24-1

Мы довольно быстро нашли с мистером Льюисом общий язык. Мужчина оказался энтузиастом своего дела, работал не покладая рук и совершенно не брезговал общением с самыми заросшими и запущенными представителями рода человеческого. Я ходила за ним хвостиком, радуясь про себя, как удачно попала. Мне практически проводили экскурсию, а всей помощи, что от меня требовалась - подать перчатки вовремя или подержать зеркало во время осмотра. С этим бы справилась любая нянечка, но кажется мистеру Льюису нравилось приобщать меня к тонкостям больничного быта.

Чувство было совершенно взаимным. Довольно быстро я перестала сравнивать впечатления от столичного заведения с тем уголком высоких технологий под землей. Тем более что после приемного покоя больных развозили по палатам - пусть шести и восьмиместным, не персональным, но тем не менее коек хватало на всех. Как и чистого белья, и еды, и лекарств.

Но когда мы попали в паллиативное отделение для безнадежных больных, мне снова стало дурно.

Те, за кем не могли присмотреть дома или кто нуждался в особой, постоянной терапии, слегка облегчавшей их состояние, лежали здесь - и судя по всему, поступало их куда больше, чем обычно. Палаты не были рассчитаны на такой наплыв нуждающихся, и вновь в дело пошли коридоры и наскоро застеленные простынями тюфяки. Проводки и трубочки, выползавшие из-под одеял, производили впечатление нажравшихся длинных пиявок.

- Прямо эпидемия. - с тяжелым вздохом пожаловался мне врач, переходя из одной переполненной комнаты в другую. - А самое ужасное - мы понятия не имеем, как это лечить. У всех идентичные симптомы, причем живут они в самых разных уголках страны. Это я уже не говорю о переполненных наших филиалах на периферии! Там то же самое.

- Это заразно? - поежилась я. Не хватало только действительно притащить что-нибудь экзотическое домой. Я-то скорее всего выживу, маги сильнее и выносливее обычных людей, а вот обеим «девочкам», да и слугам, может не поздоровиться. Несмотря на нашу взаимную неприязнь, мне не хотелось бы видеть Кэйтлин, или даже Джеклин, в подобном состоянии.

У них конечно будет своя палата и круглосуточный уход, но если врач говорит что болезнь неизлечима, толку с этого…

- Нет. - уверенно мотнул головой мистер Льюис. - Среди персонала ни одного случая, а как ты сама понимаешь, нас бы первыми скосило, будь это настоящий вирус.

Я как-то сразу позволила называть меня по имени и на «ты», ведь по возрасту специалист вполне годился мне в отцы, а то и в деды.

- Просто ни с того ни с сего начинает сдавать здоровье. - рассказывал мне врач, пока мы переходили из одной палаты в другую. - Садится зрение, на голове появляются проплешины, малейшая простуда валит с ног на месяц. Дальше хуже - отказывают органы, появляется рак и прочие новообразования. Человек просто угасает на глазах, а мы ничего не можем сделать!

Не сдержавшись, мужчина в сердцах саданул кулаком по косяку, так что посыпалась штукатурка. Впрочем, он быстро взял себя в руки - негоже демонстрировать свое отчаяние пациентам, им и без того нелегко.

- Что за странные симптомы? - недоуменно пробормотала я, переходя от одного больного к другому. - И у всех одинаковые…

Внезапно в ушах, как наяву, зазвучал менторский тон доктора Райнера.

« Выпадают волосы, увядает кожа, проявляются разные нехорошие хроники, там и до летального исхода недалеко».

По всему телу забегали мурашки узнавания.

Это оно! Та самая радиальная болезнь, или как там ее обозвал тюремный врач.

- А здесь, в отделении, много приборов работает на энблоках? - уточнила я, поглядывая на проводки, тянущиеся от нескольких пациентов к одному шкафу. Множество лампочек и рычажков на нем наводили на мысль, что он там не для красоты. Только вот не становится ли больным еще хуже в таком соседстве?

- Системы электрокардиограммы, вентиляции легких, а также мелочи вроде настольных ламп и кнопки экстренного вызова сиделки - все питается от основного генератора, в отдельном здании. - отчитался мистер Льюис, недоумевая.

Я выдохнула с облегчением. Хотя бы ухудшающих состояние пациентов факторов поблизости нет. Значит, можно попытаться их подлечить.

- Я конечно не врач. - начала я издалека. - Но вы слышали о таком методе лечения, как переливание крови? Или же инъекции вакцины?

- Думаете, это оно? - не слишком понятно поинтересовался врач, странно на меня поглядывая. То ли с опаской, то ли с надеждой.

- Давайте попробуем. - твердо предложила я, не собираясь развивать мысль. Кто знает, в какой момент решит включиться клятва и придушить меня напрочь?