44 глава
Я ставлю колено на край постели, раздвигая им ее бедра. Белое шелковое платье задралось, обнажая стройные ноги.
Мальвина смотрит на меня своими огромными голубыми глазами, и в ее взгляде больше нет той ненависти, что шпарила меня в прошлый раз… сегодня там — темное, липкое, еще толком не знакомое ей самой желание…
Я нависаю над ней, и мой возбужденный член утыкается в низ ее живота. Между нами — слои ткани, но это мы скоро исправим.
Давненько я не чувствовал такой блядской похоти. Бесчисленные элитные шлюхи приходили в мою постель, подставляли свои истекающие смазкой щели и послушный рот, брали деньги и уходили… И я не испытывал ничего, кроме физического удовлетворения, звериной похоти.
Но с Мальвиной все иначе. Эта непослушная девчонка с растрепанными голубыми волосами ворвалась в мою жизнь ебаным ураганом, заливая вискарем мои документы, сбегая от моих парней, прожигая меня ненавистью…
Неудивительно, что мысль о том, чтобы наконец заткнуть ей рот своим членом, кажется особенно возбуждающей, особенно сладкой.
И я сделаю это… но не прямо сейчас.
Сначала я заставлю ее кричать.
Кукольное личико в нескольких сантиметрах от меня, я хватаю девчонку за волосы, крепко сжимаю пятерней растрепанные кудри, и тяну ее на себя… ее губы пахнут апельсиновым соком, который она каким-то чудом надыбала на бандитской сходке, мои — крепким табаком, и я целую ее.
И без того пухлые девчачьи губы еще сильнее распухают и краснеют от моих поцелуев, и от этого меня кроет еще сильнее. Я хочу ее всю. Целиком. И прямо сейчас. Рыча от нетерпения, вторгаюсь языком между ее послушно распахнутым губами и там сталкиваюсь с ее языком… таким горячим, мокрым и податливым… о, он будет отлично смотреться на моем члене!
Целую ее шею, слизываю языком соленый пот, выступивший на коже, ловлю губами пульс на ее сонной артерии… Кровь несется по ее телу быстрыми рваными толчками. Дергаю одним пальцем бретельку платья… оно пиздецки дорого стоило мне, но теперь кажется, я купил его только для того, чтобы порвать на ней в клочья. Тонкая лямка легко рвется, и я дорываюсь до ее плеч, ключиц и ямки между ними…
Девчонка тихонько постанывает, выгибается в пояснице, запрокидывая голову и лихорадочно запуская длинные тонкие пальцы в мои волосы… Да, Мальвина, давай, расслабься, поддайся этому, стань моей по-настоящему…
Нежная белая кожа покрывается красными пятнами: от стыда, страха, возбуждения. Охуенный, вкусный, жаркий коктейль.
Я приподнимаюсь, хватаю края лифа и дергаю в стороны. Платье трещит по швам и рвется почти напополам, обнажая грудь и живот.
Маленькие аккуратные соски у нее уже превратились в твердые от возбуждения, круглые кнопки, и я тянусь к ним губами.
— А как же я… — вдруг пищит девчонка, прерывая меня. — Как я буду возвращаться домой?! — она цепляется дрожащими пальцами за края порванного платья, но я перехватываю ее руки, прижимаю тонкие запястья к матрасу над ее головой, смотрю ей прямо в глаза и говорю:
— Потом. Все потом, Мальвина, — а потом снова впиваюсь в ее губы поцелуем. Скольжу языком по ее деснам, сталкиваюсь с ней зубами, потом возвращаюсь к груди, обхватывая ее сразу обеими руками… сука, идеально, ее грудь просто идеально помещается в мои ладони!
Крепко сжимаю, с кайфом перекатывая между пальцами упругие соски, потом хватаю их губами, зубами, покусываю, вылизываю, обсасываю, глотая ее пряно-соленый пот…
Девчонка выгибается подо мной, послушно подставляясь рукам и губам.
Как безумная. Как в приступе ломки.
Стягиваю платье с ее бедер, лапаю, сжимаю, оставляя следы своих пальцев… Хочется заклеймить ее всю. Веду по внутренней стороне бедер, подбираюсь к ее трусикам… Она даже не пробует закрыться, наоборот — распахивает бедра мне навстречу…
Моя маленькая послушная шлюшка. Наконец-то ты поняла, как надо себя вести, чтобы получать удовольствие…
Цепляю пальцами резинку ее белья и тяну вниз. О да… она уже вся мокрая. Резкий аромат смазки отчетливо бьет мне в нос.
Вот ведь течная сучка!
Член становится каменным, хотя куда еще тверже, казалось бы.
Я медленно сползаю вниз по постели, так что колени оказываются на самом краю, а пальцы ног касаются пола. Зато прямо напротив моего лица оказывается ее сладкая, истекающая липким соком щелка…
Мальвина послушно держит бедра раздвинутыми, и я притягиваюсь вплотную, чтобы провести языком по ее распахнутым складкам и клитору.
Девчонка, явно не ожидавшая этого, громко всхлипывает, дергается, ударяя бедрами мне по ушам.
— Тш-ш-ш, — шиплю я, дыша прямо в ее клитор.
— Что ты делаешь?! — спрашивает она.
— Ничего, что тебе не понравилось бы, — отвечаю я и, чтобы не слушать больше ее тупые вопросы, повторяю движение языком, только уже теснее прижавшись к ее клитору… Мальвина судорожно втягивает воздух ртом, вцепляется до боли в мои волосы, но больше не сопротивляется.
Я вылизываю ее, постепенно увеличивая напор и скорость. Ее щель сочится смазкой, и я медленно погружаю туда палец. Мальвина стонет и мечется по постели. Еще немного — и начнет вырывать клочья из моих волос.
Пальцем я нащупываю в ее влагалище особенно чувствительную точку, и надавливаю на нее, поочередно массируя клитор. Девчонке требуется совсем немного времени: через несколько минут она взрывается в моих руках мощным оргазмом, содрогается всем телом, пульсирует напряженными мышцами вокруг моего пальца, который все еще внутри…
Я вылизываю ее дочиста, явно смущая этим, но плевать: она вкусная, горьковато-соленая, и я хочу запомнить ее вкус.
Закончив, встаю на пол, сбрасываю кроссы, снимаю футболку, расстегиваю ремень, ширинку, стягиваю с себя джинсы и трусы, вываливая багровый, увитый голубыми венками член.
Мальвина смотрит на меня исподлобья.
— Твоя очередь, — говорю я.