Глава 14

Я так долго блуждала в лабиринте узких улочек, что уже боялась опоздать на встречу с Вильямом. Время поджимало, но врожденное упрямство не позволяло сдаться. Нужный дом нашелся практически случайно. Он стоял совсем рядом с центральной площадью, но вход в переулок был таким незаметным, что я несколько раз проходила мимо. Судя по респектабельному фасаду здания, дела госпожи Петерсон шли успешно. Официально Гертруда владела брачным агентством для знатных и богатых, но меня интересовала скрытая часть её бизнеса, связанная с контрабандой незаконных магических предметов. Колокольчик на входе звякнул. Милая девушка, сидевшая за стойкой ресепшен, тут же с проворством снайпера изучила меня с ног до головы и выдала широкую улыбку, натренированную толпой посетительниц. – Добрый день. Мне нужно увидеть госпожу Петерсон. – У вас назначено? – Нет. На лице девушки появилась вселенская скорбь. – К сожалению, у нас сейчас очень плотное расписание. К госпоже Гертруде запись на два месяца вперед. Я могу поискать окно у других сотрудников. Мы обязательно вам поможем! Девушка вытащила из ящика стола увесистую тетрадь и уткнулась в нее с карандашом в руке. Я поняла, что меня приняли за клиентку, и, забавляясь про себя, вскинула брови: – Не знала, что у вас такой поток из желающих устроить свою личную жизнь. Не отрываясь от своего занятия, моя собеседница кивнула: – Обычно летом у нас затишье, потому что многие клиенты уезжают отдыхать, но после выхода статьи начался настоящий ажиотаж. Пора было заканчивать развлечение и сознаться, что я пришла вовсе не затем, чтобы устраивать личное счастье, но мне стало любопытно. – Статьи? – Да, в «Вестнике столицы», – просияла девушка, отвлекаясь от своей амбарной книги. – Вы, наверное, тоже из нее о нас узнали? Я нашла для вас свободное время уже через неделю. – Должна признаться, что пришла к госпоже Гертруде по личным делам, но вы меня заинтриговали, прямо захотелось прочитать эту статью. Покажете? Девушка еще раз внимательно оглядела меня, и профессиональная приветливость на её лице внезапно сменилась оцепенением. – Вы… По личным… Она смотрела на меня так, словно я собиралась разгромить эту карамельную приемную. Должно быть, госпожа Петерсон держала свой штат в ежовых рукавицах. – Да не волнуйтесь вы так. Скажете, что к ней пришла Рия Голльберст, когда она закончит общаться с клиентом. Я пока подожду, почитаю эту вашу статью. Девушка подскочила так, словно пыталась выбраться из собственной кожи. – Какую статью? Нет никакой статьи! Я ткнула пальцем в толстую пачку «Вестника столицы», лежавшую на тумбочке рядом с диваном у входа. – Вот эту, надо полагать. Девушка уставилась на меня с ужасом и выдавила дрожащим голосом: – Я позову госпожу Петерсон! Она умчалась так быстро, что едва не перевернула свой стул. Через пару мгновений стала понятна причина такого поведения. На первой полосе «Вестника» красовалось фото Лео в костюме. Броский заголовок гласил: «Новые грани Лео Гримхольда: столичный холостяк блистает на международной магической конференции!» Неизвестный фотограф запечатлел напарника в момент дискуссии с Матильдой после её выступления. Фотограф был талантлив. Ему удалось схватить насмешку в глазах Лео и легкую улыбку. Фото было настолько соблазнительным, что, будь я девочкой-подростком, непременно повесила бы его на стену. Я пробежала глазами текст, который состоял из дифирамбов уму и красоте Лео, знатности и богатству его рода. Внизу страницы под этими строками красовалась фотография меньшего размера и куда худшего качества. В мрачной и угловатой девице я с изумлением опознала себя. Моего имени в статье не было. Репортер назвал новую подругу Лео загадочной незнакомкой и тонко намекнул, что она очень отличается от дам, с которыми Гримхольда привыкли видеть в столице. «Девушку несколько раз видели в компании госпожи Гертруды Петерсон, владелицы брачного агентства «Ваше счастье в наших руках». Госпожа Гертруда дала комментарий нашему корреспонденту: «Конфиденциальность наших клиентов и забота об их личном счастье – две опоры, на которых стоит мое агентство. Могу сказать только то, что мы работаем с эксклюзивной клиентурой». Что ж, кажется, госпожа Петерсон и вправду способна творить чудеса». – Я тут ни при чем! – голос Гертруды оторвал меня от чтения. Сегодня монументальная фигура хозяйки агентства была облачена в золотое платье, блестевшее так ярко, что у меня заболели глаза. К счастью, бренчащей ярко-красной сумки и дракона в обличье маленькой собачки при ней на этот раз не было. – Да ну? Ты практически напрямую заявила, что помогла мне захомутать Лео, и выставила меня полной идиоткой. – Это же не я написала статью! Что мне оставалось делать? – Могла бы отказаться комментировать эти дурацкие выдумки! Гертруда вытаращила глаза, как будто я предложила ей уйти в монастырь: – Отказаться от рекламы в столичной газете? Да ты знаешь, сколько там стоит дать объявление мелким шрифтом? А тут статья на первой полосе! Гертруда прочитала по моему лицу, что эти аргументы меня не убедили, и тут же перешла в наступление: – А что еще мне оставалось делать? Ты и твоя подружка не только сорвали мои сделки, но еще и ограбили! Мне же нужно на что-то жить! – Еще скажи, что была на грани голодной смерти, – буркнула я. – Вообще-то, я могу подать в суд на тебя и эту лживую газетенку. Первоначальный запал прошел, и от чуткого уха госпожи Петерсон это не укрылось. Она понизила голос: – Не советую. Потратишь зря кучу времени и денег. Думаешь, ты первая, кто хочет засудить «Вестник»? У них все тексты отполированы юристами, чтобы зацепиться было не за что. Одни намеки, а выводы делают сами читатели. Ушлая контрабандистка была права, но соглашаться с ней вслух я не хотела, поэтому ограничилась неопределенным хмыканьем. – Признаться, не ожидала, что ты решишь из-за такой мелочи примчаться сюда из своего захолустья. – Я знать не знала об этой бредятине, пока твоя сотрудница не похвалилась вашими успехами в медийном пространстве. В суд не пойду, но за это с тебя причитается услуга. Гертруда прошипела: – Опять? Вам, шпикам, только дай палец, отхватите руку по локоть. – Давай-ка повежливее. Я ведь никому не сообщила о твоих делишках, хотя и испытываю большое искушение это сделать. – А я снабдила вас оружием, и ты сказала, что мы в расчете! – Так и было, пока ты не сделала меня своей фальшивой клиенткой в глазах всех столичных бездельников. Теперь за тобой должок. – И чего ты хочешь? – Всего лишь задать пару вопросов. Например, есть ли у тебя амулеты или еще какие-нибудь артефакты против кастелианской магии? – Ничего такого. Слишком маленький спрос. – А если поискать? – Могу попробовать, но ничего не обещаю. Приходи через пару дней. И сделай любезность, не пугай больше моих сотрудников. – Я вела себя безукоризненно. Просто у девушки, в отличие от тебя, есть совесть. – В следующий раз просто дай им эту визитку, и тебя сразу проведут ко мне. Рука Гертруды нырнула в карман золотого платья и вытащила бумажный прямоугольник. От первого экземпляра, который она вручила мне при знакомстве, этот отличался тонкой золотой каймой. Гертруда с отчетливым нетерпением наблюдала, как я убираю визитку на дно сумки. – На этом все? – Что, и чаю не предложишь? – съехидничала я, не удержавшись. Гертруда поджала губы: – Веришь или нет, мне действительно некогда. Клиентки идут толпой, я кое-как выкроила время, чтобы сводить Мотылька к ветеринару, и уже опаздываю! – Зачем ей ветеринар? – недоверчиво спросила я. – Да она ему голову откусит. Гертруда метнула в меня испепеляющий взгляд: – Моя бедная малышка целыми днями хандрит и почти не ест. Похоже, твой питомец ее чем-то заразил! Массивная зверюга, которая едва не сожрала меня несколько дней назад, явно не испытывала проблем со здоровьем. Помощь драконице могла потребоваться только в воображении её хозяйки. Заявлять об этом вслух я не стала, ограничилась пожеланиями скорейшего выздоровления и обещанием вернуться за информацией, и закрыла за собой дверь. Сидя в дилижансе по дороге обратно в магистратуру, я тщетно пыталась разложить гудящие в голове мысли по полочкам. Достала ежедневник и начала записывать, но добилась только того, что от тряски меня укачало. Не помогало и то, что большинство моих союзников куда-то пропали, и я до сих пор не знала, чем закончилась вчерашняя попытка Лео и Нейтана проникнуть в особняк, наполненный магами. Пришлось временно отодвинуть тревожные мысли в сторону. Беседа с Вильямом и без того будет похожа на прогулку по болоту в темноте. Одно неудачное движение и вляпаешься с головой. Дверь в кабинет Вильяма оказалась приоткрыта. Марта ставила на стол тарелки с канапе. Обед ушел на поиски Гертруды. Я уже собиралась было вцепиться в ближайший бутерброд, как память подбросила воспоминание о том, как Дэн опоил меня, чтобы разговорить, а потом то же самое сделал Эдди, подмешав нужную травку в маринованные оливки. Марта не была похожа на отравительницу, но рисковать не стоило. Я честно призналась Вильяму, что по дороге меня укачало, и на еду я пока что даже смотреть не могу. Бледно-зеленый цвет лица в итоге пригодился. Вильям тут же попросил Марту унести закуски обратно, чтобы не смущать меня. Марта вышла, одарив меня недовольным взглядом, и мы остались наедине. Вильям заговорил, едва только дверь закрылась: – У меня есть к тебе очень важная просьба. Это только между нами. Я готов рисковать своим будущим, но не вправе требовать такого от тебя. Он вздохнул и взъерошил волосы, уничтожив идеальную укладку. – Не уверен, что ты знаешь, но я жених Алисии Лангенберк. Я думаю, что она не погибла в результате эксперимента, и хочу ее вернуть.