Глава 12

После разделенного на двоих удовольствия они лениво рассоединились и какое-то время молча лежали на кровати.

— Я спать пошла, — наконец нарушила тишину Рита. — А то кое-кто через три часа уже захочет свою кашу.

— Могу я утром встать с мелким, если хочешь, — предложил Марк и широко зевнул. — А ты отдохнешь.

— Да не, не надо, — подумав, решила она. — Я лучше потом посплю, когда ты его в одиннадцать заберешь.

— Как хочешь.

Рита тихо хмыкнула. Так, как она хотела, все равно не будет. Потому что неожиданно захотелось не уходить к себе в комнату, а остаться тут, с Марком, привалиться к его горячему твердому плечу и уснуть на мятых, пахнущих сексом простынях. Но это желание явно противоречило их негласному кодексу, потому что намекало на отношения. А отношений с ней Марк сто процентов не хотел. Как он там говорил? Не нужно иметь общие духовные ценности, чтобы приятно провести время в постели? Ну или что-то в этом роде.

Рита включила лампу, нашла свою пижаму, натянула ее на себя под пристальным взглядом Марка и максимально беспечно улыбнулась ему.

— Спокойной ночи.

— А поцеловать?

— А тебе не хватило?

— Нет.

Марк притянул ее к себе и сильно, жадно поцеловал. Да так, что обессиленная удовлетворенная Рита ощутила слабые признаки новой волны возбуждения. И судя по тому, что прижималось к ее бедру, кое-кто тоже был не прочь пойти на второй заход.

— Эй, потише, горячий парень, — она уперлась ему руками в грудь, пытаясь перевести все в шутку. — Я вообще-то спать пошла.

— Иди, — покладисто кивнул Марк, но по-прежнему крепко держал ее. И Рита, вздохнув, осторожно коснулась его губ своими и легко погладила по напряженному бицепсу.

— Отпусти меня.

— А ты вернешься?

— А ты хочешь? — вопросом на вопрос ответила Рита.

— Очень, — глухо ответил Марк.

— Тогда завтра. На том же месте в тот же час, — рассмеялась она, маскируя нарочитой веселостью странную горечь, разливающуюся внутри.

И только тогда он нехотя разжал руки и позволил Рите уйти.

«Вот это темперамент у Рихтера, — с восхищением думала она, вертясь чуть позже в своей кровати, которая теперь казалось пустой и холодной. — Так отлюбить, а потом хотеть еще — это ж какое либидо надо иметь? А сначала казался прям мороженой селедкой. Кто бы мог подумать, что он такой горячий!»

Рита тихонько вздохнула, вспоминая жадные поцелуи и обжигающее чувство наполненности. Ей теперь тоже хотелось еще.

Марка вообще хотелось. Не на один торопливый раз, а на целую ночь, как минимум. Чтобы включить свет и как следует насмотреться и натрогаться. Чтобы не мешал дурманящий голову недосып и чтобы не приходилось сдерживаться, пытаясь не разбудить своими криками ребенка. В общем, хотелось насладиться их неожиданной интимной связью по максимуму, но Рита прекрасно понимала: этого не будет. Сейчас им мешает присутствие Арсения, а потом вернется Марта — и все однозначно закончится.

Они спят друг с другом только потому, что Марк слишком оголодал (еще бы! с таким-то темпераментом!), а она оказалась рядом и, видимо, внешне была в его вкусе. Ничего унизительного в этом Рита не видела: она и сама прыгнула к Марку в постель не от большой и чистой любви, а руководствуясь вполне плотскими и довольно низменными желаниями.

Но это было хорошо…. Очень хорошо!

Она мечтательно потянулась, вспоминая их близость. А потом незаметно для себя уснула.

На следующий день все было как всегда: они снова вели себя так, будто шифровались перед кем-то. Рита сознательно держала дистанцию, чтобы не напридумывать себе лишнего, и это было дико сложно, потому что каждый раз, когда она видела засос, оставленный на шее Марка ее жадными губами, внутри словно закипала темная тягучая лава. И Рита малодушно отворачивалась, считая часы до завершения дня, когда можно будет снова оказаться с Рихтером. И под Рихтером. И на… Господи, да поскорей бы уже ночь! Сколько можно ждать?!

На этот раз Марк пришел к ней сразу, как только она уложила Арсения спать.

— Весь день о тебе думал, — горячо шептал он, прижимая ее к стене и целуя в шею. — С ума меня сводишь…

Рита тут же закрыла ему рот поцелуем. Зачем он все это говорит? Не надо. Она так себе вообразит невесть что.

— Еще скажи, что я особенная и что ты никогда такой не встречал, — неожиданно зло выдохнула она, отрываясь от его губ. — Марк, мне не восемнадцать, не надо лить мед в уши, чтобы я тебе дала.

Он замер, странно на нее глядя. Потом невесело усмехнулся.

— Вот ты колючка. Ладно, как скажешь.

Чувствуя себя почему-то виноватой, Рита тут же прижалась к Марку и стала ластиться, словно кошка, едва не мурлыча под его руками.

— Не надо говорить ничего, — тихо бормотала она, расстегивая его рубашку. — Ну правда. Я и так ужасно хочу тебя…Разве ты не видишь…

— Вижу… — Марк яростно рванул на ней футболку так, что ткань жалобно затрещала. — Иди ко мне!

Наверное, именно о таком любовнике Рита всегда мечтала: темпераментный, выносливый, думающий в постели не только о своем удовольствии и знающий, что делать с женщиной, чтобы ей было хорошо. Впрочем, Марку и делать для этого особо ничего не нужно было: Рита даже от самых простых его прикосновений растекалась горячей сладкой лужицей, поражаясь тому, насколько сильно ее тело реагировало на Марка. Какая-то долбаная химия, не иначе. Удачная совместимость на биологическом уровне. Простая физиология.

Но почему тогда так сильно хотелось после секса остаться рядом? Понежиться в объятьях, поговорить о чем-нибудь, а потом уснуть рядом. И проснуться тоже вместе. Открыть глаза и увидеть темноволосую голову Марка, ощутить, как тело пропиталось за ночь его запахом, погладить горячее бедро и опустить руку ниже, ощутив утреннюю готовность. И, может, даже успеть заняться торопливым сексом, пока ребенок еще не проснулся…

Но Марк остаться не предлагал. А Рита была слишком гордой, чтобы навязываться.

На третий день после начала их с Марком странных отношений, которые включали в себя только постель, Марта что-то заподозрила.

— Рит, а ты чего такая довольная? — с любопытством спросила она во время очередного созвона. — Прямо сияешь!

Рита поперхнулась. Она и не думала о том, что это так заметно. Как будто у нее на лбу горит неоновая вывеска «Да, у меня появился офигительный любовник, завидуйте молча».

— Это все премия! — торопливо выпалила она, радуясь, что Марка сейчас не было на кухне, он ушел менять Арсению подгузник. — На работе вдруг дали премию! И я такая счастливая, такая счастливая!

— Здорово! Я тоже за тебя рада.

Рита облегченно выдохнула, увидев, что Марта ей поверила, и тут же моментально перевела стрелки, чтобы окончательно отвлечь от себя внимание:

— Да и ты вся светишься, подруга. Колись, что от меня скрываешь?

Рита сказала это в шутку, но когда Марта от ее слов покраснела и улыбнулась радостно-смущенной улыбкой, поняла, что умудрилась случайным выстрелом попасть в десятку.

— Только брату не говори, — зашептала торопливо Марта. — Тут есть начальник дизайн-отдела. Его зовут Лука, ну, то есть сеньор Бланчи. И вот он… мы с ним…ой, ну короче!

И Марта залилась краской до самых ушей, а Рита заговорщицки ухмыльнулась. Теперь стало понятно, кто водит подругу на все эти бесконечные концерты и ужины.

— Поздравляю! Ты хоть фотку пришли. Интересно же посмотреть.

— Тише ты, — шикнула Марта. — А то Марк услышит. Пришлю, пришлю. Слюнями только экран не закапай. Итальянцы вообще все как с картинок, но Лука… реально, Рит, это просто нечто. Какая-то ожившая мечта. Вообще не понимаю, что он во мне нашел.

Рита недоверчиво покрутила головой. Она сейчас серьезно?! Нет, ну ладно в школе, когда Марте мешал лишний вес, но сейчас-то откуда эти комплексы?! Марта себя в зеркало вообще видела? Со своими прозрачными голубыми глазами, нежной, будто персиковой кожей и длинными светлыми волосами. И это если не говорить о женственной фигуре с изгибами во всех нужных местах. Да итальянцы вокруг нее должны были хороводы водить!

— Кто там что в тебе нашёл, я не понял? — грозно спросил выросший в дверном проеме Марк. На сгибе локтя у него с комфортом устроился Арсюша в свежем подгузнике. Вместе они смотрелись так естественно и прекрасно, что хотелось тут же схватиться за телефон и запечатлеть этот кадр для истории.

— Начальник дизайн-отдела фабрики, — торопливо пояснила Рита. — Считает, что Марта талантливая, а она не верит, говорит: где он во мне талант нашел.

— А, ну тогда ладно, — успокоился Марк и ловко придержал Арсюшу, который вдруг рванулся к планшету.

— Ма-ма-ма, — зачастил он и стал тыкаться личиком в экран.

— Мама? — сорвавшимся голосом спросила Марта. — Он сказал «мама»?

И разрыдалась.

Пока они совместными усилиями успокаивали Марту («Я так соскучилась по Арсюше, мне он каждую ночь снится», «Завтра же возьму обратный билет!», «Я ужасная мать, бросила своего ребенка!»), Рита с облегчением думала о том, что теперь подруга, наверное, и думать забыла о том, почему сама Рита выглядит такой довольной. И что надо в следующий раз делать более траурное лицо, потому что завтра отмазка с премией уже не прокатит. Старая шутка про «съешь лимон» была сейчас как нельзя актуальна.

Возможно, когда-нибудь Рита расскажет Марте про свою интрижку с ее братом. Но точно не в ближайшее время. Тем более там и говорить-то особо не о чем: они просто спят друг с другом. Правда, с огромным удовольствием.

Вот и в этот вечер все было, как и в предыдущие три дня: ребенок засыпает — просыпается мафия. В их с Марком случае — либидо. И так прекрасно оно в этот раз проснулось, что не могло угомониться аж до трех часов ночи, пока не раздался требовательный крик Арсения, который как бы намекал: секс сексом, а еда должна быть по расписанию.

— Мелкий? — Марк приоткрыл глаза, прислушиваясь.

— Ага, он самый, — Рита лениво укусила его за плечо. — Пусти, я встану.

Они уже дважды откатали запланированную программу, но почему-то не торопились расходиться по кроватям. Валялись рядом, лениво ласкались и почти дремали.

— Лежи, я все сделаю, — Марк скатился с кровати и натянул штаны на голое тело.

— Да смысл лежать, — Рита широко зевнула. — Надо уже спать идти, я иначе не встану утром.

— Иди, — со вздохом согласился Марк, коротко поцеловал ее и исчез в темноте — пошел в детскую.

Рита, отчаянно зевая, искала на полу свои вещи и сонно думала о том, что ей сейчас хорошо. Вот без всяких «а что будет дальше» и «кто мы друг другу». Просто хорошо.

И когда она десятью минутами позже засыпала в своей кровати, чувствуя приятную сытую тяжесть, разливающуюся по удовлетворенному телу, тоже было хорошо.

И даже когда утром проснулась от яркого солнца, бьющего в глаза, то и это не рассердило. Даже от этого было хорошо.

Рита сладко потянулась, предвкушая новый день, который пройдет по привычным рельсам. А в финале дня ее снова будет ждать Рихтер, кровать и несколько часов чувственных удовольствий. Хорошо же? Хорошо!

И тут почти одновременно зазвонил телефон и захныкал проснувшийся Арсений.

— Иду, зайка! — крикнула Рита и взяла трубку, недоумевая, зачем звонить в такую рань.

Но уже через несколько секунд резким неловким движением опустилась на кровать, точно у нее подломились колени, и прижала ладонь ко рту.

— Не может быть, — растерянно бормотала она. — Я не верю. Этого просто не может быть.