39

Я мотаю головой.

— Нет, мне домой нужно.

Сощурившись, он смотрит мне в глаза так, словно хочет заглянуть гораздо глубже.

— Точно?

— Да, — выдавливаю я, потупившись. — Скоро Родион домой вернется.

— Хорошо. — По голосу Севера не скажешь, что он разочарован или зол на меня. — Пойдем поедим, а потом я тебя отвезу.

Кивнув, я молча следую за ним. Надо прекращать эту двойную игру. Север вправе не придавать значение нашим с Родионом отношениям, но сама я обязана уважать их и защищать. Можно сколько угодно оправдывать себя тем, что я не перехожу грань дозволенного, но это будет враньем. То, что Север касался меня как мужчина, и то, что он открыто заявляет о том, что не прочь заняться сексом — веская причина, чтобы держаться от него в стороне.

— Шашлык будешь, малая? — Он оглядывается. — Как раз должны принести.

Пробурчав «угу», я с отчаянием понимаю, что прекратить контакт с ним будет сложно. Гораздо сложнее, чем представляется. Помимо папы, Полины и Родиона в моей жизни долгое время не было других близких людей. Те, кому бы я была не безразлична и кто бы обо мне заботился. Север ведет себя так, будто я действительно ему интересна, и дело не только в сексуальном подтексте. А еще я ним я могу говорить откровенно, и он определенно обо мне заботится. За короткое время между нами возникло много привязок, разорвать которые будет довольно болезненно. По-крайней мере, для меня.

Ресторан полон народа, от чего я моментально ощущаю себя неуютно. Словно почувствовав это, Север берет меня под локоть и по-свойски ведет к дальнему столу.

— Кто не знаком, это Линда, — громко объявляет он, представляя меня компании мужчин, среди которых я вижу знакомые лица. Игорь — друг Севера, которого я встретила в баре с официантками-стриптизершами, и мерзкий брюнет, пристававший ко мне в кальянной. — Прошу любить и жаловать.

— Здравствуйте. — Стараясь не выглядеть напуганной и робкой, я обвожу стол взглядом.

— Коля! — Север поднимает руку. — Шашлыка нам принеси двойную порцию твоего фирменного. И овощей на гриле. Ты пить что будешь? — Его ладонь заботливо касается моей лопатки.

— Сок яблочный, если можно, — отвечаю я, ощущая, как сердце горячо ухает.

Со стороны все выглядит так, что будто он мой мужчина, а его девушка, и наши отношения ни для кого не секрет.

На короткое мгновение я позволяю себе проникнуться этой иллюзией и представить, что я и Север — пара. Долгое время я полагала, что единственно возможный партнер для меня это Родион, и даже мысль о другом мужчине представлялась невозможной. Что я при этом чувствую?

Первое, что приходит на ум — это уверенность и свобода. Свободу быть собой и уверенность в собственных силах. Еще восхищение и гордость за то, как непринужденно Север умеет себя вести и как легко подчиняет других своей воле.

Нахмурившись, я мотаю головой. Хватит. У меня есть Родион, а Север предназначен кому-то другому.

— Как учеба, красавица? — весело окликает меня Игорь. — Сессию сдала?

— Практически «на отлично», — в тон ему подтверждаю я, будучи польщенной тем, что он помнит меня и даже решил первым завязать разговор.

— Молодчина. Гонка тебе как? Видела, как Север чуть чемпиона страны не сделал?

— Шаман, хватит, — Север шутливо морщится. — Кукарекаешь об этом на каждом углу.

— Радуюсь твоим успехам, друг, — смеется тот, и его смех моментально подхватывают остальные.

Мне вдруг становится весело. В компании я редко ощущаю себя «своей», но сейчас именно тот случай.

— Да, я видела. Мне тоже очень понравилось. — Глядя на Севера, я с улыбкой цитирую слова его приятеля в бейсболке: — А как ты Бычка боднул. Думала, загасишь по старинке.

Его брови удивленно взлетают вверх, следует новый взрыв хохота.

— Хороша малая, — со смехом комментирует Игорь. Кажется, он здесь единственный, кто говорит с Севером на равных.

— Точно по заднице получишь. — Север шутливо сжимает мое колено под столом.

Шутливо сгримасничав в ответ, я тоской смотрю на настенные часы. Сейчас мне впервые хочется, чтобы Родион не торопился вернуться домой.