Глава 18

На город постепенно опускались сумерки. Вилл начал пересчитывать выручку в кассе, чтобы закрыть лавку и подняться к себе. В ночи ни один человек не осмелится прийти за покупками.

Вилл никогда не запирал дверь на засов до семи, давая шанс случайным прохожим заглянуть за папиросами или хорошим портвейном. И, кажется, такой человек нашёлся. По привычке Вилл захлопнул кассу и повернул ключ, после чего обратил внимание на вошедшего.

Не человек. Вампир. Опять бладпортовское отродье. Дочь у него отняли. Теперь зачем явился?

— У меня ничего нет, — сказал Вилл медленно подбирающемуся к его прилавку вампиру.

— Как же «нет»? А кровь?

— Собираешься меня укусить?

— Хм… Думаешь, мне доставит это удовольствие? Я просто должен, а иначе они не поймут, с кем имеют дело.

На прилавок лёг маленький ручной ножик. Вилл оставался спокойным. Ему давно плевать на собственную жизнь. Появление вампира не испугало его. Однако любопытно было узнать, для каких целей вампиру нужен этот ножичек.

— Ты когда-нибудь видел такой знак? — вампир с неимоверной скоростью выбил знак ножиком на поверхности прилавка.

Вилл понятия не имел, что означает этот знак. Он молча смотрел на рисунок и ждал.

Микис ухмыльнулся.

— Вижу, не знаешь. Это наш древний и давно забытый язык. Это символ самопожертвования. Я рисую такие знаки всем своим жертвам после… того, как убью.

Вилл отступил к стене.

— Вы забрали у меня дочь. Теперь жизнь отнимите? В чём выгода?

— Поверь, друг, ты ничего мне не сделал и выгоду я не ищу. Я лишь показываю свою силу. Меня жестоко предали, а с помощью убийств я создам немало проблем своему врагу. Да… теперь уже врагу, — с грустью повторил Микис и обнажил свои клыки.

Вилл успел распрощаться со своей никчемной жизнью прежде, чем в лавку ворвался ещё один вампир и завязалась нешуточная борьба.

* * *

Коридоры замка казались бесконечными, сразу ощущаешь, что это тёмное и опасное место, где человеку не место. В тишине этих пустых каменных коридоров раздавались мягкие шаги босых человеческих ног. Дариет понимала, что движется во сне, но всё выглядело слишком реальным. Она чувствовала запах холодного камня, слышала треск свечей и отчётливо знала, куда идёт.

Она и раньше бывала в этой комнате.

Суну ждал её. Она плавно переступила порог, шлейф тонкого пеньюара тянулся по полу. Волосы развивались от лёгкого ветерка при движении. Они сошлись. Её руки легли на тонкую ткань рубашки и ощутили крепкую грудь под ней. Вампир не источал тепла. Его руки были ледяными, но Дариет постаралась не думать о холоде.

Поцелуй — это всё, о чём она грезила, всё, чего желала. Неведомая мутная волна внезапно нахлынула в сердце и ударила в голову; казалось, сознание покинуло Дариет, оставив только головокружение. Суну вёл её к вершинам наслаждения. После долгой разлуки его поцелуй был как глоток свежего воздуха, способный оживить в одно мгновение.

Дариет приникла теснее к его телу и на секунду открыла глаза. Перед ней стоял не Суну. Это было лицо Хиса. Он улыбнулся и сказал:

— Прости, но ты моя… моя…

— Этого не может быть!

— Может, милая, ведь я вампир, который умеет менять обличия.

— Нет!

Дариет села в постели, ничего не понимая. У края кровати стоял Хис и пристально смотрел на неё. В глазах не было задорного смеха, как во сне, только незнакомая ей холодность.

— Долго я спала? — она осмотрелась. — Где я?

— В Окта, в своей комнате. Узнаешь? Ты упала в обморок.

— Я ничего… не помню. Хотя нет. Я падала с моста, а потом… провал, — и она выразительно взглянула на Хиса. Тот хмурился.

Значит он не ошибся. В тело Дариет вселился дух его матери. Дариет тянуло в башню по воле Ксандрии. Дурное предчувствие не давало вампиру покоя. Его мать была ведьмой, она всегда повторяла, что даже после смерти её дух будет бродить по замку. Хис сосредоточился на этой мысли. Вполне вероятно, Ксандрия сейчас здесь и смотрит на него.

Но почему же она выбрала Дариет?

Она избранная?

— Ты проголодалась, полагаю. Твои сёстры внизу ужинают. Не хочешь к ним присоединиться?

Дариет внимательно разглядывала его.

— Непременно, я спущусь к сёстрам. Только оденусь. — Хис не уходил, и это привело Дариет в смятение. Он, что же, собирается смотреть, как она одевается? Посмотрев на него вопросительно, она подошла к зеркалу. Шерстяное платье с неё сняли и надели ночную сорочку. — Не мог бы ты оставить меня? Мне необходимо одеться.

— Да, но прежде я хочу, чтобы ты взглянула кое на что.

— На что же?

Жестом он велел следовать за ним в смежную комнату. Здесь хранились сундуки с вещами Ксандрии. Хис отдёрнул шторку, и перед взором Дариет предстало тёмно-красное платье, обшитое чёрным кружевом. Девушка никогда не гналась за модой и не придавала большого значения платьям, но это… Она потеряла дар речи, настолько восхищена была покроем и отделкой лифа.

— Оно твоё, — произнёс Хис.

— О, Верховный! — воскликнула она, забыв о том, что вампиры ненавидят это слово. — Я… хотела сказать, оно прекрасно. Хис, я не могу принять такой подарок.

— Почему? Ты обидишь меня, обидишь мою мать, которая, возможно, наблюдает за нами из окна своего мира.

Дариет поёжилась.

— Это её платье, да?

— И на тебе оно будет смотреться превосходно!

— Ну, хорошо. Давай посмотрим.

Вопреки внутренним сопротивлениям, Дариет надела платье и спустилась вниз. Она думала, что Хис захочет посмотреть на неё, но его нигде не было. Когда она зашла в столовую, Урса и Лилит ахнули в изумлении. Дариет выглядела величественно.

— Невероятно, Дариет! Где ты достала это платье?

— Хис подарил, — садясь за стол и оглядывая вкусные блюда, ответила она.

— Оно очень идёт тебе, — искренне сказала Урса и поиграла бровками. — Хис явно заинтересован тобой.

К девушкам присоединилась Ойли.

— Как ты себя чувствуешь, Дариет? Хис сказал, что ты переутомилась.

— Конечно, она переутомилась, — влезла Лилит, размахивая вилкой. — Мы пережили много событий за последние несколько дней. Обморок в данном случае совершенно меня не удивляет… О! Кстати, Дариет, я вернусь на рынок, представляешь!

— Неужели? — Дариет постаралась улыбнуться, что плохо получилось. Она тут же подумала о своей миссии и о Хью, через которого она осуществит свой план. Лунный камень ведёт её к тому, очевидно. — Я буду торговать с тобой. Скучно здесь одной.

— Я не против. Но помни, с нами будут вампиры. Только так я получила разрешение вернуться на рынок.

Октавские вампиры — проблема. Огромная. Но она что-нибудь придумает. Ей всего лишь нужно встретиться с Хью и задать ему несколько вопросов, после чего дело прояснится. После встречи она определённо будет знать, что делать дальше.

Поужинав, девушки разошлись по своим комнатам. Лилит утомилась и решила лечь пораньше. Урса обещала Язону сыграть в карты. Они встретились на втором этаже в маленькой комнате с креслами и старыми шкафами. Дариет спать совсем не хотелось. Она достаточно отдохнула, поэтому пошла в большой зал, где остановилась перед портретом Ксандрии. Как оказалось, ведьма была изображена в том самом платье, которое сейчас носила Дариет. Внезапно её посетило чувство вины и стыда. Почему она должна носить платья Ксандрии? Разве ей этого хотелось бы?

— Вы похожи, — услышала Дариет и обернулась. Хис появился неслышно, она не успела ничего понять.

— Нет. Мы разные. Черные волосы, да, но… что ещё?

— Я смотрел на тебя со спины и как будто видел мать.

— Ты просто скучаешь по ней, а платье, что на мне, — её.

— Может быть.

Она пристально смотрела на него, пока он шёл к окну, за которым скрывалась ночь. Вспомнился сон. Красивый, но и пугающий.

— Хис, могу я спросить?

— Что угодно.

— У тебя есть дар менять обличие?

Он посмотрел в сторону, обдумывая её вопрос и, казалось, он был сбит с толку.

— Откуда ты взяла эту чушь? Если бы я умел менять обличие, мог бы превратиться в Лилит и спокойно уговорить тебя переехать в замок. Или же, — он обратил свой холодный взгляд прямо на неё, — я мог бы принять облик Суну, чтобы ты полюбила меня. Не думаешь, что такой талант решил бы много проблем?

Дариет держала руку у груди. Это всего лишь её подсознание, не более. Зачем она вообще спросила? Глупая, глупая, глупая! То, что она скучает по Суну, а в это время ей навязывают судьбу с другим, и ведёт к подобным, немыслимым снам. И с чего она взяла, что слова Хиса, произнесённые во сне, — правда?

Что ответить, она не нашла.

Хис отступил в тень.

— Ты не достаточно отдохнула. Ведь ты — человек. Люди склонны нести чепуху, когда устают.

Разозлившись на эти слова, она гордо вздернула подбородок и поднялась на второй этаж по центральной лестнице, а услышав смех, решила присоединиться к веселью. Урса и Язон устроили игры в карты, с ними играли Оол и Ойли. Почувствовав расслабленную обстановку, Дариет осталась с ними. Но несмотря на игру, мысли её были заняты другим.

* * *

Когда дверь в таверну распахнулась, с улицы ворвался морозный воздух. Шум прекратился, все лица были обращены на вошедшего мэра Эгле.

Джейк оценил обстановку. У Кароса собирались по обычаю завсегдатаи и заядлые пьянчужки. Их нисколько не заботило недавнее убийство в сарае около таверны. Люди в этом городе бесстрашные, и каждый думает, что его беда не коснётся. Наивный народ.

Карос привычно стоял за стойкой напротив жаждущих снять напряжение дня, расслабиться и забыть о насущных проблемах. Увидев Джейка, он выпрямился. Мэр не приходит в таверну за пивом; если он приходит, то по какому-то вопросу или с проверкой. За последние дни вокруг его заведения поднялась шумиха, так что не стоило удивляться такому гостю.

— Джейк! — выкрикнул Карос, подходя к бочонку. — Пива?

— Я не пью всякую дрянь.

— Есть коктейли с кровью.

— Угу. И чья кровь? Коровья или баранья?

— Обижаешь, — протянул владелец заведения.

— Я обойдусь в любом случае. У меня к тебе дело, вернее… — Джейк положил локоть на стойку и оглядел зал. Большинство пьющих здесь — вампиры. — Слышал что-нибудь о семействе Милли?

— Кто ж о них не слышал? О девчонках тут любят помечтать. Красивые девки получились у Виктора, ничего не скажешь.

Джейка разозлили слова Кароса. Не раздумывая, вампир схватил управляющего и через стойку подтянул к себе.

— Я не о девочках интересуюсь, а о Викторе. Кто здесь может знать его?

Карос оправил одежду, когда Джейк отпустил его. Посетители таверны притихли и, не говоря ни слова, боясь сделать лишнее движение, смотрели на Джейка и Кароса. Затем один из мужчин, костлявый с длинным носом, выкрикнул:

— Виктор исчез почти шесть лет назад!

— Это я и без тебя знаю, — бросил Джейк. — Мне нужны другие сведения. Кто он, чем занимался, когда жил здесь. Почему жена резко ушла от него и куда…

— Как это куда? На север и ушла, — раздался писклявый старческий голосок из угла. Человек. Только люди стареют, а этот был седой и сгорбленный.

— Что ещё тебе известно? — Джейк подошёл к его столу. Рядом сидели ещё двое мужчин в возрасте, тоже люди. Местные рабочие, которые город от мусора очищают, дороги ремонтируют. У одного из кармана торчали рабочие перчатки. В это время они расслаблялись, играя в нарды и попивая тёмное, не боясь ничего. Вампиры стариков не трогают, у тех кровь уже не та, да и убить их можно с одного укуса.

— В те годы Милли жили на нашей улице, — говорил седой. — Странная пара. Скандалили часто, она от него убегала, но Виктор возвращал. Слухи ходили, что девка распутная была, а ещё с какой-то ведьмой водилась. Виктор трудолюбивый был и дочек своих любил.

— Но жена всё равно от него сбежала, — заключил Джейк.

— Да, связалась с северным вампиром. Тут Виктор бороться перестал, взял дочек и переехал в Гонт.

— У меня такой вопрос, — Джейк огляделся, их слушали абсолютно все, затаив дыхание. — Виктор был человеком?

— Насколько нам известно, да.

Джейк кивнул своим мыслям. Жителям ничего не было известно. Виктор умело скрывал свой истинный облик. Однако любой вампир должен был почуять сородича. Он ждал. Но никто не подтвердил факта, что Милли вампир. То, что его жена связалась с ведьмой, несколько напрягло. Задействована ли тут магия? Жизнь Милли была покрыта тайной, и Джейку становилось всё интереснее. Уже даже не ради Лилит и не ради Хиса, а просто из собственного любопытства Джейк собирался докопаться до истины.

Дверь таверны толкнули. Когда Джейк обернулся, лицо посетителя лишь на мгновение мелькнуло в поле его зрение, после чего вампир вышел обратно. Джейк узнал его. Хью! Северянин! Не он ли убийца людей в Эгле? Что вообще ему здесь понадобилось?

Решив, что ему выпала хорошая возможность, Джейк погнался за северянином. Хью передвигался быстро. Мелькала тень, ветки хрустели. Джейк преследовал его до самого Синего леса, где бладпортовский вампир умело скрылся. Джейк неподвижно стоял и вслушивался в малейший шорох. Хью словно растворился в воздухе.

Выругавшись, Джейк ушёл. Но теперь Хью будет сложнее передвигаться по городу, ибо он выставит наблюдателей.

«Мы ещё поговорим», — мысленно пообещал Джейк.

* * *

Микис прятался. Ченсу удалось ранить его, пришлось выждать до рассвета в укромном месте, пока восстанавливался. Покончить с лавочником не получилось. Человечишка остался в живых и теперь даст показания. Микис понимал, что в скором будущем будет убит или изгнан из Эгле на суд высших сил. Поэтому пойдёт на крайние меры.

Терять больше нечего.

Как только рана затянулась, он отправился в замок Окта с намерением убить братьев, тем самым доказав Хану свою смелость, силу и преданность. И пусть его потом накажут. Впрочем, наказание вряд ли состоится, если Окта исчезнут. Хан встанет во главе всего Эгле, добьёт Ластру Окта и выпустит на волю Иладара. Тогда Микис будет купаться в почестях и похвале, он станет одним из сильнейших вампиров.

Такова его цель. Таково желание.

Микис не учёл одного — Окта всегда начеку.

Едва он ступил на их территорию, как был схвачен.

* * *

Сон не шёл. Дариет извелась, лёжа на холодных, шелковых простынях. Она поворачивалась с бока на бок, но жестокие мысли не давали ей покоя. Всю ночь она думала то об отце, то о Ластру, то о Хисе. Потом мысли перескочили на сестёр, она подумала о Лилит и о том, как она будет торговать цветами в присутствии надзора. Потом вспомнила о птичке и о Хью, с которым необходимо было поговорить.

Открыв глаза и повернувшись к окну, она осознала, что уже светает. Лилит без стука ворвалась в её комнату.

— Ты должна увидеть этот рассвет, Дариет! — весело крикнула сестра и потянула её за руку.

Дариет ступила на пол босыми ногами и тут же ощутила ледяной холод плит. В замке зима ощущалась сильнее, чем в их тёплом домике. Лилит помогла сестре надеть тёплое платье, и сама уже была одета, из чего Дариет сделала вывод, что и Лилит не спала ночью. Она ворковала о красивом рассвете и надеялась, что этим днём будет светить солнце. На замок редко попадали горячие лучи, но сегодня небесное светило сделает исключение.

Девушки вышли на балкон одной из башен. Их щёки тут же зарумянились от мороза.

— Ох, Лилит, тебе иногда безумные идеи в голову приходят.

— Но разве рассвет не прекрасен?

— Прекрасен. Если бы пришло немного тепла.

— До весны осталось совсем чуть-чуть. Кстати, я уже готовлю на продажу ландыши и нарциссы. Эгле и Гонт будут праздновать первый весенний день, цветы необходимы.

— Нужно купить лент и повязать каждый букетик.

— Это замечательная мысль!

Девушки застыли, спрятав улыбки. Золотой диск выглянул из-за горизонта и медленно тянулся вверх. Дариет смахнула с каменного парапета снег.

— Ты не спала этой ночью, так ведь?

Лилит пожала плечами.

— Думки мешали. Я об отце вспоминала, искала хоть какие-то подсказки в его поведении.

— Безуспешно, да?

— Ничего не смогла вспомнить. Он и ужинал всегда с большим аппетитом, что бы мы ни приготовили.

— Вампиры могут есть. Суну говорил, что они питаются, чтобы снабжать организм необходимыми витаминами. Посмотри на них, они выглядят бледными, но крепкими и здоровыми. Кровью они насыщаются, но и еда восполняет иногда… просто они не чувствуют вкуса получаемой пищи. Мне страшно, когда я представляю, что буду существовать точно так же.

— Зато есть шанс жить вечно. Не чувствовать холод, не спать по ночам, чтобы восстановить потраченные силы. И не нужна будет старая лошадь со скрипучей коляской.

Лилит говорила что-то ещё, но Дариет её не слушала. Её внимание привлекло движение деревьев. Ветки ходили ходуном, хотя ветер отсутствовал и другие деревья оставались в покое. На аллее, выложенной камнем царило безмолвие. Но чуть правее происходило что-то непонятное.

Насторожившись, Дариет прошла в другой конец балкона, чтобы присмотреться получше.

— Что там? — Лилит встала рядом.

— Там кто-то есть.

— Я позову кого-нибудь.

— Нет, подожди. Смотри, это же… Это…

Наконец на аллею вышли двое вампиров. Чужак и тот, кого Дариет хорошо знала. Сердце вмиг затрепетало в груди.

— Суну. Суну вернулся.

— Но что они делают?

Чужак нападал на Суну, тот ловко уворачивался. В руках вампиров девушки не увидели никакого оружия, они кружили и пытались схватить друг друга. Они выкрикивали что-то, но слова уносились куда-то вдаль и до слуха девушек не доходили.

— Суну! — в возбуждении закричала Дариет. Вампир отвлекся на её голос. Микис воспользовался этим моментом и повалил Суну на землю. Дариет закрыла рот ладошками.

— Что ты творишь, Дариет, — сердито прошипела Лилит. — Надо звать на помощь.

Не понадобилось.

Суну и Микис катались по земле. Их удары были сильными, но при этом они оставались на месте. Затем Суну сделал захват ногой и рукой, обездвижив врага. В эту минуту на помощь вышли Язон, Оол, Гуно и Хис. Микиса схватили и через секунду куда-то все исчезли.

Дариет осела.

— Лилит, он вернулся. Суну вернулся.