Глава 20. Найти и обезвредить

…Что толку трогать ножкой омут, когда ныряешь с головой?

Сердце обрывается, стучит где-то у горла, пока несколько затяжных секунд мы несёмся к земле. Будто падаем. Крепче обхватываю шею Даэля и прижимаюсь к нему изо всех сил. Хищно распахиваются огромные крылья и одним рывком Дан поднимает нас двоих вверх. Всё-таки драконы невероятно сильные: Танар'ри даже не напрягается. А я стараюсь не думать, каким образом этот полёт выглядит со стороны. Две фигуры над академией в воздухе… Нас точно видели. Я уловила мелькнувшие внизу изумлённые лица студентов и некоторых преподавателей. Теперь пойдут слухи, будто Даэль похитил меня из академии, после того как ректор объявил о запрете покидать её. Это, пожалуй, романтично. Улыбаюсь в плечо Танар'ри. Однако улыбка быстро пропадает, как только вспоминаю о причине нашей спешки. Что там за пожар? Даэль сказал в стороне «Альтрийского гостеприимства». Лавка горит? И, кстати, почему мы так свободно летим? Вроде бы говорилось, что никто не сможет покинуть территорию.

— Магическую защиту пока не поставили, — поясняет Даэль, и я соображаю, что спросила вслух. — Дым точно над лавкой.

— Но как это может быть?!

Долго гадать не приходится. Мы подлетаем и сверху виден столб пламени, увенчанный шапкой дыма. Вокруг летают хлопья сажи. Горит прицельно и хорошо — явно поджог. Улица полна зевак. Они глазеют, не спешат уходить, таращась на грозное зрелище. А оно именно такое: огонь трещит, жадно пожирая крышу «Альтрийского гостеприимства», облизывает стены здания. К нашему удивлению рядом с лавкой стоит подкопчённый Лэйд и его глаза затянуты голубоватой мутью, руки разведены в стороны. Он словно пытается обнять пламя, но также сверху видно, как к нему со всех сторон слетаются мелкие капельки, похожие на повисшую в воздухе морось, собираются в витые струйки, те в свою очередь в плотные упругие потоки и всё это за рекордное время: Лэйд призывает доступную ему в округе воду. И когда мерцающая синевой стена становится мощной, В'аольенн обрушивает её на «Альтрийское гостеприимство». Восхищённый вздох вырывается из груди. Ничего себе! Да он крутой. Мы все только что стали свидетелями работы высококлассного мага. И волшебство было не так себе, а сложным, сочетающим несколько уровней владения стихией. От удивления не могу сказать ни слова. Не привыкла я воспринимать смешливого Сэмиона таким профессионально серьёзным, но он недаром носит гордое звание стража.

Тем временем огонь доказывает, что пламя очень своевольная стихия и пытается увернуться. Прибитые водой языки огня издают яростное шипение и снова поднимают головы. Лэйд шипит им в тон сквозь стиснутые зубы. Даэль перехватывает меня одной рукой за талию, а второй проводит в воздухе. То пламя что уже осело гаснет безвозвратно; растворяется, как не было, а то, что взметнулось за задней стеной, куда пришлось меньше всего воды, огненным протуберанцем оторвалось от земли и устремилось к ладони Танар'ри. Втянулось в неё. Даэль улыбнулся бесшабашно и весело. Мы приземлились на мостовую. Отпустив меня, Дан взмахнул руками и порыв ветра унёс копоть и запах гари, тёплым потоком высушил лужи. Тут стало видно, что по улице бегает Гэллаис, пытаясь разогнать зевак, но утончённого эльфа никто не воспринимает всерьёз, люди продолжают глазеть, восторженно гудят, косясь на стражей.

Лэйд поворачивает голову:

— И вы здесь, — почти не удивляется он. — Ника, а тебе удивительным образом удаётся заставить Даэля катать тебя на себе, красотка. Это талант.

И пока я возмущённо таращу на него глаза, а Дан посмеивается, Сэмион обращается к зрителям.

— Желающие объяснить мне какой я — расслабьтесь! Я в курсе своих достоинств!

— Как нам их разогнать? — сетует Гэллаис. — Они же все улики затопчут. Те, что ещё не смыты водой и не уничтожены огнём, конечно.

Обернувшись драконом Дан грозно рявкает на всех и люди пускаются наутёк. Мгновение, и площадь пуста. Спокойно обернувшись обратно, Танар'ри спрашивает друга:

— Мы увидели с Никой дым из академии. А ты как здесь оказался?

Лэйд задумчиво почесал покрытый копотью нос.

— Так это… Я тут почти постоянно. Интересно мне. В лавке в смысле. Столько разных артефактов и редких вещиц. Кхм.

— А Гэллаис? Его же обычно от работы за уши не оттащишь.

— Мне работается здесь легче, — оправдался наставник стражей. — Я тоже тут частенько, н-да. С тех самых пор как узнали о лавочке, так и захаживаю.

Теперь понятно каким образом друзья настолько оперативно оказались на пожаре.

«И мне тут дышится замечательно», — подумала я, ловя себя на мысли, что частенько тянусь в «Альтрийское гостеприимство» душой, даже когда приходить повода нет. Тут отсутствует Трия Кьюрсон и можно выдохнуть без её прожигающих спину взглядов. И вообще отличное, интригующее местечко, Лэйд прав.

— Всё пропало! — запричитал тем временем лавочник, выскочивший к нам из улепётывающей толпы, увидев, что пламя сбито. — Я разорён! Убит горем! Всё внутри наверняка сгорело и это из-за уважаемых лэров, прошу меня заранее простить за дерзость, могучие драконы! И лэр Гэллаис, — всхлипнул тучный мужчина, покосившись на третьего члена группы стражей, скорбно стирая с лица пот и гарь. Его глаза подозрительно блестели, габаритная фигура колыхалась и волновалась. — Это всё он, я знаю, он! Доказательств нет, но это сделал он. Отомстил! Так и знал, что мне боком выйдет дружба с драконами!

Мы переглядываемся. До меня доходит, что стонущий лавочник имеет в виду. Судя по лицам о том же думают друзья.

— А ведь правда, — произносит Лэйд. — Намеренный поджог, мотив и исполнитель.

— И понятно почему он шарахнулся от нас в таверне, — задумчиво заключает Даэль. — Он почуял запах «Альтрийского гостеприимства» на всех нас.

— И как давний клиент неоднократно сюда заходивший, прекрасно запах узнал, — подхватывает Лэйд. — Мы прокололись.

— Точно отомстил, — рыдает лавочник. — Я лишился всего!

 — Теперь оборотень знает, что ты с нами заодно, — ровно сказал Даэль.

Говорил он спокойно и сосредоточенно. Зная его следовало предположить, что Танар'ри уже собрался с мыслями и теперь думает, как спасти ситуацию. И не отступится, пока не найдёт выход. Он нахмурился, под глазами залегли тени.

— Следовательно, о той зацепке с колдовством, для которого он тебя нанимал, можно забыть.

— Правда? — лавочник повеселел. — Это же отлично!

— Это плохо, — посерьёзнел Танар'ри. — Мы рассчитывали поймать его там за руку. И узнать, что за дела они проворачивают при помощи магической воронки.

— И вытрясти душу, — добавил Лэйд.

— Не без этого, — согласился Даэль. Посмотрел на меня. — С некоторых пор я активно этого жду. Надо узнать, как ему удалось так быстро добраться сюда из академии и организовать поджог. И выяснить, как совместными усилиями можно остановить вспышки магии. Уверен, оборотень не остановится и для исполнения своего плана найдёт кого-нибудь ещё.

— Главное, чтобы не я, — забурчал лавочник, направляясь к своей подкопчённой со всех сторон лавке, зажмурился на мгновение, помедлив, и распахнул дверь. — Чудо!!! — заорал он. — Всё цело! Гарью только провоняло, — мужчина брезгливо зашмыгал носом.

— Я установил защиту изнутри, — чопорно, совершенно в эльфийской манере, поставил всех в известность Гэллаис. — Не люблю, когда с местом, где я работаю, что-то случается. Отвлекает.

— Как хорошо, что Вы такой трудоголик, лэр Гэллаис! — от души воскликнула я.

«Альтрийскому гостеприимству» (и лавочнику заодно) ужасно повезло, что на их пути оказались такие преданные посетители. Ценитель спокойствия Гэллаис и водник-Лэйд. Если бы не они, всё бы сгорело. Ну или не повезло, если смотреть с другой стороны.

— А энергию с артефактов ты всё-таки слей в один, — приказал Танар'ри лавочнику. — Пригодится.

Внутри лавки действительно пахло гарью, на полках, на столе, на всех горизонтальных поверхностях и даже на завитушках панно осела чёрная копоть, но это были мелочи по сравнению с масштабами возможной катастрофы. И лавочник, влюблёнными глазами осматривая своё гнёздышко, покладисто кивнул.

— Как скажете, лэр дракон. У меня наверху есть душ. Обычный, с водой, — обратился он к Сэмиону, тоже покрытому копотью. На блондине, склонному модничать, чёрные пятна смотрелись особенно живописно. — Если хотите, можете принять.

— Ещё бы! — Сэмион с удовольствием направился на второй этаж. — До встречи, красотка, — подмигнул он мне на ходу.

Танар'ри только вздохнул от такого обращения.

— Скажи мне что-нибудь мотивирующее, чтобы я его не прибил, — проворчал он.

— В тюрьме мало места. И крылья не раскроешь.

Дан фыркнул. Гэллаис вместе с лавочником отправились проверять артефакты и, убедившись, что мы остались одни, Даэль потянул меня за талию на себя.

— Ты мне пообещала кое-что в академии, м? — проворковал он.

— И что же?

Голос неожиданно сел.

— Поцелуй, — напомнил Даэль. — Хотя, когда ты говорила, это звучало во множественном числе.

— О…

Я покосилась по сторонам, но Танар'ри не дал мне пойти на попятный.

— Мы одни, — хрипловатым шёпотом доложил он.

И меня охватили плотные кожистые крылья — уже привычное телу ощущение. Дан прикрыл глаза, запуская пальцы в мои волосы и, наблюдая из-за полуопущенных ресниц, надавил на затылок, побуждая приблизиться. Уговаривать было не надо. Я легко подалась, потому что самой безумно хотелось прижаться к нему, ощутить тепло и крепость мужских объятий. Тихий вздох вырвался из груди, когда это случилось. Даэль медлил, всё также искушающе глядя на мои губы, и я привстала на цыпочки, целуя Танар'ри сама. Коснулась губами губ с упоением смакуя. И тут же рухнула в горячую, как огонь, ласку. Губы Даэля мгновенно отозвались, стали требовательными, он дразнил, поглаживал языком мой язык, нёбо, пил тихие стоны, а я плыла от удовольствия, подчиняясь его жадной потребности.

— Моя страстная девочка, — прошептал Даэль. — Как же я жалею, что мы сейчас не в моём особняке…

Кстати говоря, Дан подарил мне ту коробочку, представляющую собой стационарный портал в его дом. Сказал, что я могу наведываться туда в любое время, когда мне захочется, даже без него, если просто захочу уединения или заскучаю по комфорту и это было трогательно до глубины души. Я растаяла от умиления, когда он дарил. И будь та коробочка сейчас со мной, не уверена, что устояла бы от искушения. Ведь — раз! — и мы восхитительно одни. Уютное гнёздышко Даэля с первого мгновения воспринималось мной родным домом. Вот только коробочки при мне не было, она осталась в моей комнате при академии и приходилось терпеть.

Даэль знает об этом. Он спускается ласками ниже по моей шее, целует подсасывая, его руки творят нечто невообразимое и ноги начинают дрожать и подгибаться. Я вцепляюсь в сильные плечи, прикусываю вкусную для меня кожу в основании ключиц. Тихое рычание срывается с мужских губ, и я взлетаю. Это Дан подхватил меня за талию, плотно прижимая к себе. Шагнул к столу, провёл по нему широкими ладонями, усадил меня на столешницу, сам разместившись между моих раздвинутых ног. Прижался, распахнул крылья. Он невыразимо хорош сейчас с частично расстёгнутой, криво висящей на плечах рубашкой, мускулистой грудью где светится татуировка, и по которой, не в силах удержаться, я скольжу пальцами. До того хорош, что глаз не оторвать. А крылья — это вообще нечто. И ведь он даже распахивает их по-разному. Сейчас Даэль явно возбуждён, и они хищно торчат в разные стороны, захватывают пространство, огромные, безмолвно сигналят: «моё!»

Любуюсь. Нет сил прервать объятия, и я трусь об Даэля щекой, об его грудь трусь, наслаждаюсь горячностью кожи. И целую. Скольжу мелкими поцелуями по линиям тату. Почему-то мне кажется, что это дарит Даэлю особенно острые ощущения. Контуры чешуек, как мурашки, волнами вспыхивают на месте моих прикосновений и, разбежавшись, гаснут. Восхитительно. Дан запрокидывает голову и тихо стонет таким хриплым, горловым звуком, что у меня всё сводит внизу живота и я вцепляюсь в его плечи сильнее, царапаю, наслаждаясь рождающимися «мурашками».

 — Гори оно огнём! — рычит Даэль.

Хватко подхватывает меня ладонями под попу и целенаправленно устремляется к двери.

— Кажется нам славно было на том бугорке?! Или летим в твою комнату, за порталом?

Даже на ходу он так плотно прижимает меня к себе, что все горячие касания воспринимаются как обладание. Я смеюсь, удивляясь бархатистости своего голоса. Даэль смотрит с восторгом.

— Подожди! — шепчу я, покрывая его лицо поцелуями. — Мы не можем так просто уйти.

— Не можем, — хрипло соглашается Дан. — Но, если останемся, всем остальным придётся сидеть по тем местам куда они удалились как минимум час. Напишем записку?

Смеюсь.

— Ты уверен, то они будут там сидеть?

— За Сэмиона совсем нет. Ему не хватит тактичности, — со вздохом признаёт Даэль.

Он впивается мне в губы ещё одним поцелуем, но овладевает собой.

— Когда Лэйд выйдет, душ потребуется мне.

— Давай кое-чем займёмся, — шепчу я и фыркаю, натолкнувшись на многозначительный мужской взгляд. — Другим, для успокоения. Поставь меня на пол, пожалуйста. Давай присядем.

Мой дракон горестно вздыхает, но слушается. Тяну его за руку к столу, стараясь не думать в какой позе мы только что на нём были. Даэль косится, определённо думает о том же, и мы садимся рядом друг с другом, развернув стулья.

— На лекции нас учили управлять пламенем, — сообщаю я, — хочу попробовать. Ты можешь погасить тут свет?

Даэль делает замысловатое движение пальцами и светильники притухают. Так, теперь требуется сосредоточится. Хоть лекция прошла нестандартно, кое-кто прижигал мне взглядами спину, а частично я выпадала из реальности, погрузившись в видение, самое важное я всё-таки запомнила. Да, надо ещё Даэлю про видение рассказать, но не здесь. Танар'ри внимательно смотрит на меня и улыбается, словно догадываясь, что я собираюсь делать.

— Не смейся, — строго предупреждаю я.

До меня вдруг доходит, что передо мной огненный дракон, осваивающий эту стихию с рождения и, кроме того, сильный маг.

— Ни за что, — серьёзно отзывается Даэль.

Сосредоточившись, я вытягиваю руку ладонью вверх и прикрываю глаза. Представляю огонь, текущий по венам и отпускаю его на свободу, как говорил преподаватель, соединяя с воздухом. Кожей чувствую, что Танар'ри улыбается. Но не насмешливо, а с радостью, гордостью за меня. Открываю глаза и вижу, что всё у меня получилось. По обнажённой до локтя руке бегут огненные узоры. Текут под кожей. Они свиваются в замысловатые завитки, распрямляются, тонкими ручейками побегают к центру ладони и кончикам пальцев. В полутьме отчётливо видно, как пальцы начинают светиться и все эти ручейки огня соединяются в сферу. Маленькую, но необычной формы, будто многолучевая звезда. И узоры под кожей светятся.

— Очень красиво, — одобряет Даэль. — Твоя магия такая же прекрасная, как ты сама. Я ещё не сказал тебе, как круто ты применила в таверне щит на драконей магии. Молодец!

Чувствую себя невероятно польщённой. От радости даже звезда на ладони вспыхивает лучами ярче. Смотрю на неё как на самое чудесное зрелище. Дан протягивает руку, переворачивает её также как я и в полутьме под его кожей также потекли огненные ручейки. Брутально и целеустремлённо, сразу к центру ладони, свились в спираль, а затем сложились в такую же многолучевую звезду. Танар'ри сблизил наши звёзды, и они слились. Теперь пламя перетекает и переливается по нам двоим. Ластится к пальцам, вьётся.

— Поэкспериментируем? — хрипло шепчет Даэль.

Наши руки смыкаются, пальцы переплетаются и пламя уже танцует общий узор, выжигает щекотные лепестки и вспышки. Даэль прикрывает глаза и… я ахаю. Оказывается, можно рисовать магией! Даэль показывает мне как, и я неумело, но энергично повторяю. Дан улыбается. В процессе он почти весь светится, особенно татуировка. Подключив вторую руку, веду по ней пальцами.

— Как красиво…

— Да.

Лицо у Танар'ри мечтательное. Рыжие всполохи подсвечивают черты, придавая им хищное и одновременно отрешённое выражение. Только есть у меня подозрения, что он не о тату. Взгляд с янтарными искорками скользит по моим чертам, ласкает губы. Крылья Даэля выгибаются двумя куполами.

— Эй, вы тут брачные игры устроили? — слышится голос сверху. — Хорош дразнить, ребята. А то аж завидно.

Это Лэйд. С влажными волосами после душа волосами он спускается по лестнице к нам, насмешливо сияя глазами. По счастью В'аольенн не вышел чуть раньше, когда мы целовались. Танар'ри чертыхается сквозь зубы, но отстраняется от меня, щёлкает пальцами и светильники в «Альтрийском гостеприимстве» снова разгораются. Секунда и он опять собран и спокоен, крылья исчезли. Я тоже гашу звезду на ладони, чувствуя, как потягивает пальцы. Дан берёт мою руку в свою, растирает. Что-то кратко, с горловыми драконьими интонациями говорит Сэмиону. Тот смеётся.

— Да ладно вредничать не по делу! Нам нужно придумать план. Найти и обезвредить противника и мощно дать в нос.

Возразить на это нечего. Дельное предложение, с учётом происходящих событий. И тут я кое-что вспоминаю, отчего холодные мурашки ползут по спине.

— Нам нужно поймать того оборотня ещё из-за карты, — напоминаю я. — Вторая часть! Теперь он добровольно лавочнику её не принесёт.

Даэль чертыхнулся сквозь зубы:

— Совсем забыл.

— У меня без неё тоже есть кое-какие догадки, — начала я, намереваясь рассказать, — но со второй частью было бы надёжнее.

Тут к нам вышли Гэллаис и довольный лавочник и мне пришлось прерваться. Тучный владелец лавки практически цвёл от счастья. Выяснилось, что в его любимом хранилище древностей ничего не пострадало, а педантичный Гэллаис хозяйственно проверил артефакты.

— Всё цело, — подтвердил он. — Можно сливать энергию в один, для наибольшей мощности.

— Отлично! — белогривый В'аольенн прямо-таки расцвёл. — Всегда приятно иметь в руках оружие, способное порвать врагов на ремни. Так что ты хотела сказать, красотка?

 — Ника разгадала карту, — вместо меня ответил Даэль, и все замерли. Удивлённо уставились на меня.

— Предположила, — уточнила я.

— Замечательно раскрутила факты. Между прочим, они выстроились в весьма стройную систему.

— В общем так, — понимая, что татуировку Даэля вижу только я, мне пришлось взяться за карту, на которой мы однажды уже рисовали и драконы помогли расстелить её на столе. — Татуировка — это ключ. Ключ к тому, где может находиться настоящий меч рода Танар'ри, с тем самым камнем, что подарила своему возлюбленному демонесса и благодаря которому меч обрёл такую сокрушительную силу.

— Я рассказал ей, — тихо пояснил Даэль, видя округлившиеся глаза В'аольенна и эльфа. — И мы думаем, что заварушка с похищением магов — это способ найти меч. Ритуальные похищения.

— Они случаются не абы где.

Подхватив лист, на который я перерисовывала линии с шёлкового платка, совмещая хаотичные на первый взгляд узоры с линиями татуировки, я положила его на карту. Друзья выдохнули, так как аналогии сразу же проступили. Даэль, прищурившись, впился в карту напряжённым взглядом, Лэйд задумчиво закусил губу, а Гэллаис принялся постукивать себя пальцами по подбородку.

— Изумительно.

— Так вот, Крэртон, Флуарон, Рехлэнд, — я провела указательным пальцем по городам на севере карты, — как навершие меча. Остакс — остриё. А россыпь городков в центре…

— Как круг, камень на тату, — потрясённо закончил Лэйд, глядя на точки населённых пунктов. — Правда, этот круг не завершён, но всё впереди. Бездна забвения, ты права, Ника!

— Таким образом они ищут сокровищницу, где заточён меч, — закончила я. — Не знаю, как именно, что дают вспышки магии в определённых местах, как это помогает, но они пытаются.

— А о сокровищнице откуда знаешь? — прищурился Гэллаис.

— У меня…

— Я рассказал, — перебил Даэль.

Очень кратко он сообщил друзьям, что в таверне присутствовал Найтес и удар по девушке-разносчице его рук дело.

— Зачем? — изумился Лэйд.

— Не знаю. Этот морозный ведьмак вообще величина неизвестная, — честно признался Танар'ри. — Могу только предположить, что все похищения магов им удались, кроме Ники. В Остаксе. И теперь ему нужно непременно завершить дело. Вот он и пришёл.

— Неужели всё-таки главный зачинщик? — хрипло прошептала я. Почему-то эта мысль причиняла боль. — Хотя с другой стороны он говорил о создании щита стихий не скрываясь.

Посмотрев на меня, Танар'ри крепко сжал мне руку.

— Слишком открыто.

— Это было дерзко с его стороны, — фыркнул Лэйд.

— Нагло даже для целого ко́вена, — тихо проговорил Гэллаис. — Я скорее решу, что у ведьмака свой интерес.

— А ведь он тоже в каком-то смысле собиратель редкостей, — пришло мне в голову, когда вспомнилась пещера со стеклянной сферой и заключённым в ней дженази. И то как Найтес с жадным восторгом рассказывал о магии огня.

Он весь фонил желанием прикарманить её, даже со мной расшаркивался, надеясь выпросить каплю крови. Перед глазами чуть поплыло и как хорошо, что Даэль держал меня за руку — от этого стало легче. Зато лавочник, услышав о необычном коллекционере, нервно икнул.

— Уважаемые лэры, — пролепетал он. — Я надеюсь, «Альтрийское гостеприимство» под вашей защитой? Вы потушили пожар, не бросите же меня дальше, особенно если нагрянет тот ведьмак, прослышав о моих редкостях?! А он нагрянет, сердцем чую! Вы же не дадите меня в обиду?

На взволнованного мужчину было жалко смотреть. Он весь вспотел, испарина блестела на лбу, руки тряслись.

— А я вам тот платочек с началом карты бесплатно подарю… Всё равно, раз уж второй мне не светит! Я ведь вас всех теперь как родных люблю, правда-правда!

— Уже не дали в обиду и дальше не дадим, не трусь! — Лэйд уверенно хлопнул лавочника по плечу, отчего тот чуть просел, не выдержав драконьей силы, но быстро выпрямился.

— Вот спасибо! — обрадовался мужчина. — А я вам во всём помогу. От души помогу! Я, между прочим, когда артефакты продаю несимпатичным мне существам, всегда пару деталек теряю. А у вас всё отлично будет! Вы мне глубоко по душе с некоторых пор.

— Прохвост! — изумился Дан.

— А что делать. Не я такой, жизнь такая. И потом, в этом мире столько лжи и лицемерия, что уже очень трудно обмануть кого-нибудь.

— Подытожим, — серьёзно заключил Гэллаис. — Наши враги, общество «Щит и коготь» — станем называть вещи своими именами, ищут меч. Легендарный меч рода Танар'ри. Думаю, не надо пояснять для чего… Для этого они похищают магов, чтобы с их помощью отыскать затерянную сокровищницу.

— И создают из стихийных сил магов некий щит, — весомо добавил Даэль. — Попутно.

— Верно. Идя к власти, никто не хочет ограничивать себя в средствах. По легенде меч был создан во время астрономического явления под названием «Танец Нимфы». Оно случается раз в тысячу лет и во время него ночное светило замирает перед дневным на сутки, мир погружается в таинственный полумрак. Подняв древние рукописи, я убедился, что именно во время этого астрономического явления Маэдо Танар'ри создал меч. И сейчас Танец Нимфы близится снова. Враги торопятся, чтобы успеть.

— А некий ведьмак, чтоб его морозным узором разорвало, нацелился на Нику, — размышляя, протянул Лэйд. — Она нужна ему примерно для того же самого, что сделает с артефактами наш друг лавочник: выпотрошить и слить силу в другой сосуд.

Меня передёрнуло, а Даэль тихо, но угрожающе зарычал.

— Ты как хочешь Дан, но оборотень с его убийственными замашками в схему не вписывается.

— Вписывается, если предположить, что он никак не связан с Найтесом, — неохотно проговорил Даэль. Он помолчал, словно раздумывая, продолжать ли. — Один нанят для убийства и не подозревает, что силы Ники нужны Найтесу для создания щита. Два выстрела — одна цель.

— В таком случае они оба…

— Марионетки, — закончил эльф.

 Мы все помолчали, осознавая масштаб.

— Нужно опередить «Щит и коготь», — решительно заявил Даэль, прерывая затянувшуюся паузу. — Мы сами найдём сокровищницу и заберём оттуда меч. «Щиту и когтю» не останется ничего, кроме как вступить с нами в открытую схватку. Мы уничтожим их раз и навсегда.

На пару секунд в лавке повисла особенно густая тишина, прерываемая лишь нашим дыханием.

— Неожиданно, — дёрнул уголком рта эльф.

И тут дверь в «Альтрийское гостеприимство» распахнулась.