Глава 6

Глава 6

— Арвин, а как ты объяснишь, что вернулась к себе под утро в компании двух парней? — Я вспомнила о таком важном для репутации леди нюансе, когда мы уже подходили к женскому крылу дворца. — Арвин, это ты? — уточнила, неожиданно обнаружив, что за мой локоть цепляется Май. — Хм, вопрос снят.

Я даже не уловила момента, когда случилось преображение. Подруга с самого начала повисла на руке и едва поспевала за нами. А со стороны это выглядело, что двое друзей тащили третьего, не рассчитавшего сил на празднике. Никого не удивило, что молодые люди забрели в другое крыло. Наверное, потому что в столь ранний час не так много слуг попадалось навстречу.

— Арвин, ты уже проснулась? — добравшись до комнаты, постучалась к девушке.

— Открывай, мы за тобой пришли, — скопировала голос Мая адептка Леймор.

— Ребята, это вы? — тоненьким голосом ответил с той стороны целитель.

— Ага! Не сомневайся. Ты уже оделась? Пойдем к новобрачным в гости наведаемся, пока там толпа не набежала, — с ухмылочкой произнес лже-Сойер.

— А зачем толпа? — не поняла я.

— Ну, как же? Проверить, что брачная ночь состоялась, — просветил Октавиан голосом адепта Конга и похлопал рукой по растолстевшему камзолу, под которым уместилась простынь.

— Ничего не понимаю! — Уставились на «Сойера» ошарашенным взглядом. — Но ведь леди Фелиция этой ночью осталась в покоях Марка Аврелиуса? Зачем проверять комнаты лорда Вильгроссы?

— А ты как считаешь, Май?

— Думаю, что скоро в покои Марка Аврелиуса нагрянут родители и гости императора, — заявил «Май» с хитрой улыбочкой Арвин на губах. — И затем они непременно захотят выяснить, с кем провел эту ночь лорд Октавиан Вильгросса.

С другой стороны двери послышались звуки отодвигаемого засова и на пороге показалась заспанная «подруга» в ночной рубашке и халатике, наспех накинутом на плечи.

— Ну, хоть кто-то отдохнул этой ночью, — оценила собственный вид Арвин, развеявшая иллюзию Мая, как только шагнула за порог.

Через мгновение и сам адепт Каллирс обрел прежний облик, с видимым облегчением оглядывая себя со всех сторон. И я его понимала, мне тоже дико видеть вместо себя парня.

— Май, ты не мог бы подлечить? — обратилась к нему с просьбой.

— А что с тобой, Джер? — Целитель окинул меня профессиональным взглядом и ничего не понял.

— Фел, лучше не стоит, — вмешался «Сойер».

— Фел? — У Мая округлились глаза. — А вы разве не?

— Да, Май, перед тобой те, о ком ты подумал, — подтвердила сомнения целителя Арвин, воспользовавшаяся нашей заминкой, чтобы забрать сумку, которую девушка даже не распаковывала. — Идемте! — Дорожный кофр на наших глазах исчез, растворившись в воздухе.

Я так и не поняла, куда он делся, и спросить не успела, потому что мы вывалились в коридор и торопливо направились к покоям аристократов. Вот тут уже на каждом шагу попадалась охрана и слуги дворян, бегающие с утра, как наскипидаренные.

— Куда? Кто такие? — Вход в наши покои перегородили два стражника. — Не велено никого пускать.

— Кем не велено? Декан Вильгросса сказал найти его утром! — громко возмутился «Сойер». — Доложите, что мы пришли, и пусть он сам решит, пускать или не пускать.

— У меня приказ — не беспокоить лорда и не будить до обеда, — отшил адепта суровый дядька в кирасе и шлеме с плюмажем.

Не знаю, как бы мы пробивались через этих вояк, но двери распахнулись и на пороге показался взъерошенный «Октавиан» в домашних штанах и рубашке навыпуск.

— В чем? — визгливо начал он и закашлялся, увидев нас. Прочистив горло, повторил нормальным голосом. — В чем дело, господа?

— Декан Вильгросса, вы сказали нам с адептом Кином явиться пораньше, — отрапортовал «Сойер», вытянувшись по струнке.

— А зачем? — удивился «декан».

— Затем, чтобы выдать стипендию, которую мы не успели получить накануне, — быстро сориентировался муж. — Пожалуйста, это не отнимет много времени!

— Ладно, заходите! — нехотя согласился «лорд», вжившись в роль, и махнул охране рукой. — Пропустите их.

Октавиан подтолкнул меня к проходу, перед которым расступились хмурые стражники. Мы вдвоем прошли беспрепятственно, а перед Маем и Арвин снова скрестились алебарды. Пришлось лже-лорду вмешаться еще раз.

— Этих тоже давайте, они в ведомости расписаться должны.

Захлопнув двери, Сойер развернулся к нам и приложил палец к губам, чтобы не говорили лишнего. Глазами он указал на спальню и виновато пожал плечами. Я ничего не поняла, кого там опасаться. Джера, что ли? Зато Октавиан, кажется, догадался и скрипнул зубами.

— Лорд Вильгросса, стипендия, — намекнул он адепту, что и дальше надлежит разыгрывать спектакль.

— Погодите! — «Декан» озадаченно почесал макушку. — Я пытаюсь вспомнить, куда положил бумаги и кошель с золотом. Сами понимаете, не до этого вчера было.

— О, разумеется, — закивал мой супруг. — Вероятно, вы засунули бумаги в дорожную сумку. Посмотрите в шкафу. Может, деньги там же?

Молодые люди обменялись жестами, означающими, что они могут сменить иллюзию. Миг, и Сойер стал Октавианом, а «лорд» превратился в рыжего повесу. Вильгросса тут же ринулся в спальню, а Конг притих, бросая на нас виноватые взгляды нашкодившего котяры. Через минуту вернулся муж, сжимая в руках бумаги и кошель с деньгами и полыхая от гнева.

Выходит, насчет стипендии не придумал? На самом деле получил за нас? — невольно отметила я, недоумевая о причинах странного поведения Конга. Складывалось такое чувство, что все уже догадались, в чем дело, и только я ничего не понимала.

— Адептка Леймор, напомните, какую иллюзию вы создали для Джереми? — шепотом поинтересовался муж у подруги.

— Как какую? — растерялась Арвин. — Фелиции, вашей жены.

— В таком случае, адепт Конг, потрудитесь объяснить, что за девушка спит в моей кровати? — предъявил претензию Вильгросса. — И куда подевался адепт Кин?

— Я не знаю, где Джер, — понуро признался Сойер. — Мы возвращались сюда, как и договорились. Охрана на пожар умчалась, в коридоре никого не было. А потом нас окликнули. Я обернулся и… все! Дальше, как в тумане. Очнулся в спальне, услышав голоса за дверью. Без одежды и в обнимку с голой девицей. Я даже не помню, было что-то или нет.

— Адепт Каллирс, — обратился к целителю Вильгросса. — Вы можете определить, какое воздействие оказали на адепта Конга и состоял ли он в интимных отношениях? Впрочем, последнее подтверждать нет надобности. Если меня хотели скомпрометировать, то довели дело до логического завершения.

Пока мы разговаривали, а Май проводил Сойеру диагностику, Арвин проскользнула в спальню. Я тоже захотела посмотреть, кем это там моего мужа соблазняли.

— Фел, не надо, — придержал меня за руку Октавиан.

— Почему? — Прищурилась подозрительно. — Там же не мужчина голый, а девушка. Что нового я увижу? Сам-то успел уже насмотреться?

Двинув плечом, я вывернулась из хватки и направилась в другую комнату. Антураж спальни я запомнила мельком, когда заселялась ночью. Теперь же здесь царил бардак. Повсюду валялись вещи, даже с люстры свисал капроновый чулок. Столик с закусками был перевернут, фрукты разлетелись по полу, часть стены и ковер были забрызганы вином. Постель скомкана. Воздух пропитался запахом благовоний и безумств, какими, безусловно, тут занималась эта сладкая парочка.

Голая девица бесстыдно разметалась по кровати, только стратегические места предусмотрительно закрывал лоскут белой ткани. Увидев похожий кусок материи на полу, я сообразила, что это обрывки туники новобрачной. Вряд ли ее порвал Октавиан, значит, Сойер постарался.

— Что скажешь? — спросила у подруги, которая не побрезговала забраться на кровать и убрать налипшие светлые прядки с лица девушки.

— На тебя похожа, — констатировала девушка. — Думаю, нарочно типаж подобрали, чтобы в темноте декан Вильгросса не заметил разницы.

— Класс! И что это дает? Подумаешь, переспали бы они… — я нервно дернулась, чувствуя, как внутри разгорается злость на эту девицу от одной только мысли, что посмела покуситься на мое. — А дальше что? Брак у нас с Октавианом заключен официально. Даже дурацкое право первой ночи не отменяет того, что мы теперь муж и жена. Она сама опозорилась, раз пришла в спальню к женатому мужчине.

— Посмотри сюда! — подруга подозвала меня и стащила ткань, оголяя спину незнакомки. — Видишь знак?

Я подошла поближе, рассматривая татуировку на копчике, похожую на странное насекомое с крыльями и мощными передними клешнями.

— Что это?

— Лийру — ядовитое смертоносное насекомое и символ женской лиги наемных убийц. Они известны тем, что с малых лет в микроскопических дозах принимают яд. Отбор в лигу идет жесткий, выживают единицы. Зато оставшиеся превращаются в идеальных смертоносных хищниц. Поцелуй лийру — сладкий дурман, а ночь любви гарантированно сводит в могилу. Кто-то не поскупился, делая заказ на твоего мужа.

— Погоди! Но, если Сойер провел ночь с этой девицей, значит, он в опасности? Может, не поздно еще дать противоядие? Надеюсь, оно существует?

— Противоядия нет! Но нам повезло, что на дело отправили юную лийру. Лорд Вильгросса стал ее выпускным экзаменом, а еще должен был стать первым мужчиной. И вот это, — указала пальцем на татуировку, — доказывает, что девчонка провалила задание.

— Провалила? В каком смысле?

— Видишь ли, яд меняет девушек, наделяет их кровь, слюну и прочие жидкости тела токсичными свойствами. Вместе с этим они перенимают и другие особенности насекомого: хладнокровие, жестокость и… — Арвин выдержала многозначительную паузу, — патологическую привязанность к первому партнеру. Лига нашла способ ослабить эффект, используя кровь жертвы. И вот с жертвой у нее как раз и вышла осечка! Вместо лорда Вильгроссы попался Сойер. Татуировка исчезает, когда лийру проходит испытание. Следовательно, она его не прошла, а наш друг обзавелся фанатичной поклонницей.

— Как интересно! — Октавиан толкнул приоткрытую дверь, не скрывая, что подслушивал. — И откуда вам, адептка Леймор, известны такие подробности о лиге Лийру? Закрытой и не распространяющей секреты инициации новых членов первым встречным?

Арвин пожала плечами, не ответив на вопрос. Подумаешь, еще одна тайна. Меня волновало другое.

— Октавиан, понимаешь, что тебя едва не убили? Неужели император посмел нарушить законы гостеприимства? Нужно немедленно убираться отсюда!

— Разумеется, понимаю, но доказательств нет, а я жив, как видишь. Мы не вправе уехать раньше срока и пренебречь личным приглашением Его величества. К тому же, сомневаюсь, что это он отдал приказ, — Вильгросса задумался. — Адептка Леймор, раз уж вы продемонстрировали знание законов Лийру, подскажите, какое будущее уготовано девушке, провалившей выпускной экзамен Лиги?

— Нет никакого будущего, — погрустнела подруга. — За ее голову объявят награду и откроют свободную охоту.

— Постой, а что с невыполненным заказом? — Судьба посторонней девицы, заявившейся убить Октавиана, меня не волновала. А вот планы Лиги в отношении супруга — очень даже беспокоили, ведь наши жизни теперь неразрывно связаны.

— Лига Лийру славится тем, что всегда доводит дело до логического конца. Вопрос времени, когда на горизонте появится новая охотница, — огорошила Арвин убийственной новостью.