Сад с демонами · 50 — Терн Нарисита —

После Смены года Терн не находила себе места, хотя все вокруг звало отдыхать. Канверон будто выдохся: улицы спали под снегом, и люди показывались из домов неохотно.

По утрам Терн просыпалась до рассвета и подолгу лежала на спине — смотрела в потолок, где расплывалось золотое пятно от подаренного Ревином шара. Перепалка с Фейвином поселила внутри пустоту. Терн с жестоким упрямством повторяла его слова. Обида и правда занозами засели под кожей.

Город, люди, радости — охотница не должна была увлекаться. Фейвин бил точно. То же говорил и Рисс, но хранитель относился к ней бережнее.

Еще в начале осени Терн рассуждала, как они. Однако время изменило ее. Вспомнить только глупое прощальное письмо и подарки на память… Канверонцы перестали быть для Терн случайными лицами. Мелара со спрятанной за ворчанием заботой. Громкий и великодушный Дамис. Талантливый Оэль. Вдумчивый Райтен. Нераний, Вард, Раток…

И Ревин.

Думая о маге, Терн закрывала глаза. Она долго уговаривала себя, что это лишь удобный союз, но рядом с Ревином охотнице становилось по-настоящему легко. Он смотрел на нее без страха и подозрений, только, увы, не знал правды.

«Существо», — ударил Фейвин.

Слово прозвучало буднично и равнодушно, но оказалось тяжелее любых обвинений. Терн знала его давно: из хроник и рассказов наставников. Так называли аудиуров древние маги. И «существо» здесь, рядом с людьми, к которым Терн привязалась, резало клинком по жилам.

«Я сбилась с пути», — она ворочалась под одеялом.

Вспомнилось ошарашенное лицо Ревина, когда маг заталкивал ее в ванную. Как он смущенно сидел за столом. После ужина все вывалились на крышу и, выпившие, любовались играми света. Ревин безотчетно укутал охотницу мантией. Мелара на них косилась, но Терн делала вид, что ее не замечала.

Охотница провела ладонью по лицу, стирая улыбку. Сев, Терн коснулась босыми ногами пола.

Рисс сопел под кроватью.

«О чем сейчас думает Ревин?» — незнание тревожило, а бездействие раздражало. Терн решала проблемы прямолинейно и не могла больше ждать. Отец всегда досадливо повторял: «Дипломатия — твоя слабая сторона».

Еще не рассвело, а охотница уже оделась и перекинула поверх халатов ремень маленькой сумки. Внутри стукнуло зачарованное йо-йо — подарок Осунов. Из-за крупицы магии оно светилось, а его ниточка никогда не запутывалась. Раток умолял носить йо-йо с собой: «Чтобы всегда могла подлечиться!»

Терн не решилась ему отказать. Мальчишка смотрел на нее с обожанием, точно влюбился.

Собравшись и оставив Рисса спать, Терн побежала к дому мага.

К ее удивлению, Ревин уже проснулся и занимался делами. Он топтался на крыльце и сосредоточенно водил пальцами по невидимому узору на двери. Терн догадалась, что маг подновлял защитные заклинания.

Услышав скрип снега, он обернулся — на руках истаяли разноцветные искры. Лицо озарилось приветливой улыбкой, но внезапно Ревин стушевался.

— Утра, — скованно сказал он.

У Терн ёкнуло сердце. Боясь отступить, она решительно взбежала на крыльцо и остановилась напротив мага — близко, на расстоянии ладони.

— Мы не говорили со Смены года, — заявила охотница и понадеялась, что как «дракон» Ревин оценит честность. — Ты меня избегаешь?

Маг вспыхнул и запустил пальцы в волосы:

— Я как бы!.. Стихии!.. Кто научил тебя так шутить с людьми?

— «Да» или «нет»? — повторила вопрос Терн.

— Нет! — огрызнулся Ревин. — Я просто чувствую себя круглым дураком!

— Я думала, что так будет проще. Простишь меня? — Терн протянула ему руку.

Маг посмотрел на кожаную перчатку и отчего-то нахмурился. Впрочем, спустя мгновение он легкомысленно передернул плечами и сжал ладонь Терн.

— Я не обижаюсь, — Ревин улыбнулся уголком рта. — Судя по всему, твоя семья — те еще чудаки. Вероятно, тебе действительно было проще притворяться.

— Да, — выдохнула Терн, но внутри заскребся маленький вредный зверек. Ревин не представлял настоящих масштабов «притворства», а охотница не могла рассказать, кто на самом деле «убийца магов».

— Мои вопросы, байки… Стихии!.. Да пожар в разы тактичнее! — рассмеялся маг.

«Существо», — опять прозвучало в голове Терн голосом Фейвина.

«Рассказали ли Ревину о преступлениях магистра? — охотница видимо задрожала. — Что он сделает с „убийцей магов“, когда узнает о моей истинной природе?..»

«Скоро ты отправишься в Насамар, и Ревин никогда ни о чем не узнает, — убедительно ответил внутренний голос. — Позволь реке течь и не порть русло».

— В чем дело? Ты замерзла? — заботливо спросил Ревин.

— Нет. — Терн встряхнулась, рассердившись на себя. — Почему обновляешь защиту?

— Сама знаешь, что творится… Есть причины, — Ревин оглядел дом и встряхнул кистями.

— Проблемы?

Маг поморщился.

— Помнишь мастера Эвера Гвина? Алхимика, который… «помогал» ловить вора, когда у Куллы украли журнал? В общем, Гвин, похоже, связан с культами. Но прямых улик нет. А взять за шкирку его просто так нельзя — он «обруч». Магистр поручил мне за ним проследить. Тебе Кулла еще ничего не говорил? Его вызывали опознать ремалийца.

Терн помотала головой.

— У меня выходные. С тобой пройтись до Семи Ручьев?

— Я не против, — оживился Ревин. — Ты внимательн… ая.

Охотница прыснула в перчатку. Маг смущенно потер щеки.

— Сейчас, только захвачу вещи. По дороге расскажу тебе последние новости.

Ревин исчез в доме, а Терн прислонилась к крыльцу. На душе стало легче, но прошлого было не исправить. «Лерут, убийца, библиотекарь, магистр…» — охотница покачала головой. А Ревин — дракон, «законник». И дело не меняло то, что в обществе мага Терн улыбалась чаще, чем при отце.

Из прихожей тянуло теплом. Охотница вспомнила захламленную кухню мага. Захотелось войти и приготовить что-нибудь вкусное на завтрак.

Однако Ревин вернулся, застегивая пояс с мечом и поправляя на боку сумку. Терн заметила, что он причесался, и тоже невольно пригладила короткие волосы.

— За мной, — бодро сказал маг. — Вдруг чего и заметим, а?

Терн пошла рядом с ним.

— Я предупреждала насчёт Гвина. Его оставили напоследок, потому что он из другой Гильдии?

— Именно, — мрачно подтвердил Ревин. — Межгильдейские соглашения. Кстати! Кулла опознал хозяина хонрока!

Маг пересказал события в Доме Стражи. Терн выслушала историю про атаку мастера Феншира и Феррии на культ и выводы демоноборца. Имя Маркия Салласа охотнице ничего не сказало, но слова Нерания заинтересовали. Сомнения вызвало только, что очень уж всё удачно сложилось. Еще и непомеченные зелья валялись на виду.

Терн тщательно обдумала услышанное. Охотница вспомнила Мателия, Эвера и как они пришли в «Леранский холм» с мастером Фенширом. Потом — гонку за журналом и что Мателий ставил охранные чары на доме, где Ревин обнаружил культ, из-за которого в городе началась массовая охота на демонов… Между светлыми бровями пролегла напряженная складочка. Видимо, наставник Ревина тогда, в начале осени, не решил эту головоломку с другого конца и не дошел до Нерания.

«Или не успел», — поправилась Терн.

— Твоего наставника убил Лерут или Саллас? — уточнила она.

— Вероятно, оба. Культист призвал демонов и руководил ими, а Лерут разбил защиту. Пойми, он был мастером Гильдии, знал наши тактики и выбрал идеальный момент…

В голосе мага сквозила горечь. Ревин до сих пор не мог принять предательства в рядах Гильдии. Терн его не винила. К ударам в спину сложно привыкнуть.

— Они избавились от твоего наставника, чтобы он не избавился от них, — подытожила Терн. Звучало как мотив. Казалось, ответ найден, но что-то ее тревожило.

Минут пять оба шли молча вдоль скованной льдом реки.

— Кстати, тот очкарик — Фейвин — не появлялся? — неожиданно спросил Ревин.

— Мы не виделись, как он съехал, — уклончиво ответила Терн.

— Не знаешь, кто за ним охотится? Странный парень… Умения несоизмеримы с яркостью дара.

— Подозреваешь его в чем-то?

— Вдруг он и есть «убийца магов»?

Терн чуть не споткнулась.

— Тогда Фейвин мне не угроза, — фыркнула она. — Я не маг.

Внутри всколыхнулось отвращение к собственной лжи. Терн опять врала. Врала Ревину.

— Это, конечно, успокаивает… Будь с ним осторожнее — неприятный тип.

«Ты даже не представляешь…» — в голову Терн вновь полезли ядовитые слова прыгуна.

Она зло пнула носком ботинка снежный ком и посмотрела в светлое морозное небо. Люди не показывались из домов, но магические вестники метались между крышами чуть ли не стаями. Терн узнала зеленовато-черного ворона Феншира — временно исполняющий обязанности магистра работал не покладая рук, чтобы найти всех культистов и демонов.

Наконец, впереди засиял купол Гильдии Серебряного Обруча. Для посетителей приемная откроется через час, но на входе всегда дежурили целители. А вот «листья», обосновавшиеся рядом, наверняка уже вовсю трудились. Сумасшедшие создатели химеры, приведшей Ревина в Кермас, выстраивали свое расписание по циклам растений и животных.

Улица Семи Ручьев разделяла владения «обручей» и «листьев». В ранний час лавки еще не открылись: витрины были темными и скучными. Терн обратила внимание, что на флаконах и бутылках впрямь имелись печати.

— Лавка Гвина за поворотом, — сообщил Ревин.

Двухэтажный дом алхимика находился в конце улицы у изгиба реки и стоял особняком.

Маг в задумчивости замедлил шаг и также внезапно оживился.

— А давай-ка глянем сверху?

— С соседних крыш? — не поняла Терн. — Поблизости лестница?

— Для меня везде лестницы. — Ревин лукаво улыбнулся и развел руки как для объятий. — Позволишь?

Терн инстинктивно сжала губы. Охотница не доверяла заклинаниям, но Ревин ни разу не сделал ей ничего плохого. В первые недели в Канвероне она бы шарахнулась прочь, а сейчас подумала и улыбнулась:

— Да. Так нагляднее.

Ревин подхватил Терн за талию и, красуясь, небрежным движением бросил под ноги мерцающий голубой овал. Поток ветра швырнул обоих вверх, изменил направление и аккуратно опустил ношу на сбегавший к реке скат крыши. Дом, выбранный Ревином, находился по соседству с владениями Эвера.

Терн позволила себе осторожно дотронуться до руки мага. Его прикосновение согревало и поднимало в душе вихрь теплого искристого восторга.

— Практично… — прошептал Ревин охотнице не ухо.

Она осторожно отцепила его пальцы от своей талии и скользнула к краю крыши.

Дом Эвера выглядел небольшим лишь с улицы Семи Ручьев. За задним фасадом располагался сад, обнесенный высокой каменной оградой. Под магическим куполом просматривались размытые очертания грядок, деревьев и клумб и чего-то вроде ажурной беседки с конусовидной крышей.

— Такой купол светлеет и затемняется по желанию мага, и согревает растения, — пояснил Ревин.

— Мелара бы обзавидовалась… — пробормотала Терн. Алхимик покупала ингредиенты у знакомых садоводов, а Эвер выращивал всё сам. — Ш-ш-ш…

Охотница припала к крыше, потянув за собой Ревина. Между клумб показался хозяин дома, облаченный в зеленый халат. Эвер прошелся между кустов, оглядывая растения. Обычный заботливый садовод, но Терн насторожилась.

— Он идет слишком быстро, — сказала охотница. — Заметил? Наклоняется, смотрит секунду — и всё. Мелара никогда так не торопится.

— Странно… До открытия лавки еще есть время.

— Верно.

Терн прищурилась, перевела взгляд на дом и замерла.

Вдоль заднего фасада стелились необычные тени: отнюдь не игра света с ветвями деревьев. Изломанные серые силуэты не походили ни на людей, ни на грациозных эйранов, ни на приземистых неспешных коблинай.

Тени двигались в такт с Эвером, словно были у него на привязи, но старались не отходить от здания, избегая приближаться к солнечному свету.

— Взгляни, — Терн указала на тени Ревину. — Что это?

Маг отодвинул охотницу и сузил глаза, глядя Вторым Зрением. Эвер неторопливо шел к беседке.

— Это… — Ревин побледнел. — Демоны, Терн.

— Сколько их?

— Минимум один тэлонхар. Страйген. Еще… — Маг сглотнул. — Такой же отряд, как…

Ревин замолчал, но Терн поняла его без слов. Именно с подобной группой бился мастер Сэльвин.

— Нужно позвать «драконов».

— Нет, — Ревин стиснул плечо охотницы. — Медлить нельзя.

Свободной рукой он сплел вестника и послал пустельгу в сторону Дома Гильдии.

— Никто и никогда не призывает демонов ради приятной компании. Если они уже в нашем мире, значит, получили приказ. На Семи Ручьях слишком много людей, Терн! — Повернув голову, Ревин посмотрел ей в глаза. — Ты со мной?

Охотница без колебаний протянула магу руку. Ревин стиснул её ладонь, и ветер подхватил и кинул их к жемчужно-прозрачному куполу.