Глава 11

Ректор Флинн Свенсон в траурном костюме выглядел так скорбно, что я почувствовала неловкость за свой будничный вид. После того, как агент Фрей вытащил меня из кровати на заре, я схватила первую одежду, которая попалась под руку. – Такой талантливый молодой человек. Такая потеря для нас. Уже минут десять ректор на разные лады расхваливал Джерри. Я прилагала все силы, чтобы держать глаза открытыми и кивать в нужные моменты. Сказывалась бессонная ночь вкупе с ранним подъемом и пропущенным завтраком. – Никогда не прощу себе, что согласился на это, – покаянно сказал Свенсон. Сон моментально слетел. – Согласились на что? – Одобрить его эксперименты. Мы вместе с ученым советом считали, что с соблюдением техники это будет безопасно, но мощность оказалась слишком сильной. – Что вы имеете в виду? – Джерри погиб из-за несчастного случая в лаборатории. Я окончательно перестала что-либо понимать. – Разве это не было убийством? Свенсон сурово сдвинул брови: – Кто тебе такое сказал? Запираться не было смысла, охранники наверняка доложили начальству о визите агента в корпус, где я жила. – Агент тайной стражи. Он меня допрашивал утром. Ректор поморщился: – Агент Фрей? Весьма напористый молодой человек. Молодым Стивен не выглядел, да и на человека походил весьма условно. – Он везде видит преступления, такая у него работа. Сожалею, что тебе пришлось с этим столкнуться. Не волнуйся, ему уже объяснили, что его измышления не должны мешать работе нашей магистратуры. Выходит, мнение Фрея о людях из королевского списка оказалось верным. Интересно, не считает ли он, что это моих рук дело. – Если он снова попытается доставить тебе неприятности, сообщи мне. Нет уж, сначала вытрясу из него всю информацию. Вслух я сказала: – Хорошо. Облегчение в голосе было неподдельным. От понимания, что меня в ближайшее время никто не потащит на допрос в анти-магических наручниках, с плеч упал не просто камень, а настоящая гора. – Что теперь со мной будет? – Что вы успели сделать с Джерри? Ничего, потому что я весь день пробегала с оформлением пропуска. – Я пока еще работаю над планом доклада. Мы договорились через неделю обсудить первый вариант. – Что ж, значит этим и займешься с новым куратором. Дверь в кабинет открылась, словно тот самый куратор стоял за порогом и ждал нужной реплики. – Знакомьтесь. Рия Голльберст. Вильям Вандерхейден. Красавчик-блондин в дорогом костюме широко улыбнулся: – Мы уже встречались, но вряд ли госпожа Голльберст меня помнит. Я был всего лишь первокурсником, а она звездой магистратуры. Мне стоило большого труда улыбнуться в ответ. Вильям был не просто первокурсником, а женихом Алисии, сестры Лео, ставшей духом после вмешательства в мой эксперимент. После несчастного случая с Алисией Вильям куда-то исчез. В тот момент мне было не до него, но сейчас я смутно припомнила слухи про нервный срыв и пансионат, куда его увезли восстанавливаться после кончины невесты. Стоявший сейчас передо мной мужчина был уверен в себе. Судя по виду, срыв ему не грозил. События становились все более странными. Пора было вносить в них хоть какую-то ясность. – Добрый день. Я вас прекрасно помню. – Вот и замечательно. Удачной совместной работы. Теперь Флинн Свенсон практически сиял. Столь резкий переход от скорби к восторгу выглядел странно, но задумываться об этом было некогда. Нас практически вытолкали из кабинета. Вильям еще раз блеснул улыбкой: – Предлагаю всё обсудить у меня. – Хорошо. – Марта, если тебя не затруднит, я был бы безмерно признателен за две чашки кофе для меня и госпожи Голльберст. К моему безграничному удивлению, драконша-секретарша кивнула: – Сейчас принесу. Кабинет оказался неподалеку. Вильям сел за солидный письменный стол, на котором не было ни единой бумажки, и махнул рукой в сторону кресла напротив. – Прошу. Пока я устраивалась на неожиданно удобном для казенной мебели кресле, дверь открылась, вошла Марта с подносом и поставила на стол две чашки кофе и вазочку с печеньем. Вильям рассыпался в благодарностях, Марта покраснела и захихикала, как девчонка. Чтобы не таращиться на это поразительное зрелище, я сделала глоток кофе и откусила печенье. Через мгновение дверь за секретаршей закрылась, и внимание Вильяма вернулось ко мне. – Не могу поверить, что мне так повезло! Я в полном восторге. Постараюсь вести себя прилично. Просто скажи, если я начну тебя раздражать. Ничего, что я на «ты»? – выпалил единым духом мой новый куратор. – На «ты» нормально, остальное непонятно. – Что именно? – Пытаюсь понять причину восторга. – Шутишь? Все в магистратуре мечтают поработать с тобой. Твои идеи легли в основу теории целого курса по тонкому миру, а сейчас и вовсе речь идет о направлении, которым еще никто толком не занимался. Похоже, в отличие от Джерри, которому не нравилось во мне буквально все, Вильям относился к числу моих фанатов. Это было бы подозрительно само по себе, а учитывая мою роль в гибели его невесты, так и вовсе странно. Что ж, подыграем и посмотрим, к чему это приведет. Я сделала глоток из чашки и радостно улыбнулась Вильяму. Притворяться не пришлось, больше кофе я сейчас мечтала только об обеде. – Я хочу честно тебе признаться кое в чем важном. Только пообещай, что никому не скажешь. Вильям тут же кивнул: – Могила. Не слишком удачный выбор слов в нашей ситуации, но я не стала останавливаться. Вздохнула, посмотрела в стол, потом снова уставилась в глаза своему куратору. – Я не та, кем ты меня считаешь. На мгновение во взгляде Вильяма мелькнул хищный огонек. Если бы я не уставилась на него вплотную, пропустила бы. Я еще раз посмотрела в стол, словно собираясь с силами. Тяжело вздохнула. Вильям терпеливо ждал. В выдержке ему не откажешь. – Я уже пять лет не занималась наукой. Почти все забыла. Мне нужно больше времени, чтобы составить план работы. – Это не проблема. Сколько тебе нужно? Месяца хватит? – Я думала о двух неделях. – Шутишь? Да столько времени любой магистр приходит в себя       после отпуска. Очень странно. – Разве тебе не нужно будет доложить о моей теме на ежемесячном заседании ученого совета? – Я с ними разберусь. – Джерри меня торопил. Он хотел увидеть развернутый план через неделю. Вильям небрежно отмахнулся. – Он просто привык так работать с аспирантами. Им нужно давать неделю, чтобы хотя бы через три получить какие-то намеки на план. Он же не знал тебя. А Вильям стало быть полагает, что он-то меня знает. Интересно. Обменявшись ворохом любезностей, мы распрощались. Очень хотелось есть, но вместо столовой я пошла в сторону корпуса. Нужно было хорошенько все обдумать, а любопытные взгляды со всех концов зала явно будут мешать. Впрочем, по дороге особого внимания на меня никто не обратил. Я сложила в сумку вещи и отправилась на стоянку дилижанса. После позднего обеда на веранде нового кафе на центральной площади я почувствовала себя готовой к вечернему взлому. Заказала чашку кофе. Обычно по вечерам я его не пью, чтобы нормально засыпать, но сегодня сон не требовался. С соседней улицы свернула знакомая фигура. Эдди выглядел полностью погруженным в свои мысли, но моментально заметил меня и тут же сменил направление. – Бетти еще не подошла? – наполовину утвердительным тоном сказал Эдди, усаживаясь напротив. – На нашу удачу, – кивнула я, раскладывая на столе руны от прослушивания. Эдди подобрался: – Что еще? – Я видела в магистратуре Беатрис Лангенберк. – Где? С кем? Это точно была она? – В саду. В одиночестве. Было темно, но я практически уверена, что это была она. Эдди вздохнул, словно заранее знал, что ответ ему не понравится: – Когда это случилось? – В ночь убийства. – И ты только сейчас об этом говоришь? – А когда я должна была об этом сказать? В дилижансе, при всех? Или при Бетти, чтобы она точно поняла, что мы не все ей рассказываем? – Например, по дороге от станции до отеля! – Ты был слишком занят тем, что песочил меня, я не могла вклиниться в разговор. Эдди хмыкнул: – Серьезно? Я одарила его мрачным взглядом и призналась: – Честно сказать, я убеждала саму себя, что мне показалось. Это была не зона для посетителей, ее не должны были туда пускать вообще, и уж точно не без сопровождения. – Согласен. Уверена, что не ошиблась? Ночь, темнота… – Все так, и я видела её только мельком, но все-таки думаю, что это была Беатрис. Сегодня кое-что случилось. Я кратко рассказала о назначении нового куратора. Эдди развеселился: – Погоди. Ты считала Джерри подозрительным из-за того, что он тебя подгонял, а теперь считаешь подозрительным этого Вильяма из-за того, что он этого не делает? Я поморщилась: – Дело не только в этом. Он слишком сиропно-сладкий. Откровенно льстил, флиртовал… – Судя по твоему рассказу, он флиртует со всеми, даже с устрашающей секретаршей нашего ректора. Может, у него просто такая манера общения. Некоторым мужчинам нравится, когда все женщины смотрят им в рот. Я замялась, гадая, нужно ли сообщать Эдди о делах давно минувших дней, но происходящее было слишком важным, чтобы держать его в неведении. – Вильям – жених Алисии. Выражение лица Эдди не изменилось, только искры смеха в глазах моментально погасли. – Вот как, – голос прозвучал спокойно. – У нее есть жених. Неудачно получилось. Алисия определенно об этом умолчала. Я попыталась смягчить свои слова: – Точнее сказать, был жених. Или может быть парень. Поклонник. Ухажер… Эдди на полуслове перебил мое бормотание: – Я понял. Судя по плотно сжатым губам, утешение сейчас было не к месту, поэтому я заговорила о деле: – Вильям не может не знать, что я прямо или косвенно причастна к смерти Алисии, но сегодня он вел себя так, словно я его лучшая подруга, которая вернулась из долгого отпуска. Я не верю, что причина только в карьерных соображениях. Здесь должно быть нечто большее. – Согласен, – взгляд агента стал хищным. – Ты должна нас познакомить. В данный момент это не казалось хорошей идеей, но ответить я не успела. На площадь свернула Бетти и замахала нам рукой. Эдди поднялся на ноги: – Идем. Нам нужно спланировать взлом с проникновением.