Глава 24

За то мгновение, что мы с нежданными гостями ошарашенно таращились друг на друга, в голове успел пролететь целый вихрь мыслей. Делать честные глаза, изображая, что я ни о чем не подозреваю, бесполезно. Даже если бы это было так, Свенсон ни за что не упустит возможность избавиться одним махом и от меня, и от множества проблем. Утром мой труп найдут в разгромленной лаборатории, а заговорщики придумают стройную версию, на это они мастера. Лео не поверит, но я к тому времени уже упокоюсь в казенном гробу. Нужно использовать мое единственное оружие, пока не стало слишком поздно. Судя по печальной судьбе лабиринта в саду, мощность у накопителя напарника немаленькая. За пределы лаборатории удар все равно не выйдет, а жаль, сейчас я бы не отказалась одним махом привлечь всеобщее внимание, но хотя бы отбросит непосредственную угрозу от нас с Беатрис. Для активации браслета требовался всего один миг. Я уже почти выдохнула имя ведущей руны, когда чужая воля сжала горло. Свенсон тараном крушил мой разум. Я не могла говорить, я не могла даже дышать, все силы уходили на сопротивление. Если ректор узнает все, что известно мне, Хальдор тоже окажется в опасности. Преступники успеют добраться до Нейтана и Бетти и наверняка придумают, как выкрутиться, найдут подходящие ответы на все найденные улики. Сражаться со Свенсоном я не могла, он на голову превосходил меня силой и опытом. Хальдор научил меня только закрывать свой разум щитами, но делать это во время ментальной атаки до сих пор не приходилось. Я словно пыталась закрыть дверь, в которую ломится смерч. Мои потуги казались тщетными. В глазах потемнело. Все вокруг заволокло туманом. Тихий голос нашептывал, что нет смысла продолжать бороться. Если я сдамся, боль и мучения закончатся. Я ничего не должна другим людям. Они меня предали, бросили, оставили одну. Настало время позаботиться о себе самой. Собрав остатки сил, я выбросила шептуна из головы и подняла щиты. На этом список моих достижений заканчивался. Пока мы с ректором боролись, Лелия успела затащить меня в магическую ловушку, из которой совсем недавно Нейтан освободил Бетти. Теперь я не могла пошевелить даже пальцем. К счастью, рот мне пока не заткнули. Нужно было действовать. Беатрис все еще лежала на полу у выхода. Что ж, последствия от силовой волны покажутся цветочками по сравнению с тем, что с нами могут сделать мои бывшие коллеги. Живыми из этой лаборатории ни одна из нас точно не выйдет. Я попыталась выдохнуть имя руны, но послышалось только сиплое шипение, которое привлекло внимание Свенсона. – Обыщи ее, – скомандовал он Лелие. – У госпожи Голльберст появилась неприятная привычка таскать с собой запрещенные артефакты под видом бижутерии. Лелия слегка поморщилась, но спорить не стала, подошла ближе и стащила с моей руки браслет, пока я тщетно пыталась его активировать. Голос возвращаться не спешил, так что я могла только смотреть на неё с бессильной яростью. Дорого бы я отдала, чтобы сейчас на щиколотках красовались мои браслеты. Задирать брючины Лелия не стала, не то брезговала, не то с непривычки, ведь ножные браслеты у нас не носили. Если бы у меня было немного времени, они успели бы зарядиться. К сожалению, я невольно оказала злодеям услугу, собрав весь свой арсенал в сеть Шшари, воспользоваться которой так и не пришлось. Теперь Лелия изучала её, вскинув брови. – В них нет энергии. Любопытно. Это действительно работает? – Работает, – кивнул Свенсон, усаживаясь на стул напротив меня. – У меня была возможность убедиться в этом лично. – Интересное плетение, – задумчиво протянула Лелия. – Это можно использовать. – Ворюга! – возмущенный возглас вышел еле слышным, но взгляды преступников тут же сосредоточились на мне. – Рассказывайте, госпожа Голльберст, – щедро предложил ректор. – Что вы сделали с Вильямом? Сейчас единственным шансом было тянуть время. – Я его пальцем не трогала. Чистая правда, между прочим. – Нашла их с леди Лангенберк без сознания, пыталась вытащить ее на улицу, чтобы привести в чувство, и тут появились вы. Я невинно хлопнула глазами. Ректор благожелательно кивнул: – А почему у вас при себе была сеть Шшари? – Я услышала странный шум, когда заходила. Свенсон оглядел разгромленную лабораторию. – Что ж, похоже на правду. – Теперь вы меня освободите? В такое верилось с трудом, и собеседник меня не разочаровал. – Ну что вы, моя дорогая. Вы ведь преступница, вас ищут все столичные агенты тайной стражи. Скоро их поиски закончатся. – Вы действительно ей верите? – нахмурилась Лелия. Она взмахнула рукой, обозначая беспорядок вокруг. – Это явно её рук дело! – Сомневаюсь. Будь это так, Вильям сейчас был бы завернут в ту самую сеть, которая тебя так заинтересовала. – Тогда кто все это сделал? Ректор еще раз огляделся. – Думаю, наш самоуверенный молодой Вандерхейден совершил ритуал, не дожидаясь нашего прихода. Судя по траектории обломков, энергия вырвалась из центра заклинания. – Но зачем ему это делать? И откуда здесь взялась Беатрис? – Должно быть, прибежала сыпать угрозами, узнав о смерти твоего муженька, – прозорливо ответил Свенсон. – Давно нужно было аннулировать ее пропуск. – Она стала вместилищем духа? – ахнула Лелия. Я очень надеялась, что это не так, и дух Алисии все-таки успел вернуться в кристалл. Ректор мрачно хмыкнул: – Неожиданный вариант, что и говорить. Как знать, не взбрыкнет ли теперь Гримхольд. Выбирать между сестрой и агентессой было бы куда проще, чем между сестрой и матерью. Хотя и рисковать ими обеими он точно не захочет. Разберемся. Лелия деловито кивнула: – Тогда агента я забираю вместе с кимлан? Случись у Свенсона битва с Хальдором, без шума бы не обошлось, и округу уже наводнили бы агенты тайной стражи. Еще одному кимлан в магистратуре взяться неоткуда, значит, речь идет об Идрисе. Это хорошая новость, а плохая в том, что, судя по непринужденности, с которой тайные дела обсуждали прямо при мне, мое время стремительно истекало. Пока что заговорщики считали, что Вильяма свалил откат от воплощения духа Алисии, а Бетти по-прежнему сидит связанной где-то в кладовке. Это давало Нейтану хоть какой-то выигрыш во времени, если капитану повезло больше, чем мне, и он ни с кем из преступников не столкнулся. Как только хотя бы одна из ныне беспамятных жертв ритуала очнется, ректор сразу поймет свою ошибку. Оставалось надеяться, что шеф крепко приложил мучителя своей жены, и Вильям очухается нескоро, а у Беатрис или Алисии хватит ума продолжать прикидываться бессознательной, даже если она придет в себя. Не успела я об этом подумать, как Свенсон очнулся от размышлений: – Нет, тащить к тебе агента бессмысленно. Перевербовать её за остаток ночи мы не сумеем, а возни будет достаточно и с одним пленником. Она послужит нам иначе. Судя по довольному блеску в глазах ректора, ничего хорошего для Бетти в его планах не было. Жаль, что на этот раз Нейтан не появится из темноты, чтобы покарать его за это. – Кстати, о кимлан, – Свенсон поднялся с места. – Нужно переправить его отсюда, пока не нагрянули непредвиденные гости. Лелия отчетливо занервничала. Снова в тюрьму ей не хотелось. – Вы же говорили, что до утра здесь никого не будет! – Подстраховаться не помешает. Она ведь как-то сюда попала. Ректор махнул рукой в мою сторону. – Не паникуй. Все складывается очень удачно. Если мы поторопимся, что решим все проблемы одним ударом. Живой и здоровой меня в его планах явно не было. После нашей схватки сил почти не осталось. Если бы не магическая ловушка, сковавшая тело, я бы уже свалилась со стула. Держать голову ровно требовало невероятных усилий, и я позволила ей свалиться набок, наполовину прикрыв глаза. Пусть лучше считают меня беспомощной. Внутренний голос безжалостно напомнил, что я на самом деле беспомощна, а пребывание в магической ловушке скоро лишит меня и остатков сил. Что тогда будет с моими щитами – большой вопрос. – Пойдем. Разберемся с твоим новым гостем. Чтобы удержаться в сознании, я принялась шевелить мозгами. Идриса собирались перевезти в дом Лелии. Отправлять его в дилижансе Свенсон не стал бы, слишком рискованно. Хватит любого случайного патруля, который наверняка заинтересуется, откуда в столице взялся представитель загадочного островного народа. Не говоря уже о том, что тайная стража наверняка присматривает за входами и выходами в магистратуру. Пусть вломиться сюда с обыском у Стивена Фрея пока не хватает полномочий, но уж расставить вокруг охрану он наверняка не забыл. Лелия далеко не дура и понимает, что за ней наблюдают. За этим ее и выпустили. То, что она здесь, значит только одно – между городским особняком Вандертьен и магистратурой есть незарегистрированный портал. Заодно это объясняет резвость её перемещений, которая меня в свое время не на шутку удивляла. Весьма неудачно или совсем наоборот? Сейчас дом должен быть под присмотром тайной стражи, сидящей на хвосте у Лелии. Значит, увезти Идриса в неизвестном направлении не получится, и на ближайшее время он будет в безопасности, потому что ректору будет не до него. А за то время, что меня оставят одну, может быть, мне снова повезет. Беатрис очнется раньше Вильяма и вытащит меня из ловушки. Или Нейтан вернется с подкреплением. Или агент Фрей снова вломится в лабораторию. Или Лео закончит вести беседы с королевой и примчится спасать меня. Каждое новое предположение выглядело фантастичнее предыдущего. В крайнем случае, у меня появится время, чтобы что-нибудь придумать. Панель уже скользнула вбок, открывая тайный ход, когда Свенсон вдруг остановился: – Один из нас должен остаться и присмотреть за ней. Лелия смерила меня пренебрежительным взглядом: – Зачем? Она ведь без сознания. – Я в этом не уверен. – Даже если так, что с того? Она в магической ловушке. Не может даже пошевелиться, не говоря уже о том, чтобы колдовать. Кричать бесполезно, все равно никто не услышит. – Не хочу рисковать. У госпожи Голльберст редкий дар выбираться из неприятностей. Уж сколько раз я думал, что избавился от нее, но она снова и снова возвращалась. Действительно, в последнюю пару недель я успела и полетать на драконе, и пообщаться с древним духом, и пережить нападение хэллисо, и в тонкий мир провалиться, как какой-то былинный герой, не говоря уже о неприятностях калибром поменьше. Редкая удача, что я осталась живой и практически невредимой. Вот только кажется, на этот раз мое везение закончилось. – Но… – Достаточно! – отрезал Свенсон. Промелькнувшее на миг недовольство на лице многоопытной Лелии тут же сменилось верноподданным выражением. – Вам, несомненно, видней, – пропела она медовым голоском. – Я вернусь сразу же, как устрою кимлан. Свенсон на мгновение задумался и отрицательно тряхнул головой: – Нет, оставлять тебя одну с ним слишком опасно. Конечно, сейчас мой давний знакомый далеко не в лучшей форме, но случись ему очнуться, когда меня рядом не будет, с любым другим магом он справится, не успеешь даже глазом моргнуть. Я сам его переправлю. Судя по вытянувшемуся лицу Лелии, предложение её ничуть не обрадовало. – Но вы же ни разу не были в моем особняке! – Разберусь. Где ты собиралась его разместить? Пока Лелия объясняла Свенсону планировку своего родового гнезда, я размышляла, почему это предложение ей так не понравилось. Планировала свою игру или просто из осторожности хотела держать ректора подальше? Вполне разумно, между прочим. Стоит кому-нибудь из многочисленных слуг заметить незнакомца, и проблем не оберешься, не убивать же прислугу направо и налево. Впрочем, вряд ли Свенсона застанет врасплох какая-то горничная, раз уж даже тайная стража не сподобилась. Захоти он исчезнуть, выскользнул бы даже сейчас, под носом у охраны, а раз не спешит это делать, значит, уверен в двух вещах – что время у него еще есть, и что ценность приза перевешивает риск. Хотелось бы надеяться, что на этот раз выскочить из облавы ему не удастся, а мое загадочное везение снова сработает. Я не обманывалась. В живых до сих пор я оставалась только потому, что у заговорщиков на мой счет имелись планы, которые наверняка включали один из неприятных и крайне болезненных ритуалов по лишению силы. Щиты ректор не расколол исключительно из-за недостатка времени.