Глава 20

Урийн не объявлялась следующие три дня после своего исчезновения. Контроль ощущался слабо, но все же он был. За это время меня удостоили двухразовым питанием новой стряпней Гарада и услугами бытовой магии. И если от первого я отказалась, второму была несказанно рада.

Адэльен явно пытался показать — если буду и дальше такой беспечной, эта камера станет моим постоянным местом жительства.

Мне прекрасно известно — таким образом, он хочет показать, как я слаба, хочет защитить от необдуманных поступков. И все бы ничего… кроме одного большого «Но!».

С недавних пор некоторые среди верхушки власти государства возомнили себя «Словом Империи». Адэльен принял их правила игры, и я больше чем уверена, победа будет за ним. Однако становиться куклой для битья, пока господа-лорды меряются у кого больше, не собираюсь!

Не хотят видеть у власти темную, что ж, я буду там не одна.

Услышав звук отпираемого замка, поднялась на ноги, приблизившись к холодным прутьям решетки.

— Ваше Высочество! — с наигранной тревогой в голосе воскликнул советник Ларет.

Пришлось отступить на шаг назад, когда этот актеришка вцепился в решетки, выпучив на меня ошалелые глаза.

— Никогда бы не подумал, что Его Величество зайдет так далеко! — впопыхах произнес лорд.

«Демонов мерзавец! — выругалась мысленно. — Не ты ли приложил к этому свою ручонку?!»

Мне потребовались просто-таки титанические усилия, дабы остаться спокойной и не сжать его горло до звонкого хруста.

— Советник Ларет, зачем вы здесь? — сухо поинтересовалась, сложив руки на груди.

— Ваше Высочество, мне невыносимо видеть вас в этой клетке, — а вот по глазам не скажешь, — Я пришел вас освободить! — громогласно возопил лорд.

— Рыцарь примчался спасать принцессу, — не без издевки ответила.

Белобрысый продолжал сохранять хладнокровие, ничем не выказывая злости. Но я-то знала. Она крылась в уголках кривящихся губ мужчина, в его глазах, слышалась в нарочито взволнованном голосе.

Иной раз часто задумывалась, зачем ему я? Как можно так яростно ненавидеть и в то же время жаждать заполучить?

— Лорд Ларет, неужто вы решили пойти против воли императора? — ехидно спросила, внимательно наблюдая за его мимикой и движениями.

Какую гнусную авантюру на сей раз задумал этот змей?

— Мою невесту никто, слышите, Ваше Высочество, никто не осмелится держать в темнице! — яростно заявил он.

Скрывать появившееся изумление не стала, во все глаза уставившись на этого лживого змея. Да что там. Я дар речи потеряла.

— Мельера, — в край обнаглел советник, отбросив официоз.

Слышать свое имя, произнесенное его голосом, было противно.

— Скажите лишь слово, и я немедля вытащу вас из темницы. Примите предложение и станьте моей женой, — продолжил нести полную ересь в край спятивший лорд.

Какая девушка согласится стать женой того, кто смотрит на нее с такой плохо скрытой ненавистью? Или же она настолько сильна, что и скрывать стало трудно?

Да это просто невероятно. Вы только послушайте безумца. Связать себя узами брака с этим змеем? Бр-р-р!

— Знаете, советник Ларет, а здесь не так уж и плохо, — выбрала я меньшее из двух зол. — К тому же, Его Величество не сегодня-завтра освободит меня, как только в его руках окажется весьма ва-а-ажный документ, — громко протянула.

Блефую. Никакого документа нет… по крайней мере пока. Но я все же искренне надеюсь, что Нао сможет убедить Адэльена вернуть меня в дело.

— Неужели отказываетесь стать моей женой? — прошипел мужчина, со всей силы сжав руки на прутьях с такой силой, что те жалобно заскрипели.

Видимо, моя последняя реплика пролетела мимо его ушей.

— Он еще спрашивает, — еле слышно забормотала, сдерживая раздражение.

— Вы даже не представляете, от чего отказываетесь! — с яростью выпалил он.

— Разве по мне не видно? У меня нет никакого желания это узнавать, — ровным голосом ответила, стойко выдержав убийственный взгляд лорда.

— Предпочитаете герцога Лейтса и прогулки по ночному скверу в его объятиях? Или, быть может, вам нравятся беседы с графом Медисом в укромных уголках императорского сада? — ядовито выплюнул он.

Сказать, что была поражена, значит, ничего не сказать. Я просто выпала из реальности.

Все это время он за мной следил!

— Стража! — прокричала ледяным голосом.

В длинном, приглушенном мраком коридоре в ту же секунду появилось двое солдат.

— Ваше Высочество? — склонился один из них.

— Покажите советнику Ларету где находится выход! — процедила прямиком в лицо змея. — Не желаю более видеть того, кто приложил немало усилий, дабы запереть меня в этой клетке!

Дожидаться, пока его выпроводят, лорд не стал, окинув меня презрительным взглядом, крутанулся на каблуках и покинул темницу. Следом, поглядывая в мою сторону с явными опасениями, вышли и стражники.

— Черт, все настроение угробил, — раздраженно выругалась. — Где носит эту демонову прислужницу?!

Случайно зацепившись кистью руки о решетки, приглушенно зашипела от ноющей боли.

— Тьма, — простонала, испытывая жалость к самой себе. — Из-за ограничителей не могу исцелить оставленную Урийн рану. И почему магия из них так медленно исчезает?! — продолжила негодовать, когда заметила еще одну странность. — Это еще что такое? — присмотрелась я к непонятным темным линиям на коже рук.

Сняв пиджак, бросила его на подобие кровати, сложенной из широких досок, туда же полетела и блуза.

Да-а-а, скудные «апартаменты» предоставили принцессе империи. Правда, о том, что я заперта в клетке, знает лишь Адэльен, его и мои советники, не считая парочки стражников, с которых взяли нерушимую клятву «Не болтать лишнего». Он-то уж точно позаботился, чтобы никто не прознал о его «маленьком» наказании.

— Какого демона? — появившийся страх в голосе услышали лишь холодные стены темницы. — Это из-за Урийн?

Первую мысль сразу же отмела, повнимательнее вглядевшись в укус. Две маленькие ранки выглядели вполне сносно, разве что слегка воспалились. Да и не рисунки это вовсе. Такое ощущение, будто кровь в венах стала черной и просвечивалась сквозь светлую кожу. Черные извилистые линии тянулись от запястий к плечам и груди.

— Я к этому не причастна, — эхом разлетелось возражение демонессы, явившейся из пламени факела. — Наши с тобой магические потоки связаны, — немного подумав, продолжила Урийн. — На кровавом храме была печать, стало быть, я уничтожила только стены, но не магическое клеймо. Не понимаю как, но печать сейчас на тебе, — прислужница посмотрела на меня так, будто она видела там то, что укрывалось от моего взора. — Мы разрушили место, к которому был привязан знак, ему пришлось найти новый каркас, коим, собственно, и оказалась ты.

— Поэтому я могу видеть глазами жнеца во время совершения им убийства?

— Скорее всего. В этот момент он испытывает невероятную жажду крови. Это чувство настолько сильное, что его видишь и ты, как видели стены храма.

«Но это опасно, Мельера. Мало ли, подцепишь какое-нибудь проклятие», — вспомнились слова Вирай.

— Вот же глазливая, — скорбно выдавила я.

— Можно попытаться снять печать, — предложила Урийн, приблизившись к решеткам.

— И лишиться единственной зацепки? — задала риторический вопрос. — Забудем на время о клейме. Что с темными? — уточнила более важный нюанс.

— Клан Исалир всецело тебя поддерживает, — отступила на шаг назад демонесса. — Но ты не думаешь, что привлечение темных только усугубит твое положение?

— Из каждого правила есть исключение. Я — полукровка, и послужу равновесием между некромантами и темными. Они подданные империи, а я их принцесса крови. Пора бы показать императорским советникам кто здесь главный!

— Главы трех кланов сейчас направляются к императору, — продолжила радовать хорошими новостями прислужница.

— Как дела у Данлайтов? — застегивая блузу, задала следующий немаловажный вопрос.

— Некоторые главы Имперского Дома на твоей стороне. Они полагают — между «родственничками» идет война в борьбе за трон, и хотят поучаствовать в предложенной тобой игре, — с убийственной иронией просветила хвостатая.

— Вот как, — задумчиво пробормотала, натянув на плечи пиджак. — Отлично, если хотят, никто не запрещает им полагать, что это вендетта. Мне и Адэльену их заблуждение только на руку. Все участники «игры» сделают нам одолжение, показав свои истинные намерения. В конце останется лишь отсеять предателей, — скрывать кровожадную улыбку не стала.

— Марк велел передать тебе кое-что.

Веселый тон Урийн, заставил непроизвольно напрячься. Если ее забавляет та или иная ситуация, мне в этот момент не позавидуешь.

— И?

— Слова императора.

— Правда? И что же передает мой любезный брат?

Демонстративно прочистив горло, демонесса начала вещать Императорское Слово:

— Я хочу надеяться, последние события и мое наказание помогут понять Мельере, как она может быть беспомощна. Если суть сказанных ранее слов будет не понята, значит, я зря тратил на нее свое время. Ее Высочество отказывается занимать законное место, в погоне за только ей понятной свободой. Теперь она узнает, что ее ждет, если лишится магии и окажется закованной в кандалы в лучшем из исходов, в худшем, принцесса будет молить о смерти.

— Ты же сейчас от себя добавила, не так ли? — скептично выгнула бровь, сердито поджав губы.

— Самую малость, но суть была именно такой, — не стала отпираться прислужница.

— Адэльен таким образом решил заставить меня стать у власти? — проговорила я мысли вслух.

— Еще до слов императора ты начала собирать союзников, — сказала Урийн на удивление правильную вещь. — Думаю, суть ты уловила за дни вперед. Твой брат все эти четыре года усердно старался подготовить империю к твоему правлению. Адэльен избавлялся от врагов, подстрекателей, убийц, предателей, преступников и тех, кто яро противился твоему восхождению на трон.

— Знаю, — сухо ответила. — Я обо всем знаю.

— Тогда…

— Сделаю, как он хочет, — перебила ее.

— Что, — хмыкнула хвостатая, — лишь благодаря клетке ты поняла, где твое место? Или это ограничители так тебя подстегнули? Страшно ощущать себя пустой? Больно?

— Гораздо страшнее быть бесконтрольной, чем пустой. Но ограничители лишь блокируют магический импульс, они не отбирают магию, — пояснила ей. — Спрашиваешь, больно ли? — перевела на нее цепкий взгляд. — Это не то слово, которое можно использовать в случае потере кровной силы. Мало кто может это пережить.

— Тогда чего ты боишься?

— Тяжести короны, — честно призналась скорее себе, чем собеседнице, — не уверена, что смогу выдержать ее вес.

— В таком случае, почему бы тебе не разделить ее тяжесть с теми, кто верен своей принцессе?

— Это только моя ноша.

— Как скажешь, — не стала спорить Урийн.

— Однако сейчас у меня нет времени участвовать в дворцовых интригах. Я возьму власть в свои руки, когда уничтожу жнеца. А сейчас отправляйся во дворец, мне нужно знать, как проходят переговоры между темными и Адэльеном, — приказала ей.

— Слушаюсь, госпожа, — откланялась прислужница, оставив за собой след огненных искр.