Глава 28

Рокировка Влада Императрица нас уже ждала. Правда вид у неё был не слишком довольный, словно я должна была сейчас быть не здесь, в её кабинете с претензией, а в выделенных нам покоях, где заигрывала бы с её сыном. Женщина величественно восседала за рабочим столом на своём кресле так, будто была на троне. По сути, это кресло можно было назвать таковым, всё же большинство государственных дел точно решались на нём, когда как то, что должно стоять в тронной зале, лишь простой атрибут власти, как та же корона, что была сейчас на её хорошенькой голове. Вообще императрица не выглядела той, у которой уже есть взрослые дети. Либо так хорошо сохранилась, либо из расы долгожителей, либо за её красотой следят так же, как за безопасностью её персоны в целом. Что уж говорить о прекрасный русых волосах, спадающих длинным водопадом по её плечам, груди и спине. А эти янтарные глаза! Они пронизывали своим острым, настороженным и недовольным взглядом. Но это были единственные эмоции, что женщина себе позволила, встречая нас. Ни намёка на лице или в жестах, когда она чуть повела приглашающе рукой, указывая нам на кресла напротив её стола. – Добро пожаловать на Састис, в мой дом, леди эр Латиас, – произнесла она через минуту общего молчания. И это не было неуважением или пренебрежением ни с её стороны, ни с нашей. Она действовала по протоколу, царственно выдерживая необходимую паузу, а мы ждали её слов, как более уполномоченной во власти. – Благодарим вас, Ваше Величество, – чуть склонила голову, действуя по инструкции, что передавал мне нероид: кто-то что-то делает – мне поступает инструкция на правильное реагирование. Об этом мы с малышом договорились, пока шли по коридору, ведь мне не хотелось случайно нарушить какие-нибудь традиции чужого народа, тем более сделать это на глазах и в адрес его правительницы. – Позвольте узнать причину вашего отказа от моего сына, – тут же перешла она к делу, едва приветствия были соблюдены. – Союз между нами был бы более чем выгодным. – Был бы, будь ваш сын моим мужем, а не наложником, на чьё место он себя попросил. Но у меня уже есть супруг, – заметила я, мельком взглянув на оного. – Другого я не планировала… в ближайшее время. Последнее пришлось добавить для поддержания имиджа расы Адалис: с пояснения того же нероида, астарианки чаще остальных придерживались полиандрической формы союза в своих семьях. Да и за редким исключением, почти все расы этого мира перешли на этот формат брака, чтобы сохранить свою численность и шансы обрести семью. А ещё думаю, что верхушкам власти многомужество и вовсе выгодно, когда нужно заключить союзы с несколькими странами. И сейчас, будучи на месте Адалис, в её теле я тоже должна придерживаться такого образа жизни. Не скажу, что мне это как-то претит, но иногда кажется, что и одного мужчины за глаза. Ханжой я не была, как-то даже попробовала секс втроём. Тогда гормоны в теле шалили, хотелось экспериментов и новых чувственных граней в опостылевшей жизни офисного работника, понявшего, что дни не будут друг от друга отличаться и жить однообразно придётся от отпуска до отпуска. Вот и решилась. Не скажу, что не понравилось. Но и полностью расслабиться я так и не смогла, ведь два партнёра – это в два раза больше внимания их нуждам, когда на тебя ещё и оказывается двойное давление страсти, а ещё вертят туда-сюда, едва не перетягивая. Но что-то я отвлеклась, императрица вон откинулась спиной на спинку кресла и недовольно поджала губы, решая что же мне ответить. И быстро нашлась: – До меня же дошли слухи, что на вас объявили Звёздную Охоту. И ваш старший супруг дал своё согласие, – намекнула она так на скорое появление возможного второго мужа. – Мой же сын только предложил себя в усладу. Но я рада, что вы сразу увидели в нём мужчину, достойного большего рядом с вами. А вот сейчас императрица поставила меня в невыгодную позицию. И вроде похвалила, выказала благодарность, но также намекнула, что будет всячески способствовать женитьбе сына, раз я вижу его только в роли мужа, а союз и уважение ой как нам обеим важен. Откажись я после таких слова, тут же будет скандал и оскорбление чести одного из принцев или даже её самой. Умная женщина, не за даром на троне сидит. Интересно даже, сколько у неё мужей? «Четверо», – ответил мне нероид. – «И все из разных рас, кроме одного, положенного ей из родной империи, которой и правит. И все мужья имеют высокое положение в обществе не только за счёт своих семей или жены, но и сами добились немалых высот вполне заслуженно. По их стопам идут и их дети. Опережая твой вопрос скажу: среди них нет астарианцев, ведь мужчины твоей расы предпочитают только соплеменниц видеть в жёнах, когда как женщины не ограничены таким выбором». «А сама императрица? Она какой расы?» – спросила, хотя уже сама догадалась, и малыш только подтвердил, что женщина – змеица. А ещё напомнил, как бы невзначай, что от отцов рождаются сыновья только их расы, а вот девочки чаще всего в мать, но не всегда, что не касается астарианок. Их генофонд с женской стороны очень силён и доминантен. – Он показался мне именно таким, – чуть продержав паузу, ответила владычице, получив её довольную улыбку. Но проигрывать я не собиралась. – Но могу ли я подвергать его осуждению? Всё же у моей репутации не очень приятный оттенок, – напомнила я ей, что Адалис точно не любили в обществе, иначе бы не гнобили так. – Поэтому позвольте мне просить вас, как, в первую очередь, его мать, повлиять на его решение стать моим если не наложником, то мужем. – А как же Охота? – подняла одну бровь непробивная женщина, уже явно всё решившая, что бы я тут ни говорила. – Тем более! Из-за её наличия я боюсь, что стремление вашего сына только навредит ему. Охоту объявил дарсиарец. И, как мне известно, действует он скорее из желания обладать мной, как той, кто его отверг, но не по более прозаичной причине, называемой «любовью с первого взгляда». Так что, этот вопрос я тоже хочу решить в ближайшее время, – честно призналась, выказав и своё «фи» по отношению к сложившейся ситуации с ректором академии и его неадекватными реакциями. – И как же, позвольте узнать? – усмехнулась иронично императрица. – Насколько мне известно, Охоту нельзя прервать или оспорить, нельзя отказать уже объявившему о ней. Она – лишь констатация факта намерений мужчины. Считайте её своеобразной традиций прошлому расы дарсианцев. И за моего сына нет смысла переживать, он достаточно силён, чтобы защитить себя от «невменяемости» своего кузена. А вот эта новость была для меня сейчас более неожиданной. Я даже с мыслей сбилась, почувствовав себя в ловушке. Словно обложили с двух сторон. Не с одной, так с другой захватят. «Кузен не кровный. Принц Акил рождён от одного мужа и вместе с ним принадлежит расе ассаров, когда как его мать – жена брата отца ректора, принадлежащего тоже к расе дарсиарцев», – исправил направление нероид. Точнее попытался. «Сути это не меняет. Семья-то одна», – мысленно хмыкнула я. – Тогда тем более нет смысла принцу становиться наложником, когда его кузен собирается быть супругом, – начала было я, но фразу о своём нежелании видеть обоих в этом статусе не успела закончить, как женщина перебила меня, цепляясь за шанс: – Будучи мужьями они будет равны, вы правы. Так и поступим. Я дозволяю вам и моему сыну заключить более высокий союз. И отказа она не примет, по глазам вижу. Мне же остаётся молча терпеть своё словесное поражение. Хотя я и не особо сражалась, скорее пыталась защититься. Что тоже не прокатило. Оставалось только растянуть губы в понимающей улыбке и надеется, что хоть её сыну я мозги вправлю и заставлю отказать от идеи союза. Но и тут императрица меня решила опередить. Послала за принцем Акилом, который словно стоял за дверью и только и ждал, что его позовут, тут же оказался перед своей матерью, склонив голову, но поглядывая в мою сторону из-под своих длинных белых ресниц.