Глава 18

Константин

– А я не хочу! – заявляет моя ненаглядная. – Зачем я тебе понадобилась в офисе? Мне по врачам походить нужно. Встать на учет…

– Как пожелаешь, – передергиваю плечами.

Прилетев в Егоршино, мы с женой гуляем по округе. Я веду Стеллу к конюшням. Интересно, как она отнесется к лошадям?

– Я хотел с твоей помощью найти вора. Но наш ребенок важнее… Хочешь, с тобой поеду? – спрашиваю, но в глубине души боюсь отказа.

– Конечно! – радостно кивает Стелла и добавляет с улыбкой. – Одно другому не мешает. У отца все мои выкладки. Тебе останется только проверить.

– Когда заподозрила?

– Как только получила разные отчеты, – морщит нос жена. – Я сначала откопировала те, что лежат у тебя в папках. А потом, когда ничего не сошлось, сформировала в 1С сама. И это совершенно разные документы. Понимаешь?

Естественно! Просто размышляю, кому первому открутить голову. Главбуху или Эдьке Морозову?

В замешательстве оглядываюсь по сторонам. Широкая дорожка, засыпанная розовой тырсой, ведет от моего дома к имению Агурца.

– Если по этой дороге идти, можно выйти к дому Глеба Агурского. Там сейчас твоя сумасшедшая подруга всем рулит.

– И Роберт, – гордо заявляет Стелла.

– Слушай, а может, они там, за спиной у Глеба… – усмехаюсь я и тут же добавляю весело. – Вернется Агурец из СИЗО с рогами. Такими ветвистыми…

И сразу сталкиваюсь с холодным взглядом жены.

– Что тут смешного, Котя?

– Адюльтер всегда смешон, малыш.

– А ты глупый пошляк, Штирлиц, – резко выдыхает Стелла и, круто развернувшись, спешит по аллее прочь.

– А ну-ка вернись! – кричу вслед. Но наглая девица, в одночасье ставшая моей женой, не поворачиваясь, показывает средний палец.

– Иди за ней, – велю первому попавшемуся охраннику. А сам, сжав кулаки, возвращаюсь в дом.

“Еще я за всякими мокрощелками не бегал, – думаю раздраженно. И застываю прямо на крыльце. Стоп! Тогда, три месяца назад, я так и отмахнулся от своей любовницы.

– Мнением мокрых щелей не интересуюсь!

– Твою мать, – раздраженно ударяю по перилам. Из-за похабной фразочки бегал потом по всему городу. Ну, не идиот ли?

А Стелка тоже хороша. Сразу руки в боки. Уже и пошутить нельзя. Ничего, сходит к подружке развеяться и вернется.

Неплохо, что Агурец женился на этой Аньке. Можно семьями дружить…

Войдя в кабинет, плюхаюсь в кресло и, уложив голову на высокую спинку, звоню главному садовнику.

– Михал Ильич, а у нас что там с цветами? Свежие есть?

– Обижаете, Константин Иванович, – бухтит он в трубку. – Розы имеются. Фрезии и гортензии…

– Соберите один большой букет, – командую я. Стелла вернется, обрадуется.

– В каких тонах?

“Твою мать! Чтоб я так знал!” – фыркаю раздраженно. А вслух говорю.

– В белых желательно.

– Хорошо, все сделаем, – тут же берет под козырек мой садовник. А я довольно потягиваюсь в кресле.

С цветами мириться легче!

И сам не замечаю, как проваливаюсь в глубокий сон. А выныриваю из него, когда за окном уже царит темнота. На столе разрывается сотовый, и в башке стучит то ли на перемену погоды, то ли от предчувствия беды.

– Константин Иванович, – тревожно докладывает в трубку мой боец. – Ваша жена в город собралась. Что делать?

Стелла, твою мать!

– Куда и с кем? – бурчу, потирая лицо. Неужели Роберт и в выходной день ошивается у Аньки? Или эти две клуши решили оторваться на пару?

– Тут ее брат и еще какой-то мужик. Они что-то отмечают. Я в дом не заходил. Не знаю. А вот когда все на крыльцо вышли, услышал пьяные расклады.

– Сейчас приеду. Задержи ее, если вздумает сесть в тачку. Понял?

– Константин Иванович, букет, – спохватывается горничная Таня, когда я, чуть не сбив ее с ног, бегу к выходу. На чем ехать, твою мать?! Обычно к Агурцу я езжу на лошади. Но со Стеллой… Боливар не выдержит двоих. А значит, остается мой старый Л-200. Древний ободранный броневичок. Я на нем обычно на охоту езжу.

«Лишь бы хватило бензина доехать туда и обратно», – думаю, заводя двигатель. Резко бью по газам. Слышу, как под колесами визжит асфальт, а потом уже разлетаются в разные стороны мелкие камни. А когда через пять минут подъезжаю  к дому Агурского, застаю всю компанию в сборе.

На крыльце хрупкой статуей застыла Аня. Роберт и еще какой-то здоровый парень о чем-то пьяно спорят. А моя красавица жена стоит между ними и в чем-то пытается убедить.

Двух пьяных амбалов. Моя беременная Стелла!

Задыхаюсь от ярости, наблюдая, как неиндентифицированный урод кладет лапищу на хрупкое плечо моей жены. Что-то шепчет, смотря на нее влюбленным взглядом.

Мне едва достает выдержки спокойно подойти к разгулявшимся ребятишкам. Хватает сил лениво протянуть руку юнцу, тем самым вынуждая снять лапень с плеча жены.

– Константин Исаев, – скупо представляюсь я, другой рукой притягивая Стеллу к себе.

– Колян, – пьяно усмехается парень и, спохватившись, добавляет. – Лактионов.

Смотрит на меня пристально и замечает со вздохом.

– Повезло тебе, Исаев!

Константин

Моя рука по-хозяйски ложится на талию жены, а глаза недовольно буравят незваного гостя.

– Повезло, – киваю я недовольно. – Пока, ребята.

Отвожу Стеллу в сторону.

– Ну, ты и хам, Исаев, – шипит она. – Мог бы повежливее с людьми обращаться. Колька явно не заслуживает твоих барских замашек.

– Не фиг было с ним обжиматься, – бросаю я сурово. Стелла глядит возмущенно и пытается вырвать руку.

– Пусти, свинья, – цедит, нацепив искусственную улыбку.

– Вышла замуж за хряка, теперь радуйся, – так же мерзко улыбаюсь в ответ. И глядя на пустое крыльцо, замечаю с издевкой. – А где ваша герцогиня, держательница притона? Пошла дальше веселиться?

– Какой же ты все-таки дурак, – выдыхает Стелла. – Как же меня угораздило от тебя залететь! Бедные мои деточки…

– Прикуси язык, дорогая, – рычу я, – иначе потом будет стыдно.

– Мне?! – испепеляет меня взглядом жена. – Ты по-гадски обошелся с моими друзьями, а стыдно будет мне? Ну, ты козел, Исаев!

От обиды и ярости мне хочется заорать. Но нельзя, кругом полно любопытных глаз. Роберт с Коляном напряженно наблюдают в сторонке. А на крыльцо вышла Марфа, домработница Агурского, и быстрым шагом направляется к нам.

– Константин Иванович, – зовет негромко.

Поворачиваюсь к ней, тревожно вглядываюсь в скорбное печальное лицо.

Да, не повезло тебе, милая. Хозяин в СИЗО, а тут всякая шелупонь развлекается.

– Анна Владимировна просит вас зайти…

О как! Не успела из своих трущоб выбраться, как уже Анна Владимировна. И еще чего-то просит… Если денег, не дам!

– Да, конечно, – киваю я, поворачивая к дому. Чувствую, как жена нетерпеливо дергает за руку.

– Костя, – цедит негромко.

– Ну что еще, лиса?

– Пожалуйста, не хами Ане. Ей сейчас и так тяжело…

– После попойки в себя прийти не может, – бросаю зло. И удивленно смотрю в изумленное лицо Марфы.

– Вы что-то не так поняли, Константин Иванович… Сегодня у Павлика был бы день рождения. Вот Аня с Робертом ездили на кладбище…

Павлик?! Это племянник Агурского. Каким боком к нему наша соломенная вдова?

Не знаю и знать не хочу. Но вместе со Стеллой и Марфой вхожу в кабинет Глеба, где теперь царствует его жена.

Анна сидит за рабочим столом и внимательно пялится в монитор.

– Константин Иванович, – подражая светской леди, подходит Аня. Указывает на кресла. Сама садится напротив. – Стелла сказала, что вам требуется высококвалифицированный секретарь. Я бы хотела избавиться от Ксении. Понятия не имею, почему, но она меня невзлюбила. Ежедневно терпеть негатив я не хочу. Но и выгнать рука не поднимается. Вот если бы ей предложить более высокий оклад и аналогичную должность…

– Она очень расторопная, Котя, – встревает в разговор Стелла.

– Откуда ты знаешь? – смотрю хмуро и недоверчиво. Вот мне для полного счастья не хватает обид Агурца.

– Я как-то Глеба ждала в приемной и видела, как Ксения работает. Очень высокий уровень…

– Это когда ты продала мой паспорт? – весело усмехается Анна.

– Пришлось, – фыркает Стелла и делает страшные глаза. Аня прикусывает язычок. Интересное кино! Глеб замешан в аферах моей жены? Паспорта она продает… Что дальше?

– Я не против, – киваю новоявленной хозяйке дома. – Давайте дождемся Агурца и решим. Может, нужна какая-то помощь в делах? Смело обращайтесь… Анна Владимировна.

– Нет, спасибо, – робко бросает она. – Мне Роберт и Стелла помогают. И Платон Георгиевич консультирует.

– Если будут нужны деньги, – брякаю я ни с того ни с сего.

– Пока хватает, – сдержанно кивает Аня.

Ну, надо же! Не алчная у Агурца жена. Видать, пока потребности скромные.

– Мы пойдем, – Стелла кладет на мою ладонь руку. Поднимается из кресла и, обняв подружку, спешит к выходу.

– Я хорошо себя вел? – подходя к тачке, интересуюсь с дурацкой ухмылкой.

– Ты – редкий идиот, Исаев, – обреченно вздыхает Стелла. И так печально смотрит, что я не выдерживаю.

– А ты – аферистка, дорогая. Что еще за история с паспортом?

– Ничего особенного, у меня был Анин паспорт, а Глеб хотел на ней жениться…

– Это как-то связано с твоим трудоустройством в «Иван-город»? – спрашиваю и, наткнувшись на растерянный взгляд, понимаю, что попал в точку. Вот же повезло! Лучший друг сыграл за команду противника.

– Ты бы мог поблагодарить Колю за спасение, – шепчет жена, стоит нам выйти на подъездную дорожку.

– Так это ты звонила в МЧС? – тяну удивленно. Ясен пень, Стелка переводит разговор, чтобы мне не удалось раскопать еще что-нибудь. Ладно, разберемся, дорогая!

– Ты права, – соглашаюсь я. – Давай подойдем к пацанам. – Киваю на стоящих около черного Мерседеса парней.

– Коля, – протягиваю руку пьяненькому мажору. – Я, оказывается, вам обязан спасением с Эльбруса…

– Да дел-то, я папе позвонил. А он уже надрал задницы кому надо, – морщится Лактионов-младший.

– Благодарю. Но, наверное, не стоило отца напрягать.

– Зато Стелла успокоилась. Сильно она о тебе волновалась, Исаев! Я ж и говорю, повезло.

По дороге домой я пытаюсь сложить два плюс два, а выходит пять! Стелла волновалась и звонила Лактионову. Стелла нашла вора. Стелла пустилась во все тяжкие, только бы устроиться ко мне в «Иван-город». Зачем? Ответ очевиден. Мы не всегда можем доказать свою любовь. Простые слова ничего не значат без поступков. Ежедневно из мелких шажков складывается наша жизнь, и все летит к чертям, когда близкие люди лицемерят. Слава богу, моя жена не такая.

Останавливаю машину посреди дороги. Поворачиваюсь к Стелле.

– Спасибо, – наклоняюсь, целуя в висок, в лицо. Сгребаю в охапку. И не могу подобрать слов от переполняющих чувств. Она любит меня! И мне действительно повезло.