Глава 19

Его величество устало махнул рукой и поискал взглядом, куда бы сесть. К сожалению, в сокровищнице стульев не держали.

— Давайте переберемся в более спокойное место и обсудим ситуацию? — услужливо подсказал принц.

Соображает, когда надо.

Делать нам здесь больше нечего. Корона изолирована, более никаких источников скверны я пока не нашла. Стоило бы наведаться еще разок, проверить как следует, но с этим можно и повременить. На поверхности точно опасности нет. Да и учитывая преподнесенную мною новость, вряд ли найдутся желающие трогать старые предметы голыми руками.

В новых скверне взяться неоткуда. А вот древние, накопившие в себе остаточную магическую ауру и особо не используемые, притягивают скверну как магнит. Наши ученые предполагали, что энергетический фон служит плесени своего рода гарантией присутствия рядом разумных существ. Надежный ориентир.

Его величество лично запер хранилище, проигнорировал вытянувшихся в струнку стражей и тяжело двинулся по коридору к выходу из подземелья. Видно было, что открытия этой ночи подкосили и без того пошаливающее здоровье правителя. Скорее всего, изнашивал его организм не только возраст, но и непрерывная борьба с влиянием скверны. Сколько лет он уже сопротивляется тяге — двадцать? Тридцать? Когда там было восшествие на престол, не помню. Ежедневно бороться с собой, не поддаваясь соблазну, чувствовать неладное, но не иметь возможности четко сформулировать проблему — такое и молодого человека измотает.

Судя по тому, что я до сих пор иду своими ногами, а не волокусь под руки в тюрьму, его величество мне поверил. Не до конца, но подсознательно принял новость как ответ на все незаданные вопросы.

И по минувшей войне в том числе.

Значит, шанс договориться существует.

Пусть я презренная водница, просочившаяся во дворец по недоразумению. Зато могу объяснить многие беспокоящие короля вещи.

К сожалению, вылечить его не смогу. Тут и отряд валькирий бы не справился. Нет от скверны лекарства, только уничтожение зараженных предметов и строжайший самоконтроль. Или изоляция. Но согласится ли его величество добровольно отправиться в ссылку, подальше от трона и соблазнов?

Вот уж сомневаюсь.

Безопасник поотстал и под подозрительным взглядом господина Эйсгема поравнялся со мной.

— Мне стоит уточнить, как вы узнали о недомогании принцессы и почему вообще оказались здесь, в подвале? — ненавязчиво поинтересовался он.

— Лучше бы не надо, — лучезарно улыбнулась я. — Поверьте, я могу честно ответить на все вопросы, но понятнее вам от этого не станет.

— Мы с вами еще побеседуем. Потом, — многозначительно заключил господин Кьеллар и прибавил шагу, оставляя меня наедине с тяжкими раздумьями.

Способов борьбы со скверной не так много. Для начала придется источник заразы надежно изолировать, потому что прямо сейчас я ничего не могу с ним сделать. Мне нужны как минимум еще две валькирии, но из кого их воспитать — ума не приложу. Мужская энергия не годится, так что, к сожалению, ни господин Кьеллар, ни Эйсгем не подойдут. Про принца и говорить нечего.

Вильду я отмела сразу же. Ненадежная она соратница, от такой и без всякой скверны ножа в спину дождешься.

Госпожа Гисса слабовата, да и старовата. Ее можно научить базовым заклинаниям, но никак не высшей магии.

А больше я знакомых магичек как-то за все это время и не завела. Упущение с моей стороны, но кто ж знал!

Срочно нужно в академию! И не в следующем году, как собиралась, а в этом. Ничего, что я на год младше разрешенного минимума. Учитывая знакомство с принцем, полагаю, мне могут сделать небольшую поблажку. А уж на факультете подобрать двух одаренных и вменяемых девиц не составит труда.

Кстати, можно присмотреться и к кандидаткам, благо они-то под рукой. Но полагаться на избалованных дочерей знати не хотелось бы. Они ненадежны и будут в первую очередь думать о благе семьи, а не всего мира. И если вдруг те не совпадут — плакали мои усилия.

Нет, нужен кто-то простого происхождения, но с сильным даром и без привязки к определенному роду. К Аурелии можно присмотреться, кстати. Она вроде бы осталась с матерью и малолетним братом одна, содержит их на стипендию. По крайней мере, так говорилось в ее карточке.

На отборе невест она — серый фон, а вот валькирия из нее вполне могла бы получиться. Упорная, умеет добиваться своего и ползти к цели, сцепив зубы. Иначе не потянула бы целых три курса подряд учиться на отлично.

Не слишком ли далеко я размахнулась, начав заранее подыскивать помощниц? Сначала следовало бы подумать о том, как уцелеть в предстоящем разговоре и убедить его величество в том, что сошла с ума именно принцесса, а не я. Учитывая его собственную зараженность, сопротивляться идее он будет до последнего. Причем неосознанно — нагляднее продемонстрировать существование скверны, пожалуй, я бы при всем желании не сумела.

Но душа валькирии во мне требовала подвигов и плана на несколько шагов вперед. В худшем случае судьба этого мира меня уже не будет волновать — самой бы спастись. А вот в лучшем стоит продумать дальнейшие действия.

Мы поднялись на три этажа и добрались до кабинета его величества. Тут я еще не бывала и с любопытством огляделась по сторонам. Место работы способно многое рассказать о человеке.

К излишествам правитель склонен не был, как и к роскошествам, но комфорт любил. Подушка на сиденье стула и мягкие подлокотники свидетельствовали, что он много времени проводит за столом, а уютное кресло с пледом у камина — что иногда он засиживается допоздна, возможно, не только с документами. Просто посидеть, глядя в огонь и потягивая что-нибудь горячительное, вполне простительно даже самому занятому человеку государства.

Стульев для посетителей было всего два. Один поставили для меня прямо перед столом, как на допросе, а мужчины разместились в креслах неподалеку. Так, чтобы наблюдать за мной и в то же время не поворачиваться спиной к королю.

Его величество первым грузно опустился на подушку и сплел пальцы домиком.

— Итак, вы считаете, что в учебниках истории о чем-то умалчивают? — поинтересовался он.

Ответить прямо — да! — мне помешал внимательно наблюдающий за разговором господин Кьеллар. Боюсь, тогда меня от обвинения в мятежных замыслах и заговоре против короны не спас бы никто.

— Очень много лет прошло, ваше величество. Сложно что-то утверждать наверняка, — увильнула я.

— Тогда откуда такая уверенность в том, что эта самая… скверна… могла повлиять на разум участвовавших в ней магов?

— У меня нет в том полной уверенности. Но события начинают выглядеть немного иначе, если допустить подобную вероятность, не так ли?

В дверь постучали, и старательно изображавшие тени слуги принялись расставлять полуночное угощение. Кто попросил их принести перекус, не знаю, но он сильно облегчил мне жизнь. Перехватить печенек в своих покоях я не успела, а проголодалась из-за недавней активности знатно.

Дождавшись, пока в кабинете вновь не останутся лишь доверенные лица, король сам налил себе чаю и устало поинтересовался:

— Но откуда вообще взялась идея о скверне? Признаться, я ни разу о таком явлении не слышал. А вы? — обратился он к безопаснику.

Тот молча покачал головой.

— Все дело в дневниках моего предка, о которых господин Эйсгем уже наслышан, — я чинно сложила руки на коленях, не забыв пригубить обжигающе-горячий сладкий отвар. Слуги его величества отлично знали толк в восстановлении магических сил. — В нашей семье у некоторых проявляется особая способность — видеть ауры. Как людей, так и артефактов. Или даже обычных предметов, носящих следы энергетической активности.

Я виртуозно мешала правду с недомолвками и обтекаемыми фразами, чтобы возможные следилки или скрытые наблюдатели с даром определения истины не сумели распознать лжи. Тем более намерения у меня были самые благородные и ни малейшего зла я за душой по отношению к правящей династии не держала. Пусть хоть как проверяют. В принципе к аристократии я довольно нейтральна. Мне не нравится положение водников, это да. Но большинство ныне живущих к их плачевной участи не причастны. Те же гады, что издеваются над слабыми, наподобие четы Рекинсов, существовали во все времена, безотносительно к политической ситуации.

Я рассказала все, что сочла безопасным для себя. И об умении видеть плетения, и о том, что в человеке зараженность поначалу не распознать, а вот на объектах — очень даже. И о том, какое влияние на психику оказывает ментальная плесень. Выводов только делать не стала — пусть его величество сам плотно подумает. Любая подсказка с моей стороны будет воспринята им крайне агрессивно.

Каждое упоминание скверны король встречал скептически поджатыми губами и тяжкими вздохами, хотя только что видел ее собственными глазами.

Зато господин Кьеллар внимательно ловил каждое слово. Иногда даже кивал в такт своим мыслям — видимо, прикладывал симптоматику к принцессе и его величеству.

Наконец я выдохлась и замолчала, с трепетом ожидая реакции правителя.

Если поверит и предпочтет признать очевидное, то нас ждет скорая бескровная смена власти. Благо Айрендаль жив и здоров.

Если же нет, то светят мне застенки, возможно, ссылка, а если совсем не повезет — то и казнь как злостной смутьянке. Сбегу, конечно же, так просто меня не поймать. Главное, чтобы принц корону не трогал, а господин Кьеллар внимательно относился к тому, что берет в руки знать. Раз уж в королевской сокровищнице нашелся оскверненный предмет, кто даст гарантии, что у аристократов в домах что-нибудь эдакое не припрятано? Прабабушкино ожерелье, прадедов перстень. Учитывая творившийся во время войны неадекват, под подозрение подпадают все.

Особенно маги воды, кстати. Именно они устроили финальный конец света, чуть не погубивший весь мир.

Но в подвале господина Эйсгема я была, там нет ничего оскверненного, даже малейшего запаха не учуяла. Может, в загородных поместьях? Где по легенде прежде скрывался брат.

Я глянула на попечителя с изрядной долей подозрения.

К власти вроде бы не рвется, но то же контрабандистское братство основал. Кто его разберет…

— Звучит, несомненно, интересно, — постукивая кончиками пальцев друг о друга, протянул король. — Пожалуй, это ваше умение видеть ауры должно заинтересовать господина Кьеллара.

— Уже, — коротко отозвался безопасник. — Но сначала необходимо заручиться согласием господина Эйсгема.

— А давайте мы сначала поговорим о скверне и ее влиянии на умы, а не о том, как изучить Кристель? — вмешался принц.

В тот момент я была благодарна Айрендалю как никогда.

— Она все равно никуда не денется. — Тут моя признательность подувяла. — А вот состояние сестры меня беспокоит. Раньше она так странно себя не вела. И если Астрида действительно организовывала на меня покушения…

— Одно из, — заметил господин Кьеллар, доказывая, что недаром ест свой чечевичный хлеб. — То, с защитным артефактом, которое должно было надолго вывести вас из строя. К тому моменту, как вы поправились бы, место наследника было бы уже занято.

— А какое второе? — нахмурился король.

— Более продуманное и долгосрочное. На отборе его высочеству планировали подобрать больную супругу. По всем признакам госпожа Элианна — фаворитка среди остальных кандидаток, что по происхождению, что по манерам, что по уровню и направленности дара. Скорее всего, именно ее одобрили бы.

И ни словом не обмолвился, что эту информацию принесла я! Вот жук.

— Чем же она больна? — безразлично уточнил король.

На фоне прочих новостей эта как-то потерялась и не шокировала должным образом.

— Разбираемся, ваше величество! — Господин Кьеллар подскочил и хотел уже вытянуться как положено, но был остановлен усталым взмахом ладони.

— Разбирайтесь. Не нравится мне вся эта затея с отбором, с самого начала пошло все наперекосяк, — пробормотал правитель себе под нос. — Традиции традициями, но подсовывать моему сыну бракованных девиц — это уже перебор.

— Может, отменить? — с нескрываемой надеждой предложил Айрендаль.

Ему парад кандидаток тоже явно стоял поперек горла.

— Я тебе отменю! — беззлобно пригрозил король. — Раз уж начали, доведем до конца. Посмотрим, осмелятся ли они настаивать на своем. Не переживай, я себе и тебе не враг, не собираюсь тебя заставлять жениться на обманщице.

— До конца? — расстроился принц.

— Ваше величество, завтра как раз проверка здоровья претенденток, — вмешался господин Кьеллар. — Возможно, разоблачение госпожи Варрек послужит удобным поводом для переноса отбора? Скажем, на следующий год.

— И ты туда же? — хмыкнул правитель, ничуть не удивленный рвением безопасника. — Ты вообще представляешь себе, какие это расходы? Организация, перестройка флигеля, сверхурочные слугам. Да и у вас нагрузка удвоенная — столько посторонних во дворце!

— Правила отбора были нарушены. Вполне логично аннулировать его результаты, — стоял на своем господин Кьеллар.

Я сидела тише мыши, наблюдая за разгорающейся перепалкой. Про меня, похоже, забыли, не знаю уж, к добру или к худу. Свадьба Айрендаля видится его величеству более важной и срочной проблемой, чем некая абстрактная скверна.

— Отец, учитывая недуг сестры, сейчас не самое лучшее время для устройства моего брака, — добавил осторожно Айрендаль. — Заметно, что мой статус наследника выводит ее из душевного равновесия. Зачем же привлекать еще больше внимания к моей персоне? Давайте сначала попытаемся помочь Астриде, а уже потом решим вопрос со свадьбой.

— Лишь бы от своих прямых обязанностей увильнуть! — погрозил ему пальцем отец. — Состояние твоей сестры — забота ее мужа.

— Кстати, до сих пор неясно, кто именно управляет родом Варрек, — негромко заметила я. — Вряд ли они сами решились на подобный рискованный шаг. За ними должен стоять кто-то очень могущественный, способный приказать аристократам принести себя в жертву.

В кабинете повисла нехорошая тишина.