Глава 3

Несмотря ни на что, в тот же вечер Людмила всё-таки наведалась в библиотеку и попыталась найти хотя бы несколько книг. К сожалению, сделать это было достаточно сложно, ибо на её пути попалась никто иная, как маркиза фон Швайг[2]. Несмотря на значение своей фамилии, молчать она явно не умела. Впрочем, Люде это было только на руку. Из этого разговора она поняла несколько важных вещей. Во-первых, в любой непонятной ситуации она может оправдываться взрывом. Взрывом, который, как оказалось, создала она. Вернее, Миранда. Благо, это произошло в лесу, куда она вопреки всем писаным и неписаным правилам этикета отправилась на охоту. В любом случае, пострадала только она.

Следующий пункт — это принц. Как оказалось, с ним не всё так гладко. Он был единственным наследником, но, так как престол занимал всё ещё регент, а самому наследнику не стукнуло восемнадцать, королева-мать, да и народ в общем, верили, что дракон в нём пробудится. А, пока этого не произошло, он здесь, вдалеке от дворца.

— Странное дело, — пока маркиза говорила о совершенно мелочных вещах, Людмила задумалась. Что-то в её голове явно не состыковывалось. — Это слишком сложный план. Наследники престола должны расти во дворце, даже, если они в какой-то мере дефектны. Значит, его зачем-то отозвали. Скорее всего, регент хочет взять власть в свои руки, тем более при условии, что он женился на матери принца. Исходя из этого, намного проще было бы убрать наследника известными средневековыми способами. Мало ли как люди умирают? Значит, всё ещё есть причина…

К этому всему не имел никакого отношения третий вывод, который, как оказалось, тоже имел значение. Нужно выбираться из своих покоев. И не в какой-нибудь сад, на прогулку или исследование замка, а в так называемую комнату отдыха, где собиралась вся знать для того, что посплетничать и послушать приезжих сеньоров. Фон Швайг обеспокоилась тем, почему бывшая завсегдатайка этой «благодельни» не появлялась, но и в этом случае Люда решила сослаться на взрыв. По этой же причине у неё что-то помутилось в рассудке, голова стала болеть и ей срочно нужно было отойти. Они расстались, а девушка для себя решила посещать это место хотя бы изредка. Не все сплетни бесполезны. Так говорил ей опыт. В большинстве своём прочитанных книг, но всё же.

С такими мыслями она и заснула. Ночью ей снился родной дом, родной факультет, и, конечно же, родные студенты. Мариночка Громова сдала зачёт на пятёрку, развернулась и гордым голосом выпалила только одну фразу:

— А я вам говорила! — на этих словах дверь аудитории захлопнулась, а люда проснулась в холодном поту.

Спокойствия не прибавлялось как минимум потому, что она в чужом мире. Тут нет её настоящих родственников, нет того, кто вообще знает, что она… Попаданка.

И всё-таки, книги врут. Нет никакого счастья в этих мирах, никаких принцев, которые помимо своей «распрекрасности» обладают честью и другими качествами, от которых так сходят с ума читательницы. Ложь. В другом мире другие проблемы. И акклиматизация не самая противная из них.

Вскоре после того как она проснулась, подошла служанка. Дама средних лет по имени Анна буквально со скоростью молнии зашнуровала корсет, надела на Люду и подъюбник, и остальные чудовищно сжимающие всё внутри вещи. Что ж, к одежде придётся приноровиться. Этой мысли она придерживалась и тогда, когда страж с каменным лицом сопроводил её в зал.

Зал, которого она ещё не видела. На удивление, он был не больше её собственных покоев и явно служил если как столовая, то только для самого близкого круга.

И в список доверенных лиц входила Миранда.

Люда неприятно сглотнула. Тут точно взрыв помочь не сможет. Не могла же эта катастрофа заставить её обо всём забыть? И, говоря обо всём, она и подразумевала все знания Миранды. Всё-таки её душа улетела в другое тело.

— Опаздываешь, — вопреки всем правилам, только увидев сестру в дверях, принц радостно улыбнулся.

Люда хотела улыбнуться в ответ, но в ту же секунду заметила, что справа от наследника престола, быстро поедая мясо, расположился лорд дер Равенгер. До этого он смеялся, но теперь взгляд его холодных светло-голубых глаз наблюдал за каждым её движением.

Он что, за мной следит?

Девушка быстро извинилась и проследовала на своё место, но и тут её ждал сюрприз. Место прямо напротив лорда явно оптимизма не придавало. Поэтому, от греха подальше, Людмила стала рассматривать еду. К сожалению, посуда выглядела «наряднее», чем сама еда, которой, к тому же, было не так много. Принц сделал пару хлопков и на тарелке Люды появился большой кусок мяса, начинённый самыми различными приправами, аккуратно разложенные овощи, которые буквально утопали в подливе. Всё это Людмила явно не осилила бы, поэтому решила продумать причину отказа.

Взрыв?

— Лорд как раз рассказывал мне о том, что произошло вчера в библиотеке, — свои слова принц заел парой кусочков овощей. Своей едой Люда поперхнулась. Теперь-то она точно влипла. Нужно было изначально думать, что лорд этого просто так не оставит. Естественно, донос наследнику как обязательная мера против бунтующей.

Что же будет?

Нервы сдавали. Её могут выгнать. Или наказать. Кто знает, какие тут правила в обращении. Она ведь даже ничего не успела прочитать, совершенно ничего. Отложила всё на свободный момент. Вернее, последний, как типичная студентка.

Стало так душно, что люда схватилась за кубок и залпом заглотила всё его содержимое.

От чего стало ещё хуже. Внутри был совсем не сок, а вино. Огонь обжигал глотку, от чего она закашлялась ещё сильнее. Воду тут пить не привыкли, поэтому, не замечая удивлённых взглядов мужчин, она откашлялась и попыталась сесть ровнее.

Кажется, ни один из здешних принцев не собирается её спасать.

— Так вот, я рассказывал принцу о том, что ты наконец решила взяться за ум, но начала не с тех книг, — дер Равенгер явно пытался навязать принцу свою точку зрения.

И этот человек… Простите, дракон, будет помогать Винсенту взойти на престол? Да он не может понять, чего хочет его сын и что ему нужно, что говорить о чужом.

Тем более, когда дело касается литературы. Она могла бы сказать многое, показать специализированные издания, рекомендации психологов, но в этом мире такого явно не практикуют. А жаль. В её родном на это обращают куда больше внимания.

— Да. Лорд говорит, ты решила, что многие реальные задачи можно решить с помощью пьес, а не книг по ведению войны и списка наших законов.

— Есть ситуации, в которых законы бессильны, — Люда решила играть роль до конца. Как ни крути, это лучше, чем тут же отступиться от своих принципов. Можно было бы уступить мужчине в этом понятии, но она, конечно же, делать этого не будет. Тем более перед лордом, воззрения которого явно были далеки от реальности.

— Она пообещала, что со следующей задачей, которую я поставлю, разберётся с помощью примеров из пьес.

Люда почувствовала на себя колкий взгляд, будто дракон пытался добраться до её души, схватить её и вынуть признание в том, что она не права. Нет, на такое она не способна. Может Миранда и могла так поступить, но Людмила может стоять на своих принципах до последнего, даже если за это её накажут.

От своих убеждений отходить она не собиралась, а доказать их… Тут уж включилось природное занудство и упорство.

— Я к этому готова, — в горле пересохло, а голова удивлялась собственной наглости. Но, в любом случае, отступать уже нет ни шанса, ни желания. — Теперь дело только за вами.

Люда подняла на него взгляд, чтобы точно показать: она не боится. И даже наказания.

— У меня есть задание. Для вас обоих. Как для доверенных. Как вы понимаете, вас здесь я собрал не зря, — вытерев руки о салфетку, Винсент бросил на стол письмо.

Люда подхватилась. Её рука тут же легла на печать, но в следующую же секунду она поняла: это не очертания герба под её ладонью. Она накрыла пальцы дер Равенгера, и сама не заметила, как отдёрнула их.

На лице лорда показалась усмешка. Кажется, он был рад своей маленькой победе. А, надо заметить, победа была со следами жирных пальцев на тонкой желтоватой бумаге. Какая мерзость. Хоть бы вытер.

— Рад, что вы оба так быстро решили взяться за это дело, — принц удивлённо переводил взгляд то на сестру, то на советника. От Миранды, он, конечно, ожидал многого, но чтоб она настолько быстро ринулась к государственным делам… Может, взрыв и правда что-то изменил?

В любом случае, он понимал, что между этими двумя растёт ненависть. И сам принц ещё не знал, что хочет делать: наблюдать за этим или всё-таки остановить.

— Это — письмо от регента. Убийцу моего отца нашли, — Винсент глотнул немного напитка. — Своей королевской волей, он приглашает меня на казнь.

— Казнь? — Люда прикрыла рот рукой. Она, конечно, знала о суровом средневековье, последующие века тоже особой милостью не отличались, но чтобы заставлять шестнадцатилетнего парня наблюдать за смертью человека… Да даже если и убийца, всё равно этого делать не стоит. Подростки импульсивные и кто знает, до чего это его доведёт… Она-то в старшей школе преподавала…

— Да. И вот вам задача. Лорд дер Равенгер, сейчас каждый мой шаг может стать либо падением в бездну, либо приблизит меня к престолу. Я могу принять или отклонить, — принц обращался скорее к дракону и это Люде не нравилось. Он скажет, что принцу лучше поехать.

— Ваше Высочество, я считаю, что вам лучше поехать.

Кто бы сомневался. Причём его решение не было взвешенным, он не объяснил причин. А вот она сама могла дать их сколько угодно.

— Исключено, — Людмила посмотрела на принца самым холодным взглядом, который только могла изобразить. Тем временем Винсент, казалось, интересовался её мнением только «для галочки». Ах, ну да, положение женщины. — Это может плохо отразиться на твоём здоровье. Что, если от вида убийцы ты потеряешь рассудок?

— Вскоре принц станет королём, — лорд продолжал гнуть свою линию. Его взгляд снова наблюдал за Людой, от чего ей становилось не по себе. Может, зря она всё это затеяла? Нужно было притвориться мышкой и шуршать в уголочке? Нет! — Таких смертей он увидит не одну и не две. Отказавшись, он упустит шанс побывать при дворе, чтобы укрепить связи.

— Принц убит горем. Сомневаюсь, что после казни ему станет легче. Он может так и оставаться здесь, при дворе, говоря о том, что всё ещё не может смириться с потерей и тем, что его мать предпочла другого.

— Убитый горем будущий король? Так он покажет свою слабость. В свете того, что он ещё не обратившийся дракон, это повлечёт за собой слухи. То, на что как раз и рассчитывает регент. Так он сможет укрепиться.

— Принцу не нужно видеть казнь. Это ничего не изменит. Разве народ не должно волновать здоровье будущего правителя?

— Народ верит не в правителя. Народ верит в его идеи. Некоторые из них могут и не видеть короля, не знать, как он выглядит. Они знают о нём по его делам. До самого дракона им дела нет.

— Это жестоко. Как в общем-то и то, как вы относитесь к своему сыну.

— Это реальность. Реальность, к которой не готовят ваши любимые романтические книги. Вы в праве озвучивать любые мысли, но они идут наперекор здравому смыслу, — дракон улыбнулся. — Стало быть, с этой задачей ваши книги справиться не смогли.

— Миранда, он прав, — принц неохотно признал победу своего советника, и улыбка на лице лорда стала ещё шире. — Дело не в убийце, а в том, как я себя покажу. Настало время выйти из этого дворца и показать то, на что я способен. Но я ценю то, что ты беспокоишься о моём здоровье. Ты женщина, и, как мать, думаешь скорее эмоциями.

— Не каждая женщина мыслит эмоциями, — такие взгляды были для Люды в новинку. К такому она точно не привыкла.

— В любом случае, я поеду. Казнь состоится через два дня.

— Надеюсь, за это время ты сможешь собрать волю в кулак, — Людмила кивнула, понимая, как сильно просчиталась.

Она и правда думает эмоциями. Многое в этом мире ей не понятно, но до того, о чём говорил лорд, можно было додуматься и без этих знаний. Как же она могла совершить такую ошибку.

Примириться со своим поражением ей было слишком сложно. Она замолчала, вместе с ней замолчали и все остальные. Ей больше не хотелось говорить ни слова. Поедая слишком сытный завтрак, она то и дело поглядывала на лорда, теперь замечая в его нечеловечески прекрасных голубых глазах не только чёрствость, но и жестокость. Теперь над её поражением он не смеялся. Но то, с каким расчётом он действовал, бросило тень на его образ в её голове…

В библиотеку Люда шла без всякой охоты. Ей совершенно не нравилось положение женщины в этом мире. Скорее потому, что она привыкла к большему. С одной стороны, это довольно интересный ход, тем более при дворе. По сути, роль сводится к материнству и бытию некой куклы, на которую надели красивое платье и подвески. Свой досуг можно было скрасить сплетнями и интригами, но к этому у Людмилы душа явно не лежала. Может, такое было в духе Миранды, но сама девушка уже давно пресытилась жизнью в женском коллективе и интриг ей хватало и на работе. Но, с другой стороны, это было слишком мучительно. Она привыкла действовать, отвечать за свои поступки и обладать большей свободой. Видимо, ближайшие три года сюда не только феминисток, но и суфражисток[3] не завезут, поэтому думать о свободе даже не стоит. Лучше сосредоточиться на чём-то другом.

При мысли об этом в голову тут же стукнула идея о лорде-советнике. Этот мужчина явно пользовался своим положением и доверием принца, поэтому целенаправленно внушал ему свои мысли. А это не есть хорошо при любом раскладе. Сам лорд дер Равенгер теперь казался ей не больше, чем властолюбивым мужчиной, у которого нет ничего, кроме внешности и жестокости внутри.

Он мог бы поступить с ней как угодно, но почему-то не сделал ничего. Люда прекрасно знала этот тип людей и то, что он — дракон роли особой не играло. По этикету он не имел права трогать признанного бастарда, который имеет некие, пусть и призрачные, права на трон, но никто не сказал, что он не может давить морально.

Стоп.

Бастард, имеющий хоть какое-то право на престолонаследование.

Людмила остановилась на пути в библиотеку. Руки сами собой схватились за ткань платья. Она противно зашелестела под давлением пальцев.

Теперь сомнений не было. Лорд не делает ничего не потому, что ей всё может сойти с рук. Дракон хочет иметь связи и с прямым наследником, и, если можно так выразиться, с побочным. Сколько у короля было бастардов Люда не знала, но то, что этот мужчина «окручивал» именно её, было понятно и без цифр.

Значит, такую игру он хочет вести? Что же, ладно, допустим. Пока с этим разбираться нет времени, но в свой список Люда этот пункт мысленно включила. Откинув мысли об этом драконе, она всё-таки продолжила путь в библиотеку.

Девушка быстро достала с пыльных антресолей памяти несколько вещей, которые помнила о войне из той самой книги. Как и в её мире, и в этом могла одновременно существовать эта китайская книга, Людмила понятия не имела, но решила, что этот вопрос не требует срочного решения. А зря.

В зале, на том же месте что и вчера, восседал Экберт. Он радостно расставил все фигуры так же, как и в её мире. Да, радовало только то, что хоть некоторые вещи похожи и на «приспосабливание» тратить время не нужно. О другой небольшой части фактов она узнавала из книг по истории и её сознание уже было готово к восприятию. Оставался самый отвратительный сектор — то, чего она не знала. Но что-то ей подсказывало: обязательно узнает!

Экберт печально зевнул, но, когда увидел уже знакомое лицо тут же повеселел. Люда решила, что для его возраста внедрить хоть какие-то знания в его голову с помощью игры будет в самый раз. Нужно было срочно вспоминать основы уже забытой педагогики, иначе детства этот ребёнок не увидит.

На удивление, Людмила взяла по пять пешек с каждой стороны и быстро поставила их по левую сторону доски, на равно отдалённом расстоянии от чёрных и белых.

— Сейчас проверим, как ты усвоил то, что было написано в книге, — Люда улыбнулась так, будто плела заговор. — Чёрные — моё государство, белые — твоё, а эта смешанная масса — третья сторона, которая на данный момент не имеет особого значения и в конфликте не замешана.

Мальчик недовольно почесал голову. Естественно, он думал, что они будут играть в нормальные игры, а не в стратегию из разряда «вспомни ужасно нудную книгу, которую прочитал».

— Представь, что у нас с тобой война.

— Но… Вы же женщина… — Экберт как-то неуверенно посмотрел на леди. Мировоззрение отца отразилось и на нём.

Не мы такие, жизнь такая.

— Сейчас это не имеет значения, — люда попыталась абстрагироваться от неправильных мыслей. — Итак, что происходит перед войной?

— Дипломатические переговоры?

— Тааак, правильно, — с её подачи наследник дракона сделал ход королём. Его не смущало то, что это совсем не по правилам. — Но в данном случае мой король отказывает твоему.

— Тогда… — мальчишка задумался. Люда буквально могла видеть, как кипит его мозг. Наконец, он определил одну из фигур в тыл тех, что стояли на стороне девушки. — Тогда мой дипломат вербует на вашей земле шпиона. Я точно помню, это было в книге! Любой шпион обойдётся дешевле, чем война.

— Твоего шпиона вычисляют, потому что контакт подданного другого королевства и моего уже подозрителен.

— Ну… получается… Мой король собственной персоной едет в третью страну, просить о поддержке, образовать союз и пойти против вашего. И, соответственно, их войска переходят ко мне.

— Допустим, — Люда сделала вид, что всё в порядке и она сдала позиции. Нужно было подыграть мальчишке хоть немного, иначе без побед ребёнок потеряет интерес к игре. — Тогда, без объявления войны, я нападаю.

— Это не честно! Всегда предупреждают!

— А мой король решил, что не нужно. Он очень зол из-за того, что ты увёл у него достаточно выгодного союзника, к которому он просто не успел приехать из-за того, что, скажем, ему добираться дальше, чем тебе.

— Пусть злится, — на лице Экберта засияла улыбка. — К тому моменту мои войска уже будут готовы, так как, папа говорит, их всегда нужно держать наготове.

— Хорошо. Что будет дальше?

— Мои бойцы продумывают стратегию, в которой обманным ходом отвоёвывают то, что завоевали ваши.

Люда удивлялась тому, насколько прагматично действовал мальчишка. Видимо, он уже «съел» столько книг, что детские мысли остались где-нибудь в трёхлетнем возрасте. Или у драконов это в порядке вещей? Нужно найти руководство по расе драконов…

— Не выйдет. Мои просчитали этот ход быстрее, так как в рядах затесался шпион. Он говорит о каждом шаге, поэтому моему королю не составит труда пресечь любую попытку, — Люда выдвинула одну из фигур.

— Тогда я вычисляю шпиона и выдаю ему ложные данные, чтобы он привёл ваше войско на самую невыгодную позицию.

— Но в моём войске — проверенный годами генерал, который и без твоей «подсказки» понимает, что так мы не выиграем. Поэтому мы решаем не менять тактику.

— Тем временем мой генерал продумывает более выигрышную стратегию, которая заманивает вас в магическую ловушку, рассчитанную на всё ваше войско. Я читал, что такие есть, хотя их создавать очень сложно. Но, если уж вы вторглись на мою территорию… Ловушка, значит, ловушка.

— Которую мы успешно минуем, так как твоё войско не знает о том, что в моём полку прибыло.

— Ну, ладно, — он с азартом сдал руки в кулаки. — Тогда я призываю из королевства-союзника ещё больше солдат, и, в процессе последней бойни, мы оттеснили линию границы на пару километров.

— Что вряд ли получится при условии, что об этом мы узнали заранее.

— Как?!

— Ты забыл об одном из самых важных правил. Вернее, не вспомнил тогда, когда это было нужно. Любой шпион обойдётся условному королевству намного дешевле, чем целая война, — она схватила одну из фигур недавно присоединённых к «королевству» Экберта из «общей массы». — Даже, если ради него нужно ехать в другую страну и вербовать его самыми изощрёнными способами.

— Не понимаю… — он недовольно почесал макушку. Видимо, пока что для его головы это было слишком сложно.

— Король третьей стороны принял твои условия и отдал тебе своё войско. Он дал тебе слово. Но один из его приближённых, некий лорд, слова не давал. Поэтому он с удовольствием за определённую, явно большую плату, выдавал мне каждый твой шаг. Чтобы шпион был не одинок и, на случай, если его вычислят… — Люда взяла ещё одну фигуру и переместила её на свою сторону. — … я запаслась ещё парочкой.

— Но разве кто-то будет себя так подставлять?

— Поверь: есть те, кто за деньги продаст всё и не только свою душу… — Людмила печально выдохнула, потому что знала и таких людей. Не хотелось ломать хрупкий детский мир и говорить, что таких большинство. Рано или поздно он в этом убедится, но сейчас… Пусть пока побудет в своём уютном, слегка подпорченном папой мирке.

Может то, как она вела «войну» было не так честно или даже не по правилам, но, во всяком случае те вещи, которые она помнила, ей применить удалось.

— Где вы этому научились?

— В одной книге, — девушка уже точно не помнила, в какой из, но где-то это точно было.

— Покажите её?

— Не уверена, что она здесь есть, но…

— Тут есть каталоги! — мальчишка, видимо, уже загорелся желанием найти именно это произведение. Да уж, если здесь оказалась книга китайского философа, то и томик Шекспира или греческого эпоса найтись должен. Но вот проблема с названием. Может, каталог подскажет?

— Посмотрим.

Она улыбалась, продолжала говорить с ним и развлекать. Они говорили о глупостях, Экберт рассказывал о том, что читал в последнее время и как во дворце встречал знать, как они ему отвечали, а Людмила слушала, запоминая любую информацию. В тот момент она не подозревала о том, что за одним из стеллажей стоит лорд дер Равенгер. И свои выводы по поводу методов девушки он уже сделал…