43 глава. Палач
Мы с Герычем сразу приходим к согласию.
— Ты прав, с этими уродами надо кончать, — говорит он, когда я рассказываю, как наемники Вепря ворвались к нам на базу посреди ночи, увезли нас с Мальвиной в неизвестном направлении, пытали, угрожали и вообще вели себя, словно бандитского кодекса нет и никогда не существовало.
— Я рассчитываю на тебя, Герыч, — признаюсь честно. — Твой авторитет в наших кругах неоспорим… Если ты поддержишь мой план, остальные банды подтянутся следом… Вепрь и его парни заигрались, дороги назад нет… Будет война. И мы должны ударить первыми, единым фронтом.
— Я поддержу тебя, — кивает мужчина, мы пожимаем друг другу руки, а потом я оглядываюсь и… вижу, что Мальвины нет на месте.
— Моя девчонка куда-то пропала, — говорю встревоженно, и Герыч хлопает меня по плечу:
— Давай, иди, ищи ее… Сам знаешь: тут всякое бывает. А она у тебя просто ангел, ее нужно беречь… Береги ее, Палач….
— Да-да, конечно, — отвечаю рассеянно, а сам осматриваюсь в поисках синеволосой головы.
Он прав: тут всякое бывает. А Мальвины реально нигде нет.
Я бросаюсь искать ее.
Отгоняя первые жуткие мысли, прикидываю, куда она вообще могла пойти. Пива налить?! Воды?! Поссать?! Может, она с Варваром?! Или с Севером?! Но как назло, ни того, ни другого поблизости нет…
Вообще никого из моих парней! Только куча чужих пьяных рож с бутылками пива! Все гогочут, обсуждают какую-то херню…
Я проталкиваюсь сквозь толпу и кричу:
— Мальвина! Мальвина! — но ответа нет.
Продравшись к диджейскому пульту, ору какому-то салаге:
— Вырубай, блядь! Хули тормозишь, сука?! Выключай! — и сам начинаю вырывать из пульта первые попавшиеся провода. Музыка резко смолкает, оставаясь противным звоном в ушах, а сразу следом смолкает и большая часть голосов: все просто офигевают и пытаются понять, какого хрена произошло.
И в тишине я слышу наконец ее:
— Палач! Палач!
Ору в ответ:
— Мальвина! — и бегу на голос.
— Я здесь! Я здесь!
Быстро нахожу нужную дверь и принимаюсь с остервенением выламывать ее. Обычно на это требуется больше времени, но сейчас я понимаю: от моей скорости, возможно, зависит ее жизнь… Я ведь еще не знаю, с кем она. Поэтому сил прибавляется, и я просто срываю дверь с петель.
Оказавшись внутри, вижу, как Кумач — ублюдок из банды Вепря, — прижимает мою Мальвину к полу.
Внутри меня вспыхивает такая ярость, что я просто перестаю себя контролировать.
Кажется, я набрасываюсь на уебка, отшвыриваю его к стене и принимаюсь хуярить всем подряд. Когда под руку попадается стул — я просто разламываю его о спину урода.
Глаза застилает ненависть, я вижу, как по полу разливается кровь — но не могу остановиться. Просто бью снова, и снова, и снова…
Как он посмел покушаться на ту, что принадлежит мне?!
Мальвина — моя!
И ведь он знал это, прекрасно знал!
Что это — очередная провокация?!
— Пожалуйста, перестань! Палач, перестань! — слышу я вдруг за спиной тоненький, дрожащий голосок, девчачья рука касается моего плеча, и я вздрагиваю, наконец начиная приходить в себя.
— Да, достаточно с него, — говорю мрачно, а потом хватаю Мальвину за руку и тащу прочь от этого урода, прочь от любопытных рож…
По дороге нам попадается Варвар.
— Помощь нужна?! — спрашивает он.
— Нет, — хриплю я в ответ, все еще злой до чертиков. — С Герычем я договорился, он наш. С вас остальные.
— Есть, босс.
— А мне надо остыть. Сегодня больше не беспокоить.
Реально, блядь, лучше не беспокоить. А то порву всех к хуям собачьим. В том числе и своих парней: за то, что не досмотрели за Мальвиной, пока я был занят делом, за то, что не помогли мне найти ее, пропустили все…
Меня немного отпускает, только когда мы с Мальвиной оказываемся наедине на втором этаже, в так называемом больничном крыле.
Я велю девчонке достать аптечку и обработать мои костяшки.
На самом деле, мне не очень-то нужна медицинская помощь, мне просто нужны ее прикосновения: это поможет успокоиться.
— Спасибо, что спас меня, — благодарит Мальвина нерешительно. — Что так быстро нашел. Но я все равно очень на тебя зла… Ты знал, что такое может случиться, и все равно…
— Я тоже очень на себя зол, — прерываю я ее.
Мысль о том, что Кумач прикасался к ней, лапал своими мерзкими ручищами, выводит из себя, а осознание, что я мог не успеть, и тогда он еще и засунул бы ей между ног или в рот свой член, просто доводит до остервенения… аж кулаки сжимаются до боли, до хруста.
Неудивительно, что я рычу и угрожаю ублюдку, хотя его здесь уже нет…
— Тш-ш-ш, — просит Мальвина. — Пожалуйста, успокойся.
— Это не так-то просто. Успокоиться. Я знаю один отличный способ, но ты, боюсь, не одобришь…
— Что за способ? — спрашивает она, наивно хлопая ресницами.
Глупая, глупая Мальвина. Неужели она реально не понимает?!
Я смотрю на нее и не могу оторваться: она все так же пиздецки красива, как и в первую нашу встречу.
И ее спутанные синие волосы, аромат ее вспотевшего тела, наивные глаза олененка Бэмби, бьющаяся на шее венка, выглядывающая из декольте маленькая красивая грудь сводят меня с ума.
Воспаленный мозг уже рисует детальную картинку того, как я рву на ней платье, раскладываю девчонку прямо на этой кровати и трахаю, трахаю, трахаю до потери пульса…
Член встает колом.
Контролировать импульс невозможно.
Я встаю, хватаю ее за затылок, тяну к себе и врезаюсь губами в ее губы, такие блядски красивые и влажные.
— Что ты… что ты делаешь… — спрашивает Мальвина.
— Я собираюсь тебя выебать, — говорю ей прямо рот в рот, с кайфом наблюдая, как ее щеки покрываются румянцем, а шея — мурашками. — Потому что я единственный, кто имеет на это право, ясно?!
Я беру ее ладонью за горло. Под пальцами бьется ее сонная артерия. Маленькая хрупкая жизнь, которая принадлежит только мне…
И это так пиздецки заводит.
Я делаю пару шагов, заставляя Мальвину отступать, а потом толкаю ее в плечо, и она падает на кровать.
Приподнимается на локтях и взволнованно ерзает, но не похоже, чтобы она была против. Тем лучше: я хочу, чтобы она была включена в процесс.
Чтобы ее пухлые губы скользили по моей коже. Целовали, ласкали. Чтобы она касалась меня пальцами. Впивалась ногтями в спину. Выгибалась дугой, стонала, текла, как последняя шлюшка, и по-настоящему хотела меня…
В насилии и грубой власти есть свой кайф.
Но также есть свой кайф в блядской взаимной страсти.
И сегодня, готов поспорить, у нас с Мальвиной второй вариант.