Глава 12

Я зачитала вслух письмо Лео: – Мы с капитаном нашли особняк, защищенный кастелианской магией. Сегодня попробуем исследовать его. Других следов нет. Хальдора никто не видел. Роберто и его люди как сквозь землю провалились. Значит, кто-то из них вполне мог оказаться на месте убийства Джерри. Понять бы еще, зачем. – Бабушка согласилась рассказать о тайном входе в лабораторию. Я приложил описание на отдельном листе. Мне это не нравится. Она ничего не делает без причины. Похоже, мы не знаем и половины происходящего. Это может быть слишком рискованно. Будьте осторожны. Эдди изучал второй лист. – Остроумно, – пробормотал агент. – Вход внутри магистратуры, но на общедоступной территории. Там почти нет охраны, мы легко с этим справимся. Я такого оптимизма не разделяла. – Куда лучше подошел бы вход снаружи, чтобы никто вообще не знал, что мы где-то поблизости. Готова биться об заклад, что такой вариант в запасе у леди Розалинды тоже есть, но она не сочла нужным о нем поведать. Лео прав, она что-то замышляет. Бетти уставилась на меня в упор: – Они же не собираются вдвоем лезть в особняк, полный опытных боевых магов? Я вздохнула: – Мне это нравится не больше, чем тебе, но похоже у них, как и у нас, просто нет другого выбора. Хочешь что-нибудь написать? Бетти отвела глаза, на миг став абсолютно несчастной: – Нет. На языке вертелось, что если они оба продолжат молча обижаться, проблемы никуда не исчезнут, но я не стала влезать в чужую личную жизнь, вместо этого сосредоточилась на текущих делах. – Перед тем, как назначить мне нового куратора, ректор назвал случившееся с Джерри несчастным случаем в лаборатории. На лицо агентессы тут же вернулось профессиональное выражение: – Свенсон пытается замять дело. Это разозлит Фрея еще больше. – Согласна. Нам нужно торопиться. Удалось найти в архивах что-нибудь полезное? – Странности продолжаются. Я искала дело о взрыве в лаборатории леди Гримхольд. Оно хранится в особом секторе. Эдди нахмурился: – Следовало ожидать. Я вскинула брови: – Что это значит? – В особом секторе хранится наиболее секретная информация. Доступ к ней есть только у небольшой части агентов, и ни одного из нас в этом списке нет. – А Стивен Фрей в нем есть? – Точно знать не могу, но это весьма вероятно, учитывая его должность. – Потрясающе. – Я подняла все доступные дела того времени. Могу сказать, что после взрыва в лаборатории работу магистратуры остановили на неделю. Я нашла только имя агента, который расследовал дело. Это был профессор Шлейнер. Я покопалась в памяти: – Он говорил, что лаборатория долго стояла закрытой. Я и не думала, что он знает об этом из первых рук. Эдди подвел итог: – Итак, у нас есть способ проникнуть в лабораторию. Возможно, этот путь известен агенту Фрею, который уже настроен против тебя и вполне мог организовать там засаду. Думаю, разумнее будет, если я пойду один. Даже если меня поймают, представлюсь и скажу, что случайно заметил вход и решил проверить. В худшем случае отделаюсь выговором. – Даже не думай. Вместо тайной стражи там может оказаться наш загадочный противник, за которым тянется вереница убитых магов. И в любом случае, это веселее, чем сидеть в библиотеке. Бетти решительно кивнула: – Я тоже пойду. Эдди раздраженно вздохнул: – Хоть ты прояви благоразумие. Весь план основан на тайном проникновении. Если перед этим тебе нужно будет пробираться в магистратуру, большая вероятность, что нас кто-нибудь заметит. – Я не буду пробираться, а спокойно зайду через главный вход по временному пропуску. – Это привлечет внимание, – вмешалась я. Бетти одарила меня хмурым взглядом. – Не смотри на меня так. Я была бы рада компании еще одного агента, но рассуждаю логически. Посетители приходят утром или днем, поработать в библиотеке, навестить кого-то из сотрудников или просто на экскурсию. Сейчас поздний вечер. Для меня и Эдди вернуться логично, а вот ты будешь выделяться. Если случится какой-то шум, о тебе вспомнят первым делом, а наша цель – держаться как можно тише. Эдди кивнул: – Оставим твой приход в магистратуру на самый крайний случай. – Здорово. То есть, все заняты делом, а я должна просто сидеть в гостинице. Эдди похлопал Бетти по плечу: – Не переживай на этот счет. Вполне возможно, что завтра ты тоже сможешь повеселиться, пока будешь вытаскивать нас из камеры. Агентесса закатила глаза и выпроводила нас из номера. Эдди молчал, пока мы не вышли из здания. На улицах было людно. В Валенце, в отличие от Монтекастелло, с наступлением темноты начиналась активная ночная жизнь. До нас никому не было дела. – Что Беатрис понадобилось в магистратуре? – Я думаю, она пытается найти способ вернуть Алисию. – Но почему здесь? – А где еще? Розалинда ей отказала, Лео просил подождать. Думаю, она решила взять дело в свои руки. – Есть ли шанс, что кто-то действительно сможет это сделать? – Я так не думаю. Это ведь запрещено. Посторонний человек точно не станет с этим связываться. – А вот жених – другое дело. Слова Эдди в точности совпадали с моими мыслями. Тайный ход в лабораторию леди Розалинды начинался в саду, совсем недалеко от центрального фонтана. – Смелости ей не занимать, расположилась прямо в центре, – буркнул Эдди, пока мы шли прогулочным шагом по садовым дорожкам среди беспечно гуляющих людей, пытаясь вычислить, есть ли за нами хвост. – Как и ума, – согласилась я. – Заметь, если бы вход был в другом месте, за эти годы там могли бы построить новое здание, а здесь все осталось непотревоженным. Шагающая впереди парочка с хихиканьем затерялась на боковой дорожке. Мы наконец-то оказались одни. Вход был где-то поблизости. Я остановилась, с сомнением оглядывая колючие кусты. Леди Розалинда явно питала к ним особую любовь. Оставалось надеяться, что на этот раз пробираться через заросли не придется. Царапины от прошлой попытки все еще не зажили до конца. Эдди схватил меня под руку, вернул на середину дорожки и спросил непринужденным тоном: – Как твои успехи с планом? От неожиданности я моргнула, но поспешила подыграть: – Пока еще думаю, на чем сделать акцент. Надо посмотреть последние работы. Судя по тому, что я видела на стендах, форма доклада изменилась. Неразборчивые голоса впереди стали громче. – Это слишком опасно, – девушка явно была недовольна. – Просто нужно все тщательно рассчитать, – этот вкрадчивый баритон был мне знаком. На боковой дорожке перед нами появилась Матильда в компании Вильяма. Оба ограничились кивками и свернули под фонарем на уходящую вглубь территории дорожку. Голоса снова зазвучали, но опять неразборчиво. Я нахмурилась: – Странно. – Что именно? – Их разговор, и вся эта встреча. Эта девушка слишком часто попадается мне на глаза. – Она нормальная. А вот об этом скользком типе такого не скажешь. – Не могу не согласиться. Это был Вильям. – Этот хлыщ? Я кивнула, и агент заметно помрачнел. – Может, приступим к делу, пока еще кто-нибудь не выскочил? Добираться до лаборатории предстояло по тайному подземному переходу. От стен коридора исходил едва заметный голубоватый свет, придавая происходящему оттенок нереальности. Его было достаточно, чтобы не натыкаться друг на друга, но сияние двигалось вместе с нами, поэтому впереди и позади царила непроглядная темнота, что нервировало еще больше. Фонари и магию мы решили не использовать, чтобы нас не обнаружили раньше времени. Стук сердца грохотом отдавался в ушах. Мы оба держали наготове оружие. Эдди позаимствовал у Бетти наручи, конфискованные у Гертруды Петерсон. Я собрала из артефактов сеть Шшари. Если мы с кем-то столкнемся, незаконное заклинание будет меньшей из проблем. – Приближаемся к выходу, – шепот Эдди показался мне оглушительным. Из темноты проявилась дверная панель. Эдди нажал в условленном месте, и на двери появилась ручка. Агент повернул ее, и мы оказались внутри. После чернильной темноты коридора комнаты казались ярко освещенными. Когда перед глазами перестали плясать разноцветные пятна, я поняла, что это был всего лишь свет луны и отдаленных фонарей, проникающий через окна. Мы были внутри здания. Снаружи дверь казалась резной панелью на стене, не отличаясь от множества других. Интересно, сколько еще тайн здесь скрывается. Впрочем, сейчас было не до этого. Я подвинулась ближе к Эдди и шепнула: – Нам нужно осмотреть рабочие кабинеты с левой стороны. Агент кивнул: – Что насчет той магии кимлан, которую ты ощутила в прошлый раз? – Я больше её не чувствую. Мы успели сделать всего несколько шагов, когда впереди послышался шум. Кто-то пытался открыть входную дверь. – Сваливаем, – скомандовал Эдди шепотом. – Давай хотя бы посмотрим, кто это, – прошипела я в ответ. – Надоело ходить кругами. – Оставайся на месте! Еще не хватало загреметь в камеру. Прежде, чем я успела ответить, дверь заскрипела и открылась. Послышались шаги, моментально сменившиеся звуками потасовки. – Не двигаться! – этот голос принадлежал никому иному, как Стивену Фрею. – Да как вы смеете! – возмутился Вильям. Вечер стал еще интереснее. Эдди пихнул меня в бок, и я понятливо двинулась в сторону потайного хода. В ближайшем окне что-то мелькнуло. Я краем глаза заметила тень, но когда повернулась, там уже никого не было. Самым странным было то, что это тень напоминала профессора Шлейнера. Обратный путь по туннелю мы пробежали с рекордной скоростью, выбрались в сад и тут же разошлись по своим корпусам. Уже в комнате меня настигла запоздалая дрожь. Чистая удача, что Вильям решил прийти в лабораторию именно в это время. Задержись он на пару минут, и мы непременно наткнулись бы на Стивена Фрея. После этого агент вцепился бы в меня, как клещ. С каждым днем события вокруг становились все запутаннее. Я казалась себе мухой, которая бездарно бьется об стекло рядом с открытым окном. Вместо того чтобы вести свое расследование, с каждым днем я все глубже увязала в чьей-то паутине. Нужно было сложить из обрывочных догадок цельную картину. Я на миг заколебалась, но все же убрала ежедневник обратно в сумку. День был долгий. Из кровати меня вытащили на заре, а сейчас было уже глубоко за полночь. Перед тем, как шевелить мозгами, нужно было как следует выспаться. Перед сном я думала о Лео, но приснилась мне опять его сестра. Алисия была заперта в той самой лаборатории, в которую мы сегодня безрезультатно пробрались. Здание было охвачено огнем. Алисия стучала в стекло и кричала, но наружу не доносилось ни звука. Я проснулась в холодном поту и еще долго лежала, глядя в потолок. Когда за окном начало светать, меня наконец сморил сон без всяких сновидений.