Глава 21

Не сразу понимаю, почему Милена останавливается посреди ресторана. Хмурится, крепко сжимает мою руку. Проследив за ее взглядом, тихо матерюсь, желая, чтобы это было нелепое недоразумение. Просто совпадение. — Если не хочешь здесь оставаться... Можем уехать. Милена поднимает голову и заглядывает в мои глаза. На ее лице отчётливо читается недоумение и тревога. — Нет, я не собираюсь от них бегать. Кто они вообще такие? Пусть сами уходят. Киваю, улыбаясь ей в ответ. Сам же прокручиваю в голове, как эта Галина умудрилась связаться с Афанасьевым? После нашего с ним разговора я был уверен, что он прекратит играть, придумывать всякие подлости. Надеялся, что возьмётся за ум. Впрочем, от Галины подобное тоже весьма неожиданно. Но я знаю, как ее поставлю на место. Ей придется дорого заплатить, если она решит играть против нас. Пока мы идем к свободному столику, я впиваюсь угрожающим взглядом в бывшую секретаршу. Она то краснеет, то бледнеет, в итоге опускает взгляд на руки, лежащие на столе. Я думал, что ничто не испортит мне настроение. Оно просто замечательное после обследования у врача, после ее слов. Так хочется достать тот чёрно-белый снимок УЗИ из сумки Милены и разглядеть там хоть что-нибудь... Еле сдерживаю себя. Приглашаю Милену сесть, специально делаю так, чтобы Афанасьев со своей подружкой остались за ее спиной. Ибо нечего смотреть на них и анализировать в голове, каким боком они нашли друг друга. Зная Мили, она уже начала всякое придумывать, накручивать себя. Официант приносит меню. Пока Милена выбирает, что заказать, я прошу принести мне воду и гранатовый сок для Мили: знаю, что она без ума от него. Пытаюсь переключить мысли. Думаю о нашем ребенке. Едва сдерживаю улыбку. В последний раз так радовался, когда Милена приняла предложение выйти за меня замуж. — Как думаешь, сын будет светлым как ты, или темным как я? — спрашиваю, едва только официант уходит, записав наши заказы. — Не знаю, — Мили так широко улыбается... Ее глаза сверкают от счастья... И я снова проклинаю себя за все то, что с ней сделал. — Мне без разницы, если честно. Но чувствую... Интуиция подсказывает, что он будет темноволосым. — То есть как я, — довольный ее ответом, откидываюсь на спинку стула. — А ты этого хочешь? — Почему бы и нет? Мне нравятся темноволосые мужчины, — пожимает она плечами, оглядываясь по сторонам. — Милен. — Да? — Давай не будем думать ни о ком? — Не получается, — вздыхает вымученно. — Ведь знаю, что они что-то планируют. Я устала, Дим. Так задолбали все эти выяснения отношений. Ну когда все это закончится, а? — Можешь мне довериться? Я сам все решу. Ты просто не накручивай себя. Пожалуйста. — Как решишь? Кулаками? — Устало трёт виски. — Блин, и как она могла так опуститься? Ее сестра ведь до сих пор в больнице? Кто оплатил ее лечение? Мой папа ведь? И не стыдно этой дряни так поступать? Она ко мне приходила, прощения просила. Сказала, что жалеет о своих поступках. Не понимаю, как люди могут быть такими двуличными... Лицемерие чистой воды. — Ты хочешь, чтобы я с тобой был честен? — Конечно. А как же иначе? — Тогда обещай не принимать в штыки мои слова? Окей? Милена недоверчиво смотрит, чем причиняет боль. До сих пор не верит мне, не может положиться на все сто процентов. Дурно, когда она так задумывается. Будто мысленно себе вопрос задаёт: достоин ли я ее внимания или нет? — Говори, Дим. Не тяни. Теперь вздыхаю я. Ловлю Миленин вопросительный взгляд. Решаю всё-таки сказать то, что думаю. — Мне кажется они вообще не о нас говорят. Да, со стороны выглядит именно так, не отрицаю. Будто подставить нас хотят и планы строят, как бы это сделать. По крайней мере не хочу верить, что эта дрянь действительно пошла против нас. Капитан ее из дерьма вытащил. Ее сестра живёт только благодаря ему. Поэтому не хочу думать, что... Короче, надеюсь, это просто совпадение и... — Ты ее защищаешь, — перебивает. В ее голосе пробегают обиженные нотки, что я отчётливо чувствую. — Я просто честно сказал то, что думаю, Милен. Не надо... Замолкаю, когда официант приносит наш заказ. Не хочу, чтобы он был свидетелем нашего разговора. — Милен, — снова зову ее, наблюдая, как Афанасьев с Галиной покидают ресторан. — Ты мне скажи лучше... Сколько детей хочешь? — От тебя одного достаточно, — смотрит исподлобья, улыбается так злорадно. Берет вилку и принимается за еду. Просто подколоть хочет, но, черт возьми, одна мысль, что она может быть с другим... Родить ему детей... Внутренности наизнанку выворачивает. Не позволю ведь, знает. Лучше сдохну, чем ее другому отдам. — Шутка не очень приятная, — осмеливаюсь огрызнуться. — А кто сказал, что это шутка? — пожимает легкомысленно плечами. — Как найду мужчину мечты, так сразу замуж выйду. И детей ему рожу. И снова улыбается, заставляя мою кровь в венах закипать от ревности.

Некоторое время молча наблюдаю за Миленой, а потом решаю приступить к ужину. Честно говоря... После ее слов аппетит окончательно пропал, однако я пытаюсь убедить себя, что Мили делает это специально. Дразнит, пытается задеть, причинить боль.

В отличие от меня она ест с аппетитом, пьет любимый сок, иногда поднимает на меня взгляд, но быстро возвращает внимание к еде. Пытается вести себя так, будто меня рядом вовсе нет. А я к ней и не лезу. Пусть молча ест, не стану отвлекать. Ибо я уверен, что она вообще редко питается.

На секунду отвлекаюсь на телефонный звонок. Заметив на экране номер Саши, хмурюсь.

— Да, — отвечаю.

— Димон... Привет. Милена с тобой? Алина дозвониться пытается, но твоя не отвечает.

— Да, она со мной. Что-то случилось?

Мили сразу понимает, тянется к сумке. Достает оттуда телефон и охает.

— Я беззвучный режим включила, когда к врачу заходили. Забыла. Скажи, что перезвоню, как дома буду.

— Передай, что мы у ее родителей, — говорит Саша, услышав речь Милены. — Сюда приедете?

— Да, я подвезу Милену. Скоро будем.

— Окей. А новости хорошие? Судя по тому, что вы до сих пор вместе... — смеётся мерзавец. И тон у него насмешливый. — Сейчас, подожди. Во двор выйду. Есть, что сказать..

Я жду около двадцати секунд. Внимание Милены устремлён на телефон, она что-то печатает. Наверняка сообщение сестре пишет.

Звук закрывающейся двери, затем в трубке снова раздается голос Саши:

— Надеюсь, громкая связь не включена?

— Нет. Говори. Что там?

— Мне эта... Галина звонила. Благо, я на улице был. Узнай об этом Алина... Мне пришел бы конец. Устроила бы скандал, честное слово.

— Ближе к сути, Саш. — Делаю глоток воды, чувствуя, как злость бьёт в затылок, растекается по всему телу.

Задолбали. Яму копать нужно и туда бросать Афанасьева, Галочку и всех тех, кто выпендривается. Закопать их там заживо. Избавиться раз и навсегда.

П**дец у меня мысли... Но я настолько устал от них всех, что реально хочется сделать что-то такое... Чтобы они исчезли из нашей жизни раз и навсегда. Прилипли как жвачка и никак не отлипнут.

— Сказала, что твой номер телефона не знает, поэтому мне позвонила. Тебе же капитан не только телефон новый купил, но и симку... А ещё сказала, что все не так, как вам показалось. Я так понял... Вы ее с бывшим Милены застукали? Короче, якобы их встреча к вам вообще никакого отношения не имеет.

— Плевать я хотел на них, Саша. Закинь ее номер в черный список, если не хочешь головной боли. Цени жену. Не стоит с ней ссориться из-за каких-то там...

— Спасибо за совет. А то я лох, не соображал, — невольно ворчит Чернов, перебивая меня. — Ладно, давайте, до встречи. Мы ждём вас тут. Захаров вообще туда-сюда ходит в ожидании... Не испытывайте его терпение.

— И тебе спасибо за совет.

Отключив звонок, сразу же натыкаюсь на изучающий взгляд Милены. Она щурится, смотрит пристально. Будто в душу заглянуть, мысли прочитать хочет.

— Дай угадаю, — подаётся вперёд, не сводя с меня глаз. — Твоя Галочка звонила Саше, да?

Не могу сдержать улыбку. Не от ее слов смешно, а от того, как она смотрит.

— Она не моя. Прекрати так говорить. Мне это совсем не нравится.

— Так я угадала, да? Кхм... Нужно бы сказать Алине, чтобы Сашку на крючке крепче держала. Он теперь от нее что-то скрывает, — фыркает, поднося к губам бокал с соком. — Кстати, ты сказал, что сам разберёшься с ними. Планируешь встретиться с этой кукушкой?

— Следует дать ей понять, что она с огнем играет. Если один раз простили, это не значит, что простят и во второй...

— Это не ответ на мой вопрос.

— Ревнуешь? — я тоже подаюсь вперёд и накрываю ладонь Милены своей.

Она никак не реагирует, но и руку не убирает. Все так же смотрит в глаза. Даже не моргает. А мне кажется, что я перестаю дышать. В кайф видеть ее такой веселой. Когда она играет со мной, бросает вызов, как в старые добрые времена. Такая дерзкая, самоуверенная. Сильная.

— Не отвечай вопросом на вопрос, Беркутов, — цедит сквозь зубы. — Встречаться с ней собираешься?

— Нет, — честно признаюсь. — Попрошу врача ее сестры, чтобы ей пару слов передал. Тогда она поймет, как зависит от капитана.

— Трус. — Выдернув руку, Милена откидывается на спинку стула. — Хотел встретиться, но передумал, увидев мою реакцию. Знаешь, иногда мне хочется тебя как следует отшлепать. Бить куда попало, чтобы хоть немного остыть. Ты меня бесишь.

— И любишь, — продолжаю я.

— И люблю. — От ее неожиданного признания я даже выдохнуть не могу. В горле застревает ком, а глаза слезятся. — Поехали? Отец звонил четыре раза. Они новостей от меня ждут.

— Поехали, — еле удается сглотнуть и ответить.

Сегодня однозначно мой день. По всем фронтам.