Глава 17

Лика ощущала себя крайне неуютно на этом жестком, видавшем виды стуле и мечтала скорее выбраться на воздух. Но приходилось сидеть и терпеливо ждать в безликом сером коридоре. Хоть бы плакат какой повесили!

Ведущий дело Альмы офицер запаздывал. Девушку вызвали к полудню, поэтому ей пришлось пропустить занятия, и ради чего? Чтобы сидеть здесь, у стенки, сложив руки на коленях, с тревогой провожать взглядом снующих туда-сюда канцеляристов?

Хотя бы криков не слышно. Переступив порог местной Тайной канцелярии, Лика опасалась, что угодит в камеру пыток. По ее представлениям, за каждой дверью притаилась дыба, на которой выбивали показания из преступников. Но пока все напоминало обычное присутственное место. Если бы не особая форма, Лика и вовсе приняла бы мелькавших в коридорах субъектов за обычных клерков. Те тоже вечно ходили с угрюмыми лицами.

Они с Раяном все обговорили, но Лику все равно терзали сомнения. Вдруг офицер станет задавать каверзные вопросы, про родинки или иное. При мысли об этом ином учащалось сердцебиение и пылала шея. Она ведь ничего не знала об отношениях между мужчиной и женщиной! Раян тоже ограничился сухим, академическим: как давно и где. И без как.

«Хоть бы не спросили, хоть бы не спросили!» — сжимала кулачки Лика.

Она поражалась самой себе: поставить под угрозу свою честь! Но иного выхода не было, немного остыв, девушка сама поняла.

— Простите, что заставил вас ждать, госпожа!

Лика обернулась на голос: по коридору к ней спешил запыхавшийся мужчина, проводивший обыск в коттедже.

— Прошу!

Офицер отпер дверь одного из безликих кабинетов и жестом пригласил девушку войти. Мысленно содрогнувшись, она шагнула навстречу бездне.

Первым в глаза бросился стол, тот самый, за которым Аргус изучал царапины Раяна. Лики ничего о процедуре не знала, но он произвел на нее неизгладимое впечатление. Побледнев, она не сводила взгляда с прикрытых полотенцем реактивов. Под тканью ей мерещились пыточные щипцы.

— Вашу повестку, пожалуйста!

С облегчением опустившись в кресло, офицер скинул сюртук. Порядок порядком, но он взмок во время беготни по городу. Вдобавок так сразу стало легче дышать: ворот не давил на горло.

Лика не пошевелилась. Тогда он наконец обратил внимание на причину ее страхов.

— О, это совершенно безобидно! — с улыбкой заверил Аргус. — С помощью тех колбочек и увеличительного стекла изучают улики. Чем-то схожим вы наверняка занимаетесь в академии, госпожа?..

Он вопросительно глянул на девушку.

— Лика Скотт, — представилась та и, нашарив в сумочке нужную бумажку, потными руками протянула собеседнику.

— Ну а мое имя Аргус Теги. Я капитан второго ранга ойменского отделения Тайной канцелярии. Среди прочих веду дело стригессы, прежде именовавшейся Альмой Авести.

— Очень приятно! — пролепетала Лика и, поискав глазами стул, села.

— Мне тоже. Такая симпатичная барышня!

Сложно было понять, шутит он или говорит всерьез.

— Ну вот, — офицер заранее поставил нужную отметку на пропуске и положил его на край стола, — как видите, вам ничего не угрожает. Нас почему-то многие боятся. И совершенно напрасно! Скотт… Знакомая фамилия. Ваш отец?..

— И отец, и брат, и кузен, и дядя, — предупредив вопрос, выпалила Лика. — Они все ученые, либо чем-то руководят.

Допрос только начался, а в горле уже пересохло. Лика гадала, можно ли попросить воды. Вожделенный кувшин манил, заставлял сглатывать слюну.

— Ах, ну да, ну да…

Временно потеряв к девушке интерес, Аргус раскрыл папку с делом и углубился в записи. Губы его беззвучно шевелились, ногти скользили по шершавой бумаге.

Жажда стала практически нестерпимой. Лика понимала: виной тому нервы.

Наконец офицер снова заговорил:

— Итак, ваше имя Лика Скотт, вы студентка третьего курса факультета стихийной магии Академии магического познания, верно?

Девушка кивнула и осмелилась-таки попросить воды. Аргус охотно наполнил стакан, дождался, пока Лика залпом его выпьет, и продолжил:

— Тогда мне вдвойне непонятно, что вас связывает с господином Раяном Энсисом. Насколько мне известно, у него совсем другая специальность.

Девушка едва не проговорилась про второй дар, но вовремя прикусила язык.

— Он мой преподаватель. Курс обратной магии обязателен для всех.

— С этого года, — не сводя взгляда с Лики, зачем-то подчеркнул канцелярист. — Не кажется ли вам это странным?

— Нет, — пожала плечами она, не понимая, куда он клонит. — Расписание периодически меняется. Обратная магия не единственный предмет, который добавили в этом семестре.

— А что еще? — оживился Аргус.

Глаза его хищно блеснули, напомнив, что под маской добряка и недотепы скрывался опытный канцелярист.

— Демонологию, защиту от… А зачем вы это спрашиваете? — нахмурилась Лика.

Она готовилась совсем к другим вопросам.

— Из чистого любопытства, госпожа Скотт, из чистого любопытства, — снова надел маску «своего парня» офицер. — Хотя эти предметы на редкость удачно начали преподавать именно сейчас, когда стригесса вершит свое черное дело. Невольно закрадываются подозрения, что кое-кто предвидел ее появление.

— Вот ректора и допросите! — сердито буркнула Лика. — Или вы думаете, будто я подписываю учебные планы?

— И допрошу, будьте уверены, не нужно так нервничать. Или вы что-то знаете?

Девушке пришлось выдержать очередной пристальный взгляд.

— Что-то да я точно знаю! — отшутилась она. — Спрашивайте!

— Чуть позже. Сначала я вам кое-что покажу.

Аргус потянулся к сумке, которую принес с собой, и вытащил оттуда папку наподобие той, которой пользовались художники на этюдах.

— Да где же это? — вполголоса ворчал он. — Ах вот же, нашел!

Офицер ловко выудил из папки два плотных листа и прижал к столу ладонью.

— Вы как, впечатлительная барышня? — на всякий случай уточнил он. — Ну да нашатырь имеется, нюхательной соли в достатке.

С коварной улыбкой Аргус убрал руку и подбородком указал на листы: мол, берите! Лика не спешила. Чуть подавшись вперед, она гипнотизировала бумагу взглядом. Что там? Рисунки, схемы, а, может, выдержки из чужого допроса?

— Не бойтесь, там не все так страшно! — ободрил офицер.

И Лика решилась.

На нее смотрела карандашная зарисовка убитой женщины. Несчастная лежала на боку, прижав пальцы к горлу. Взгляд поневоле задержался на нем. Вскрикнув, Лика отшатнулась.

— На втором листе эксперт зарисовал рану подробнее, вблизи, — будто издевался Аргус. — Если угодно…

— Спасибо, я и так поняла.

Лику колотила крупная дрожь. Она могла бы списать смерть незнакомки на нападение бродячих собак, но характерные проколы и небольшая рваная рана однозначно указывали на преступника. Точнее, преступницу.

— Выпита до дна в предрассветных сумерках. Соседи слышали крики. Собственно, поэтому я и задержался, госпожа Скотт, осматривал тело.

Девушка молчала. Из головы не шел черно-белый набросок.

— Соседи? — наконец сообразила она. — То есть она не?..

— Да, убитая не была нищенкой, если вы об этом, — подтвердил офицер и убрал страшные рисунки. — Она работал служанкой в одном уважаемом доме, вышла за молоком и вот… В связи с нападением я настоятельно советую вам отказаться от ночных прогулок. Даже в компании господина Энсиса. Кстати, во сколько вы пришли?

— Куда? — не поняла девушка.

— К нему домой в ночь воскрешения госпожи Авести. Хотя, между нами, — понизил голос Аргус, — воскресла она несколько раньше. Как долго вы состоите в любовной связи?

— Я ни с кем ни в чем не состою, — с достоинством ответила Лика. — Я его люблю.

Вот так, пусть сотрет довольную ухмылку с губ. Думал, она испугается, станет отпираться? Может, Лика понятия не имела, чем занимался Раян после десяти вечера, зато до десяти он посвящал время исключительно ей, пусть и не в том смысле, на который намекал офицер. Вряд ли Альма выпрыгнула из могилы пару месяцев назад, выходит, магистр точно не виновен.

— Что ж, — проговорил немного разочарованный Аргус, — любовь — это прекрасное чувство, особенно если она взаимна. Я сам недавно остепенился.

Офицер с нежностью погладил обручальное кольцо.

— Тогда вы меня поймете, — ринулась в бой Лика. — Когда любишь, хочется каждую свободную минуту проводить с любимым человеком.

— И ему не до кладбища, — закончил за нее канцелярист. — Понимаю, но работа такая — во всем сомневаться, всех подозревать. Какого цвета простыни?

— Серые льняные и пахнут лавандой, — победоносно сверкнула глазами девушка.

Как хорошо, что по настоянию Раяна она осмотрела спальню! И ведь офицер действительно пытался подловить, дождался, пока жертва расслабится, и задал каверзный вопрос.

— Может, — расхрабрилась Лика, — вам и про другое рассказать?

Ее блеф удался.

— Спасибо, не нужно, я верю. Очень рад, если господин Энсис бросил старое и занялся личной жизнью. Однако что с трупом делать будем?

Подперев щеку ладонью, он уставился на Лику.

— Девушка очень похожа на вас.

— На меня?

Сердце Лики упало в пятки.

— Ну не копия, то примерно такого же роста, телосложения, с темными волосами. Полагаю, — офицер забарабанил пальцами по столу, — дело пошло бы быстрее, если бы вы согласились…

— Нет! — предвосхитив окончание вопроса, выпалила девушка.

Она не собирается становиться приманкой! Да и мало ли в Ойме похожих на нее особ, с чего канцелярист взял, будто Альма выбирала своих жертв исключительно по внешности? Если бы она действительно хотела убить Лику, точно не спутала с какой-то служанкой.

— Жаль, но это ваше право. На живца мы бы ее быстро поймали. Да и версия так, вилами по воде писана. Рад был познакомиться, госпожа Скотт!

Аргус поднялся и протянул ей руку. Лика не сразу сообразила, что ее надлежало пожать. Надо же, с ней обращались как с мужчиной!

— Как ни прискорбно, боюсь, мы еще встретимся. Удачного дня!

Офицер вернул ей подписанный пропуск и объяснил, как выйти из здания.

* * *

После утомительной во всех смыслах этого слова беседы в Тайной канцелярии хотелось расслабиться. Лика решилась немного пройтись по городу и заглянуть к родне. Все равно возвращаться на занятия поздно.

Засунув руку в карман пальто в поисках платка, девушка нахмурилась и извлекла на свет пригоршню монет. Определенно, она их туда не клала, тогда кто же?

— Мастер Энсис! — догадалась Лика и убрала деньги обратно.

Вот неугомонный! Она и так перед ним в долгах как в шелках. Вдобавок жалование Раяна измерялось не в десятках тысяч форинтов, при всех надбавках за степень магистра он вряд ли мог позволить себе содержанку.

— Надо их вернуть, — твердо решила девушка. — И серьезно поговорить. Я не бедствую, отец регулярно высылает деньги, зачем?..

Хотя в глубине души она понимала, вернее, надеялась, что понимала причины, которые двигали магистром. Он хотел сделать ей приятное. Чтобы она блистала среди сборища посредственных актеров дрянной пьесы. Чтобы купила перчатки взамен потерянных. Чтобы заказала к балу приглянувшееся платье, а не надела в очередной раз фиолетовое.

— Я ему нравлюсь, — Лика шепотом озвучила крамольную мысль. — Ведь не стал бы он такого делать для каждой студентки. Разумеется, — тут же поправила она саму себя, спустив с небес на землю, — никакой любви нет. Ему скучно, мы проводим много времени вместе …

Однако монеты по-прежнему оттягивали карман. Не воспринимать же их как плату за ложь в Тайной канцелярии!

— Интересно, — вновь пустилась в розовые мечты Лика, — а он танцует? Должен, ведь мастер по происхождению лорд. Ох, — поежилась она, — я бы все равно не осмелилась его пригласить!

Хватит того поцелуя, невинного, издевательского, острого ощущения его близости, от которого кружилась голова. Может, это есть то, что называют влечением?

— Перчатки! — строго напомнила себе девушка. — Глянь на тучи на востоке. Если оттуда к вечеру не повалит снег, то я совсем не разбираюсь в погоде. А магистр… Он хотел сделать мне приятное, компенсировать ужасы, которые я пережила. Думаешь, ты его как женщина привлекаешь? Смешно! Так что хватит мечтать, у тебя сессия на носу.

Однако Лика шла и улыбалась. Выглядело глупо, особенно учитывая, где она только что побывала и что видела. И, главное, совершенно на нее не похоже — такую серьезную, вечно погруженную в себя. Справиться с непонятной улыбкой удалось только на пороге галантерейного магазинчика. Девушка решила заглянуть в тот, где весной видела на витрине изумительные перчатки бордового цвета. Вдруг их еще не продали, вдруг они сядут на ее руку? Жутко непрактично, лучше купить черные, но уж чего-чего, а темноты в ее жизни хватало!

Толкнув дверь, Лика прислушалась к замершему где-то в глубине лавки колокольчику. Она думала, что окажется единственной покупательницей: сейчас самый разгар рабочего дня, но ошиблась. Возле прилавка стоял мужчина. Склонившись над ворохом оберточной бумаги, он пристально изучал разложенные перед ним образцы.

— Может, вот эти, господин? — Он услужливо достал с полки еще одни перчатки, длинные, до локтя. — Полагаю, ваша дама останется довольна.

— Да, это уже лучше, определенно, лучше, — пробормотал покупатель, в котором Лика с удивлением признала Ларса Ромеля.

— Завернуть? — оживился продавец.

Ларс кивнул:

— И красиво упакуйте. Если можно, с голубой лентой. Это подарок.

Выпрямившись, он только сейчас заметил Лику, во все глаза рассматривающую ворох отвергнутых изделий из кожи. Дорогих, первосортных, тончайшей выделки.

— Госпожа Скотт? — нахмурился Ларс.

По лицу его скользнула тень досады. Ромель покосился на разложенные на прилавке перчатки, замешкался, словно сомневался, не стоит ли прямо сейчас уйти, но потом расслабился, погрозил девушке пальцем:

— Прогуливаете занятия? Нехорошо!

— Вот, прошу. Один соль и пятнадцать грошей.

Дежурно улыбаясь, продавец протянул ему обернутую яркой бумагой коробку.

— Надеюсь, вашей даме понравится.

— Я тоже на это надеюсь, — рассеянно ответил Ларс и расплатился.

Лику не покидало ощущение, что ему не понравилась их случайная встреча. Хотя, право, что преступного в покупке пары женских перчаток! Может, Ларс ухаживал за замужней? Когда только успел сойтись, он ведь недавно приехал! Или Ромель давно обосновался в Ойме? Пусть Лика не пересекалась с ним на званых ужинах у дядюшки, но это ничего не значит. Он ведь даже не декан, простой аспирант, максимум кандидат наук, такого бы в дом Алесов не позвали.

— Ничего я не прогуливаю, — дождавшись, пока Ларс закончит расчеты, вступилась за свое доброе имя Лика. — У меня официальное освобождение: меня вызывали… А, неважно!

Она вовремя сообразила, что слова «Тайная канцелярия» лучше не упоминать.

— И вы решили совместить приятное с полезным? — подмигнул Ларс.

Если он прежде и сердился, то теперь абсолютно искренне улыбался ей.

— Да, мне нужны перчатки. Прежние я потеряла, унесло ветром.

Почему-то с Ромелем было легко. Может, из-за небольшой разницы в возрасте за пределами аудитории она не воспринимала его как преподавателя. Да он и сам не стремился поддерживать дистанцию.

— Да-а, ветер был знатный! — крякнул продавец. — Настоящее светопреставление!

— А мне повезло: спал как убитый и ничего не слышал. Но не буду вам мешать. — Ларс заторопился к выходу. — Наслаждайтесь покупками и не ловите ворон завтра на демонологии!

Прихватив сверток с перчатками, Ромель, насвистывая, удалился.

* * *

В следующие полчаса Лика познала тяжкие муки выбора. Все же наличие денег — зло! Пусть она располагала небольшой суммой, но и ее хватило, чтобы сойти с ума от богатства расцветок и подкладок. В итоге девушка остановилась на практичном утепленном варианте. Он стоил чуть дороже, чем по доброте душевной подарил ей магистр, пришлось лишиться последних кровных грошей.

— Ну вот, — выйдя на улицу, пошутила Лика, — теперь я бедная и голодная, зато с перчатками!

Она натянула обновку и, кинув быстрый взгляд на небо, на неукротимо приближавшуюся сизую тучу, заторопилась к теткиному дому.

Девушка заподозрила неладное, когда, чтобы сократить дорогу, свернула в переулок между улицей Оружейников и Кленовой аллеей. Назывался он Крысиным, видимо, поэтому здесь и завелись крысы, увы, в человеческом обличии. За Ликой кто-то следил. Противный, полный ненависти взгляд прожигал затылок. Решив не оборачиваться, девушка прибавила шагу и по ошибке вместо узкой Кривой улочки свернула в Веселый тупик.

— Ну здравствуй, недотрога!

Сначала Лика ощутила знакомый запах сигарет, а лишь затем увидела Грегора. Он не спеша, вразвалочку, приближался к ней, понимал, жертве некуда деваться: позади глухая кирпичная стена. Зажатая в зубах сигарета подмигивала алым, словно глаз потустороннего чудовища.

Взгляд Лики лихорадочно заметался по сторонам: ни двери, ни окна. Воистину, Веселый тупик! Злой сарказм очередных Грегоров Энтвудов.

— Ну что же ты притихла, зайка?

Блондин сплюнул под ноги вязкую слюну.

— Не рада меня видеть? А как же обнять, приголубить? Или ты взрослых мужчин предпочитаешь? Поверь, я в этом отношении ничем не уступаю.

Волны жара и холода попеременно прокатились по телу Лики. Она с пугающей четкостью осознала, что ее крики вряд ли услышат. А если и услышат, придут на помощь слишком поздно, когда Грегор сделает свое черное дело.

— Месть подается холодной, малышка!

Блондин бросил на мостовую сигарету и затушил каблуком.

— Или ты полагала, что вот это, — он стянул перчатку и продемонстрировал чуть поблекшую кровавую метку, — сойдет тебе с рук?

— У тебя ничего не выйдет! — хрипло пробормотала Лика. — Я буду кричать!

— Очень на это надеюсь. Не терплю тихонь на моем мече.

От скабрезного замечания девушка залилась краской. Ни один приличный мужчина не позволил бы себе такого!

Стоп!

Ее посетило озарение.

Грегор не мог причинить ей физического вреда, именно поэтому оскорблял. Раян наложил на нее или на него особые чары, когда в прошлый раз блондин попытался ударить, фальцетом переполошил все общежитие.

— Ничего ты мне не сделаешь. — Лика смело шагнула к Грегору. — Или тебе нравится боль?

— А я и не собираюсь ничего делать, — ошарашил блондин. — Ты сделаешь все сама, в лучшем виде. Я практическим способом выяснил, заклинание не действует, когда все добровольно. Скоро его и вовсе снимут, а пока воспользуйся шансом вымолить прощение. Так и быть, если мне понравится, промолчу про твои любовные похождения и сомнительные наклонности. Ты невинной овечкой-то не прикидывайся, девственницу не изображай! Мне известно, на ком ты скачешь и чем еще за пределами спальни с ним занимаешься. Поверь, ни ректору, ни твоему отцу, ни Тайной канцелярии мои слова очень не понравятся. Так что выбирай!

Сердце бешено заколотилось в груди. Лика практически задыхалась, но все же смогла выкрикнуть:

— Тебе никто не поверит!

— Давай проверим!

Широко расставив ноги, Грегор смотрел ей прямо в глаза, наглый, уверенный в том, что все сойдет ему с рук. Напрасно старался: Лика не собиралась принимать омерзительные условия. Ее тревожило, не мог ли он в действительно видеть их на кладбище. Или нашел что-то из алхимических ингредиентов Раяна. Пока она спала или отсутствовала, Грегор мог сам или, кого-то подкупив, проникнуть в ее комнату и забрать их.

— Я не собираюсь ждать до темноты! Либо делаешь сейчас и хорошо, либо я нанесу визит в Тайную канцелярию. Заодно художества твоего любовника покажу. Полагаю, канцеляристы ими очень заинтересуются.

«Что же делать?» — билась в мозгу одинокая мысль. Перебрав все возможные варианты, девушка остановилась на запрещенном. Но для начала надлежало спровоцировать Грегора.

— Можешь говорить кому хочешь и что хочешь. Заодно порадуешь родственников: уверена, они с радостью поборются за освободившийся титул лорда…. Как тебя там?

Выдержка блондина дала сбой. Глаза налились кровью.

— Ах ты!..

Лика не дала ему закончить. Она подготовилась и абсолютно осознанно воспользовалась обратной магией во второй раз в жизни. «Стацис» в слабой концентрации казался ей меньшим злом, чем риск привлечения к суду за лжесвидетельство для себя и длительный тюремный срок для Раяна.

— Нравится?

Присев на корточки, Лика склонилась над постанывающим от боли Грегором.

— Хорошо запомни это ощущение и вспоминай всякий раз, когда соберешься навредить мне или моим друзьям. Как видишь, я прекрасно справляюсь сама и без чужой помощи могу отправить тебя на тот свет. Осознал или снова продемонстрировать? Я не только «Аквиром» владею.

— Осознал! — простонал скорчившийся на грязной мостовой блондин.

Казалось, у него болело все тело, словно десятки садистов пилили его изнутри.

— Ты сам упал. Напился, запнулся обо что-то и грохнулся. Никакой магии, никакой меня рядом. И свои грязные сплетни ты тоже оставишь при себе. Понял?

Девушка энергично встрянула его за плечи.

— Понял! — выплюнул Грегор и пообещал: — Когда-нибудь я доберусь до тебя, малявка!

— Когда-то очень нескоро! — нервно рассмеялась Лика.

Она сама не верила — разобраться с выпускником! Рассчитать нужные коэффициенты, правильно сплести энергетические потоки, пропустить через себя, запечатать — и все в состоянии крайнего нервного напряжения.

«Мастер Энсис мог бы мной гордиться», — подумала Лика. Но она ему не расскажет, никому не расскажет. Пусть на этот раз девушка никого не убила, так, причинила легкий вред здоровью, по головке ее не погладят.