Глава 21

Никогда не перемещайтесь между мирами в состоянии крайнего душевного потрясения. И вообще не перемещайтесь между мирами. Не нужно вам это! Именно такие мысли и роились в моей голове, когда, выпав из межмирья, я задорно покатилась куда-то вниз. Судя по хрусту и шелесту, катилась я по траве. Иногда на пути встречались кустарники и тощие деревца. Что за растения, я так и не поняла, сказывалось отсутствие знаний в сфере ботаники. А ещё я опасно ускорялась, всё быстрее скатываясь по склону.

Смерть от столкновения с деревом не состоялась. И это был первый раз, когда мой наряд действительно оказался полезным. Часть оборок намоталась на ветку, что и стало спасительным стопором в моём косплее на Колобка. Ночь. Тишина. Звёзды на небе, и я с кряхтением пытаюсь выпутать часть своего наряда из цепких колючих веток. А ещё понять бы, где я?

Как любое дитя асфальта, я до жути боялась ночного леса. Да я и в дневном лесу чувствовала себя, мягко скажем, неуютно. Но там хоть был шанс встретить грибников, которые покажут направление к дороге. А в этом лесу непонятно, каких «грибников» ты встретишь, а ещё поди знай, какого вида грибы могут тут обитать.

А ещё, вдобавок ко всему, у меня начинала кружиться голова и слабели ноги. Камертон нещадно сосал из меня энергию, и тело стремительно слабело. Был риск, что после следующего перемещения я буду отсыпаться ещё несколько суток, так что следующий мир должен быть мирным и знакомым. Иначе мне крышка. Странно, я только раз переместилась, а будто проскакала несколько миров. Хоть бы это был мой привычный лес с волками и совами…

— Фыр…

Кто-то мягко намекнул мне о своём присутствии в непроглядном мраке леса. Удача повернулась ко мне спиной и весело танцевала ламбаду. Среди колючих кустарников светящимся пятном обрисовался силуэт белой лошади.

— Здрасте, — заявила я собеседнику и рассеянно изобразила подобие реверанса.

— Фыр, — ответил мне единорог и поклонился.

Итак, у меня остаётся последний шанс перепрыгнуть в свой мир, и если я промахнусь, то останусь валяться без сил непонятно где! Невыносимо хотелось пить и есть. А рогатый конь смотрел на меня совершенно разумными глазами. Пришлось прислониться к дереву, чтобы не так сильно шатало. Чего же мне так паршиво?

— Фыр, — снова произнёс единорог и сделал шаг ко мне.

Про этих созданий писали, что они были разумными и мирными, да и мир их был не очень враждебным. Это успокаивало. Конь ещё приблизился и подставил мне мускулистую шею. Почесушки? Я рассеянно принялась скрести животинку ногтями, разглядывая чужемирное небо. Недовольный «фыр» отвлёк меня от этого занятия. Конь с явным пренебрежением глянул на меня и снова тряхнул головой, опуская её ниже. Потом ещё и боком меня толкнул.

— Что? — устало уточнила я. — Мне сейчас играться не хочется. Я пить хочу.

Животина сердито топнула копытом и снова тряхнула головой. И опять толкнула меня. Пару секунд я и конь играли в гляделки. Из нас двоих слабым звеном эволюции я всё больше и больше чувствовала себя. Неужели он хочет отвести меня к воде? Конь радостно заржал.

— Черт… Вы же телепаты! — хлопая себя ладонью по лбу, произнесла я.

По взгляду коня было ясно, какого именно он мнения о моих умственных способностях. А я что? А я зря, что ли, волосы в пепельный блонд крашу? И мы с конём поплелись по лесу вместе. Единорог пару раз глянул на меня, явно предлагая поехать на нём. Я деликатно отказалась, опасаясь, что сверну себе шею раньше, чем животинка сделает первый шаг.

Ручей я услышала уже очень скоро. Вода ярко сверкала в лунном свете, переливалась. Ещё никогда я не пила с такой жадностью и удовольствием. Умылась. Отдышалась. Внезапная усталость потихоньку отступала, но дрожь в ногах всё же осталась.

Внимание привлекли странные вспышки в небе. Животное рядом со мной заржало и дёрнулось, испуганно глядя в чёрноту небес. Я даже на ноги вскочила, понимая, что прямо сейчас где-то в лесу открылся спонтанный переход. «Дыра», если говорить просто. И хранителя рядом явно нет. Стало заметно, как силовые линии венами расползлись по грани, напряглись, удерживая границу между мирами.

— Наверное, покататься всё же будет нужно, — вздохнула я и поманила к себе единорога, — только не гони.

Зверюга фыркнула и попятилась, затравленно глядя в сторону, где сверкал портал.

— Отставить панику, — заявила я и двинулась к коню, — хуже будет, если в эту дыру затянет твоего собрата.

Представила, как единорога потом выплюнет где-то в мире кракенов или в моём. Посреди автострады. Даже головой тряхнула, отгоняя от себя картины трагической гибели рогатого коня под колесами фуры. Единорог тоже проникся и несмело шагнул ко мне.

— Ты меня довези и уходи, — вздохнула я, — дальше я уж сама.

Залезла на ближайший пень, а потом с кряхтением принялась взгромождаться на лошадку. Я и на пони в детстве без посторонней помощи влезть не могла. Для меня и велосипед был «вершиной» непокорённой. А на ЭТОМ мне ещё и ехать. По лесу. Ночью.

— Фыр, — вздохнул конь.

— Это тебе «фыр», — прокряхтела я, — а у меня каждый день такой «фыр», что хоть стой, хоть падай.

И осторожно тронула коня пятками в бока, давая сигнал бежать. Главное — держаться за гриву… А лучше лечь и держаться за лошадку всеми конечностями сразу. Так я и поехала дальше как детёныш опоссума, который воссоединился с любимой мамочкой.

***

В траву я рухнула уже опытной наездницей. Точнее, опытным мешком с картошкой, но к чему эти уточнения? Главное, я не упала с коня по дороге! В планах было бодро спрыгнуть, но где мечты, а где реалии? Особенно если юбка опять принялась лезть мне под ноги, а тело от тряски и неподвижности окоченело и совершенно потеряло былую гибкость. Оставалось только положиться на гравитацию и везение. Гравитация была верна всему существующему. Удача? Отстала ещё в начале моей поездки.

— Фыр, — печально вздохнул рогатый конь и с сочувствием обнюхал меня.

— Сам такой, — в ответ вздохнула я, неграциозно вставая на ноги.

Перед нами был разрыв. Большой. И это проблема. А ещё проблема была в том, что с разрывом я опять оказалась один на один… не считая единорожки. Пришлось не только соскребать себя в кучу в плане физическом, но ещё и в моральном. Как там меня учили? Дышать и пустить через себя силу Граней… Только вот медитировать и правильно дышать, когда на тебя с любопытством глядит конь…

— Брысь, — обратилась я к единорогу, — то есть… Спасибо тебе, а теперь давай. Дуй в лес. Тут сейчас будет твориться секретная магия.

Зверюга насмешливо заржала и весело топнула копытом. Потом опять уставилась своими томными, полными интеллекта глазюками. Показала коню кулак.

— Смотри, но не отвлекай, — сжалилась я над притихшей зверюгой.

А дальше всё пошло ещё более естественно, чем вздох. Энергия этого мира проникала в меня и впитывалась гранями, текла волшебной пыльцой с кончиков пальцев, сочилась из солнечного сплетения. В этот момент я почти переставала существовать, словно со стороны глядя на себя, стоящую возле дыры в пространстве. Вдох… Выдох… Треск.

— Это ещё что такое? — трещина мироздания уже почти затянулась, когда я подняла взгляд к небу.

Небо прошило подобие молнии, но всё же от природного явления её отличал внешний вид. Она будто подсвечивала небо изнутри, искрами рассыпалась в пространстве. Вспышка!

— Быстро пошёл вон! — рявкнула я на коня и хлопнула в ладоши.

Единорог заржал и отпрыгнул в сторону. И ещё раз. Я не раздумывая вспомнила своё детство, проведённое во дворе. Два пальца в рот, и по ночному лесу разнёсся заливистый свист. Среди зарослей послышалось шуршание невидимых крыльев. Лошадь с топотом скрылась в темноте. Треск в небе повторился. Я впервые видела вспышку… И она уже дважды повторилась.

Эти «молнии» вспыхивали в разных концах неба, сверкали то тут, то там. Треск раздался и в зарослях. Вспышка блуждала, выискивая, с чем столкнуться, как шаровая молния ищет предмет для разрядки… Хорошо, что единорог ускакал в другую сторону. А потом треск послышался за моей спиной, тело обожгло, будто от удара током. В глазах потемнело. «Вот же чёрт побери»: — пронеслось в моей голове, и свет на миг погас.

— Зараза!

Это я кричала уже миг спустя, когда пришлось плеваться песком. Меня вышвырнуло среди бесконечной песчаной пустыни, где я с тихим шуршанием поползла вниз по склону. Ну хоть не покатилась. Силы вышибло из тела с такой силой, что я даже сгруппироваться не успела. Одно радовало, я была стражем… это спасало меня от безумия внезапного перехода. Хорошо ли это? Если учесть, что я лежала без сил среди раскалённых песков чужого мира, то безумию я бы даже обрадовалась. Умирать не так страшно.

Сердце гулко стучало где-то в горле, а я всё смотрела слезящимися глазами в небо. Белый солнечный диск беспощадно жёг кожу, дышать было невыносимо тяжело от жары и пыли. И на тысячи километров только песок и жара. И я, звездой лежащая на склоне. Красный песок и синее, будто чистой воды сапфир, небо. Это тоже был не мой мир.

Меня вышвырнуло в чужую вселенную без сил. Я не могла даже поднять голову, чтобы осмотреться. А среди редких облаков сверкали крошечные молнии. Это были остаточные следы недавнего перехода. Как круги на воде, когда в глубине исчез брошенный камешек. Сначала их много, а потом всё меньше… Меньше… Тишина… Камертон невыносимо жёг запястье, будто вгрызался в плоть. Он подпитывал потраченные на латание дыр силы.

— Приплыли, — вздохнула я в пустоту, — Светка, быть тебе гербарием…

Сколько я так пролежала, глядя в небо? Без понятия. Похоже, я даже потеряла сознание. Или уснула под шелест песков.

— Светлана! Вы меня слышите? — прозвучал знакомый голос.

Меня закрыло от солнца огромной тенью чёрного зонта. Потом в поле зрения попало довольное лицо Степана.

— Изыди, глюк, — попросила я и попыталась опять уплыть в мир грёз.

Но мне не дали. Начали тормошить, хлестать по щекам. Даже усадили. Когда в рот попытались залить воду, я поняла, что для глюков всё слишком реально. А потом моя самая любимая макака-переросток поволокла меня куда-то. Я даже заплакала, повисая на плече Степана.

— Куда вы влагу растрачиваете! — упрекнул меня левархтонец, — воду нужно экономить.

Я тут же принялась экономить ценные ресурсы. Никаких усилий с моей стороны не потребовалось. Просто потеряла сознание и позволила чужим рукам нести меня туда, где мир был не так враждебен, как этот. Героизма мне хватило не только на этот день, но и на жизнь вперёд… А ведь я ещё даже не самостоятельная боевая единица!