Глава 27

Саминэ

Сон не шёл. Я ворочалась в кресле уже не один час, но уснуть, несмотря на навалившуюся усталость, как ни старалась, не могла. К тому же значительно изменившееся собственное тело, к которому я пока не привыкла, не давало устроиться поудобнее в привычном и комфортном месте. Да и желание провести кончиком языка по острым длинным клыкам не пропало, напоминая мне о том, кем я стала. Или же всегда была?

Быть вампиром казалось мне… странным.

Я чувствовала, что изменилась: мир стал ярче и чётче, зрение острее, тело гибче и выносливее, а руки сильнее. Небольшая магическая проверка показала, что и мой дар возрос вместе с резервом настолько, что мне теперь было сложно контролировать стихии так, как я делала это раньше. Они слушались меня слишком быстро и куда более охотно, чем я привыкла. Да и моё тело, которое вместе с внешностью теперь было несколько другим, не слушалось – оно тоже делало всё чересчур быстро, практически молниеносно. Не всегда успевая отреагировать, я то и дело что-то роняла, врезалась в косяки и мебель, разбила несколько тарелок и вдобавок опять нанесла сама себе несколько глубоких порезов, чего не случалось уже давно.

Хорошо, хоть Ариатар этого не видел. Я была в ванной, когда он ушёл, там-то и умудрилась себе навредить. Радовало одно – о стенку лбом я всё-таки не стукнулась. А порезы залечил проснувшийся Кейн, который вяло осмотрел окружающую его обстановку, спросил, где остальные, и пошёл спать дальше, но устроился почему-то на кровати эрхана, нагло обняв его подушку и даже не сняв сапоги.

После того как он проспал больше часа, громко и забавно посапывая, пришёл Рик…

Это была ещё одна причина того, что я не могла заснуть. И дело было даже не в том, что он весь день где-то пропадал, а по возвращении занимался чем-то в лаборатории, громко звеня флаконами с зельями, стуча книгами и громыхая дверцами шкафов.

На самом деле причиной моей бессонницы стало то, что, вернувшийся полуэльф не обратил на меня ни малейшего внимания, хотя видел, что я не сплю. Когда он вошёл в спальню, я села, чтобы его поприветствовать, но он… он просто прошёл мимо, словно меня не было вовсе, и от меня не укрылось, как он поджал при этом губы. Неодобрительно, явно злясь и едва ли не презрительно.

И я интуитивно чувствовала, что эти его эмоции относились не к мирно спящему дракону и даже не к отсутствующему демону. Они относились ко мне…

Не выдержав, я села, откинув одеяло и подтянув колени к груди, прислушиваясь к звукам, доносящимся из-за закрытой двери лаборатории, не обращая внимания на сопение чёрного дракона. Я действительно не понимала, почему вдруг Рик, который всегда обо мне заботился, всегда меня понимал и поддерживал, не давал в обиду, вдруг стал таким… чёрствым.

Я знала о том, какое зло моя раса принесла в этот мир, я много читала об этом. И отчасти понимала его чувства, как и ту опасность, что я представляла собой, когда сходила с ума от голода. Но знай я тогда, что со мной происходило на самом деле, почему я так злилась на всех, почему невыносимо болело тело и перехватывало горло, я бы никогда, никогда и ни за что не причинила бы вред ни ему, ни Ариатару!

Никому!

Я бы придумала, как с этим справиться, нашла бы выход, обязательно!

Теперь я могла себя контролировать, я чувствовала, нет, я даже знала это. И сейчас, даже ощущая лёгкий голод, я понимала, что уже ни за что не сорвусь, даже если передо мной вдруг окажутся реки сладкой, тёплой, свежей крови.

Это было легче, чем казалось в тот момент, когда я, к своему ужасу, поняла, кем являюсь. Запах крови демона манил, её сладковатый привкус на языке сводил с ума, проникая внутрь, принося удовлетворение, покой, сытость, наслаждение, давая силы и пьяня не хуже старинного вина. Я чувствовала всё это и осознавала, что мне придётся с этим жить, пить чью-то кровь, приносить боль… но остановиться уже не могла.

Это было сильнее меня. Моё тело было слишком истощено.

И если наутро пришло горькое осмысление и боль от признания своей расовой принадлежности, отвращение к самой себе, отрицание этих диких желаний, то потом всё вдруг стало совершенно иначе.

Да, мне было очень стыдно перед Ариатаром за то, что я заставила его чувствовать себя беспомощным. Я действительно навредила ему, хотя и не желала этого, и мне было неловко теперь за данное ему обещание. Мне не хотелось заставлять его снова проходить через это, что бы он ни говорил.

И пожалуй, я найду выход, чтобы обойти данное ему слово…

Вздохнув, я поднялась с кресла, подошла к столу и, легко перепрыгнув через него, оказалась на подоконнике, зная, что со стороны мои действия выглядят как движения размытой тени – уж слишком быстрыми они были. Такова была природа вампиров. Чтобы выжить, им нужна была свежая кровь, а чтобы добыть её, необходимо быть быстрее, хитрее, сильнее своей жертвы… Великолепное ночное зрение, обоняние не хуже, чем у оборотней, нечеловеческая выносливость, сила и гибкость, как и острый слух, – всем этим обладала теперь и я.

Оперевшись спиной о холодный камень, беззвучно вздохнула и, подняв руку, медленно провела кончиком пальца по запотевшему стеклу, слегка надавливая, оставляя длинный след, но не оцарапав туманную поверхность серебряным ногтем.

В чём-то я действительно понимала опасения Рика. Сейчас, со всеми моими знаниями и умениями, я действительно была опасна.

Я изменилась. Но в то же время осталась собой. Жестокость и убийства были мне чужды, как и многое другое. Я не стала коварнее, безжалостнее или равнодушнее. Я по-прежнему видела мир таким, какой он был для меня и раньше. И принимала себя какой я есть. Вампиром.

Это было частью меня, моей сущностью, моей жизнью. От неё невозможно убежать, скрыться, даже попытаться спрятаться хотя бы на время. Итог этого всё равно был один, и чем дальше я бежала бы от самой себя, тем плачевнее был бы исход. И для меня, и для тех, кто меня окружает.

А навреди я кому-нибудь из тех, кто мне дорог, я не смогла бы себя простить. Никогда.

Подтянув колени к груди, я обняла их и, пристроив на них голову, посмотрела на своё отражение в запотевшем окне, словно пытаясь найти в нём ответ на мучивший меня вопрос: почему Рик не хочет признать меня такой?

Мне не нужно убивать, чтобы питаться. Мне хватит и крови животных, пусть она и не обладает нужными свойствами, необходимыми для полноценного развития организма вампира, но я с радостью согласна и на это. Я не хочу никому навредить и не буду этого делать. Я всё та же Саминэ. Почему он этого не видит?

– Потому что он слеп, глух, упрям и непроходимо туп, – послышался внезапный ответ с кровати, заставивший меня вздрогнуть и резко повернуться, едва не свалившись с подоконника от слишком быстрого движения. А дракон, только дрыгнув ногой, которая свисала с кровати, поднял голову от подушки и, широко зевнув, попросил: – Эльсами, дай поспать бедному дракону, а? Я так устал, право слово…

«Прости, Кейн! – виновато вздохнула я и, развернувшись к нему, пристроила подбородок на коленях. – Я бы не хотела об этом думать, правда. Но я не могу себя заставить».

– Да ладно, чего уж, – отозвался некромант, садясь, зевая во весь рот и пытаясь пригладить стоящие дыбом волосы. И всё это одновременно. – Я, кстати, как просил меня называть, ась?

«Прости, Кей!» – смиренно покаялась я, потупив глаза для достижения облика самой невинности. И похоже, это мне удалось, потому что чёрный дракон расплылся в улыбке и, как мог сделать только он, стёк с кровати.

– Саминэ, ты такая милая…

Невольно хмыкнув, я вновь повернулась к окну и запрокинула голову, сильно стукнувшись затылком о камень, но почти не обратила на это внимания. Если бы я действительно была милой, как он утверждал, Рик бы так себя не вёл…

– Так, чуют мои внутренности, что, пока мы с этим вопросом не разберёмся, поспать мне не дадут! – Некромант встал с пола одним быстрым пружинистым движением и, одёрнув край тёмно-синей безрукавки с треугольным вырезом на груди, уверенно направился в сторону лаборатории и открыл дверь ещё до того, как я успела хотя бы возразить. – Подожди здесь, Эльсами.

Я удивлённо вскинула голову. Что он задумал?! Он же не собирается высказать Рику всё, что слышал в моих мыслях? Конечно, в них не было ничего обидного для полуэльфа, но всё же не нужно было дракону этого делать! Я не хочу давить на Рика!

«Кей, нет!!!»

«Да, Эльсами. И не спорь. А то Ари пожалуюсь…» – пришёл ответ, заставивший меня невольно замереть на месте. И пока я раздумывала над тем, как мне реагировать на эту угрозу, чёрный дракон закрыл за собой дверь и, кажется, уже начал не самый приятный из всех возможных разговор с полуэльфом.

С тихим стоном я сползла на ковёр, запустив руки в непривычно густые волосы. Ну зачем он влез?..

Я не хотела, чтобы кто-то решал мои проблемы за меня, даже не хотела, чтобы мне просто помогали в этом! Это касалось только меня и Рика, и я думала, что ему нужно просто немного времени, чтобы привыкнуть ко мне как к вампиру. Я так рассуждала, не в силах заснуть, и не думала, что чёрный дракон не только всё это услышит, но ещё и полезет разбираться! Я же не просила его об этом!

Голоса, доносившиеся из лаборатории, внезапно стали громче, и я чётко начала различать то, о чём они говорили. Но вдруг раздались шаги, и всё сразу смолкло. Похоже, Рик и Кейн ушли на кухню.

Резко встав, я шагнула и взялась было за дверную ручку, но, едва коснувшись пальцами бронзы, отдёрнула их. Я не собиралась вмешиваться в это, не хотела и подслушивать. И в то же время хотелось узнать, что думает обо мне Рик сейчас… И моментально поняла, что мне он никогда не скажет всей правды, а вот чёрному дракону, наоборот, может, и откроется. Рука дрогнула, но всё же уверенно взялась за дверную ручку. Не скрипнув, дверь отворилась, и я скользнула в тёмную лабораторию, прошла несколько шагов и остановилась. Свечи, как и камин, были потушены, лишь небольшое яркое пятно на полу высвечивалось в дальнем конце помещения – на кухне горел очаг. Оттуда же доносились тихие голоса, неразличимые для других, но невероятно чёткие для меня. Я невольно замерла, вслушиваясь и боясь, но в то же время желая услышать правду.

– Эльфёнок, вот честно, ты явно где-то стукнулся головой, – послышался слегка уставший голос Кейна, словно наяву заставив увидеть, как он сидит на стуле, поджав ноги, опираясь локтями на стол и пристроив подбородок на переплетённых пальцах. – Я так и не могу понять, что тебе сделала бедная девочка. Ну, вампир, ну и что? Как по мне, так она только красивее стала от этого.

Невольно улыбнувшись, я качнула головой, прикрыв глаза. Похоже, о чём бы речь ни шла и где бы это ни происходило, Кей никогда не изменит своё поведение. Но за комплимент нужно будет сказать ему спасибо. Потом.

– Я устал повторять, Кейн, – раздался в ответ слегка раздражённый голос полуэльфа, – на то есть причины. И они гораздо серьёзнее, чем ты думаешь!

– А ты озвучь их наконец, может, тогда и оставлю тебя в покое. – Я не видела, но чувствовала, что чёрный дракон улыбнулся той самой улыбкой, делавшей его похожей на милого, но сошедшего с ума человека, который всегда и всему на свете рад.

– Вы с Ари просто не понимаете, во что ввязались, – ещё более устало и раздражённо отозвался Рик, судя по звукам, постукивая пальцами по столу. – Вы оба родились после войны с вампирами и не видели всех последствий и разрушений, которые они оставили после себя. А я видел, Кейн. Я знаю, на что способны эти т… нелюди.

Отшатнувшись, я сжала кулаки, но заставила себя остаться на месте. Я поняла, что он хотел сказать. Не было нужды заменять это слово на более тактичное.

– Допустим, – покладисто согласился некромант. – Они злые, кровожадные бяки, разорили города, сожгли деревни, убили кучу народа и так далее, список прилагается. О том, что происходило за год до рождения королевской двойни Сайтаншесса, знает каждый, кто умеет хотя бы слышать. Тыкни пальцем в любой учебник, и я тебе скажу, на какой странице искать историю противостояния некромантки и Эрратиана.

– Если ты всё знаешь сам, зачем спрашиваешь? – мгновенно взвился Рик, но чёрный дракон не обратил на его эмоции не малейшего внимания и спокойно уточнил:

– Я знаю историю, балбес, но я не в курсах, почему ты вдруг решил связать события более чем столетней давности и девушку, которая на тот момент ещё не родилась. Совсем твои пробирки тебе мозги взгрели? Во временной петле заблудился? Карту дать?

– Да какая разница, когда это было! – ещё больше повысил голос полуэльф, явно рассердившись на, как всегда, паясничавшего парня. – Она такая же, Кейн, понимаешь? Она вампир! И когда именно она родилась, роли не играет!

«Эльсами, подслушивать нехорошо. Ты бы ушла, пока не поздно!» – внезапно раздался голос Кейна в моей голове, но особой неожиданностью он не стал. Я подозревала, что моё присутствие он так или иначе заметит. Глупо было бы полагать, что мне удастся скрыться от внимания дракона – пусть тот и ненавидел свою сущность, он всё же изредка к ней возвращался.

И сейчас Кей был прав. Мне лучше было бы не слышать того, что Рик может наговорить в порыве гнева, находясь во власти эмоций, но… я должна была знать! Я имела на это право.

«Ну, как хочешь, я предупредил…»

– Большая разница, – фыркнул дракон. – Мозги свои ты где оставил, на крыше, что ль? Ветром сдуло, не? Эта девочка – самое милое существо, которое я видел! Ну подумаешь, что с клыками, у каждого свои недостатки. Мне, например, уши твои не нравятся, и что теперь?

– Этими клыками, Кейн, она причиняет боль другим, – глухо произнёс полуэльф, чем заставил меня сильно сжать кулаки, едва ли не на грани боли, чувствуя, как ногти впиваются в кожу ладоней, не защищённую привычными перчатками. – Она пьёт кровь, она может, а главное, умеет убивать. Неужели ты думаешь, что если она сорвалась один раз, то подобное больше не произойдёт?

– Она вообще-то была ранена, – напомнил дракон гораздо более тихим голосом. Похоже, он и сам уже не был уверен в том, что ему удастся переубедить Рика. – Сорвалась немножко, чуть-чуть покусала нашего демона… Но он это вполне заслужил, и, кстати, уже давно! Я бы и сам рад был его погрызть, да боюсь, зубов не хватило бы.

– Кейн, да прекратишь ты паясничать или нет?! – взорвался полуэльф, хлопнув ладонью по столу. – Саминэ стала чудовищем, понимаешь?! Он не умеет владеть собой и вряд ли научится! Она уже далеко не тот милый ребёнок, которым была раньше! Она не сможет себя контролировать, если один раз уже перешла грань и напала, – это инстинкт, её сущность, который перебороть невозможно в принципе. Да, пока она никого не убила. Но что будет потом, ты можешь дать гарантии? Нет? Тогда о чём, волкодлак тебя побери, ты говоришь мне сейчас?!

– Рик, не надо! – предупреждающе вскинулся некромант. – Не говори того, о чём можешь пожалеть потом!

– О чём тут жалеть? – устало хмыкнул Рик. – О правде? Посмотри на неё, Кейн. За красивой внешностью скрывается отвратительное, жаждущее крови чудовище, которое может проснуться в любой момент. Она уже это доказала прошлой ночью…

Я отступила назад, сжимая кулаки, чувствуя, как в висках бьётся рваный пульс. Хотела знать правду? Что ж, я её узнала. Вот что Рик думал теперь на самом деле. Чудовище…

По сердцу огненным росчерком полоснула боль, и я, сжимая кулаки, бросилась прочь, чувствуя, как слёзы застилают глаза. Я хотела поскорее оказаться как можно дальше отсюда, но не смогла, неожиданно натолкнувшись на преграду. Сильные руки придержали за плечи, и знакомый голос произнёс с насмешливыми нотками:

– И что же тебе не спится в такой час, маленький вампирёнок?

Я невольно замерла после слов демона и медленно, невероятно медленно подняла голову, смотря на него и чувствуя, как по щекам текут уже несдерживаемые слёзы. Это было слишком…

– Эльсами? – мгновенно нахмурился эрхан, и веселье ушло из его глаз столь быстро, словно его там и не было вовсе. Коснувшись моей щеки, он ощутимо напрягся и спросил: – Что случилось?

Я только мотнула головой, закусив губу, и, опустив голову, метнулась мимо демона, чувствуя, что двигаюсь невероятно быстро, так же, как судорожно колотилось сердце в груди. Но, как оказалось, этого было недостаточно, чтобы просто так, без объяснений пройти мимо кронпринца Сайтаншесса. Он поймал меня за руку, стоило мне только сделать шаг в сторону двери.

Демон ничего не сказал, не попробовал меня расспросить, просто крепко удерживал за запястье, не давая вырваться, но не причиняя боли, и замер, наклонив голову набок и прикрыв глаза, словно к чему-то прислушиваясь. А потом, резко втянув воздух сквозь сжатые зубы, направился в кухню, откуда до сих пор слышался громкий разговор.

Я понимала, что сопротивляться бесполезно. Демон был сильнее меня, и всё, что мне оставалось, так это быстро стереть слёзы со щёк, надеясь, что оставленные ими следы никто не заметит. Ведь чудовище не может плакать, не так ли?

В последний момент, до того, как эрхан зашёл на кухню, я всё же вырвала свою руку из его хватки, отступив назад, и, встретившись с ним взглядом, мотнула головой, сжав зубы. Я не пойду туда. Хочет этого Ариатар или нет, но туда я не войду!

Видимо, демон это понял. Его глаза опасно блеснули в полумраке, и он сделал тот самый единственный шаг, который я не смогла. Его тихий, полный контролируемой ярости голос холодным, обжигающим металлом ударил по нервам:

– Таилшаэлтен.

– Ари? – раздалось хмурое удивление полуэльфа, а следом его усталый вопрос: – Что-то случилось?

– Случилось? О да, – усмехнулся Ариатар, в голосе которого сквозили неприкрытый яд и ледяная насмешка. – Я слышал окончание вашего разговора. Любопытная тема для обсуждения. Разрешишь поучаствовать?

– Тут нечего больше обсуждать, – утомлённо вздохнул полукровка, пока я, молча глотая слезы, прислонилась спиной к стене, чувствуя, что Кейн был прав. Я не должна была всё это слышать.

– Раз так, думаю, ты не будешь против, если я порассуждаю вслух? – вкрадчиво спросил эрхан. – Кейн, надеюсь, ты не возражаешь?

– Да мне-то что, – фыркнул дракон. – Валяй, мне тоже интересно.

– Тогда позволь мне напомнить, мой дорогой, любезный полуэльф, о том дне, когда ты был готов убить меня за то, что я навредил Саминэ. Думаю, ты прекрасно помнишь, в какой ты был ярости тогда, – насмешливо начал Ариатар, и его слова заставили меня невольно замереть.

К чему он клонит?

– Это имеет какое-то значение? – удивился Рик. – К чему ты ведёшь?

– А дело в том, Таилшаэлтен, что Саминэ не могла не заинтересоваться в ту ночь, почему тебя увёл Сайтос. И мне пришлось объяснить ей это, – многозначительно, негромко отозвался демон, но в его голосе продолжал сочиться точно отмеренный яд. – Ты никогда не думал, почему этот маленький ребёнок, о котором ты так лестно отозвался только что, никогда не интересовался твоим прошлым? Может, потому, что она уже знала твой маленький секретик, наш милый бывший упырь?

– Ари, нет, – шокировано выдохнул полуэльф. – Ты не посмел бы!

Повисшая в воздухе тишина стала осязаемой. Без всяких слов стало понятно то, о чём я знала. Да, он посмел. Ариатар мне рассказал об этом – о том, кем был Рик на самом деле. И теперь я, кажется, поняла, к чему демон вёл…

– Она всё это время знала, Рик, – раздался тихий смех эрхана, а Кейн негромко присвистнул. – Саминэ знала, что ты был ожившим мертвецом, монстром, который должен был пожирать живую плоть, чтобы выжить, как знала и о том, что ты этого не делал. И она поверила в это, сразу и безоговорочно, не требуя никаких доказательств. Она приняла тебя таким, какой ты есть, со всеми твоими повадками и замашками, оставшимися от прошлой жизни. Саминэ знала, что ты бывший упырь, и ни разу даже не намекнула на это знание. И продолжала доверять тебе, этому… как ты сказал? Ах да, чудовищу!

– Не смей лазить в моей голове! – раздался резкий рык, больно пройдя по нервам и заставив невольно зажать уши, чувствуя, как сердце взволнованно ёкнуло в груди.

Я узнала этот тон. Он был совсем как тот, когда полуэльфа забрал лорд Сайтос…

– Иначе что, Рик? – насмешливо и в то же время лениво спросил Ариатар, которого, казалось, ни капли не волновал тот факт, что теперь полуэльф представлял собой реальную угрозу. Но в следующий момент в его голосе вновь послышалась сталь. – Ты только что сам подтвердил все мои слова.

И я задам тебе только один вопрос, эльфёнок. Кто ТЫ такой, чтобы осуждать её?

Стало так тихо, что я услышала, как тяжело и прерывисто дышит полуэльф. Как бесшумно выдыхает воздух черноволосый некромант и как медленно распространяется по помещению природная магия демона, вырвавшаяся из-под контроля. Тьма расползалась вокруг, медленно стелясь по полу чёрным туманом, выходя за пределы кухни. Я осторожно отступила к окну, понимая, что ничем хорошим это не кончится. И я не знала, что можно предпринять в такой ситуации. Но решение пришло само.

В воздухе мелькнула крылатая тень, я почувствовала сильный толчок, сбивающий с ног, и услышала, как зазвенело разбитое оконное стекло.

Я успела только зажмуриться, прикрыв голову руками, чувствуя жёсткую, сильную хватку на своей талии. По ушам больно прошёлся порыв ветра, желудок скрутило, как во время быстрого падения. Потом был рывок и…

И я почувствовала, что меня аккуратно держат, не причиняя боли и словно чуть покачивая, а волосы треплет лёгкий прохладный ночной ветер. Это было похоже на… полёт.

Осторожно, всё ещё опасаясь неизвестности, я открыла глаза и с удивлением увидела знакомую кожаную куртку перед своим лицом. Нерешительно убрала руки и опешила, заметив сильные взмахи могучих крыльев, покрытых угольно-чёрным оперением, а когда догадалась посмотреть вниз, едва не поддалась панике, увидев проплывавший где-то далеко внизу Мельхиор, кажущийся игрушечным городком с высоты птичьего полёта. И, только переведя взгляд на лицо парящего в воздухе демона, в чьих руках находилась, я поняла, что лишних движений мне делать не стоит. Оно было каменным, застыло восковой маской без малейших эмоций и чувств, и лишь ярко-алый узор на радужке сапфирово-синих глаз говорил куда больше, чем простые слова.

Эрхан был в ярости.

И я ясно чувствовала это, настолько, что собственные эмоции и чувства отошли на второй план. Я больше не ощущала той горечи, боли и обиды, которые были вызваны словами Рика. На смену им пришло лишь сожаление, что из-за меня они поругались.

Подавив вздох, я всё же не выдержала и, обвив шею демона руками, спрятала лицо у него на груди. Я не хотела, чтобы всё вот так обернулось… Я не заслуживала того, чтобы из-за меня испортились отношения между ними.

И я очень удивилась, когда руки Ариатара чуть крепче сжались на моём теле, а полёт из быстрого вдруг стал медленным, размеренным. Было слышно, как неторопливо свистит ветер в ушах, запутывая распущенные волосы, как иногда то хлопают, то замирают огромные крылья, ловя воздушные потоки.

Плавный полёт укачивал, убаюкивая боль в глубине души, а тепло тела демона согревало остуженную ночным воздухом кожу. Я ведь даже одеться не успела, когда Ариатар решил неожиданно уйти из академии. Если его способ передвижения вообще можно так назвать. Но понимала, что остановить его я не смогла бы. Конечно, ему нужно было сейчас сбросить напряжение, развеяться, остыть, хотя и непонятно, почему его вдруг так задели слова Рика, и, похоже, даже больше, чем меня саму. Ведь он единственный, кто пострадал прошлой ночью, и, казалось, это именно он должен был испытывать подобные чувства ко мне. Но вместо этого он за меня заступился… И если подобное я просто не могла понять, то почему он взял меня с собой, для меня вообще стало неразрешимой загадкой. Похоже, мне никогда не удастся постичь, что движет этим демоном на самом деле.

Не вникая, зачем это делаю, я кончиками пальцев погладила напряжённую шею и, вздохнув, крепче прижалась к демону. И охнула, когда размеренный полёт вдруг сменился острым чувством быстрого падения – эрхан неожиданно камнем рухнул вниз. Судорожно вцепившись пальцами в его рубашку, чувствуя, как паника нарастает в груди, я крепко зажмурилась, осознавая, что боюсь, хотя и доверяю ему всецело. И, не понимая, что он делает, пропустила тот момент, когда меня охватила магия мгновенного перемещения. И я не сразу поняла, что мы больше не падаем. И только когда над ухом раздался насмешливый голос Ариатара, стало понятно, что всё закончилось.

– Открой глаза, Эльсами, я не собираюсь превращать тебя в неаккуратную лужицу. Думаю, Ренх не оценит столь незатейливое украшение, внезапно появившееся ночью посреди города.

Я распахнула глаза и натолкнулась на откровенную улыбку демона, который спокойно стоял, всё ещё удерживая меня на весу. Только сейчас я услышала тихое журчание воды, которая лилась из статуи дриады, что стояла в глубокой чаше фонтана за спиной эрхана. С изумлением я огляделась вокруг и аккуратно слезла с рук демона, который меня отпустил, насмешливо наблюдая за моей реакцией.

А я, недоверчиво глядя на такие знакомые дома, машинально отметила две вещи.

Первая: мы действительно находились в Натинало.

Вторая: узор в глазах Ариатара медленно, едва заметно расплывался ярким золотом…

И я надеялась, что он хорошо запомнил то чувство, которое вызвало эти изменения, сменив гнев на милость, – потому что я всерьёз собиралась подпортить кое-кому радужное настроение!

Ариатар

– Айщ… – Я невольно сморщился, когда кулак явно обиженного на меня вампирёнка с силой врезался мне в живот, заставив машинально отступить на шаг, слегка согнувшись, так как отреагировать на удар, к своему удивлению, я не успел. Сила и скорость у моей воспитанницы, похоже, значительно возросли после последнего памятного события. Выпрямившись, я вернул сбившееся дыхание и попытался улыбнуться. – Саминэ, не стоит так злиться.

Девушка фыркнула, сложив на груди руки, ясно давая понять, что стоит, и ещё как! Похоже, мой маленький розыгрыш с падением не очень-то пришёлся ей по душе. Но что поделать – она же вернула мне хорошее расположение духа, которое воцарилось в моей душе после возвращения из Сайтаншесса, но значительно померкло, когда я обнаружил плачущую Саминэ и выяснил причину, что её так расстроило.

Эльфёнок сам виноват – ему следовало осторожнее подбирать слова. Он вывел меня из себя настолько быстро, как ещё не удавалось никому и никогда. И может, я соглашусь, что произнесённые мной слова на пороге кухни были куда жёстче, чем следовало бы говорить, – о них я ни капли не сожалел. Рику явно стоило вправить мозги, и если это не смог сделать Кейн, то исправить это досадное упущение решил я.

Я не сомневался, что уже к утру эльфёнок сам придёт к нужным выводам, тем более что он прекрасно понимал: всё сказанное мной было чистой правдой. Это была прямая констатация факта, не более того, он действительно не имел никакого права осуждать происхождение Эльсами.

И если у кого это право и было, то только у меня, как… кхм… пострадавшего от её острых клычков.

Но в отличие от непроходимо упрямого полукровки, я относился к этому куда проще.

В этот день ничто и никто не мог испортить мне настроение окончательно, тем более что во время полёта я, как ни странно, быстро пришёл в себя. Немалую роль в этом сыграл маленький вампирёнок, столь испуганно и одновременно доверчиво прижимающийся ко мне. Всё же мне, наверное, стоило пересмотреть своё отношение к Эльсами – похоже, девушка имела на меня куда большее влияние, чем я думал до недавнего времени. Но задумываться об этом я сегодня не буду. Не хочу портить ночь. Тем более что есть и другой повод для веселья.

– Хорошо, я был не прав, осознал, исправлюсь, – хмыкнул я, не выдержав внимательного и укоризненного взгляда девушки, которая стояла, сердито задрав подбородок и явно надеясь всё-таки найти во мне остатки совести. Вот только она забыла одну маленькую деталь – в таком виде она вызывала лишь желание над ней подшутить, но никак не чувство вины. И поэтому я, шутливо наклонив голову, развёл руками: – Теперь принцесса довольна?

Эльсами прищурилась, смотря на меня, и на миг в её глазах промелькнуло что-то совершенно незнакомое, но отчётливо заметное даже в темноте. Её губы дрогнули и разошлись в непривычной многозначительной улыбке, слегка обнажив небольшие клыки, и до того, как я успел расшифровать значение нового для меня поведения, девушка быстро, едва уловимо для глаза, метнулась вперёд.

И если бы на моём месте был кто-то другой, может, её внезапный манёвр и прошёл бы так, как задумывался, но…

Я успел избежать удара, но, к своему удивлению, лишь частично – босая нога Эльсами скользнула по голени, причинив существенную боль, невольно заставляя поморщиться. И у меня всерьёз закралось подозрение, что, достигни она цели, вполне вероятно, кость была бы сломана.

– Вот как? – усмехнулся я, повернувшись к вампирше, которая стояла в трёх шагах, довольно скрестив руки на груди, явно намекая на то, что я уже и так понял.

Похоже, теперь моя воспитанница если и уступала мне в силе, то не намного. И она, как и я, ясно это осознавала – в ответ на мой взгляд она лишь насмешливо выгнула брови.

Хмыкнув, я слегка наклонил голову, делая вид, что сдаюсь на милость победительницы… и бросился вперёд. Даже если сила Саминэ возросла вместе с гибкостью и быстротой, ей всё равно явно не хватало опыта. Но, к её чести, она держалась стойко, хотя её и хватило всего на пару минут, не больше.

По завершении короткого поединка девушка активно начала брыкаться, вися на моём плече. Дёрнув им, заставляя разбуянившегося вампирёнка угомониться, я поудобнее перехватил её обнажённые ноги и повернулся в ту сторону, откуда не столь давно, пока мы с Эльсами развлекались, донёсся всплеск магии мгновенного перемещения.

– Принёс?

– А то ж! – гордо возвестил некромант, спрыгивая с бортика каменной чаши фонтана, на котором сидел, болтая ногами и наблюдая за бесплатным развлечением. Одной рукой он прижимал к своему боку тёмную пыльную бутылку с вином, а другой таким же образом удерживал тканевый свёрток. – Держи, заказ выполнен точь-в-точь! Ух, какие ножки…

– Согласен, – тихо хохотнул я, придержав эти самые ножки. Но в тот же миг их коленки прошлись по моей груди, и я, ещё раз встряхнув их обладательницу, поставил взъерошенную и разгневанную вампиршу на землю. – И потому их стоит прикрыть до того, как мы дойдём до таверны. Нил, конечно, ждёт подарок, но его преподносить в качестве Саминэ я не собираюсь.

– А мне подаришь? У меня тоже день рождения скоро… – состроив умильную мордашку маленького стеснительного ребёнка, тихо протянул чёрный дракон, хлопая ресницами для достоверности и протягивая девушке свёрток, который захватил по моей мысленной просьбе из Мельхиора.

Возмущённо фыркнув, Эльсами выхватила из его рук свои штаны и мягкие туфли без каблука и, мельком взглянув на них, многозначительно посмотрела на полукровку, но, не найдя на его лице ни тени других эмоций, кроме по-детски затаённой надежды, перевела взгляд на меня.

– Он почти не врёт, – насмешливо ответил я, хватая Кейна за шиворот потрёпанной куртки, разворачивая его лицом к фонтану и поворачиваясь сам, давая девушке возможность спокойно одеться, о чём она не просила, но явно собиралась сделать это. – Он на пару месяцев старше меня.

За спиной тихо зашуршали одежды. Пока Эльсами одевалась, мне несколько раз пришлось удерживать Кейна, который явно намеревался подсмотреть за моей воспитанницей, за что в конце концов и огрёб неслабый подзатыльник и – хвала всем богам! – наконец-то успокоился и замер, что-то недовольно бурча себе под нос. Машинально прислушиваясь к его голосу, я едва не пропустил момент, когда кое-кто решил весьма подло напасть на меня и некроманта со спины.

– А вот так нехорошо делать, – насмешливо протянул я, легко удерживая тонкое запястье Эльсами, изумление в глазах которой практически мгновенно сменилось на почти ненаигранную невинность и милую до невозможности улыбку, скрывающую клыки.

Её выражение лица говорило о том, что она – сам ангел во плоти. И это совсем не её хрупкая ручка только что собиралась толкнуть меня и чёрного дракона в тихо журчащий в ночной тишине фонтан.

Пока она не успела отреагировать должным образом, я быстро пристроил девчонку туда, где она была раньше, – легко забросил её через плечо и, придерживая мелькающие в воздухе ноги, спокойно направился в сторону улицы, в конце которой стояла одна из таверн, коих множество было разбросано по извилистым улочкам города полукровок. Я не собирался ужинать в столь поздний час и даже не искал ночлег: мне нужна была именно эта таверна, куда нас пригласили на торжество ещё несколько недель назад, но, чтобы сообщить об этом, никак не возникал подходящий момент. В свете последних событий я даже не был уверен, что мы сможем вернуться в Натинало в ближайшее время. Но судьба распорядилась иначе.

Мы всё же почтим праздник Нила своим присутствием. Особенно, я думаю, полувампир будет рад видеть Саминэ. Девчушка на удивление быстро успела подружиться со многими местными жителями, даже притом, что не могла произнести ни звука. К тому же ей самой было необходимо развеяться, и дело было даже не в том, как повёл себя Рик.

Послезавтра в стенах Академии некромантии официально начинался учебный год, и одни лишь Хранители знали, что он принесёт с собой. Но я был больше чем уверен, что потрясений Саминэ хватит с лихвой, ибо некроманты далеко не самый дружелюбный и отзывчивый народ…

Чем ближе мы подходили к нужному двухэтажному зданию, тем громче и отчётливее становились как задорная музыка, лившаяся из распахнутых настежь окон, так и звучные выкрики и мужской смех. В городе полукровок женская часть населения редко посещала большие сборища и различные гулянки, хотя делать это им особо никто и не запрещал. Но это было что-то вроде своеобразной традиции, так что я был уверен, что более чем пристальным мужским вниманием Эльсами сегодня насладится с головой. Если захочет, конечно.

Если же нет, мы всегда можем вернуться в Мельхиор или переночевать в доме Рика, благо охранные плетения, наложенные на особняк светлоэльфийских братьев-полукровок, были настроены как на меня, так и на чёрного дракона ещё с момента нашего обучения в Эллидарской академии магии.

Легко преодолев три небольшие ступеньки, я взошёл на крыльцо и только там поставил Саминэ на ноги, попутно уворачиваясь от её удара. Насмешливо пригладив её волосы, не обращая внимания на возмущённый и жаждущий возмездия взгляд вампира, переглянулся с Кейном, который уже открывал тяжёлую дубовую, треснувшую от времени дверь, и первым вошёл в таверну, моментально погрузившись в шумную атмосферу.

Впрочем, музыка и громкие выкрики, как и эмоциональный говор и многозначительные шуточки, мгновенно смолкли, стоило только мне и чёрному дракону появиться на пороге большого помещения, почти до отказа забитого народом. Множество свечей на столах давали неяркое желтовато-оранжевое, тёплое освещение, распространяя вокруг знакомый запах, смешавшийся с ароматом хмеля и солода. Все массивные столы из потемневшего от времени дерева, как и грубо сколоченные широкие и низкие скамейки, были заняты, свободными оставались лишь места перед высокой длинной барной стойкой, над которой в ряд были приколочены отлично сохранившиеся головы разнообразной нежити, больше столетия назад наводнившей этот мир. Но сейчас, среди многолюдной толпы веселившихся полукровок, она смотрелась незатейливо, не обращая на себя никакого внимания, словно сливаясь с простым, даже грубоватым интерьером таверны. Вроде связок чеснока и лука, висевших в плетёнках на потолочных балках.

Медленно обведя глазами нелюдей и машинально отмечая знакомые лица, я безошибочно нашёл среди них полувампира, сидевшего, естественно, в компании Ренха за квадратным столом, тем, что ближе всего стоял к барной стойке, возле окна. И к моему удивлению, там оказался кое-кто ещё. Похоже, Тан и Дан, близнецы иритари, не так давно вернулись в город, что радовало по одной-единственной причине.

И ей был даже не Кейн, который с ними был не разлей вода, в то время как я не очень-то с ними ладил, а, как ни странно, Саминэ. Кто ещё мог понять немую девушку без слов, кроме чёрного дракона, легко проникающего в её мысли, иногда даже не прося разрешения на это, как не нелюди, способные чувствовать эмоции других как свои собственные?

Весёлый вечер девушке был обеспечен.

Впрочем, Эльсами, явно чувствуя себя несколько смущённо, но не показывая этого, послушно последовала за мной, даже не пытаясь угомонить некроманта, который, положив руки на её талию, уверенно толкал её вперёд, заставляя идти, попутно со смехом отвечая на приветствия, раздававшиеся со всех сторон, и многозначительно скаля зубы в ответ на вопросы, кого это мы привели с собой.

Саминэ не узнали, но, несмотря на это, веселье сразу возобновилось.

– Ари, приветствую, – довольно улыбнулся полувампир, привставая и протягивая мне руку, – не думал, что вы заглянете! А где малыш? И что это за чудо с вами?

– Поздравляю с круглой датой. – Я пожал мужчине запястье и несильно хлопнул его по плечу. Устроившись за столом на скамейке напротив Нила, я не сдержал усмешки: – Рик раздумывает над своим поведением в Мельхиоре. Передавал свои поздравления.

– Что-то мне с трудом в это верится, – расхохотался вампир и повернулся к Саминэ, которая стояла возле стола, неуверенно переминаясь с ноги на ногу и осторожно сжимая в руках небольшую бутыль, сунутую ей Кейном. Сам дракон сразу же полез здороваться к закадычным дружкам, не обращая внимания на остальных. – А что это за прелесть? И куда вы дели Саминэ? Я уже успел соскучиться по вашей девочке…

В ответ Эльсами, увидев мой кивок и ободряющую улыбку, протянула полувампиру бутыль, несмело улыбаясь. И, только приняв из её рук сосуд, на который он мало обратил внимания, Нил, пристально всматриваясь в лицо девушки, наконец снизошел до озарения и присвистнул:

– Саминэ, да ты ли это?! Я потрясён! Ари, вы что с ней сделали?

– Скорее она с нами, – коротко хохотнул я, благодарно кивнув Ренху, который пододвинул мне кружку с медовым элем. – Считай это дополнительным подарком. Кстати, неужели ты даже не взглянешь на основной?

– Что? Ах да! – оторвался полувампир от созерцания моей подопечной и принялся внимательно осматривать бутылку из тёмного стекла. Слегка покачав её, смотря на содержимое при неярком свете, полукровка проверил пробку, оценил количество пыли и только потом осторожно смахнул её рукавом чёрной рубашки с этикетки. И когда прочитал название, у него полезли глаза на лоб. – Ари, ты сума сошёл? «Радан Тирин»? С примесью крови алых драконов? Где ты её взял?

– Где была, там уже нет, – пожал я плечами, многозначительно переглянувшись с Ренхом, который, добродушно посмеиваясь, отвёл взгляд.

Именно он подсказал мне не так давно, чего больше всего желал полувампир на самом деле, а уж добыть подобное вино в погребах Сайтаншесса не стало огромной проблемой. Думаю, когда мама узнает, куда делась редчайшая коллекционная бутылка, одна из последних, она не станет возражать.

– Убил бы, – вздохнул Нил, любовно поглаживая закупоренную бутылку, и едва ли не мурлыкнул: – Но спасибо… жаль только, что Милики нету, а кроме неё, подобное произведение винодельческого искусства вряд ли кто оценит. Придётся пить в одиночку. Жа-а-аль…

– Кстати, об этом, – довольно улыбнулся я, пригубив сладковатый пенный напиток, приятно пахнущий мёдом и хмелем, и, поставив деревянную кружку на стол, попросил, обращаясь к по-прежнему нерешительной девчушке: – Саминэ, сделай приятное нашему имениннику: улыбнись ему от всей души так, как ты теперь умеешь…

Стрельнув в меня недовольным взглядом, Эльсами глубоко вздохнула, но всё же, повернувшись к заинтересованному Нилу, чарующе улыбнулась, с опасной неспешностью обнажив острые клыки.

Восторгу полувампира не было предела. И неудивительно, что он, моментально подскочив, сгрёб вампиршу в охапку и посадил её к себе на колени, затребовав у бармена Шена, дроу-полукровки, два лучших бокала, скалясь столь радостно, что сидящие за столом не смогли сдержать смеха, даже не пытаясь замаскировать его хоть как-то за кружками с выпивкой. И Нила не смутило даже то, что сама Саминэ мягко освободилась из его рук и села на лавку, оказавшись между ним и Таном. Мужчина был в таком приподнятом настроении, что согласен был на что угодно и не стал настаивать, лишь придвинулся ближе настолько, насколько она позволила ему сама. Лишь ненавязчиво его отодвинула, когда он устроился слишком близко.

Радость второго заместителя Таилшаэлтена можно было понять: он был единственным вампиром в Натинало. Мало кто выжил из этой расы со времён сражений некромантки и Эрратиана, а те, кто остался, предпочли надёжно обосноваться в Хейтане, редко покидая границы своей страны.

Впрочем, не только он оказался рад присутствию девушки в истинно мужской компании. И уже спустя какой-то час, распив-таки с Нилом подаренную ему бутылку вина, Эльсами, с которой слетели налёт аристократизма и утончённые манеры, принятые в высшем обществе, совершенно по-простому перетанцевала едва ли не с половиной присутствующих. Я лишь с улыбкой наблюдал за тем, как от души веселится вампирша, забыв о своём привычном смущении, и не боялся, что под действием алкоголя Саминэ потеряет контроль. Кровь алых драконов, которая содержалась в вине, даже в малом количестве была многим лучше, чем любая другая.

Кроме моей, разумеется. Сеш’ъяр действительно был прав: кровь Хранителей, частично бежавшая в моих венах, была сродни дурману для любого вампира. Неизвестно, чем мог обернуться мой опрометчивый поступок в будущем, но я не сомневался, что сумею разобраться и с этим. Да и в Саминэ я не сомневался, как ни в ком другом…

– Похоже, история действительно имеет свойство повторяться, – перебил мои размышления негромкий голос Ренха.

Пожилой полуорк, который ненадолго удалился, сейчас вновь устроился рядом и, потягивая медовуху, с добродушной ухмылкой наблюдал за Нилом и Эльсами, которые в показной манере расшаркивались друг перед другом после очередного танца, под смех и выкрики окружающих.

– О чём ты? – спросил я, насмешливо глядя, как к вампирше тут же подскочили братья иритари, отпихивая друг друга локтями и переругиваясь, пытаясь установить очерёдность для следующего танца.

Эти два светловолосых полукровки, похожих как две капли воды, всегда делали вид, что ненавидят друг друга, но предпочитали держаться исключительно вместе. Больше всего, пожалуй, их объединяло одно: они оба недолюбливали меня за то, что я один из немногих всегда мог их различить. Впрочем, особой ненавистью здесь и не пахло, так, лишь лёгкая неприязнь, но не более того.

– Вместо вечно взлохмаченного аронта-полукровки – не менее лохматый полукровка-дракон. – Орк кивнул в сторону Кейна, который, пока братья ссорились, ловко увёл у них из-под носа Саминэ, попросту перекинув девушку себе через плечо, и с видом победителя принялся улепётывать от разгневанных братьев, в какой-то момент продолжив забег с хихикающей Эльсами на плече прямо по столам. Местные обитатели, довольно хохоча, на разные голоса комментировали это действие, ставя подножки разгневанным иритари и убирая с пути гикающего дракона свои кружки и тарелки с закусками. Сие зрелище пришлось им явно по душе, да и самому главе города тоже, который, посмеиваясь, продолжил перечислять: – Вместо близнецов дроу – столь же похожие братья иритари. Вместо Таша – его брат, а вместо демона…

– Сын демона? – насмешливо закончил я за него, внимательно следя за тем, чтобы никто не додумался подставить подножку подвыпившему дракону, и, убедившись, что Кейн благополучно доставил свою ношу на потолочную балку, нависавшую прямо над входной дверью, повернулся к полуорку, пододвинув к себе кувшин с элем. – Брось, Ренх. Саминэ не моя мать, а я далеко не мой отец. Их и нас связывают разные чувства.

– Шайтанар сейт Хаэл тоже не знал, зачем я ему говорил нечто подобное, – пожал плечами Ренх, смотря на меня внимательными тёмными глазами, – но, как видишь, это принесло свои плоды.

– Я не собираюсь влюбляться в неё, – тихо рассмеялся я в ответ на намёк, отчётливо читающийся в словах мужчины, и, посмотрев на улыбающуюся и явно счастливую девушку, сидящую наверху вместе с драконом, аккуратно прихлёбывающую вино из изящного бокала и беззаботно болтающую ногами, невольно улыбнулся сам. – Хотя иногда и хотел бы это сделать.

– Так почему нет? – пожал плечами полуорк так, словно это действительно было проще простого. – Если хочешь, сделай это. Оставь доводы разума. Влюбись.

– Нет, Ренх, – тихо усмехнулся я, понимая, что подобный вариант невозможен в принципе. – Чувствительная, ранимая и идеально воспитанная жрица Латимиры не пара вспыльчивому и эгоистичному в своих желаниях демону. Мы слишком разные.

– И всего-то? – иронично вскинул кустистые брови орк, смотря на меня.

Я лишь покачал головой. В этот раз проницательный всегда полукровка просто не понимал, о чём говорил.

Решив не развивать дальше эту тему, я вновь обратил внимание на девушку, которая, проказливо улыбаясь, спихнула вниз черноволосого некроманта под громкий гогот местных жителей, прямо на головы подоспевших близнецов, и теперь беззвучно хихикала, глядя на получившуюся кучу из барахтающихся тел.

– Она заслуживает лучшего, чем я, – тихо произнёс я, глядя на то, как сверкают от смеха её золотисто-карие глаза, и с некоторым неприятным осадком в душе и грустью понимая, что говорю правду и на самом деле признаю это.

Эльсами действительно заслуживает большего. И я очень надеялся, что рано или поздно девушка найдёт того, кто сделает её по-настоящему счастливой, – после всех тех страданий, что ей пришлось пережить, она это заслужила, как никто другой. Пусть даже мысль о том, что рядом с моей подопечной будет кто-то другой, которому она будет доверять, о ком будет заботиться, а возможно, и любить, была мне неприятна, я дал себе слово, что не буду им мешать.

Вот только почему мне хотелось, чтобы этот загадочный «кто-то» не появлялся как можно дольше?

Я не был уверен, что в скором будущем найду ответ на этот вопрос. А в остальном…

Что ж, время покажет.