двумя пальцами, охотница бросила её в шкатулку на задворках сознания. Внутри уже лежали другие жемчужины, но Терн захлопнула крышку и отвернулась. Дышать стало легче, а каменная ладонь, стиснувшая горло, исчезла.

«Мелара ушла?» — спросила Терн, вернув самообладание и снимая испорченную одежду. Рисс приложил к двери ухо и подтверждающе гавкнул.

Охотница помылась и переоделась, сожгла окровавленную одежду и погрузилась в готовку. Кухонные дела заняли руки и успокоили мысли, а грибной суп и лепёшки с сыром наполнили пустой желудок.

Терн думала о ночных событиях. Ревин утверждал, что стражники привыкли расследовать дела магией, и тогда в доме Мателия они ничего не найдут. Однако стоило проверить, какие слухи пошли среди горожан. Терн опасалась, что её видели рядом с домом мастера.

Когда вернулась Мелара, охотница решила выбраться в город, чтобы избежать расспросов алхимика и послушать новости. Однако на крыльце её перехватил Раток — двенадцатилетний сын Варда, одного из охранников Куллы. В послеобеденное время мальчишка подрабатывал разноской записок и мелких товаров.

— Господин Кулла просит тебя прийти, — Раток сунул Терн в руки маленький конверт.

— Сегодня выходной.

— Он сказал: щедро заплатит, если явишься и возьмёшь с собой его, — подросток указал пальцем охотнице под локоть. Она посмотрела вниз — Рисс дружелюбно вилял обоими хвостами.

Терн вскрыла записку. Текст по смыслу повторял слова Ратока.

— Идём, — сказала Терн и беззвучно добавила для Рисса: «Не высовывайся».

Нераний Кулла ждал Терн в конторе. От других охранников охотница знала, что обычно купец беседовал с подчинёнными на местах или во дворе. Если приглашал к себе, то речь заходила о чём-то важном или неприятном — толстые стены и заклинания берегли беседу от чужих ушей.

Войдя в кабинет, Терн обратила внимание на худощавого низкого мага в зелёной мантии. Бритая наголо голова напоминала белое яйцо, а на подбородке виднелся желтоватый мазок куцей бородки. Охотница помнила мага по «Леранскому холму» — один из тех, что доставали Ревина. Она сжала кулаки и потом расслабила руки, встряхнув пальцами. На её родине ненавидели магов, но за неполный месяц в Канвероне охотница к ним немного привыкла. Просто каких-то терпеть было легко — например, Ревина и Мелару, — а других сложно.

— Почтенный Кулла, — проигнорировав бритоголового, Терн поклонилась купцу.

Нераний сидел за столом, постукивая длинными пальцами по пресс-папье.

— Проходи, присаживайся. Пса бери с собой.

Охотница села через одно кресло от мага. Купец хмыкнул, словно находил в её манерах нечто презабавное.

— Что случилось?

— Ты ранее упоминал, что отлично выслеживаешь и охотишься?

— Верно.

— Сможешь отыскать человека? — спросил Нераний.

— Смогу, — Терн не колебалась. — Кто пропал?

— Никто. Меня обокрали, — купец стукнул кулаком по столу. — В моём собственном доме. Я встал за журналом учёта и обнаружил, что его нет. Совсем стыда лишились!

— Всё проверили? — невозмутимо уточнила Терн.

— Сомневаешься во мне или в Кае? — угрожающе нахмурился купец.

«В вас — нет, в Кае — да», — чуть не ответила Терн, но вовремя прикусила язык и мотнула головой. Нераний пронзил её ещё одним взглядом, отбил новую дробь по пресс-папье и кивнул на бритоголового.

— Мастер Эвер Гвин — алхимик. Он будет тебя сопровождать на случай, если преступник на короткой ноге с магией. Мой добрый друг любезно согласился помочь, пока к поискам не присоединятся «драконы». — Для алхимика Нераний добавил: — Терн — умелый боец и охотник, но родом из мест, где мало знакомы с магией.

— Хм, — Эвер заинтересованно оглядел охотницу, — но в случае драки я всё же положусь на вас. Я не боевой маг.

— Маг, — невольно повторила Терн и понадеялась, что отвращение в голосе не прозвучало слишком явно.

— У тебя есть возражения, Нарисита? — Нераний приподнял кустистые брови.

— Маги меня по-прежнему… поражают, — нейтрально ответила охотница.

— Просто найди вора и принеси обратно журнал. Его запросил магистр Торленд, потому дело не терпит отлагательств, — купец хмыкнул в усы. Терн поймала себя на мысли, что, хотя Нераний выглядел как добрый дедушка и говорил мягко, в глубине интонаций проскальзывала ярость. — Судьба вора мне безразлична.

— Как пожелаете, почтенный Кулла, — Терн наклонила голову и поднялась. — Кто-то сегодня брал журналы, кроме вас и уважаемого Кая?

— Нет, — ответил купец и указал на окно. — Вор взломал замок, его запах наверняка остался там.

Осмотр конторы не занял много времени. Рисс тщательно обнюхал подоконник, шкафы и, выскочив наружу, продолжил путь от дома Нерания вглубь переплетавшихся улиц. Терн не отставала. Эвер спешил следом, пыхтя и еле нагоняя, — он не привык бегать. Впрочем, охотницу это не волновало, хотя алхимик держался лучше, чем виделось по невысокому росту, субтильному телу и нездоровым зелёным кругам под глазами.

Пёс то припадал к мостовой, то нёсся вперёд — только и мели воздух кисточки хвостов. Терн старалась запоминать повороты и спиной чувствовала заинтересованный взгляд Эвера. В Канвероне почти не спрашивали про Рисса, но из пары бесед охотница заключила, что маги приняли пса за искусственное создание. Терн это веселило. Она-то знала, что Рисс за зверь!

Внезапно Рисс замедлился, опустил морду и недовольно поскрёб лапой мелкие булыжники. «Тут слишком много запахов, — пожаловался он подопечной, — трудно выбрать нужный».

Терн огляделась. Здесь она ещё не бывала: по обе стороны тянулись витрины, заставленные множеством бутылей, флаконов и фляжек всех мыслимых форм и цветов — от матовых цилиндров с пористыми пробками до причудливых склянок с длинными горлышками, запаянными сургучом. В некоторых окнах виднелись конструкции из трубок и колб — шипевших, пульсировавших светом, испускавших струйки пара. Воздух переполняли ароматы эфирных масел, кислых растворов и едких настоек. Вывески обещали эликсиры против всех болезней, приворотные зелья, расширяющие сознание смеси и порошки для отпугивания неудач, призраков и незваных гостей.

Подняв голову, охотница увидела поднимавшуюся за домами стеклянную стену — внутри буйно переплетались зелёные ветви, темнели округлые чаны с плавающими в них растениями и парили гигантские грибы. Терн поняла, что след похитителя привёл в квартал, который делили между собой Гильдии Листьев и Серебряного Обруча — обе посвящали много времени алхимии.

— Трудности? — догнав охотницу, спросил Эвер.

— Рисс не потеряет след.

— У вас очень хороший пёс, — с уважением заметил алхимик. — Мало кто может учуять нужный запах на улице Семи Ручьёв.

Увидев озадаченность в глазах охотницы, он улыбнулся:

— Вы недавно в Канвероне?

— Около месяца.

— Здесь держат свои лавки большинство алхимиков города. Мириады запахов!.. Вор не зря выбрал эту дорогу.

— Ему не поможет, — уверенно сказала Терн, глядя на Рисса. Пёс кружил между двумя лавками в поисках утерянного следа.

— Вы приехали по приглашению? — продолжил допытываться Эвер.

Вопрос Терн рассмешил. Без приглашения от мага извне она бы никогда не покинула Кермас. Барьер бы не пропустил — Запрет.

— Пригласил уважаемый Артелл. — Охотница задумалась, как объяснить Эверу, о ком речь. — Недавно в «Леранском холме» вы обсуждали его отношение к покойному наставнику.

Эвер вскинул брови, словно только что вспомнил Терн.

— Похоже, да, мы уже встречались… Я сказал что-то опрометчивое? У меня не было сомнений в суждениях Мателия. Впрочем, неважно. Получается, вы познакомились с Артеллом во время его последнего путешествия?

— Он остановился у меня на ночлег. Мы вместе охотились на химеру, — ответила Терн и мимолетно вернулась мыслями в дождливый вечер.

Барьер надёжно отваживал гостей, и когда охотница поняла, кто перед ней… Первым желанием было убить мага, но потом Терн осознала крывшиеся за его визитом возможности: помочь Старейшинам и спасти себя. Появление Завесы отделило сателлит от родины, и аудиуры анклава веками грезили восстановить связь. Терн не упустила этот маленький шанс.

Эвер сдвинул брови, и его щека едва заметно дёрнулась. Прищурившись, алхимик посмотрел за плечо Терн. Охотница обернулась, и одновременно залаял Рисс: «Нашёл! Нашёл!» Встретившись глазами с хозяйкой, пёс протиснулся в узкий лаз между двумя лавками и помчался по извилистому переулку, хлюпая лапами по лужам странного цвета и консистенции.

— Отходы! — полупридушенно возмутился Эвер, зажимая рукой нос.

«Неженка», — Терн не обернулась. Обнаружив след, Рисс больше не останавливался.

Вскоре переулок закончился и превратился в череду запутанных проходов между невысокими и невзрачными домами — серыми, облупленными, покрытыми плесенью. Глазницы окон зияли чёрными пустотами, кое-где торчали обрывки тряпок вместо занавесок. Воздух стал суше, запахи — резче: гниль, моча, ржавчина, едкий дым самодельной печки. Узкие ходы между строениями петляли, сужались, иногда уводили в тупики, из которых Рисс тут же поворачивал обратно.

Он бежал всё быстрее. Терн неслась за ним скачками — дыхание обжигало грудь, по спине тек липкий пот. Топот эхом летал между стенами. Казалось, вокруг нет никого, кроме голубей и крыс.

У одного из домов Рисс затормозил и закрутился на месте, порыкивая. Терн перешла на шаг, доставая из ножен кукри. Быстрый взгляд за спину — алхимик догонял, вынимая из кошелька на поясе какую-то крупную зеленоватую склянку. Охотнице не хотелось его помощи, и она шёпотом приказала псу:

— Вперёд!

Рисс проигнорировал запертую дверь и подошёл к заколоченному окну: «Он внутри. Затаился».

Охотница лишь секунду думала, стоило ли поискать иной вход в логово вора, и решила не создавать сложностей на пустом месте. Крутанув в руке кукри, Терн обрушила тяжёлое лезвие на гнилые доски.

Они разлетелись в щепки. Внутри дома дёрнулась какая-то тень. Терн перепрыгнула через отлив, оказавшись в комнате. У виска сверкнула сталь — охотница отшатнулась. В следующее мгновение через окно прилетела склянка. Снаружи залился лаем Рисс.

Терн инстинктивно пригнулась, но это не помогло. Ударившись об пол, склянка разбилась с глухим «плюх» и выплеснула черную вязкую субстанцию. Как только она соприкоснулась с воздухом, повалил дым: сперва тонкой струйкой, затем густым облаком, которое с едва слышным шипением поползло по комнате, забираясь под мебель, стелясь по стенам, поднимаясь к потолку.

«Клятый маг…» — мысленно прорычала Терн и закашлялась. Глаза заслезились, пространство поплыло и затанцевало.

Вор постоял в дверном проёме и нырнул вглубь дома, не желая отравиться. Охотница нетвёрдым шагом двинулась за беглецом.

Позади что-то вспыхнуло. Терн обернулась — по ядовитому туману Эвера Гвина плясала, приближаясь, голубая молния.