Глава 19

Я только-только приготовила завтрак, когда пришел Эйден, и не отпустила их пока они не поели. Маг пытался сопротивляться, но вскоре сдался.

— Пока, мам! — крикнула Соня, с разбегу запрыгивая в портал, и со смехом побежала к встречающей ее няне.

Вот и еще один день без дочки. Мы в последнее время виделись так мало, и я жутко скучала по ней, но Соня была настолько увлечена занятиями магией, что я просто не смела отвлекать ее от них ни на день. У нас еще будет время на то, чтобы побыть вдвоем, а пока ее отсутствие мне даже на руку — я могла спокойно заниматься свечами.

Проводив дочку, я поспешила освободить фигурные свечи из форм, и когда на столе стояли зайчики, елки и звездочки, на миг зажмурилась от восхищения. Свечи получились прекрасными! Правда, им не хватало цвета, но воск в этом мире отличался от привычного мне и имел плотный молочный оттенок, не полупрозрачный, как обычно бывает, а такой, что ему и не нужны белые красители. Елочки хотелось бы сделать зелеными, а звезды желтыми или красными, но и так тоже оказалось неплохо.

Продавать свечи прямо так я не хотела, поэтому еще вчера накупила маленьких коробочек, у которых одна из сторон имела отверстие, через которое можно было видеть товар, и теперь упаковывала в них свечки. Каждую коробочку повязала атласной лентой — зайки были обозначены синим цветом, елочки зеленым, а звезды желтым.

Какую поставить цену я даже примерно не представляла, но, отталкиваясь от того, что гореть эти свечи будут быстро, так как формы не были заколдованы Ирбисом, я решила, что стоимость в один серебряный всем придется по душе. К тому же, мне нужно нарабатывать клиентскую базу, а нужды в деньгах я теперь не испытывала.

С подачи объявления в газету прошло два дня, а клиентов все еще не было. Я прождала до полудня, хотя и вовсе не надеялась на то, что кто-то придет, а потом отправилась к Люсинде. Я уже давно обещала принести ей свечу на пробу, да все забывала.

Вернулась от лекарки совсем скоро и, стоило мне войти в дом, как в дверь постучали.

— Войдите!

Дверь отворилась и прихожая наполнилась морозным воздухом. Гостья заставила меня открыть рот в удивлении, потому что я узнала в ней одну из тех девушек, которых видела в первый день в Вивлонде. Аристократок в своей лавке я точно не ждала, поэтому не знала как себя вести. Я рассматривала дорогое пальто на девушке, сапоги отличного качества и драгоценности в волосах, а гостья стояла молча и скучающим взглядом скользила по стенам.

— Вам чем-то помочь? — спросила я с улыбкой, когда гостья вдруг прошла на кухню без приглашения.

— Вы продаете свечи, так?

— Да, — я оживилась, на мгновение даже показалось, что вот сейчас эта девушка купит всех моих зайчиков! — Вот буквально только упаковала, смотрите. — Я быстро развязала ленточки на коробочках, вытащила свечи. — Срок горения около одного дня, но также их можно использовать просто как украшение интерьера, жечь не обязательно.

Девушка без интереса взглянула на свечи и села на скамейку.

— Давно вы здесь живете?

— Всего пару недель.

— Одна?

— С моей маленькой дочерью, ей пять. Простите, но к чему эти вопросы? Вы пришли по объявлению в газете, верно?

— Не совсем. Я хочу купить вашу лавку, — девушка поднялась с места и теперь была выше меня на голову. Я смотрела на нее снизу вверх. — Назовите любую сумму.

— Лавка не продается, — скрипнув зубами, ответила я. Совсем глупой надо быть, чтобы не понять, что эта гостья знакомая Хенста. — Я уже говорила Хенсту об этом…

— Хенсту? Я не знаю, о ком вы, — мне в ее голосе послышалась фальш. — Я привезу документы вечером и сразу деньги, назовите сумму.

— Вы меня слышите? Лавка не продается!

— Кажется, вы не понимаете с кем говорите. Я принцесса Севера, и пришла к вам не с просьбой. Вы согласитесь на сделку, и я даже любезно готова заплатить вам золотом…

— Убирайтесь, — я указала на дверь, заставив себя не отвести взгляд. Принцесса… Боги, неужели я на самом деле вижу перед собой дочь короля?

— Подумайте, я дам вам время, но не больше трех недель.

Девушка, не глядя на меня, зашагала к выходу. Скрипнула дверь, в дом ворвался холод и после хлопка все стихло. Меня трясло от гнева. Что всем так сдалась эта лавка?! Если бы Эйден меня не просил беречь ее, согласилась бы, не раздумывая, и попросила так много денег, чтобы никогда не испытывать в них нужды.

Взгляд упал на мешочек, край которого торчал из ящика шкафа. Сейчас мне не нужны деньги и только благодаря этому я готова сберечь этот дом.

Но сначала Хенст, а потом и принцесса… Кто придет еще? И что, если меня просто выгонят из лавки? Дочь короля наверняка обладает такой возможностью, странно, что она до сих пор этого не сделала. Ей ведь только и нужно что переоформить документы на свое имя, сомневаюсь, что в Доме Советов ей бы запретили это сделать.

Весь день я не находила себе места и, чтобы хоть чем-то занять руки и мысли, принялась топить воск для простых свечей. Мой долг Дорану в девять коробок все еще не был погашен, и хоть я могла вернуть его деньгами, вряд ли мужчина согласится. Он просил свечи, а я теперь могу сделать их сколько угодно. Неплохо было бы наведаться к Винритину и купить еще воска, но пока в нем не было необходимости.

На очередной стук в дверь я отреагировала нервно.

— Войдите!

— Здравствуйте! — в прихожую, а потом и на кухню влетела совсем молоденькая девушка лет восемнадцати. — Я ищу подарок для своей подруги и увидела вот это… — гостья помахала в воздухе газетой. — У вас продаются необычные свечи?

— Все на столе, — я улыбнулась через силу и проговорила то же, что и принцессе: — Их не обязательно жечь, можно использовать как украшения для интерьера. Стоимость свечи один серебряный.

— Какие интересные, — девушка взяла в руки звездочку. — А почему такая форма? В ней кроется что-то таинственное?

— Нет, ничего такого. Просто свечи.

— Выглядят красиво… Я возьму три! Пожалуйста, вот эту, эту и эту. — На стол легли три монеты, а девушка уже сама завязывала ленточки на коробочках. — Есть какие-то инструкции к их использованию?

— Никаких, они работают так же, как и самые обычные свечи. Просто поджигаете фитиль и все.

— Спасибо! Мой подарок и правда будет самым необычным.

Гостья убежала так быстро, что я и порадоваться вместе с ней не успела. Я смотрела на монеты, лежащие на столе, и представляла, как сильно была бы счастлива получить их всего день назад. Сейчас денег было так много, что я больше не испытывала волнения перед ними… И это печально, на самом деле.

Грустно вздохнув, смахнула монетки в ладонь и машинально сунула в карман. На столе еще оставались три свечи, я их снова упаковала и убрала на подоконник, а пустые формы залила воском. Не думаю, что клиентов будет много, но у свечей нет срока годности, так что со временем продам.

Следующие три недели пролетели незаметно. Я каждый день заливала простые формы, потом складывала свечи в коробочки и уносила Дорану. Дважды приходила Асья, чтобы попросить меня прикрыть ее гуляния перед отцом.

Соня каждое утро уходила к Эйдену, и с каждым днем моя маленькая дочка становилась все серьезнее и как будто мудрее. В свои пять лет она употребялала в разговоре такие фразы, над смыслом которых даже я задумывалась, а говорить она стала все меньше. Не знаю, что так повлияло на нее, но я была рада, что дочь так скоро становится самостоятельной. У нее почти не было свободного времени на игры, да она и не хотела, а когда я предложила пойти погулять и найти других детей, то сказала:

— Мам, нам будет не о чем говорить с ними.

— Вы могли бы поиграть в снежки или сделать снежных ангелов. Тебе ведь нравилось это!

Соня окинула меня серьезным взглядом.

— Нет, мама, извини, я бы хотела посмотреть ту книжку с картинками и лечь спать. Завтра трудный день, дядя Эйден сказал, что я должна хорошо выспаться.

Я только открыла и закрыла рот, так и не найдя, что сказать. Соня чмокнула меня в щеку, пожелала спокойной ночи и убежала в спальню.

Я все сидела у печи и наблюдала за отсветами пламени на стенах, и думала — в какой момент моя дочка стала совсем взрослой для своих лет?

С тяжелым вздохом я приняла неизбежное — Соня обожает занятия магией и противиться им я не могу, но они влияли на ее развитие так сильно, что это меня пугало.

На следующее утро я встала чуть раньше, чем обычно. Приготовила дочери одежду, на завтрак пожарила яичницу и принялась ждать Эйдена. Когда маг пришел, то я накормила его и Соню прежде, чем отпустить, а потом стала собираться сама.

Сегодня праздник Середины зимы и я обещала Дорану, что помогу Асье на кухне. Эйден же сказал, что устроит празднование для Сони, и что я могу не волноваться, а вечером мы с ней сможем отпраздновать вместе, потому что он приведет Соню чуть раньше.

Подарки для дочки уже лежали под маленькой елочкой на кухне, которую нам еще вчера принес Ирбис по моей просьбе. Мы украсили деревце гирляндами, а Соня сделала из бумаги снежинки и наклеила их на стекла.

Местный “Новый год” был в самом разгаре. С улицы доносились песни и шумный смех, все сияло и сверкало, и пока я шла до “Ночлега”, мне каждый прохожий желал счастливой зимы. Праздники в Молоте любили так же, как и не Земле, и это не могло не радовать.

Снегопад сегодня был таким сильным, что когда я дошла до ночлежки, то выглядела как снеговик. Снег хлопьями налип на мое пальто, шапку и волосы, и даже на ресницах повисли снежинки.

— Алена! — Асья крикнула мне, когда я толкнула дверь, и приветственно махнула рукой.

Я постучала ногами по крыльцу, сбивая снег с валенок, и вошла в помещение. Дверь за мной захлопнулась и шум улицы стих, но сменился смехом посетителей ночлежки. В зале все столики были заняты гостями всех возрастов. Здесь были и старики, и молодые пары, и много детей. Последние носились между столиками, сбивая всех на своем пути, хохотали и визжали, но это никого не раздражало. Люди выглядели счастливыми, улыбались и бесконечно поздравляли друг друга с праздником Середины зимы.

Я поспешила к Асье, стараясь не стать жертвой бегающих детишек и, только попав на кухню, расслабленно выдохнула.

— Как шумно!

— О, это еще что! — улыбнулась девушка. — Вот сейчас гости напьются и шума станет больше.

— Не ожидала, что с самого утра начнут отмечать, — проговорила я, стягивая пальто. Асья выдала мне передник и я быстро повязала его вокруг пояса.

— В нашем меню сегодня чуть больше блюд, чем обычно, — подруга выложила на столик толстую книгу и подтолкнула ее ко мне. — Ты ведь умеешь готовить? Папа сказал, что ты поможешь мне на кухне, но если какие-то блюда покажутся тебе сложными, то ты могла бы принимать заказы от гостей.

— Все в порядке, я хорошо готовлю, к тому же здесь есть рецепты.

— Тогда начнем? — Асья подмигнула мне и взялась за нож.

День был трудным и по ощущениям — бесконечным. Мы резали, жарили, варили и парили. Из-за духоты приходилось открывать форточку и я очень надеялась, что не простужусь. Гости уходили, приходили новые, потом уходили и они, но столики тут же занимали другие.

Ближе к вечеру в зале не осталось детей, но шума стало больше из-за выпивших мужчин. Некоторые из них вели себя непозволительно по отношению к Асье, и Доран прогонял их, а я потом успокаивала девушку. Она быстро приходила в себя и мы вновь принимались за готовку.

— Мне пора, — я стянула фартук и вытерла со лба пот. — Скоро вернется Соня, Эйден обещал привести ее пораньше.

— Тебя не смущает то, что вы почти не видитесь?

— Еще как. Но знаешь, ей так нравится обучение! Я еще никогда не замечала за ней такой увлеченности чем-либо, а как горят ее глаза, когда она рассказывает об уроках! Ее счастье превыше всего, так что я просто надеюсь, что совсем скоро Эйден нас оставит и мы будем вместе. Через два года она вступит в возраст когда нужно учить письменность и чтение, а пока…

— Папа спрашивал, почему ты пришла без Сони. Я ответила, что ты оставила ее со знакомой старушкой. Соврала, но ты предупреждала, что нельзя говорить правду.

— Спасибо тебе за это, — я искренне улыбнулась подруге. — Я пойду, еще увидимся.

Я выпорхнула на улицу и с наслаждением вдохнула чистый свежий воздух. От духоты, которая стояла на кухне ночлежки, я вся взмокла и даже начала кружиться голова. Домой шла неспешно, любовалась гирляндами на домах, слушала песни, которые доносились откуда-то со стороны площади. Дом Советов тоже весь искрился, а на пике башни трепыхался от ветра флаг с надписью “Счастливой зимы!”

Домой заходить совсем не хотелось, на улице был чудесный зимний вечер. Я все же отворила дверь и прошла на кухню. Раздеваться не стала, решила дождаться Соню и убедить ее в необходимости прогулки по городу.

Кажется, я задремала в ожидании дочки, потому что момент, когда открылся портал, укрылся от моего внимания.

— Мамочка! — Соня бежала ко мне от выхода из спальни. Портала и Эйдена уже не было. — Я принесла тебе подарок, смотри!

Мне на колени бухнулся сверток. Я с улыбкой потянула за тесемки и фольга с шелестом упала на пол.

— Это светильник, — объяснила Соня, хотя то, что светящийся олень был именно источником света, я и так поняла.

Изделие было по-настоящему прекрасным. Небольшая стеклянная фигурка оленя была выполнена настолько искусно, что невозможно было представить, что сделали ее обычные человеческие руки. Кружевом вились рога, а копытца были украшены мелкими прозрачными камешками. Олень светился изнутри, но источника света я не видела. Наверное, снова обычная магия…

— Он очень красивый, — я прижала дочку к груди и она счастливо выдохнула в мои волосы, а потом вскинула голову, посмотрела мне в глаза и меня затопило волной нежности. — Но где ты его взяла? Дядя Эйден дал?

— Нет, дядя Ритон. Он сделал его сам, а потом дал мне и сказал, что я могу оставить себе… Но я не хочу себе, сегодня ведь праздник!

— Прогуляемся по городу? — я отставила оленя, еще раз погладив ветвистые рога.

— А тут есть горки? Я хочу на горки!

— Попробуем найти.

Горку мы нашли прямо на площади. И не только горку! У Дома Советов бурлило веселье. Здесь стояли круглые столики с закусками, и никому не было дела до того, что тарелки засыпает снегом. На небольшом помосте музыканты играли такую задорную музыку, что каждый присутствующий танцевал, даже если был занят разговором с приятелем.

Соня хлопала пушистыми ресницами, с восторгом разглядывая девочек в пышных чудесных платьицах. Дочка и сама была одета празднично, в теплое платье из красного бархата и белоснежную шубку. Мальчики были одеты как юные аристократы, и с такими же слегка надменными выражениями лиц. Они держали одну руку за спиной, а второй тащили в рот закуски.

— Какой противный, — сморщилась Соня, ткнув пальчиком в сторону одного из мальчишек, лет десяти на вид. Ребенок истерил, мама пыталась его успокоить, но тот и слушать не желал.

— Пойдем на горку, ты хотела.

— Идем, — дочка первая потопала к искусственно созданной горке. Она была невысокой, достаточной для деток возраста Сони.

— Санки? — к нам подскочил бородатый мужичок в зеленой мантии. В руках он держал кусок металла с деревянной ручкой. — Всего три серебряных!

Дочка, услышав, что санки достанутся не бесплатно, расстроено взглянула на меня. Она ведь не знала о том, что нам больше не нужно экономить…

— Мы возьмем, спасибо, — я сунула монеты в руку мужчине и, забрав санки, отдала их дочке.

Соня каталась долго. С радостными воплями скатывалась вниз, потом быстро, едва не бегом, взбиралась по лесенке и снова скатывалась. Других детей на горке почти не было — лишь одна девочка, которая попросила у Сони санки, а потом и двое мальчишек, которые катались на своих шубках.

Я бродила между столиками, выискивала на тарелках закуски, которые не так сильно пострадали от снегопада, и пила горячий сок с пряностями. Все же сегодня поесть не успела, только во время готовки удавалось ухватить кусочек мяса или сыра.

В какой-то момент меня увлекли в круг танцующих и мы водили хоровод под ритмичную музыку.

— Алена, — меня подхватили чьи-то руки и вытянули из толпы.

Я едва дышала от усталости, но улыбалась. Пока не увидела перед собой Хенста.

— Чего вам? — нахмурившись, взяла первую попавшуюся кружку со столика, просто чтобы прикрыть лицо. Машинально глотнула. Сок был уже холодным.

— Просто хотел поздравить с праздником. Ты с дочкой?

— Она там, — я кивнула на горку, возле которой сидела Соня. Дочь уже не каталась, лепила из снега крошечного снеговика.

— Красавицей вырастет, — цокнул языком Хенст. — Извини, что не навещал…

— Я вас и не приглашала. Если забыли, то вы очень настойчиво требовали продать вам мою лавку.

— И за это извините.

— Что же, вы нашли у кого купить дом?

— Нет, но у меня есть другая идея, — глаза Хенста сверкнули каким-то восторгом. Мужчина словно восхищался своей находчивостью, а мне это показалось странным. Очень странным, таким, что по спине пробежал морозец.

— Что за… идея?

— Ничего особенного, — уклончиво ответил он. — Вы планируете возвращаться домой или отправитесь вместе со всеми на озеро?

— Домой. А что на озере?

— Маги будут пускать в воздух ледяные огни. Это красиво, но скучно… Лучше провести вечер дома в кругу семьи. Что ж, Алена, был рад вас увидеть. Счастливой зимы!

Мужчина схватил мою руку, быстро оставил поцелуй на тыльной стороне ладони и скрылся в толпе. Я поежилась от охватившего меня волнения.

— Соня! Пойдем домой?

— Иду, — дочка пыхтела, таща за собой санки.

Малышка устала и ей действительно пора было спать, а на озеро сходим в следующий раз. Не нравилось мне то, что я видела во взгляде Хенста… Будто он чего-то ждал, и подошел не просто так… Ай, пора бы уже наконец понять, что не все мне желают зла! Дурацкая подозрительность!

Мы добрались до дома и я заперла дверь изнутри на две щеколды. Подумав, для надежности зачем-то приставила к ней сундук. Глупости, конечно, но мне почему-то было не по себе. Напряжение все росло, и даже заснуть я бы не смогла, поэтому уложила дочь спать и заварила себе чай.

В местной книжной лавке на днях приобрела несколько томов сказок и теперь с упоением читала одну из них, грела руки о горячую чашку и не думала ни о каких Хенстах!

Когда вдруг из, внезапно появившегося портала, выглянул Эйден, от неожиданности вздрогнула.

— Спит? — одними губами спросил мужчина, и я кивнула. — Пойдем со мной.

— Не могу.

— Почему?

— Не хочу оставлять Соню одну. Сегодня праздник, мало ли что может случиться… — я покосилась в сторону прихожей, где дверь была заперта так, будто я ждала грабителей.

— Я оставлю с ней Ритона, — Эйден потерялся из виду, а через минуту на кухню шагнул его помощник. — Теперь идем.

Любопытство было сильнее меня. Я поздоровалась с помощником Эйдена, отложила книгу и юркнула в портал.

Он вынес нас на заснеженную крышу замка, но здесь не было холодно. От увиденного я раскрыла рот в восхищении и словно в тумане двинулась к самом краю, где были перила и стоял стол, сервированный на двоих. Не ужин меня удивил, а то, что было на горизонте — сверкающие молнии, которые резали облака и вспыхивали миллиардами звезд.

— Нравится? Это иллюзия, не бойся, — Эйден отодвинул стул, помог мне сесть.

— Ты… пригласил меня на… — я запнулась, но поморщившись, все же спросила: — Свидание?

— Нет, — улыбнулся мужчина, и у меня отлегло от сердца. — Просто ужин в честь праздника. Мне всегда нравилась Середина зимы. Пожалуй, это единственное, что привлекает меня в Молоте.

— Я слышала, что этот мир огромен. Разве в нем не нашлось того, что понравилось бы тебе?

Звякнула бутылка, в бокал с шипением полилась янтарная жидкость. Эйден заглянул мне в глаза.

— Нет.

— Океаны? Горы?.. Пустыни?

— Ты знаешь хоть что-то о Расстуине? — маг отставил бутылку, жестом предложил мне попробовать горячий исходящий паром стейк.

— Ничего.

— Тогда тебе не понять, что чувствует расст, когда его отрывают от родного мира.

— Расст?

— Так называется моя раса. Я не человек, не маг, я — расст. Моя сила — сила моего мира, и я мог бы быть гораздо сильнее, находясь в нем. Но я в Молоте, а часть меня, моей души, осталась в Расстуине.

Я подавилась кусочком мяса, поспешно запила игристым напитком и с ужасом уставилась на мужчину.

— Не знала, что все… так.

— За долгие годы, проведенные в Молоте, любой бы привык к новому миру и смирился. Я же не могу, и вовсе не потому что скучаю по дому, а потому что дом меня зовет. Это страшная мука, это боль, что таится в сердце с самого детства… Я не могу даже отомстить, тот старик давно оставил эту жизнь.

Эйден замолчал, но вдруг на его губах появилась улыбка. Мужчина смотрел на вспыхивающие молнии в небе и пил вино маленькими глотками.

— К чему ты все это рассказал?

— Соня вырастет и сможет открывать порталы. Я хочу, чтобы она никогда не открывала проход в Расстуин. Для этого я рассказываю тебе о себе, и… я не знаю когда я уйду, но когда уйду, Соня должна запомнить — никогда ни один Путешественник не должен переступать границу моего мира. Любой, кто сунется, должен знать, что обратно он не вернется. Я не позволю.

— Я не могу обещать, но попрошу… — я снова припала к бокалу.

Молнии не прекращались, а когда ужин был закончен, вдруг зазвучала музыка, которая лилась словно с неба. Я вскинула голову в надежде увидеть музыкантов в окнах башен, но никого не заметила.

— Магические струны, они невидимы, — Эйден привлек меня к себе. — Потанцуем, и я тебя отпущу.

— Это все-таки очень похоже на свидание, — усмехнулась я, но к магу прижалась. Он больше не вызывал во мне раздражения.

— Ничуть не похоже. Я лишь хотел ощутить внимание женщины, давно ни с кем не проводил время вот так.

Горячие губы коснулись моего виска, совсем неощутимо, почти невесомо. Я вытянулась струной, и руки, что обвивали мою талию, вдруг стиснули ее еще сильнее.

— Эйден, если ты думаешь, что у нас что-то будет…

— Не думаю, не надеюсь, не рассчитываю. Один танец и ты уйдешь.

Мы танцевали в свете всполохов молний. В воздухе кружились искры будто снежинки, они падали на волосы мужчины, на мои, и даже вся моя одежда теперь сверкала. Эйден вел меня плавно, музыка становилась все медленнее и тише, пока совсем не заглохла.

Когда мужчина остановился и отпрянул от меня, меня вдруг обуяла тоска. Горечь прокралась в сердце и стиснула его железной хваткой, а потом заныла тихо, подобно музыке, что минуту назад лилась с неба.

Но я скучала вовсе не по прикосновениям Эйдена. Мне вдруг вспомнились глаза Рагнорда.

— Проводи меня домой, — я обхватила себя руками, и через мгновение шагнула в портал.

Эйден не пошел за мной, Ритон тенью скользнул мимо меня и проход закрылся. Я двинулась в спальню с желанием скорее заснуть, усталость давала о себе знать, и еще эта тоска… С чего вдруг столько времени спустя я вспомнила дракона? Не думала о нем ведь ни разу за все эти недели…

Я заснула сразу, стоило голове коснуться подушки. Провалилась в сон будто в зыбкую черную грязь.