Глава 17. Буратинопоследователи

Утром пришлось поработать…

– Надо почистить стойла у коз, – непререкаемым тоном заявила Галина Ивановна. – А потом – завтрак.

Стойла чистились трудно – непривычное, малоприятное дело, что уж там… Опять же козы всячески издевались – кто бы знал, как они умеют это делать!

Зато, намахавшись лопатами и вывезя кучу тачек с отходами козьего производства, близнецы выяснили, что у тётки есть хороший душ, да и завтрак был выше всяких похвал!

– А когда машину можно будет достать? – забеспокоился Виктор – душ душем, но одежда-то на них была та же, в которой они вчера были, соответственно, в ней же стойла чистили.

– Сын приедет, и достанем, – скупо посулила Галина. – И кстати, а с чего это вы решили свалить? Не поняли, что ли, что вам тогда Васька такие штрафы выкатит…

– Да ладно, – загудели близнецы, расплываясь в обаятельных улыбках. – Не будет же он с нами судиться?

– А почему нет? – хмыкнула Галина. – Насколько я понимаю, вы и своих родителей догола раздели и без дома оставили, все долги на Ваську свалили, а теперь и к его семье подобрались?

– Васька себя не обидел, – доверительно объяснил Владимир. – Квартира-то родительская теперь на нём!

– Так и правильно – кто выкупил, того и квартира! – пожала плечами Галина. – А вы чего думали? Будете только брать, а отдавать за вас кто-то другой станет?

Как-то так они и думали, правда, с небольшой поправкой – были уверены, что вот-вот выстрелит один из их супердоходных проектов, да так, что все аж закачаются!

– Чего тратить время на всякую фигню, если всё так просто – попал в струю, сыграл как надо, и ты в дамках! Сколько таких случаев-то было! – рассуждали братья, раз за разом убеждая друг друга в правильности их действий.

Нельзя сказать, что они не работали – работали, конечно, торговали разными «позициями», как они это называли, но как только у них скапливалась какая-то более-менее существенная сумма, они сразу же пускались в авантюрные приключения по добыче суперприбыли, ведь риск – это дело благородное!

Благородное дело постоянно оставляло их без шиша, они набирали кредиты, жалобили родителей, какое-то время выплывали, а потом, выбравшись в какую-никакую стабильность, срывались в погоне за «дикими мильёнами». Правда, эти самые «мильёны» были такими неприрученными, что раз за разом отлягивались от жадных ручонок братьев, доставаясь кому-то другому.

Но братцы не унывали – понятное же дело, что их опять постигла неудача из-за того, что они маловатый начальный капиталец скопили. Было бы больше – всё б вышло в лучшем виде! Поэтому они и тётушке ответили соответствующе:

– ТётьГаль, да вы что? У нас же бизнес-план есть, мы же всерьёз, мы…

Дальнейшая лекция о том, как заполучить «мильёны», достойные братьев, происходила на свежем воздухе – тётка приставила болтунов к разборке старого забора, а то, чего им просто так языками-то трепать?

Так как смыться без машины было нереально, братья неохотно, но подчинились – деваться-то всё равно некуда!

– Так вот, закупаем мы товар, а потом продаём с прибылью в двести-триста процентов! – вещал Владимир, орудуя ломиком.

– Брехня! – вздохнула Галина.

– Почему это?

– Да потому что вы не учитываете колебания курсов, расходы на перевозку внутри Китая до транспортного хаба, потом от него до границы, растаможку, доставку до вас, складские услуги, и…

Тётка говорила так, словно занималась этим много лет, а близнецы стояли, нелепо приоткрыв рты – ощущение было такое, словно вчерашний медведь с ходу доказал им какую-то заковыристую теорему из курса высшей математики.

– ТётьГаль, а вы кем работали до пенсии? – наконец-то не выдержал Владимир.

– Главным экономистом в совхозе, – усмехнулась Галина Ивановна. – А у нас совхоз крупный и доходный. Так что, ребятки, я вам как профессионал скажу, сверхприбыли бывают только там, где или присели на что-то сверхдоходное, или грабят что-то захваченное, или в одном случае из миллиона – просто тупо повезло. Правда, есть ещё одна категория сверхприбыльников.

– Это какая же? – заинтересовались близнецы.

– Те, кто зашибает бабки на желающих получать сверхприбыли! Вот у них всё в шоколаде! А знаете почему?

– И почему?

– Да потому что такие, как вы, не переводятся! Обязательно находятся чудаки, которые уверены, что вот им-то всё в руки свалится, стоит только деньжат поднакопить да вложить их повыгоднее в товары, или замутить какой-то супер-пупер бизнес, или купить какой-то супер-курс по обогащению от блогера «воздухопродавателя». Впрочем, у вас есть идейный лидер!

– И кто? – мрачно усмехнулись братья – ясно же, что тётка науськана Васькой.

– Буратино! Да, тот самый, который закапывал деньги на поле в Стране Дураков! Долго ещё там копаться будете? А? – рявкнула Галина.

– Да мы вменяемые бизнесмены… – начал надувшийся Витька.

– Плевать мне на то, какие вы бизнесмены! Я про забор спрашиваю! Долго вы ещё с ним собрались валандаться? Эхх, тоже мне, работнички! – презрительно фыркнула Галина, подошла к забору, подналегла плечиком в нужном месте, и забор, укоризненно скрипнув, рухнул.

Близнецы ошарашенно переглянулись и заткнулись – как-то не получилось объяснить тётке, что она ничего не понимает в жизни и бизнесе – с такой поспорь, так она на тебя этот заборчик и намотает!

После приезда сына Галины они отправились доставать многострадальную машину близнецов, обнаружили отпечатки грязных медвежьих лап вокруг, причём одна лапа явно прошлась по капоту. А потом от души насладились увлекательным занятием – отделением жадной болотной грязи от своего средства передвижения.

***

Петровский был бы счастлив, если бы Устинья хоть немного замолчала, но, увы, увы… стрёкот не затихал ни на минуту:

– Ты представляешь? А мне этот заказчик и говорит, что ему надо картину не такую, а какую-то другую! Ладно… я терплю, спрашиваю, какую именно, а он, придурок такой, кривится и говорит, что не знает, но всё равно не такую!

– Не повезло вам, – пробубнил Дмитрий уже автоматически.

– И не говори! – Устинье так хотелось хоть с кем-то поделиться, что она была готова даже с охранником разговаривать, тем более что за несколько прошедших дней к нему как-то… привыкла, что ли.

Они доехали до дома Устиньи, и Петровский проводил её до квартиры.

– Подожди меня! Я через час поеду на встречу – пригласили на деловой ужин! – распорядилась Фомина, так что Дмитрий отправился в машину, рассуждая о том, что даже вопящая что-то ворона была гораздо менее шумная. Тут его размышления были прерваны странным ощущением, словно по затылку потянуло холодным воздухом.

– Так… и кто это? – Петровский преотлично знал, что это чувство у него возникает, когда за ним кто-то пристально и «точечно» наблюдает.

Он сделал вид, что роется в смартфоне, включил в нём камеру, и с помощью этого нехитрого приёма обнаружил у соседнего подъезда такси. «Фонило» явно оттуда.

– Интересно-интересно… – Дмитрий решил выехать из двора и посмотреть, останется ли наблюдатель на месте или поедет за ним.

– Поехал! И что это значит? А значит это, что дело не в моём объекте, интересую наблюдателя именно я.

Петровский непринуждённо поманеврировал в потоке движения, перестроился несколько раз, а потом неожиданно свернул в переулок, оторвавшись от надоедливого преследователя.

– Роли изменились! Сюрприз! – мрачно произнёс он. – И кто же это у нас такой любопытный?

Таксист, потерявший объект слежки, уже вовсю ругался с клиенткой:

– Да что вы за водитель такой, раз даже проследить не могли!

– А я вам и не частный сыщик, а таксист!

– Да вы и не таксист, а бездельник какой-то, – возмущалась Эмилия, которую преследовали сплошные неудачи.

Вот взять, к примеру, первый день её слежки – она была уверена, что теперь-то точно откроет племяннице глаза на её муженька.

– Приехал к девке, зашёл в подъезд, и я уже почти начала Настасье звонить, чтобы она сама приехала и застала его, как он… вышел! Вышел и уехал, гад такой! – вспоминала Эмилия.

Потом она была вынуждена на несколько дней прерваться – дела не позволяли продолжать слежку. Но как только у неё всё наладилось, она, как человек, радеющий за несчастную племянницу, уже почти что разведённую – по крайней мере, по мнению Эмилии, поехала следить за Петровским.

– И нате вам! Мне попался тупой водила! – Мила наливалась праведным гневом и почти совсем достала несчастного водителя, разумеется, не заметив, что искомый автомобиль едет совсем недалеко от неё.

– Так, куда вас отвезти? – таксист отличался непомерно-философским взглядом на жизнь, так что быстро успокоился и решил, что деньги ему за поездку всё равно идут, а если эта заполошная тётка что-то там бухтит, это не его проблемы – слушать бред он всё равно не обязан.

– Никуда уже! Останови у метро! – рявкнула Эмилия, завидев знакомую красную букву «М» у перекрёстка.

– О как, – отреагировал Петровский, узрев очень знакомую фигуру в ветровке с капюшоном, напяленным для конспирации; впрочем, выбравшись из машины, Эмилия опомнилась и капюшон сдёрнула – она-то слежку за собой точно не ожидала – это же она охотник!

– Тётушка наша ненаглядная, век бы не видеть! – прокомментировал Дмитрий. – Что ж ты ко мне прицепилась-то?

Конечно, он вернулся к подъезду Устиньи и уже через пятнадцать минут узрел, как во двор въезжает очередное такси с пассажиром, которое останавливается у соседнего подъезда, но из него никто не выходит.

– Засада прибыла! Вот упёртая! – вздохнул Петровский, набирая номер жены.

– Настюш, привет! Ты уже дома? Хорошо. Нет, я на объекте, а неподалёку от меня стоит такси с твоей тёткой.

– С Эмилией? – мрачно уточнила Настя.

– Так точно! Я тут немного её поводил за нос, чтобы понять, кто за мной следит, выяснил, что это точно она, да ещё в камуфляже – в капюшоне.

– Вот же… зараза какая! – прошипела Настя, стараясь говорить не очень громко.

Странный шум, фоном доносящийся из динамиков, Петровского насторожил:

– У нас гости?

– Да, Лена Бошинова с Мишкой. Представляешь размеры торжества нашей дочери? – хихикнула Настасья.

– Бедный Мишка! – от души посочувствовал Петровский сыну друга.

– И не говори! И бедные Бошиновы. Мишка уже бросает мрачные взгляды на маму.

Петровский как-то разом расслабился, разулыбался, прикидывая, что Маринка сейчас ходит королевой, демонстрируя Лешика и Мусь.

– Одно Мишке хорошо – она его обещала больше не бить! – сообразил Петровский. – Она нашла нового мальчика для битья, причём в натуральной форме – того самого бывшего «жениха». И ведь грамотно делает – стучит без свидетелей и там, где камер нет. И как она камеры-то вычислила? – думал он.

– Так что мы с тёткой делаем? Если бы не гости, я бы сейчас сама приехала… – Настасья вернула примолкшего супруга к насущным делам.

– Пока ничего… я сейчас провожу объект на ужин, сколько она там задержится – понятия не имею, потом возвращаю её домой и выезжаю к вам.

– А ты можешь сделать так, чтобы Эмилия решила, что ты с этой девицей в ресторан пошёл? – внезапно уточнила Настасья.

– Могу, конечно, без проблем. Ресторан она мне назвала, там есть второй выход, меня через него запросто проведут, а потом впустят обратно, когда надо будет девушку забирать. А зачем?

– Хочу продолжить съёмки семейной комедии! – усмехнулась Настя. – Надо же повеселить родственников. Да и не только повеселить – тётка кроме нас с тобой начала «выпас» ещё одной пары – моей троюродной сестры, которая совсем недавно замуж вышла. И так дело повела, что сестра уже сомневается и в муже, и в браке, и вообще во всём, а она беременна. Не хватало ещё, чтобы эта ненормальная жизнь глупышке испортила! Да и мне она откровенно надоела!

– А как с Маришкой? Кто с ней побудет?

– Соседку попрошу – она влюблена в нашего Лешика, а он не против её общества, так что соседка с удовольствием посидит у нас.

– Хорошо, тогда я тебе позвоню по ходу дела! – пообещал Петровский, ощутив, что жизнь прекрасна, раз даже из такой пакости как слежка малахольной тётки может появиться дивное ощущение – ему доверяют, точно любят, а ещё… хотят пошалить в лучших традициях Карлсона!

Правда, у его супруги, которая, коварно прищурившись, выбирала самый вызывающий наряд из имеющихся в её гардеробе, было немного иное сравнение.

Пока она обдумывала противотётьный план, у Мишки Бошинова тоже были далекоидущие планы!

– Раз они все так, то я его точно заберу! – думал он, начёсывая здоровенного пса. – У всех уже есть животные, а у этой воображалы Маринки целых двое! А я? Я один получаюсь обезживотнинный! А там он один! И ему опасно и плохо! Всё, я точно решил!