Глава 48

Несколько дней спустя

Лилия

Я беспокойно мечусь по приемной, как загнанный, раненый зверек в клетке. Не могу найти себе места и успокоить бешено пульсирующую в висках кровь, зная, что прямо сейчас решается судьба моего мужа. Чувствую себя беспомощной маленькой девочкой, которая осталась одна на улице под дождем. Потеряна, надломлена, испугана…

— Пожалуйста, присядьте, — цедит медсестра, с трудом скрывая раздражение и нервозность. Неудивительно, ведь я мельтешу перед ее носом на протяжении получаса. – Ожидайте.

Она припечатывает меня к стулу строгим голосом, который я уже слышала однажды. Кажется, целую вечность назад, когда Виктор сделал мне предложение, если его ультиматум можно было так назвать, и вдруг исчез. Нашла я его в клинике… Именно эта медсестра подняла трубку вместо Воскресенского. Ей я вынуждена была представиться законной женой, чтобы выяснить, что с ним. Солгать, как я на тот момент считала. Я и не подозревала, что мои слова окажутся пророческими и я стану для Виктора не фиктивной супругой, а настоящей, беззаветно любящей и преданной.

Сердце рвется на лоскуты и рассыпается в хлам от одной мысли, что после всего пережитого я могу его потерять. Надежды и веры, моих постоянных спутниц, больше не хватает, чтобы успокоить растерзанную, плачущую душу. Остается лишь любовь.

— Извините, — буркнув на коротком выдохе, я усилием воли приковываю себя к стулу.

Игнорирую напряженный взгляд медсестры, который скользит по мне, просвечивая насквозь, а потом возвращается к открытому ноутбуку. Слышу, как пальцы яростно лупят по кнопкам, скрипит колесико мыши, переворачивается органайзер, ручки и карандаши рассыпаются по столу.

Женщина бросает все дела, как только слышит телефонный звонок. Зажимает кнопку на аппарате, включая громкую связь, и натягивает на лицо искусственную улыбку, будто начальство может ее видеть.

— Да, Петр Эдуардович, — бодро и с преувеличенной любезностью в тоне откликается она. Голос подозрительно подрагивает. Списываю это на обычный страх медперсонала перед строгим главным врачом. – Я слежу за временем, не переживайте. Через пять минут я планирую забрать результаты МРТ Воскресенского у рентген-лаборанта, он как раз должен был закончить обследование…

Я вся превращаюсь в слух и забываю, как дышать. Боюсь шевелиться и шуметь, чтобы ненароком не пропустить важную информацию. Сегодня Виктор, наконец, решился на повторный анализ МРТ. Записался на прием не сразу, а словно взял себе пару дней на то, чтобы просто пожить.

В это время он посвятил всего себя нам с мальчишками. Уделял внимание, баловал, постоянно был рядом с нами, возил на прогулки в парк, на речку и куда бы мы только ни попросили. Исполнял каждое желание, как джинн, вырвавшийся из бутылки. По вечерам он много рассказывал мне о детях и показывал фотографии, чтобы восстановить годы, которые я пропустила. Заваливал меня дорогими подарками, от которых я безрезультатно пыталась отказываться, а ночью не выпускал из объятий. Как полный жизни семьянин, а не уставший бизнесмен со смертельным диагнозом. В какой-то момент я даже расслабилась, поверив, что наша сказка никогда не закончится. Но сейчас я понимаю, что… мой муж просто прощался с нами.

— Нет, Майя, спасибо, — проникает в мои мысли мужской баритон, в котором я узнаю интонации лечащего врача Воскресенского. — Я сейчас нахожусь рядом с Виктором Юрьевичем, так что приму снимки лично и сразу их посмотрю, — сообщает он, вводя медсестру в состояние анабиоза. – Вчерашние результаты Османова заодно тоже возьму, — добавляет, и она почему-то бледнеет. — Я звоню по другому поводу. Лилия Владимировна все еще в приемной? Все в порядке?

Подскакиваю с места, готова бежать по первому зову, лишь бы скорее увидеть мужа.

— Да, конечно, — смерив меня настороженным взглядом, Майя посылает мне одну из своих неискренних дежурных улыбок, а сама нервно барабанит пальцами по пластику телефона.

— Хорошо, а то Виктор Юрьевич беспокоится о жене, — продолжает врач, и от его фразы уголки моих губ предательски ползут вверх. Даже в такой сложный момент муж думает обо мне. — Будь добра, передай, что мы задержимся в отделении. Предложи госпоже Воскресенской чай или кофе. Если она утомилась ждать, вызови такси.

— Ничего не нужно. Я дождусь здесь, — выпаливаю резко, пресекая попытки медсестры передать мне поручение врача. Она так и застывает с открытым ртом и зависшей в воздухе рукой. Звонок обрывается.

За спиной распахивается дверь – и в приемную без стука влетает посетитель. Майя не успевает ни звука издать.

«Проходной двор», — читаю по оттененным перманентом губам.

— Новости есть? – без приветствия разлетается по помещению.

— Костя, — обернувшись, выдыхаю с радостью и облегчением. Мне немного спокойнее, когда рядом человек, для которого Виктор тоже дорог и важен. — Спасибо, что приехал.

— Спасибо, что предупредила, — слегка улыбается в ответ. В следующую секунду мы оба хмуримся, вспомнив о том, ради чего собрались. — От моего старшего братца не дождешься. Информацию щипцами выуживать надо, и то к черту пошлет. Где он?

— В отделении магнитно-резонансной томографии, — название отскакивает от зубов, и от этого становится больно и тоскливо. — Туда не пускают, — добавляю, покосившись на медсестру.

— Меня пропустят, — хмыкает Костя и толкает дверь в коридор. — Жди здесь, Лиль.

— Куда вы? Но… — пытается остановить его Майя, однако ее слова тонут в грохоте отдаляющихся шагов.

— Не мешайте ему, если не хотите проблем, — перегораживаю ей путь, когда она пытается догнать младшего Воскресенского. – Кстати, что по поводу чая? Я люблю с молоком, — расплываюсь в стервозной улыбке.

Майя не может не выполнить указ главврача, поэтому стиснув зубы суетится вокруг меня. Подает чай, вазу с печеньем и конфетами. Вздыхает и обреченно возвращается на пост, когда я, разумеется, ни к чему не притрагиваюсь. Это был отвлекающий маневр, а мне самой кусок в горло не лезет.

Не свожу глаз с больших круглых часов на стене. Гипнотизирую минутную стрелку, слушаю мерное тиканье, которое отзывается грохотом в груди. В момент, когда мне кажется, что я погибну от неизвестности, мой телефон оживает.

«Лиля, выйди на секундочку», — поступает сообщение от Кости.

Мрачно свожу брови, не понимая, к чему такая секретность, но слушаюсь.

— Мне нужно в туалет, — бросаю на ходу, забирая сумку и вылетая из приемной.

— Направо, а дальше… — начинает объяснять Майя, но я отмахиваюсь, захлопывая за собой дверь.

В коридоре меня перехватывает Костя, уводит на безопасное расстояние.

– Вот так, здесь меньше лишних ушей, — многозначительно оглядывается.

— Господи, что случилось? – срываюсь в панику. – Где Витя? Диагноз подтвердился, да? – сама не верю, что говорю это. Получается, я все-таки позорно сдаюсь? Я на краю пропасти. Сил не осталось. Истощена и, кажется, буду добита сообщением Кости.

Он смотрит на меня с пониманием и жалостью, держит за плечи, а потом вдруг ухмыляется. Выдает фразу, которая погружает меня в ступор:

— Вынужден тебя разочаровать, Лиля, богатой вдовой тебе не быть…