Глава 18

В дверь постучали. – Рия, ты здесь? – в голосе Эдди слышалась искренняя озабоченность. Собравшись с силами, я открыла глаза. Солнце заливало комнату. Часы на стене безжалостно сообщили, что время подходит к одиннадцати утра. Я пыталась сообразить, почему до сих пор лежу в постели, причем в халате, когда воспоминания вернулись одним рывком. Видение с участием Алисии, визит агента Фрея и известие о смерти Дэна. С уходом агента поддерживающая меня злость схлынула, оставив без сил. После видения, борьбы с чужой магией и ужасных новостей тело бил озноб. Я залезла под одеяло, чтобы согреться перед тем, как пойду будить Эдди, и очевидно отключилась. Бодрость так и не пришла, но, по крайней мере, голова больше не грозила расколоться надвое от любого движения. Стук повторился. – Рия, ты здесь? – Одну минуту, – буркнула я, пытаясь выбраться из одеяла, которое смоталось в настоящий кокон. – Конечно, дорогая, – теперь агент Бертольд звучал саркастично. Проходя мимо зеркала, я убедилась, что выгляжу так же отвратительно, как и чувствую себя. К счастью, Эдди стоял на пороге в одиночестве. Он с сомнением оглядел мое помятое лицо. – Выглядишь ужасно. – Спасибо, я тоже рада тебя видеть. В комнате все еще витали пары от заклинаний Стивена Фрея. Эдди потянул носом и прищурился: – Ты что, в одиночку прикончила ведро самогона? – Если бы. Заходи уже и закрой дверь. Эдди шагнул внутрь, захлопнул дверь и запер замок. Все следы веселья с его лица пропали. – Что случилось? – Сначала барьер. Установи его, а я пока приму душ. – Всегда к твоим услугам. – Лучше бы кофе принес, чем паясничать. – Ну, извини, не знал, что ты сегодня дрыхнешь до обеда. Эдди еще раз посмотрел на меня, и в глазах мелькнула озабоченность: – Я могу сходить в столовую за кофе. Скрепя сердце я отказалась: – Слишком долго, у нас нет на это времени. – Ты расскажешь, наконец, что произошло? – Дай мне пять минут. И поставь барьер. После самого скоростного душа в истории я надела свободные брюки и рубашку на случай, если день снова закончится неожиданным взломом, бросила взгляд в зеркало, убедилась, что уже не так сильно напоминаю плохо оживленный труп, вышла в комнату к Эдди и выложила ему все. Вина давила на плечи, тяжелая, как могильная плита. Кто-то узнал о планах Дэна выдать заговорщиков и расправился с ним прежде, чем он успел это сделать. Если бы я успела договориться о помиловании, если бы вообще не пошла к нему вчера, он все еще был бы жив. По мере узнавания новостей лицо Эдди становилось таким же мрачным, как мои чувства. – Значит, Алисию держат взаперти в магистратуре. Сегодня, когда ты пыталась её освободить, вас обеих едва не поймал наш загадочный противник. Единственный, кто мог навести нас на след, был убит прямо в королевской тюрьме после твоего посещения. Агент, который ведет дело, использовал на тебе незарегистрированное заклинание, а после вашей ссоры еще и запретил уезжать из столицы. И все это за то время, когда обычные люди просто спят! Вот как тебе это удается? – Опять я во всем виновата? – Нет, но… – На самом деле ты прав, – я горестно ссутулилась, уставившись на столешницу. – Дэна убили из-за меня. – С чего ты так решила? – Кто-то явно не хотел, чтобы он получил свое помилование. – А ты тут причем? – Если бы я сразу смогла договориться… – Но у тебя не было такой возможности. Ни у кого из нас ее не было. – Это не меняет того факта, что мой приход сделал из него мишень. – Тогда обвиняй меня, это ведь была моя идея. – Откуда ты мог знать, что этим закончится? – Не мог, так же, как и ты! И ни один из нас его не убивал. – Умом я это понимаю, – я обхватила себя за плечи, не в силах избавиться от дрожи. – Но не могу перестать думать об этом. Эдди потер переносицу: – Давай лучше подумаем, что нам теперь делать. Как раз над этим я и ломала голову. – Теперь мы точно знаем, что кристалл Алисии внутри лаборатории. Её держат взаперти. – Как можно запереть духа? – скептически поинтересовался Эдди. – Не знаю, как именно это сделали, но у неё больше нет возможности являться в чужие сны. Я искоса посмотрела на Эдди: – Это объясняет, почему вы больше не виделись. Выражение лица агента стало непередаваемым, но через мгновение он отмахнулся: – А может, у нее просто пропала необходимость общаться со мной. – Будь это так, она бы уже давно сообщила о своем положении матери. Беатрис ради дочери готова на все. Раз она не угрожает разнести магистратуру, значит, уверена, что её дочь пытаются спасти. – Тогда почему Алисия смогла связаться с тобой? – Не знаю. Я несколько раз видела её во сне после приезда в столицу… – И ничего не сказала? – Мне часто снятся кошмары с её участием, так что в этом не было ничего выдающегося. – Ты можешь снова заснуть и найти её? Не хотелось рушить надежду в глазах Эдди, но выхода не было. Я с сожалением мотнула головой: – Я до сих пор не имею представления, как работают мои видения. Нужен другой путь. Я запомнила комнату. Если мы снова проберемся в лабораторию, я смогу ее найти. – До наступления темноты мы не сможем даже подойти к тайному ходу, нас точно кто-нибудь увидит. Не говоря уже о том, что кристалл могли перенести после твоего появления. Агент призадумался и в его глазах появился хищный блеск: – Вильям точно из числа преступников. Давай похитим его. Уверен, что смогу заставить его рассказать все, что нам нужно. Я даже поперхнулась от такого предложения: – С ума сошел? Похищать людей незаконно, даже преступников. А против него у нас и доказательств пока что нет. Эдди с иронией посмотрел на меня: – Ну да, наверное, он просто случайно расспрашивал тебя об эксперименте и навещал Дэна в тюрьме. Я фыркнула: – Совсем недавно ты уверял меня в его непричастности. – Я передумал. – Согласна с тем, что он вызывает подозрения, но не хочу огульно обвинять кого-то, как это делают со мной. Эдди хмуро кивнул: – Ты с самого начала была права. Фрей уж слишком убежден в твоей виновности. – После сегодняшнего утра его подозрения только укрепились. – Из-за вашей ссоры? – Нет. Он пытался читать мои эмоции во время допроса и наверняка почувствовал вину. – Я думаю, у него есть какая-то причина обвинять тебя. – Помимо злости, что он не может запереть меня в камере и выкинуть ключ без доказательств? – Да, помимо этого. Он далеко не глуп, но с тобой ведет себя крайне странно. – Он может быть тем самым кротом в тайной страже. – Не думаю, что это так. Слишком уж одиозная у него личность, известная неприятием всяческих авторитетов, чтобы рисковать его подкупом. – Его могли подцепить на крючок еще до того, как сформировалась репутация. – Тогда он был всего лишь начинающим агентом, такие мало кому интересны. Я подозреваю, что кто-то снабжает его ложной информацией о тебе. Вот это как раз может быть наш крот. Я вздохнула: – Потрясающе. Я даже оправдаться не могу, потому что не имею понятия, о чем идет речь. Эдди задумчиво протянул: – Если со Стивеном побеседует коллега с безупречным послужным списком, он может и рассказать. – Себя имеешь в виду? – Я не входил в это число даже до того, как меня отстранили от дела, а уж теперь тем более. Вдобавок, он знает о нашей дружбе и будет настроен подозрительно. – Тогда кто? Шон Деррик? Уж извини, он не произвел на меня впечатления человека, который хитростью заставит агента Фрея разговориться. – Ну конечно же не Шон. Нам нужен другой агент, который уставится на Стивена своими большими голубыми глазами, пока он не выложит ей все, что она захочет узнать. Намек понятен? – Бетти? – Потрясающе! Аплодирую стоя твоему дедуктивному гению. Я придержала язвительный ответ. Пусть внезапная веселость Эдди выглядела слегка искусственной, все, что угодно, было лучше меланхолии, в которую он погрузился в последние дни. – Будем надеяться, что она закончила со своими полевыми изысканиями и вернулась. Агент согласно кивнул: – Поедем в «Эксельсиор», но сначала столовая. Тебе надо позавтракать и выпить как минимум две чашки кофе. – Откуда такая забота? – Интуиция подсказывает, что день у нас будет долгий. Пока что ты выглядишь не очень, а соображаешь и того хуже. – Сколько комплиментов, да еще с самого утра! – Ладно, хоть ворчишь, как обычно, это успокаивает. Забыв о благих намерениях, я швырнула в него подушкой с кресла. Эдди поймал её на лету, посмотрел на часы и поднялся с места. – Шутки в сторону, нам лучше поторопиться. Пока агент развеивал заклятие, я сгребла в сумку артефакты. Тело до сих пор бил озноб, так что я накинула на плечи шарф, убедилась, что в комнате не осталось ничего мало-мальски подозрительного, и вышла вслед за Эдди. После горячих бутербродов с расплавленным сыром, огромной порции омлета с ветчиной и пары чашек кофе жизнь стала куда более приятной. Черный туман в голове рассеялся. Оказалось, что окружающие заняты своими делами, а не обсуждают нас, как мне поначалу мерещилось. Вдобавок, народу в столовой было куда меньше обычного. – А где все? – Сегодня в магистратуре день открытых дверей, – пояснил Эдди, не отрывая задумчивый взгляд от своей кружки. Он залил туда кипяток и насыпал нечто, весьма смахивающее на мусор. Запах, неуклонно распространяющийся от смеси, с каждым мгновением становился все более отвратительным. – Пахнет гадостно, – постановила я, сделав последний глоток кофе. – На вкус еще хуже, – скривился агент. – Что это такое вообще? Там явно были не только травы. – Поверь мне, ты не хочешь знать, что там было. – Тогда зачем его пить? – На границе нас не баловали поставками кофе. Приходилось бодриться другими способами. Хочешь попробовать? – Нет уж, спасибо. Меня лично кофе вполне устраивает. От бокала Эдди пахнуло залежавшейся гнилью. Пришлось откашляться, чтобы удержаться от тошноты. – Я сейчас это выпью, – пообещал агент. Судя по выражению лица, пить это у него не было ни малейшего желания. – Успехов. Я пока налью себе еще кофе. По дороге к столу я решила вознаградить себя за утренние мучения шоколадным пирожным. Оставался вопрос, стоит ли взять пару или лучше ограничиться одним. От размышлений меня оторвал знакомый голос. – Рия, привет! Бриджит выглядела привычно безмятежной. Оставалось надеяться, что слухи о смерти Дэна еще не достигли магистратуры. В этом случае мне точно будет не скрыться от навязчивого внимания. – Доброе утро. – А где твоя подруга? Она тебя нашла? Мысли о пирожных тут же вылетели из головы. – Какая подруга? – Красивая блондинка, не знаю её имени. Кажется, у нее были какие-то сложности с пропуском. – Похоже, мы разминулись. Когда это было? – Примерно с полчаса назад. – Пойду, поищу ее. Спасибо! – Обращайся, – подмигнула Бриджит и переключилась на изучение витрины с десертами. Я вернулась за столик и села на прежнее место. Эдди выглядел малость позеленевшим, но кружка с загадочным содержимым исчезла, и запах практически рассеялся. – А где кофе? Я бы не отказался от глотка, чтоб запить эту гадость. – Некогда. Бетти была здесь. – В магистратуре? Я мрачно кивнула. Мы переглянулись. По общему уговору Бетти должна была держаться в стороне. То, что она пришла сюда, означало, что случилось нечто важное и непредусмотренное.