Глава 4

Глава 4

В покои, где меня готовили к таинству брачной ночи, набилось десятка два незнакомых личностей. Женского пола, разумеется, но от этого не менее дотошного и противного. Для начала старшая матрона убедилась, что я чиста и не имела связей с мужчинами. Затем меня обмыли в купальне с розовыми лепестками и принялись умащивать тело душистыми маслами. В целом, ничего такого, к чему я не привыкла в доме патриция Ромелина. Но там помогала одна служанка, а не десять. Я не могла расслабиться, со страхом ожидая волнующего момента истины. После омовений меня облачили в белую свободную тунику, опоясав грубым поясом из шерсти. Порядок этой церемонии я знала, поэтому спокойно выполняла положенные действия.

Важным моментом считалось прибытие молодоженов к родителям мужа, где гостей встречали подношением на пороге. Невеста должна смиренно принять новых отца и мать, всячески угождать им и не роптать. Фаустина подсунула мне пересоленную черствую лепешку, а запить дала приторно-сладкого отвара. Я с трудом пропихнула в себя эту гадость, но даже не поморщилась, чтобы не подвести Октавиана. Еда комком прошла по пищеводу и легла на желудок неприятной тяжестью.

На следующем этапе надлежало повязать ленты со свадебного платья на запястья незамужним гостьям. Поскольку в моем наряде ленты отсутствовали, их приготовили отдельно и даже порезали для удобства. Насколько я знала, в традиционном варианте свадебного обряда жениха готовили схожим образом. Его вкусно кормили, чтобы задобрить и привести в благоприятное расположение духа. Затем он отдаривался подарками неженатым мужчинам. Позже, когда нас оставят наедине, а гости продолжат веселье, молодые патриции обратят внимание на девушек с лентами и преподнесут дар той, которая понравилась. Считалось, брак будет крепким, если на свадьбе образуются новые пары.

Девушки, желающие получить ленту, собрались в гостиной и выстроились в два ряда. На императорский бал из разных концов империи родители привезли дочерей в надежде подобрать подходящую партию. Благородных и привлекательных патрицианок отцы сговаривали заранее, так что здесь собрались девицы, чьи семьи поскупились на приданое или же на услуги магов, способных исправить физические недостатки. В череде будущих невест попадались симпатичные девушки. Таким я искренне желала найти любящего супруга. Впрочем, остальным тоже говорила традиционные пожелания и под конец даже не смотрела, кому повязываю ленту. Накатила апатия и ощущение неизбежности.

— Желаю бла… — Я как раз подхватила очередную ленту у матроны Кесарии и развернулась к девице, когда узнала Арвин. — А-ар?.. — произнести имя не успела, потому что она замотала головой, сделав страшные глаза. — …гародного мужа! — выкрутилась я. — Что?.. бы дом был полной чашей и... Зачем... стила к вам удача!

— О, спасибо! — Арвин вцепилась в мою руку, незаметно подсовывая записку. — Я так мечтаю встретить суженого! Надеюсь, лента привлечет самого видного холостяка! — Стрельнула глазами на мой браслет с потайной застежкой, который матроны не сумели расстегнуть.

Повезло, что перед осмотром раздевалась я самостоятельно. Так что, отменила действие иллюзии, а униформу академии сложила аккуратной стопочкой и запихнула под кушетку.

— Мне так нравятся брюнеты! Вот бы жених встретился темноволосый! — намекнула Арвин на черную бусину. — Так и представляю себе: в спальне никого, кровать разобрана, горят свечи, а за дверью раздаются его шаги. Я бы раскинула руки и, как птица, вспорхнула ему навстречу! — И способ активации заодно напомнила.

— Это так романтично! — Я вяло улыбнулась, не в состоянии даже порадоваться хорошей новости. — Верю, ваши мечты исполнятся точь-в-точь, как вы представляете.

Закончив разговор с Арвин, я шагнула к следующей девушке, машинально повторяя заученные фразы. В голове возникла мысль, что вселенское спокойствие мне не свойственно, но она тут же затерялась на задворках сознания.

Я ведь даже не поинтересовалась, чем закончился торг Октавиана с принцами. Вероятно, ничем, если друзья задумали авантюру. Зачем это понадобилось? Не лучше ли покориться судьбе и повиноваться воле императора?

Последней стояла неказистая сутулая девица. Она стеснялась высокого роста, оттого горбилась и смотрела в пол. Однако ей тоже полагалась лента, как и остальным. Я только собралась повязать ее, как гостья неуклюже дернулась. Несчастный кусок ткани выскочил из рук и спланировал на пол. Мы синхронно присели, чтобы его поднять, и встретились лбами. В голове бахнуло и зазвенело, так крепко я приложилась. Чуть не упала, если бы это недоразумение меня вовремя не подхватило.

— Плохая примета! — зашептались за спиной матроны. — Молодые ссориться будут, а эту растяпу вовек на праздник не позовут.

Я посмотрела в глаза испуганной девицы, хватка у которой оказалась крепкой для тщедушного на вид создания, и ахнула от удивления, когда ее узнала. Вернее, его узнала. Это же Май, нацепивший парик и зачем-то наряженный в платье! Выходит, «бум-с» неспроста случился? Я потерла ушибленный лоб и поняла, что он ничуть не болит. Да и мозги прочистились, сбрасывая наведенное спокойствие и покорность.

Опоить вздумали, чтобы не сопротивлялась? — Я сверкнула глазами, шумно втягивая воздух и закипая от возмущения.

Однако Май приложил палец к губам, пока никто не видел, и указал на записку в моей ладони. Я развернула листочек и пробежалась глазами по содержимому. На бумажке была нарисована черная точка, бегущий человечек и символ, которым в учебниках маркировали правила знаков препинания. Если я правильно расшифровала, то там написано: активируй черную бусину и беги, как только подадим знак. Ага, а какой знак? Ладно, разберусь как-нибудь. Главное, что друзья не бросили меня на произвол судьбы. Я этого никогда не забуду!

В жарко натопленной спальне царил полумрак и пахло благовониями с нотками сандала и лакрицы. Двуспальная кровать была заправлена шелковым бельем, в изголовье установлены тумбы с фигурными аромалампами. Тяжелые красные портьеры закрывали панорамное окно, создавая интимную атмосферу. У камина на полу расстелена шкура горного барса, поверх которой накиданы подушки и сервирован закусками переносной столик на низких ножках. Собственная купальня, примыкающая к комнате, также предназначалась для утех. Во всяком случае, каменное ложе в окружении магических огней под водой, широкие ступени, кушетки по бокам от бассейна и зеркала создавали специфический антураж.

Матроны Кесария и Фаустина напутствовали советами, сводящимися к тому, чтобы я беспрекословно выполняла желания мужа, не сопротивлялась и терпела, если вдруг почувствую боль.

Ага, сами терпите и подчиняйтесь! — кивала, кусая губы, уставившись в пол и полыхая от злости.

Наконец, посторонние вышли из помещения и оставили меня одну. Ненадолго! За дверью раздались тяжелые шаги.

Я стремительно вскочила и активировала браслет, создающий иллюзию темного плаща, укрывающего с головы до ног. Замерла в дальнем углу у окна в надежде, что меня не заметят.

Дверь с грохотом распахнулась, и на пороге появился Марк в домашних штанах и парчовом халате нараспашку. В отблесках огня торс и волосы парня поблескивали капельками влаги.

— Фелиция! — Небрежным движением принц скинул халат и, пошатываясь, приблизился к кровати. Она была разобрана и в полумраке непонятно, лежит кто-то или такое впечатление создают подушки. — Тебе от меня не спрятаться! Я всегда получаю то, чего хочу. А хочу я сегодня тебя! Где же ты? — Не обнаружив меня на кровати, Марк направился в купальню.

Входную дверь императорский отпрыск не удосужился прикрыть на замок. Я с удивлением заметила, как она пришла в движение, пропуская фигуру в темном. Затем раздался хлопок в ладоши и приглушенный шепот, в котором послышалось «Спасибо Арвин за исполнение мечты!».

В комнате появилась моя копия в фривольном бикини из нескольких лоскутков ткани и с таким предвкушающим выражением лица, что я засомневалась, кто и от кого тут будет прятаться.

Неужели Арвин создала такую искусную иллюзию? И откуда узнала, как я выгляжу без одежды? Хм, сразу понятно, что ниоткуда! Грудь у меня на два размера меньше, бедра не такие крутые. И, вообще, я себя так не веду! Марк мгновенно распознает подделку.

Помяни демона, он и появится! Из купальни принц вышел в одном коротком полотенчике, прикрывающим стратегические места.

— Решила поиграть? — Марк плотоядно облизнулся, когда девица шевельнула бедрами, принимая выгодную позу.

Фу, мерзость какая!

— Ты на себя не похожа! Чем они тебя опоили? — голосом с сексуальной хрипотцой произнес парень и двинулся навстречу «мне». — Впрочем, какая разница? — хмыкнул он, позволяя полотенчику упасть к ногам, когда «невеста» развязала тонкие тесемки на бюстике и призывно облизала собственный палец.

Боже, меня сейчас вырвет! — зажала рот рукой и зажмурилась, не желая видеть, что будет дальше. — Мне всю ночь за ними наблюдать, что ли?

Парочка встретилась, сливаясь в страстных объятиях. Послышался чмокающий звук поцелуя. Неужели Аврелиус не понял, что это другая девушка? Чуть приоткрыла глаз, чтобы убедиться — действительно не понял, в отличие от моей копии. Она подтолкнула молодого человека к купальне, намереваясь продолжить там. На пороге девица обернулась, окидывая томным взглядом спальню. Меня она точно не видела, но жестом за спиной четко указала на дверь.

Дважды повторять не нужно. Я опрометью кинулась к выходу и выскочила в коридор. Осмотрелась, не зная, в какую сторону бежать. Стража отсутствовала, что сразу мне показалось подозрительным. Свернула направо, неслышно ступая по каменному полу.

— Сюда! — От стены отделилась тень и напала со спины, зажимая рот.

От испуга я пронзительно… замычала.

— Успокойся, Фелиция! Не кричи! Это я, Октавиан, — раздался громкий шепот над ухом. — Сейчас я уберу руку, а ты не будешь кричать, хорошо? Кивни, если понимаешь.

Я закивала, как болванчик, чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы. Когда декан убрал руку, я всхлипнула и, развернувшись, бросилась ему на шею.

— Шшш, успокойся! Нужно уходить, как можно скорее. — Ласково погладил по волосам и спине. — Пока Конг и Кин отвлекают охрану, необходимо уйти из хозяйской части дворца.

— Я… я уже успокоилась, — ответила, заглушая рыдания. — Я не подведу!

— Даже не сомневаюсь в этом!

Октавиан взял меня за руку, сплетая пальцы, и потянул в узкий коридор, предназначенный для слуг. Пока мы добирались до комнаты, где разместили парней, не встретили ни души. Странно, куда все подевались?

— А что случилось? Где люди?

— Тушат пожар, — охотно пояснил Вильгросса. — Видишь, зарево?

Я поспешила к окошку, за которым в предрассветных сумерках занималась заря. Хотя… время рассвета еще не наступило. Зато полыхало левое дворцовое крыло, из окон которого вырывалось ревущее пламя. Вокруг копошились человеческие фигурки, передавая по цепочке ведра с водой и песком.

— А почему пожар не погасят маги? Надеюсь, никто не пострадал? Что находится в той части дворца? — озадачилась вопросами.

— Библиотека, оранжерея, гостевые комнаты. Жертв быть не должно, гости на празднике гуляли. Да и пожарный колокол звонил, предупреждая об опасности.

— Но я ничего не слышала?

— Так, и не должна была слышать. Тебя из зала сразу к императорскому крылу повели, где живут члены семьи Аврелиусов и приближенные аристократы. Сойер проследил.

— А право?

— Что право? Хочешь знать, чем закончился торг? — усмехнулся супруг. — Не переживай, денег у меня достаточно, чтобы выкупить этот дворец. Но кое-кому ты оказалась нужнее, чем поместье, рудники или золото.

— Марк? — я скривилась, припоминая откровенную сцену в спальне. — Но как удалось все так быстро устроить?

— Как? У друзей поинтересуйся, когда появятся. Отличную команду ты собрала. Уверен, с ними мы еще и на играх нос боевому факультету утрем. — Вильгросса плюхнулся на кровать Сойера или Джереми и с хитрецой посмотрел на меня. — Ну, что, жена? Как насчет брачной ночи? Иди сюда, ложись рядышком, — похлопал рукой по свободному месту возле себя.

Я закаменела, услышав эти слова. Октавиан прав, я теперь его жена. Без брачной ночи брак не будет подтвержден, а у Марка снова появится шанс. И уж лучше это случится с Октавианом, чем с мерзким принцем.