3.3. Йохан

Выпускной вечер медицинского университета был в самом разгаре — грохотала музыка, недавние студенты пили вино, смеялись и танцевали. Йохан направился в сторону туалета — естественной нужды он не ощущал, просто хотел перевести дух от шума и скопления людей. Боковым зрением он заметил высокую фигуру, последовавшую за ним.

Оказавшись в уборной, Йохан прошел к раковине и начал споласкивать водой руки. В зеркало на него смотрел худощавый молодой человек с волнистыми волосами золотого цвета, обрамляющими лицо, и большими голубыми глазами. Бета внимательно рассматривал себя, размышляя, что ему делать дальше.

Его раздумья прервал вошедший Барт Шнайдер, однокурсник. Альфа не совсем уверенно покосился на Йохана.

— Я понимаю, что это не место для разговора, — нехарактерно для сильного пола начал он, — но, Йохан, не хотел бы ты со мной…

— Нет, Барт, — отрезал бета, — ты же знаешь, что меня это не интересует.

— Я недостаточно хорош для Принца? — скривил губы альфа.

— Принца? — переспросил Йохан, подняв одну бровь.

— Ты такой красивый и никому недоступный, что это прозвище закрепилось, — Барт, получив отказ, расслабился и слегка обозлился. — Чего тебе надо вообще? Я слишком прост для тебя?

— Дело не в тебе, Барт, — выдохнув, начал объяснять блондин, — а во мне. Меня просто не интересуют отношения, я же бета, а не омега. Ты забыл?

— Если бы ты еще и пах как омега, тебя бы давно уже зажали и изнасиловали, — ухмыльнулся альфа.

— Надеюсь, ты пошутил.

— Был бы ты омегой, давно нашел бы альфу, — Барт прислонился к прохладной стене. — И не морочил всем голову.

— Я и не морочу, Барт! — вышел из себя Йохан. — Мне правда ничего не нужно, а вы всё равно табунами ходите.

— Так дал бы уже кому-то, и все бы успокоились, — однокурсник перегородил дорогу вспылившему бете.

— Да пошел ты! — блондин отпихнул его с дороги и выбежал в шумный зал.

Уже через полчаса он зашел в свою небольшую съемную квартиру, в сердцах бросил куртку на пол и плюхнулся в обуви в кресло, машинально набирая последний контакт на комме. Он вывел связь на небольшую голограмму напротив.

— Привет, спишь? — начал он.

— Уже нет, — сонно ответил голос. — Йохан, ты же должен быть на выпускном…

— Я уже дома.

— То есть ты не смог расслабиться и повеселиться даже в последний день, когда видишь однокурсников? — голос стал напряженным.

— Ко мне опять пристал альфач, — пожаловался бета. — Оказывается, за глаза меня зовут Принцем за неприступность.

— Асексуальный Принц медуниверситета собственной персоной, — заливисто засмеялся голос и на голограмме появился молодой альфа, брюнет со слегка раскосыми глазами.

— Эдриен, тебе лишь бы поржать! — состроил обиженное лицо Йохан. На самом деле сын его брата Ника альфа Эдриен Кольски был его близким другом, которому он мог доверить свои самые откровенные мысли. Эдриен, несмотря на то, что являлся его племянником, — на год старше Йохана. Год назад альфа закончил медуниверситет и переехал на родную Араксу.

— Ты прям живое подтверждение, что беты не умеют веселиться, — с улыбкой смотрел на друга брюнет.

— Ты прекрасно знаешь, что это не так, — подпер подбородок руками Йохан. — Просто я предпочитаю веселиться в хорошей компании.

— Уже нашел работу?

— Это самый безрассудный поступок в моей рациональной жизни — буду медиком на пассажирском лайнере, — сообщил блондин. — Контракт рассчитан на год, я хочу помотаться немного по дальним секторам прежде, чем осесть в каком-нибудь частном госпитале, радуя своей улыбкой небедных клиентов.

— Может, тебе кого другого радовать, Принц: омегу или альфу или даже бету? — улыбнулся Эдриен. — Ты не думал о том, кто тебе нравится?

— Отвали, — беззлобно парировал Йохан. — А сам-то не познакомился ни с кем?

— Мне лучше одному. А ты молодой и очень симпатичный бета.

— Не для этого я тебе звонил, Эдриен… — вздохнул блондин. — Не в этом дело. Не хочется. Не интересно. Мне уже почти двадцать четыре, как думаешь, изменится ли что-то в будущем?

— Хотя бы попробуй.

— Все альфы одинаковые! — закатил глаза Йохан. — Как ты себе это видишь? Напиться в хлам и отдаться?

— Не своди всё к одному, — покачал головой Эдриен. — Ты закрыт и никого не подпускаешь к себе.

— Дорогой мой племянник, у меня создается впечатление, что у меня еще один папочка… — ехидно произнес бета.

— Я тебя старше, имею полное право, — улыбнулся альфа. — Подумай о себе не как о фригидном бете, а об обалденном блондинчике с голубыми глазищами на пол-лица.

— Ты сейчас серьезно? — ухмыльнулся Йохан. — Думаю, тема инцеста в нашей семье уже достаточно раскрыта.

— Йохан, ты своими отговорками хоть кого с ума сведешь, — отмахнулся Эдриен.

— Пока.

— Береги себя, Принц.

Да, Йохану двадцать три и он был девственником. Весь его круг общения за последние шесть лет учебы — Эдриен. Первые пять они учились вместе, а последний, когда альфа переехал на Араксу, — почти каждый день переговаривались по видеосвязи. Нельзя было сказать, что бета страдал от отсутствия личной жизни. Скорее, он страдал от повышенного ажиотажа по поводу своей персоны — его раздражали попытки студентов, чаще альф, обратить на себя внимание, завести роман, а иногда и внаглую попытаться перепихнуться. И хотя Йохан был не самым мускулистым представителем своего пола, он мог дать отпор довольно уверенно. Практически все члены его семьи, даже омеги, умели не только драться, но и отлично стрелять. Исключением был младший брат Эдриена Уильям. Пожалуй, он был самым типичным представителем слабого пола из всех, кого Йохан знал.

Бета вообще мельче старшего брата Свена и папы — оба омеги были под 190 сантиметров ростом и могли похвастаться совсем не субтильным телосложением. Йохан же был их сантиметров на десять ниже и смотрелся на их фоне хрупким. Схожесть со слабым полом усиливала миловидная мордашка. Парень, уставший от домогательств, уже давно не гордился своей внешностью — она его раздражала, как и очередной кажущийся себе неотразимым самец.

— К черту! — сказал себе Йохан и бросил свой комм в направлении кровати.

Итак, через две недели бета отбывал по месту своей первой работы по контракту. Лайнер вместимостью полторы тысячи человек курсировал между отдаленными секторами, перевозя пассажиров. Йохан имел возможность повыбирать и остановился на транспортной компании средней руки. В штатном расписании лайнера числился медик и его ассистент — медбрат.

Рейсы длились по паре недель и работа оказалась, вопреки его ожиданиям, довольно скучной — ссадины, ушибы пассажиров. Один раз за три месяца бета зафиксировал смерть от остановки сердца — человек умер прямо в кресле, его соседи думали, что он просто спит. А вот коллеги скучать не давали…

— Йохан, не хочешь выпить сегодня в баре на колонии, — предложил старпом лайнера, альфа по имени Оливер.

— Спасибо, Олли, но меня это не интересует, — сухо ответил бета.

Альфа, получив отказ, обескураженно пошел к выходу из медблока.

— Док, ты чего творишь? — тут же вступился его подчиненный, омега Фрэнки. — Старпом в тебя втюрился, смотри, какой мужик!

— Мне не нужен альфа, — пожал плечами Йохан.

— Как так не нужен? — возмутился омега. — Ты же такой красивый!

— А что, внешность — уже аргумент для того, чтобы позволить кому-то запихнуть себе в зад член? — с раздражением ответил блондин.

Фрэнки не нашелся, что ответить непосредственному начальнику, — в его голове не укладывалось, как такое симпатичное создание может жить в одиночку. Бета, что с него взять…

Йохан работал на лайнере уже полгода, когда его атаковали. Пассажирский корабль в этот день приземлился в космопорте одной из колоний, и на планету напали малоизвестные и не очень развитые гуманоиды — чхаки. Свои недостаток ума и технологий они компенсировали численностью — куда смотрел при этом Космофлот, было совершенно непонятно.

Но факт оставался фактом — бета нашел себе убежище за стеной здания, с содроганием наблюдая за беспорядочной стрельбой, которую эти низкорослые подобия людей с синеватыми лицами устроили в порту. Пассажиры в панике разбегались в разные стороны, а инорасники в них стреляли. Йохан прижался к стене, пытаясь успокоить себя во время этого массового и жестокого убийства, — ничем помочь он не мог. Только погибнуть вместе со всеми…

Совсем рядом от разряда упал бежавший омега с совсем маленьким ребенком на руках — малыш ударился головкой об землю и замолчал, а папа накрыл его своим телом. Бета по-пластунски дополз до них и перевернул омегу — тот был мертв. У малыша билось сердце, и Йохан схватил его и пополз в сторону своего укрытия. Он осмотрел малыша — ему всего пара месяцев, скорее всего, альфа, сотрясение мозга от удара. Когда ребенок очнулся, то бета пытался успокоить его, прижимая к себе и нашептывая детские песенки, которые только были в его голове. Сейчас в его руках была крошечная жизнь и ему было по-настоящему страшно. Но именно это обстоятельство не давало раскиснуть и начать жалеть себя.

Тем временем атака захватчиков на мирное население постепенно стихла — больше никто не бегал, разряды тоже

не были слышны. Один из гуманоидов направил на Йохана пушку и на общем языке сказал идти с ним. Малыш на руках захныкал — наверно, он уже хотел есть. Оставшихся в живых посетителей космопорта согнали на площадку, огороженную забором. Ребенок уже громко плакал от голода. Кто-то из пленников отдал Йохану питательный батончик. Поскольку младенец был слишком мал для твердой пищи, то бете пришлось разжевать и смешать со своей слюной единственную доступную еду и этой кашицей накормить малыша. Насытившись, тот заснул на руках.

Йохан прижался спиной к столбу ограждения с ребенком на руках и попытался понять, как ему стоит действовать. Но долго думать не пришлось — в воздухе колонии он увидел десантные боты Космофлота — военные пришли на помощь всего через четыре часа после нападения. На улицах колонии снова начались перестрелки. Один из ботов сбили и он при падении снес часть забора, лишь по счастливой случайности не задев бету с малышом.

Блондин прижался к земле и начал оценивать обстановку через небольшую брешь в ограждении. Было шумно от выстрелов, криков, двигателей наземных машин и ботов Космофлота. Вполне естественно, что в этой какофонии звуков ребенок проснулся и громко заплакал. Йохан попытался его успокоить, но всё же принял решение выбраться из ограждения. Не без труда протиснувшись в дыру, он перебежками направился подальше от основных боевых действий. Краем глаза Йохан увидел перешедшего на рукопашную с двумя гуманоидами офицера Космофлота. Выдавать себя было крайне опасно, но у безоружного альфы практически не было шансов, а парень мог помочь — на его удачу звук двигателей ботов заглушал крик ребенка. Бета заметил лежащего лицом вниз космофлотовца в черной десантной форме и вытащил у него из рук пушку. Двумя точными выстрелами он снял обоих чхаков и встретился с удивленным выражением лица альфы — у него были лейтенантские нашивки на форме.

— Ты стреляешь как альфа! — громко сказал офицер, когда они укрылись за стенами здания от перестрелки.

— Я не альфа, а бета, — практически в ухо крикнул ему Йохан.

— А я думал омега, — произнес лейтенант, переводя взгляд на ребенка. Бот уже был далеко и можно было разговаривать обычным тоном, но они всё ещё стояли рядом.

Йохан отметил, что у альфы голубые глаза и хотя стрижка длиннее обычной армейской, темные волосы всё равно стоят торчком. Аромат был непривычным и не отталкивающим.

— Его папа погиб во время атаки, — пояснил бета. Почему-то именно сейчас хотелось бы что-то сказать еще, но блондин уже заметил, насколько лейтенант потерял интерес, узнав, что он бета. — Йохан Магнуссон, я был медиком на лайнере, — представился он.

— Лейтенант Даррен Крайтон, — ответил ему альфа, тон стал официальным, и тут же добавил: — Вы знаете Вальтера Магнуссона?

— Это мой старший брат, — кивнул Йохан.

Космофлот взял под контроль порт и очистил территорию от чхаков, Даррен вел его с затихшим ребенком в сторону челнока, который должен был доставить выживших на медицинский корабль. Бета, еще каких-то полчаса назад уже попрощавшийся с жизнью, сейчас приходил в состояние глубочайшего шока. Едва он оказался на борту транспорта и передал ребенка медикам, его накрыли судорожные рыдания.

Йохану быстро вкололи успокаивающее, комм он потерял, потому пришлось воспользоваться связью на корабле и оставить папе сообщение о случившемся. После этого он упал на больничную кровать в общей палате и отрубился — следующие шесть часов снов он не видел. Два дня до ближайшей крупной колонии прошли как в аду — стоило только закрыть глаза, как сразу же оживали воспоминания пережитого ужаса. Поэтому Йохан старался не спать, а помогал военным докторам — делал перевязки, успокаивал пострадавших, которые потеряли близких. Еще много времени он проводил с Дэни — так звали малыша, которого он спас, — кормил, менял подгузники, носил на руках. У мальчика было сотрясение мозга после падения, но более серьезных травм не обнаружилось. Йохану казалось, что он зависит от этого крошечного существа, хотя раньше никогда не мог похвастаться, что обожает детей как слабый пол.

Через два дня медборт приземлился на Кайте и, вернувшись к Дэни после перевязки раненых, Йохан обнаружил его на руках у незнакомого альфы.

— Спасибо вам, Йохан, — мужчина поднял на него глаза, полные слёз, — мне рассказали, что вы спасли Дэни. Как Майки погиб?

— Он закрыл собой Дэни от разряда, — ответил бета. Ему тоже хотелось плакать — скорее всего, он больше не увидит этого малыша.

Они обменялись контактами, и Йохан попросил разрешения иногда набирать отцу Дэни и спрашивать, как у того дела. Затем он забронировал рейс до «Десятки» и отправился к папе.

В ожидании транспорта бета купил себе в порту новый комм и по памяти набрал айди.

— Привет!

— Йохан, ты как? — Эдриен тут же ответил на вызов и выглядел обеспокоенным. — Дедушка рассказал всем, что случилось.

— Я нормально, — отмахнулся бета. — Меня не задело.

— Вообще я не про тело спрашивал.

— Думаю, приду в себя скоро, безумно хочется домой, — признался блондин.

— Врагу не пожелаешь такое испытать.

— Посадка началась, — отвлекся от беседы Йохан, — Эдриен, я наберу, когда буду на «Десятке».

— Береги себя.

***

Добравшись до дома, Йохан ощутил недомогание — слегка поднялась температура, кожа раздражалась от прикасающейся к ней ткани. Папа был на службе, потому бета долго стоял под струями душа, пытаясь избавиться от напряжения последних дней, а потом залег в кровать, завернувшись в одеяло с головой.

Когда Эрик пришел, бета так и находился в теплом коконе и болтал с Эдриеном, увидев папу, он отключил связь.

— Пока! Папа пришел.

— Йоси, ты как? — омега присел на край кровати.

— Уже лучше.

— Зря отказался от помощи психологов, — покачал головой Эрик.

— И без них справлюсь, — отмахнулся Йохан, — меня уже почти отпустило.

— При нападении погибло почти триста человек, у меня кровь стынет от мысли, что ты мог оказаться среди них, — папа поправлял длинные золотистые пряди на голове сына — от одеяла они совершенно перепутались.

— Но я же здесь, па, — бета выбрался из укрытия и обнял его.

— Приводи себя в порядок, — сказал Эрик, — сейчас придет Валле с детьми.

Вальтер — брат Йохана, который старше его на двадцать два года. Как и у всех сыновей Эрика, у него светлые волосы и голубые глаза. Альфа выше парня на двадцать сантиметров и вдвое шире в плечах — неудивительно, что он, завидев брата, тут же поднял его в на руки.

— Привет, братишка! Я так рад тебя видеть!

— Живым, ты хотел добавить, — поднял одну бровь Йохан.

— Язва малолетняя.

— Дядя Йоси, — хором запищали племянники — Даглас и Нильс — оба пятилетние альфы. Муж Вальтера, Фред — тоже альфа, потому пришлось прибегнуть к услугам суррогатных пап, чтобы завести детей.

— Как дела в вашем альфьем королевстве? — обнимая мальчишек, спросил брата Йохан.

— Как обычно — весело, — расплывчато ответил Вальтер.

— Вот приведут сыновья к вам омег, мало не покажется, — съязвил бета.

— Йоси, поверь, если они пойдут по стопам родителей и начнут жить с альфами, будет гораздо хуже, — вмешался Эрик. — От выяснения, кто круче, стены могут не выдержать.

— Ты на что намекаешь, па? — покосился на него Вальтер, но ответа не дождался.

Йохан рассмеялся про себя — скорее всего, омега имел в виду вечное противостояние Фреда, мужа Вальтера, и их старшего брата — Ника. Эти альфы всегда находили, за что зацепиться. Правда, Ник имел физическое преимущество, и до рукопашного боя не доходило — ограничивались подколками.

Братья накрыли на стол в просторной гостиной и все члены семьи принялись за ужин.

— Так ты решил, где будешь жить после отставки? — спросил Вальтер.

— Ты уходишь в отставку? — удивился Йохан. Эрик был первым и на данный момент единственным генералом омегой на Космофлоте.

— Да, решил не дотягивать до восьмидесяти и уступить место молодым и амбициозным альфам, — улыбнулся папа, глядя на младшего сына, и тут же обратился к Вальтеру: — Пока остаюсь здесь.

— Фред не торопил тебя, — серьезно произнес альфа.

— У него просто лучше получается, — ответил Эрик. — Редкая удача, когда военный умеет урегулировать большинство конфликтов без применения оружия. Да и вообще тут внуки под боком, лучше я на них время будут тратить, чем на службу. Может, и ещё правнуки появятся скоро. К Тео вот не подпускают...

— Макс с Али молчат? — вопрошающе посмотрел на папу Йохан.

— Как обычно, поставят перед фактом. С учетом наследственности я предсказываю им двойню, — омега слегка задумался над своей тарелкой.

— Йоси, а ты? Познакомился с кем-нибудь? — спросил Вальтер.

— Вы меня с ума сведете! — воскликнул парень в сердцах, есть он почти не мог — слегка мутило, но вопрос обычно тактичного брата вывел его из себя.

— Остынь, грозный бета! — засмеялся тот. — Ты просто пахнешь сейчас иначе… на тебе запах омеги что ли… Вот я и подумал…

— Единственный омега, с которым я общался, погиб при обстреле почти неделю назад, — ответил Йохан. — С чего ты это учуял?

— Если меня не привлекают омеги, это не означает, что я не чувствую их запаха, — парировал Вальтер.

— А это даже интересно, — оживился вдруг Эрик.

Беты не имели своего запаха, поэтому могли «зацепить» аромат от альфы или омеги, с которым близко, можно сказать, даже интимно, общались. Но Йохан не имел контакта ни с теми, ни с другими. Открытие Вальтера заинтересовало папу, и он, преодолев сопротивление младшего сына, отвез его в клинику на консультацию.

Пожилой бета долго изучал данные медсканера, взял анализ крови. Потом позвал еще двоих коллег, которые также начали рассматривать снимки и записи. Йохан в это время продолжал лежать на кушетке и смотреть в потолок — ему было всё равно, что происходит, хотя обрывки фраз про гормональный статус и недоразвитость органов бета с медицинским образованием уловил.

— Мистер Магнуссон, — начал доктор, — как понимаю, вы совсем недавно перенесли сильнейший стресс.

Йохан кивнул — да, всё верно, именно на стресс он списывал своё неважное состояние.

— Так вот, стресс запустил в вашем организме гормональную реакцию, — доктор тщательно подбирал слова. — На моей практике такое случалось, когда пациент встречался с новорожденным или альфой, с которым хотел бы жить, но в вашем случае это было просто нервное потрясение.

— Что вы имеете в виду, доктор? — бета напрягся, он начал понимать суть, но разум отказывался верить.

— Вы не бета, Йохан, вы — не до конца развитая омега, — доктор говорил и внимательно изучал пациента спокойным взглядом. — Беты в отличие от омег не так тщательно исследуются, поскольку бесплодны. В младенческом возрасте зачатки матки не обнаружили, а потом уже и не искали. Скорее всего, это произошло из-за зрелого возраста вашего папы на момент родов — его гормональный сбой не дал развиться плоду полноценно.

Йохан опустил голову на руки — к этой мысли нужно было привыкнуть.

— Что мне теперь делать? — спросил он врача, хотя и сам знал ответ.

— Вы можете пройти терапию, чтобы закрепить свой статус омеги. Гормональный фон, аромат будут соответствовать вашему настоящему полу, получите возможность заниматься сексом как омега. Конечно, речи о рождении ребенка не идет — выносить вы не сможете. Но остается возможность для экстракорпорального оплодотворения — у вас возьмут яйцеклетку и поместят в организм суррогатного папы, — доктор выдержал паузу. — Либо же вы можете оставить всё как есть.

— Спасибо, доктор, — поблагодарил Йохан врача, — мне нужно время всё обдумать.

— Конечно, вас никто не торопит.

— Ну как? — спросил Эрик выходившего из кабинета сына — тот пробыл неприлично долго.

— Дома расскажу, — буркнул Йохан и всю дорогу молчал, уставившись в окно гравокара.

Уже дома при помощи довольно крепкого алкоголя он рассказал папе и брату обо всем.

— Ты можешь выйти замуж за альфу, — сказал Эрик. — У тебя могут быть биологические дети.

— Па, я до двадцати четырех жил как бета и альфы меня никогда не интересовали! — воскликнул Йохан. — А еще у омег приколы с течками всякими… Я не готов.

— Пока не готов, — пристально посмотрел на него папа, о чем-то задумавшись.

Йохан покинул родственников и ушел в свою комнату — признаться, он тоже немного кривил душой. Еще при разговоре с доктором в клинике он вспомнил про синеглазого альфу-десантника, которого он спас от чхаков. Кажется, его звали Даррен. Синие глаза, обрамленные темными ресницами, густые брови очень красивой формы, прямой, немного длинный нос… Бету еще тогда смутила реакция лейтенанта на его слова о том, что он не омега, потому искать его Йохан не собирался. Как и не собирался что-либо менять.

Парень взял комм и набрал Эдриена, излагая лучшему другу свою ситуацию.

— Йохан, дедушка прав, тебе нужно попробовать что-то изменить, — выслушав его, начал брюнет.

— Зачем?

— Ты не сможешь быть всегда один, я чувствую это. Если бы ты был одиночкой, другие бы тоже не пытались к тебе подобраться. Неужели никто тебя не зацепил?

— Помнишь того десантника, которого я спас? — признался Йохан. — Мне запах его понравился, и сам он ничего, только скривился, когда понял, что я бета. Он-то думал, что я омежка с ребенком на руках.

— Но ты можешь стать практически полноценным омегой, — Эдриен не унимался.

— Зачем этому альфе практически полноценный омега, если есть куча совершенно обычных? — усмехнулся блондин. — Да и любому альфе в принципе.

— Ты очень красивый.

— И очень занудный как бета.

— Может, волшебная терапия поможет с этим справиться, — заржал альфа.

— Да, я часто слышу про безмозглых омег, — прыснул Йохан.

— Ты уже думал, где будешь работать дальше? — просмеявшись, спросил Эдриен.

— Да, ты не поверишь! — сделал большие глаза блондин. — Пойду медиком на какой-нибудь военный корабль.

— В надежде, что встретишь симпатичного альфу?

— Да пошел ты! У вас все мысли об одном.

***

Йохан не передумал — он действительно подал документы, чтобы стать военным медиком. Образование позволяло. Генерал Торнтон, муж Вальтера, внял просьбе тестя и нашел бете место на одном из линкоров, которые находились в его подчинении.

Когда капитан «Геркулеса» представил нового медика многочисленной команде, парень заметил в толпе знакомое лицо и по загривку побежали мурашки.

— Привет, снайпер! — сказал ему лейтенант с пронзительными синими глазами.

— Так ты пилот, а не десантник, Даррен! — воскликнул блондин, разглядывая его форму. — Я сразу понял, что драка — не твоё.

— На спасение пассажиров отправили всех, кто был рядом, — улыбнулся альфа. — А ты, оказывается, запомнил, как меня зовут.

— Никогда не жаловался на память, — нашел себе оправдание Йохан.

Парень не ожидал, что так обрадуется этой случайной встрече — может, судьба дала им второй шанс? Почему-то его охватило волнение — не хотелось делиться даже с Эдриеном.

— Ну что, Принц, как тебе служба на линкоре? — спросил друг.

— Пока еще не понял, — ответил Йохан, — еще ничего серьезнее разбитого о дверной косяк лба не видел.

— Альфачи не достают? Теперь ты в царстве тестостерона, — хохотнул Эдриен.

— Ты знаешь, нет, — смущенно произнес блондин.

— Удивительно даже.

— Ага, — Йохан молчал. Сказать причину — значит, признаться, что с самого первого дня на «Геркулесе» от него не отходил всего лишь один альфа — Даррен. Поэтому другие члены экипажа даже не пытались искать расположения нового красавчика-медика.

— Мне пора, — Эдриен был задумчив. — Береги себя, Принц.

— До связи.

Парень почувствовал себя очень глупо — зачем скрывать от лучшего друга то, что он встретился с тем самым альфой, который его привлек. Даррен не был навязчив, скорее, просто дружелюбен, никогда не переходил грань и не делал никаких намеков о переходе их отношений на новый уровень. А Йохан ждал — синие глаза действовали на него как магнит и любые мысли при виде высокой фигуры альфы в темно-синей форме отходили на второй план.

Линкор пристыковался к орбитальной станции одной из военных баз, расположенной на колонии в отдаленном секторе, и большая часть экипажа отправилась в увольнительную разорять местные бары.

— Док, не хочешь спуститься на поверхность? — спросил Даррен сидящего в кают-компании Йохана.

— Не люблю шумные сборища, — пожал плечами тот.

— Как относишься к выпивке? — лукаво подмигнул альфа, доставая бутылку вина.

— Выпить можно и в небольшой хорошей компании.

— Моя компания достаточно хороша для тебя? — брюнет придвинулся поближе.

Йохан ничего не ответил, встал, закусив губу, достал из шкафа два бокала и вернулся к альфе. На корабле оставались только дежурные — маловероятно, что им помешают. Через пару часов бутылка уже опустела и тело парня приятно расслабилось — вообще-то он был привычен и к более крепкому алкоголю, но общество Даррена и его ласковые взгляды действовали умиротворяюще.

— Док, ты так сладко пахнешь, — втянув ноздрями воздух, сказал альфа. — Я думал, что тогда, при нашей первой встрече, мне показалось, но твой аромат преследует меня.

— Твой запах мне тоже нравится, — признался Йохан. — И ты сам.

— Правда? — брюнет придвинулся еще ближе. — По тебе и не понять, что на уме, я всё время гадал, что ты обо мне думаешь.

— Даррен, у меня такое… впервые, чтобы кто-то нравился, — продолжил парень, — потому я просто не знаю, как себя вести и что говорить…

Альфа ничего не ответил, втянув Йохана в поцелуй, — он вел, жадно вторгаясь в его рот.

— И целоваться я тоже не умею, — добавил бета.

— Я тебя научу, — улыбнулся Даррен. — Пойдем ко мне, а то тут застукать могут.

В этот момент Йохан прекрасно понимал, что, скорее всего, поцелуями дело не ограничится, но ему было не страшно. Да, Эдриен прав — стоит попробовать. Даррен ему нравился, и он даже почувствовал легкое возбуждение, пока они шли в каюту лейтенанта.

Уже оказавшись внутри, альфа начал покрывать лицо и шею Йохана поцелуями, одновременно осторожно раздевая его.

— Какой ты красивый, — синие глаза светились нежностью.

Даррен разделся сам до пояса и положил парня на узкую постель, нависнув сверху. Перед этим он достал флакончик со смазкой и положил рядом.

— Не волнуйся, я буду аккуратен, — ответил он на вопросительный взгляд.

Йохан завелся от ласк — да, он и сам мог удовлетворить себя при случае рукой, но делал это довольно редко — организм не требовал регулярной разрядки. Сейчас он уже от одних поцелуев и поглаживаний готов был кончить. Даррен, не прерывая поцелуя, начал поглаживать влажными пальцами анус, а потом решился просунуть один — было неприятно и парень дернулся. Тогда альфа, сделав влажную дорожку из невесомых поцелуев, добрался до паха и начал облизывать его член, отвлекая от неприятных ощущений. Йохан смог расслабить колечко мышц и впустил в себя еще один палец альфы.

Всё шло хорошо, пока Даррен не поставил парня на четвереньки и не попробовал приставить ко входу головку своего члена — при попытке проникновения Йохан сжался, сделав больно обоим. Уговоры и ласковые слова не подействовали, и брюнет бросил затею.

— Давай так, рукой, можно? — спросил он Йохана. Тот кивнул в ответ и они довели себя до оргазма с помощью рук. Парень рассмотрел член альфы хорошо — неудивительно, что такая огромная хреновина не смогла зайти внутрь!

Уже под утро блондин проснулся в объятиях Даррена — тот попросту придавил его своим телом, обхватил мощными руками, прижимая к себе. Теперь он понял, что попытка заняться сексом с треском провалилась, — вряд ли альфа будет еще тратить на него своё время. Было обидно до слёз, пришлось зашмыгать носом, чтобы остановить из глаз поток жалости к себе.

— Йохан, ты чего? — парень разбудил брюнета и он вопросительно уставился на него своими синими глазами.

— Мне пора, Даррен, — сказал Йохан, выскальзывая из объятий альфы.

— Нет, стой! — удержал его Даррен. — Один раз не получилось — получится в следующий раз! Я буду ждать, пока ты не созреешь. Ты не представляешь, как я ругал себя, что не познакомился с тобой ближе после атаки. То, что мы встретились на «Геркулесе», — настоящая судьба, я не собираюсь отказываться от второго шанса. Сейчас мне уже кажется, что я готов прожить с тобой всю жизнь. Мы же можем усыновить ребенка или, если разбогатеем, воспользоваться услугами сурпапы. Не молчи, Йохан, и не сбегай!

Йохан слушал речь своего возлюбленного, уже не пытаясь сдержать слезинки, катившиеся из глаз.

— Даррен, я согласен, давай попробуем, — ответил он, прижавшись щекой к груди альфы. — Но мне нужно кое-что рассказать о себе…

***

Шел четвертый месяц гормональной терапии — Йохан оставил на время службу. Первые пару недель он еще наивно полагал, что сможет этот период пережить один, но состояние вялотекущей течки, создаваемое инъекциями, выбора ему не оставило — пришлось переехать в родительский дом под опеку папы, уже вышедшего к тому времени в отставку. Даррен навещал его настолько часто, насколько капитан давал ему увольнительные.

— Ты меня совсем заездил, Док, — пытаясь выбраться из захвата гибкого и сильного Йохана, сказал альфа.

— Уже жалеешь? — спросил блондин, покусывая того за мочку уха.

— Секса много не бывает, — ухмыльнулся Даррен, — а по поводу твоего эмоционального состояния доктор клятвенно обещал, что через полгода всё устаканится.

Йохан закусил губу — ему действительно было жалко своего альфу, который регулярно страдал от его неизвестно откуда взявшейся эмоциональности — новоиспеченный омега обижался по пустякам, капризничал, шантажировал и хитрил. Правда, потом раскаивался и извинялся, на некоторое время возвращаясь в спокойную и рассудительную форму. Но за часами затишья следовал новый взрыв.

— Что, Принц, как твои омежьи дела? — спросил Эдриен.

— Ты был прав про гормоны! — пожаловался Йохан. — Они отключают мозги!