Глава 17

— Куда?

— А? Гуляю.

Хис раздражённо ухмыльнулся. Даже вампирам свойственно злиться.

— Мы спрятали вас в замке не для того, чтобы ты одна гуляла по городу. Разве ты не слышала, что происходит в Эгле? Лю…

— Да, да, помню, — перебила вампира девушка. — Люди в опасности, потому что появился вампир-убийца. Но, как видишь, я была в парке, куда вампирам не зайти.

— О, ты явно недооцениваешь наш ум, Дариет. — Хис схватил её под локоть и повёл в сторону Белого замка.

Дариет несколько раз посмотрела за плечо — рынок остался позади, а вместе с ним и шанс что-либо выведать у Хью.

— До парка нужно дойти, — тем временем продолжал Хис, — и потом ты вышла из него. Куда направлялась? В ещё один безопасный парк? Зачем? Насколько мне известно, ты с Лилит в сопровождении Джейка ходила в Архив Эгле. После этого ты сбежала. И не пытайся меня больше обманывать, — последние слова он прошептал ей на ухо, остановившись на секунду.

Дариет стиснула губы. Как же она сможет помочь этим упрямцам, если они шагу ступить не дают?

— Ну так что?

— Что?

Хис посмотрел на неё. Вид у Дариет был как у невинного дитя. Эта девушка начинала ему нравиться по-особенному. Тёмная прядка волос выбилась из причёски прямо у самого края лица, подчёркивая тем самым мягкую линию подбородка. Дариет обладательница маленького носика и слегка пухлых губ. Он только теперь рассмотрел её профиль, и в груди что-то шевельнулось. Небывалое до сего момента чувство.

Он ослабил хватку, подумав, что делает ей больно, хотя Дариет ничего такого не говорила. Тем не менее она, как провинившееся дитя, шла рядом и упрямо делала вид, что не понимает, о чём он её спрашивает.

— Куда ты направлялась? Одна. Тайком.

— Ты мне не папочка. Я не стану оправдываться перед тобой.

— Я забочусь о твоей…

— А может быть я тоже забочусь о твоей жизни! — вспылила она, вырвав свою руку из его хватки. Крепко сжимая кулачки, она вытянула руки вдоль тела. — Может я знаю, как…

— Как?

Поняв, что сболтнула лишнего, она расслабилась и пошла вперёд.

— Неважно.

— Нет, важно. О чём таком ты говоришь?

— Забудь.

— Не забуду.

— На нас смотрят люди.

Хис огляделся. Прохожие замедляли шаг, уставившись на спорящую парочку. Вампиры не столь любопытны, им не требуется смотреть, чтобы расслышать всё слово в слово. Поэтому на них явно обращали внимание только люди. Но это ведь не простая парочка. Видный вампир (в лицо правителя Окта мало кто знал) и строптивая девушка. Ничего себе сочетание.

Хис оправил сюртук.

— Пожалуй, нам надо ускорить шаг, — и приобнял девушку за талию.

Дариет моргнуть не успела, как они оказались у ворот Белого замка. Хис тут же отпустил её.

— Прибыли. Учти, сейчас я забуду о нашем разговоре, но обязательно к нему вернусь.

«Тогда я успею что-нибудь придумать», — подумала про себя довольная Дариет.

Они прошли ворота и двинулись по выложенной фигурным камнем тропе. По обе стороны тянулись невысокие стены, за которыми виднелись деревья. Садовые фонари не горели, но создавали ауру чего-то заведомо зловещего. Белый замок не вызывал плохих ассоциаций, но, очутившись на его территории, Дариет почувствовала промозглый холодок. Лёгкий туман скрывал неподвижный пруд, куда легко угодить тому, кто не знает местности. Вблизи белый камень превращался в грязно-серый и замок больше не казался безобидным.

За воротами кипела жизнь, а здесь стояла гробовая тишина, такая, что стук маленьких каблучков Дариет разносился по округе громким эхом.

Хис чувствовал её страх, но не предпринял попыток успокоить девушку. Сама должна понимать, что раз до сегодняшнего дня они ничего ей не сделали, то ничего не сделают и впредь.

— Я не твой папочка, — сказал он вдруг очень сухо и недружелюбно, — но я в ответе за твою жизнь. Не делай глупостей, Дариет.

Такие слова заставили её почувствовать вину за свой опрометчивый поступок, поэтому предпочла смотреть на подол своего шерстяного платья. Хису она ответа не дала. Но вдруг откуда-то справа прокричала ворона, и Дариет подняла голову. Она увидела башню. Слова Гуно потоком ворвались в память, а сердце забилось чаще.

— Ваш отец находится в той башне?

Хис нахмурился, удивлённо глядя на девушку.

— С чего ты взяла?

— Я могу на него посмотреть? Мне… надо… — их взгляды встретились, суровый с испуганным, поэтому она запнулась, но договорила: — Его увидеть хотя бы со стороны. Не спрашивай зачем.

Хис продолжал изучать её лицо.

«Он лежит в башне Белого замка под охраной», — сказал ей Гуно, и почему-то, оказавшись совсем рядом, ей захотелось посмотреть на него. Она попросила Хиса не спрашивать, потому что сама не знала. Это чувство шло изнутри, и оно требовало, и с каждым шагом становилось сильнее. Словно тот вампир, остаток его души, зазывал её к себе.

Хис пытался вспомнить предсказания лунного камня, связанные с Белым замком и Дариет, но не вспомнил ни одного. Но важность присутствия Дариет понимал и принимал. Поэтому согласился.

По дороге в башню к ним присоединился Джейк. Лилит осталась в комнате под присмотром. По словам Джейка, девушка переутомилась, поэтому ей нужно было отдохнуть немного. Джейк отругал Дариет, и Хис этому не мешал.

— Как можно было так безрассудно убежать? Я бы, конечно, и сам бы тебя поймал, но на счастье Хис оказался в замке. Это мой редкий гость. Это просто удача, что именно сегодня ему понадобилось сюда заявиться. Дариет, ты могла бы попасть в беду и…

— Хватит меня отчитывать уже! Наслушалась. Довольно.

В башню вёл отдельный вход. Для чего следовало пройти по узкому железному мосту на высоте двух этажей замка. Балка, по которой следовало пройти, выглядела ненадёжной, а перила — шаткими. Вампиру нужна секунда, чтобы преодолеть расстояние от основного корпуса до двери башни, а бедной девушке страх затуманил глаза. Она вскрикнула, едва почувствовала качку.

Джейк устало посмотрел на Хиса.

— Может, не будешь её мучить?

— Она захотела в башню, пусть попробует добраться. Упадёт, станет вампиром. Всё просто.

— Ты сейчас пошутил, да? — Джейк обессиленно покачал головой.

— Какие тут шутки? Девчонка знает, что полукровка, вот и не боится. Она ведь пошла одна по городу, зная, что на неё охотятся. И теперь прёт вперёд по опасному узкому мостику. Спрашивается, ради чего?

Хис наступил на край моста, и тот стал раскачиваться сильнее. Дариет, которая дошла почти до середины, закричала и вцепилась в непрочные перила. Она ощущала себя неопытным канатоходцем. Хис забавлялся. Дариет бесстрашно двигалась вперёд, не глядя вниз. Он следил за каждым её движением. Джейк боялся, что ничем хорошим это не кончится, и был рад, что у Лилит разболелась голова. Хотя и у той хитрости не отнять. Подумав об этом, Джейк поругал себя: «Что я тут забыл?» И в секунду испарился.

Дариет в это время подбиралась к двери башни. Хис медленно шёл за ней. Он больше не раскачивал мост, но вдруг ножка Дариет соскользнула, и девушка, не успев удержаться, скатилась вниз и повисла на толстой балке.

— Ты не справилась, — с наигранным разочарованием произнёс Хис.

— Хватит издеваться. Дай руку!

— Подаришь поцелуй?

— Это ещё что такое?

— Ты ведь упрямишься, тебе можно. Чем я хуже? Нет, я могу подать тебе руку, но за маленькую плату. Я много прошу?

— О, поверь мне, это чересчур, — тело было очень тяжелым, шерстяное платье тянуло вниз. Она держалась очень непрочно, всё время скатываясь и подтягиваясь вновь. Ноги болтались над каменной дорожкой. Если упадёт, смерть неминуема. — Ладно. Я падаю…

— Поцелуй?

— Держи меня!

— Поцелуй или смерть?

— Да!

— Что «да»?

— Поцелуй! А-а-а…

Всего одно мгновение. Она скатилась с балки и больше не могла держаться. Крик вырвался из горла. Она попрощалась с жизнью, но когда открыла глаза, стояла в объятиях Хиса на крыше башни. Ветер раздувал их волосы. Они неотрывно смотрели друг на друга. Губы Дариет приоткрылись, чтобы отдать долг, но Хис внезапно отстранился.

— Вот оно! Вот на что ты способна ради спасения своей жизни. Значит, ты не безнадёжна. Жизнь тебе дорога, а страх потерять её настолько сильный, что ты готова на что угодно. Я бы спас тебя в любом случае. — Он улыбнулся. — Надеюсь, ты запомнишь мой урок.

Дариет смотрела на него полная негодования.

— Ты!

— Сбросишь меня с башни? Я ведь вампир. А что ещё ты мне сделаешь? Дариет, я всего лишь наглядно показываю, насколько глупы твои поступки. Однажды меня не окажется рядом, кто тебя спасёт?

Дариет не хотела обижать Хиса, но злость была настолько сильной, что не сдержалась и выкрикнула:

— Суну!

Имя брата больно полоснуло по его самолюбию. Хис молча направился к винтовой лестнице. Дариет последовала за ним. Что ей ещё оставалось? Не оставаться же на крыше.

* * *

Отблески огня в маленькой печке разгоняли мрак комнаты. Дарил ненавидела ночи, слишком тёмные и опасные. Сэл сторожил её сон, но в эту ночь его не было. Ушёл в Бладпорт, отговорившись, что у него неотложное дело.

Дарил помешала отвар в небольшой эмалированной кастрюльке, затем посмотрела в угол, где на скамье сидела Танака. Она медленно заплетала косу, напевая печальную мелодию. Безобразное родимое пятно будто светилось в темноте. А когда-то Дарил верила, что пятно исчезнет с возрастом. Напрасные надежды. Всё, как у неё. Дарил приподняла юбку платья, глаза застыли на Точно таком же родимом пятне. От пятки до верхней части правого бедра, словно на том месте разорвалась кожа. Но Дарил хотя бы могла спрятать своё безобразие. Танаке повезло меньше.

— Ты должна привести её сюда, слышишь? — произнесла травница, и Танака затихла. Дарил сняла отвар с огня и оставила остывать. — Она пойдёт за тобой. Сэл обещал выяснить, где сейчас находится Дариет. Дом её сгорел… хм… Что же там случилось?

Танака смотрела на мать пустыми глазами. Её мысли находились далеко от реального мира. Чтобы разбудить затуманенный разум, потребуется немало усилий, и только Дарил знала, как вернуть девушку к нормальной жизни. Под воздействием некоторых трав Танака превратилась в существо безвольное, искалеченное, но при этом преданное.

Дарил села перед дочерью и, держа пальцами её подбородок, сказала:

— Как только придёт время, ты сделаешь так, как я сказала. Приведёшь Дариет в этот дом. Хан не получит её просто так. Сначала он выполнит мои условия. — Она погладила Танаку по лицу, по её родимому пятну. — В этом городе я самый опасный человек. Нет мне равных. Я убила Виктора. Если понадобится, убью и Хана. Иладар — моё творение. Захочу, создам десятки таких, сотни.

Дарил внезапно разразилась противным скрипучим смехом.

На лице Танаки не дрогнул и мускул.

Резко замолчав, Дарил отвернулась от дочери.

— Но пока не время. Действовать будем постепенно. А потом… я стану править замком Бладпорт. Сэл будет моим королём.

* * *

Произнося опасные слова вслух, Дарил не подумала о том, что, кроме Танаки, её мог слышать ещё кто-то.

И этот «кто-то» — Биннат.

«Я знал, что Дарил коварная женщина, но чтобы настолько…», — размышлял он, отдаляясь от её дома. Он хотел помешать её планам, тогда и убивать не придётся. На самом деле, если бы не Сэл, Биннат убил бы её сию же секунду. Теперь ясно, для чего ей Сэл. Он — прикрытие.

Первым делом Биннат собирался забрать Танаку. Только где её спрятать? На севере ей оставаться опасно. Сэл найдёт и вернёт её Дарил. Если отвести Танаку в Эгле… только не к сёстрам. Под воздействием отваров, она уведёт Дариет, после чего они обе окажутся на севере. Нет. Надо спрятать её в каком-нибудь доме.

— Прогуливаешься, Биннат?

Тот поднял голову и увидел октавского вампира в проёме не застеклённого окна заброшенного дома.

— Рикки? Я думал, окта больше не сунутся сюда. От одного избавился, второй явился.

— Без Танаки не уйду. И почему-то внутренний голос подсказывает мне, что ты знаешь, где она.

Биннат хитро прищурился.

— Какой смекалистый. А если знаю, как будешь действовать? Пытками?

— Верни её сёстрам.

— Нельзя.

— Почему?

Рикки спрыгнул на мостовую, и теперь они стояли лицом к лицу. У Бинната не было настроения драться. После того, что он узнал от Суну, а потом из уст Дарил, он не был уверен, что Окта ему враги. Иладар в заточении по милости человеченки, которая мирно живёт у них на севере, что намеренно оправдывает Окта. По мнению Бинната, война между Окта и Бладпорт абсолютно не имеет никакого смысла, когда опасность исходит из вне.

— Хочешь знать ответ, тогда давай отправимся в трактир, выпьем пивка и побеседуем. Мне есть, что тебе рассказать. Тебе же полезно заключить со мной перемирие. Поверь, мы оба будем в выигрыше.

Брови Рикки поползли вверх от удивления. Нет, он всегда знал, что Биннат самый разумный из всех северных, но чтобы до такой степени… В чём же его выгода?

— Пиво с тобой? Ты не заболел?

— На краю города есть хороший трактир. Его держит мой друг вампир Каи. Он выделит нам звуконепроницаемую комнату и обслужит как надо. Пиво, рыбка с кровью. Пальчики оближешь.

Молодому Рикки сложно было отказаться от удовольствия. С тех пор, как он вернулся в Эгле, не знал радости.

— Ладно. Но если это ловушка…

— Тебе нужна Танака. И мне она нужна, — прошептал Биннат уверенно. — Думаю, сомнений быть не должно.

В трактире за каменным столом (вампиры не переносили деревянные столы, ибо ножки из дерева являлись неплохим оружием против них) Биннат рассказал Рикки о договоренности между ним и Суну. Сейчас все средства хороши, и если Рикки поможет Суну подсуетиться, а ему, Биннату, выкрасть Танаку, то план сработает. О том, что Дарил превратила Иладара в чудовище, Биннат не упомянул, но заверил, что травница очень опасна и находится под защитой Сэла. Однако её намерения коварны, и она хочет с помощью Дариет уничтожить бладпортских вампиров, а вернее, подчинить их себе. И раз Иладар стал чудовищем, значит, у неё есть рецепт того зелья. Она могущественна, а это настораживало.

Рикки внимательно слушал, стараясь не пропустить ни одной детали. Камень и девчонка за то, что он предоставит жильё в Эгле? Это же задаром! Конечно, Биннат потом может обратиться к Рикки ещё и ещё, а просьбы вырастут от мала до велика. Он хотел услышать мнение Суну, но Биннат вновь был категоричен в своём решении. Здесь и сейчас. Да или нет.

— Танака станет моей, Рикки, но мы будем жить на вашей территории. Чем не гарантия моей надёжности? Мне нет смысла лгать тебе, если я хочу жить под покровительством Хиса.

— И ты готов отказаться от службы у Хана?

— Кто сказал?

— Не морочь мне голову.

— Почему я должен отказаться от службы, если имею доступ в замок Бладпорт? Пораскинь своими молодыми мозгами, сердечный друг. Как я достану камень, если во всеуслышание прокричу, что ухожу с севера? Как смогу защитить свою любовь?

В словах Бинната не было ничего, к чему можно придраться. Рикки мялся и даже попробовал считать мысли Бинната по жестам, взгляду и интонации. Биннат не выдал каких-либо противоречивых действий, и Рикки в конце концов согласился.

Они пили пиво, ели кровавую рыбку, говорили на различные темы, не затрагивая серьёзных вопросов. Перед тяжёлой миссией им следовало отдохнуть.

— Есть план, как выманить Танаку из дома? — спросил Рикки, когда они вышли из трактира.

— Пару дней придётся понаблюдать. Ибо я не знаю, выпускает ли Дарил её во двор. Я, конечно, навещу травницу. Может, удастся что-нибудь придумать.

— Надо поспешить, Биннат.

— Да. Как только выветрится пиво, загляну туда. А ты понаблюдай за улицей вокруг дома Дарил.

— Дарил… — Рикки посмотрел вдаль. — Где-то я уже слышал это имя.

* * *

Ластру Окта — вампир с портрета. Дариет узнала его.

Вампир лежал на чёрной ложе в белоснежной рубашке. Руки его были сложены на груди. Лицо умиротворённое, бледное. С виду он как будто бы спал, но спящие, как правило, дышат. Ластру не дышал. И от этого Дариет стало жутко.

Рядом стоял Хис, такой же мертвецки бледный, но хотя бы живой.

— Жалеешь, что пришла? — спросил он.

— Нет. Я должна была прийти сюда.

— Я всё пытаюсь понять — почему.

— Это трудно обьяснить. — Она не отводила от Ластру взгляда. — Можно подойти?

— Подойди, но не трогай.

— Он красив. Твоя мать любила его?

Хис не ожидал вопроса, поэтому напрягся, но выражение лица его не изменилось.

— Конечно, любила.

— Но ты мне солгал. Ты сказал, что она погибла много лет назад, а для вас несколько лет не является большим сроком. Она погибла в тот день, когда половина души Ластру ушла к Иладару. И убил ведьму Скилс… Мать Окта была ведьмой, хранительницей имита, — озвучила Дариет и почувствовала холодок. — Твоя избранница тоже станет хранительницей лунного камня, при условии, если он вернётся в замок.

Волосы Дарит раздул откуда-то взявшийся ветер. Она едва могла вдыхать воздух, но не отходила от Ластру. Хис поражено следил за происходящим.

Неожиданно Дариет повернулась к Хису. Её глаза сверкнули изумрудным блеском.

— Эта девушка наше спасение, — сказала она совершенно другим голосом с акцентом древнего языка. — Верни камень домой.

Хис сделал шаг назад.

— Мама?

Дариет рухнула на пол без чувств.