Глава 14

Роман

— Здесь целая армия, — пробормотала она себе под нос, как только мы въехали в ворота.

Охрана была расставлена по всему периметру. Молодые бойцы были при оружии и в полной амуниции.

Эрика опасливо покинула машину и насторожённо огляделась. Поёжилась, кутаясь в пальто и посмотрела на меня.

— У Вас гости, Роман Андреевич? — вновь показала зубки, но я успел привыкнуть к нашей странной прелюдии.

— Да, но они для тебя, — обнял малышку за плечи и силой повёл в дом.

Не хотел, чтобы кто-то из моих бойцов смотрел на неё, параноидально охраняя свою собственность даже от этого.

Как только мы прошли в дом, миновав охрану возле парадного входа, Эрика сразу устремилась к лестнице. Через короткое мгновение хлопнула дверь её комнаты, и всё замерло. Я импульсивно снял пальто. Повесил его на вешалку. Взял пакет с её одеждой и пошёл вслед за Эрикой. Поднявшись на второй этаж, бесцеремонно вошёл внутрь. Как и вчера, вновь пожалев о своей бестактности…

Она торопливо срывала с себя платье. Уже успела обнажить упругую грудь и стягивала его с аппетитных округлых бёдер. Резко обернулась ко мне, едва заметив и тут же скрестила руки на груди.

— О, Боже, — вымученно простонала, бессильно запрокинув голову. — Я и забыла, что Вы можете являться ко мне, когда вздумаете. И лишили меня личного пространства, свободы… Всего!

Я промолчал. Не сводя с неё взгляда, прошёл к кровати и бросил пакет с её одеждой на упругий матрас. Это всё, что я хотел — отдать её вещи. Быть может, немного успокоить малышку. Попробовать поговорить. Убедить её в своих добрых помыслах. Объяснить всю сложившуюся ситуацию… Однако настрой Эрики, был слишком агрессивным. И она заряжала меня встречной агрессией.

— Послушай, — начал резче, чем намеревался. — Ты выдумываешь лишнего.

Присел на край кровати и посмотрел на неё строго. Эрика стояла в той же позе, со скрещенными руками на груди, и не хотела говорить со мной.

— Мне нужно переодеться, — безапелляционно заявила она.

— Нужно, переодевайся, — бросил, падая назад и вытягиваясь на кровати. Продолжал сканировать её тяжёлым взглядом, не желая уступать.

Она не по-доброму хмыкнула. Одарила меня злым взглядом и опустила руки по швам. В её зелёных глазах загорелся вызов. И это единственное, что меня утешало. Эрика не ломалась под моим гнётом. Напоминала мне своего отца — он был упрямцем… А также суровым и несломленным. Я знал, что не перегнул с ней палку. Знал! Скорее закалял и делал с ней то, от чего так рьяно берёг Давид. Готовил к жизни, в которую рано или поздно придётся окунуться.

— Довольны? — она вскинула подбородок. — Смотрите, Роман Андреевич, — ухватившись за ткань платья, демонстративно потянула его вниз, спуская по бедрам, коленям и щиколоткам. — Смотрите! Смотрите на то, что Вам никогда не достанется, — отшвырнула платье носком туфли, оставаясь лишь в трусиках. Кружевных, полупрозрачных. Они ничего не прикрывали.

Твою мать…

Резко поднялся с кровати и в два шага оказался рядом с Эрикой. Сгрёб её в охапку, припечатывая спиной к стене. Навис над ней, а она продолжала смотреть на меня с вызовом.

— Вы же не берёте женщин силой, — фальшиво улыбнувшись, напомнила мне о сказанном этим вечером. — Или вы не хозяин своего слова?

— Для тебя я могу сделать исключение, — прорычал ей в лицо, почти касаясь манящих губ девушки. — И я хозяин не только своему слову.

Она сразу присмирела. Вжалась в стену и её дыхание стало частым и рваным. Грудь стала подниматься от тяжёлых вдохов, и я завис на этом волнующем зрелище. Рука сама непроизвольно коснулась кожи над соском. Пальцы неторопливо очертили ореол вокруг него. А потом я просто обхватил её грудь ладонью и сжал.

Эрика тихо пискнула и закусила губу. Отважно смотрела мне в лицо, своими огромными зелёными глазами, но в них уже разлилась дымка предвкушения, вытеснив страх.

Второй рукой схватил её за горло, вынуждая стоять смирно. Всё ещё сжимал одну грудь рукой, а вторую лизнул… Поспешно… Словно не дав себе шанса передумать.

Обвёл языком вокруг розового соска, а потом втянул его в рот.

Твою мать… Вкус её плоти, отозвался приятной истомой на кончике языка. Мне захотелось съесть малышку. Полакомиться ею полностью. А потом сорвать с неё трусики и наполнить собой… Быть внутри неё…

Переместился ко второй груди и убрав руку, сразу накрыл ртом. Облизав сосок, едва уловимо подул, делая его ещё твёрже. Эрика задрожала и вжалась в стену сильнее. Она не издавала ни звука, не считая тяжелого дыхания. И я распрямившись, заглянул в её лицо. Испуганные глаза, истерзанные зубами губы — вот что я увидел.

— Ты меня боишься или того, что чувствуешь? — мой голос прозвучал сдавленно и хрипло.

Эрика вновь закусила губу, не желая отвечать. Безболезненно сжал её горло. Смотрел прямо в глаза, когда провёл пальцами по рёбрам и спустился к краю трусиков. Немного поддел резинку, запуская туда указательный палец. Глаза Эрики стали ещё больше.

— Не надо, — сдавленно прошептала она.

— Ответь на вопрос, Эрика. Только честно, — решил выдвинуть ультиматум. — Ты меня боишься? Или того, что чувствуешь? Говори только правду, потому что я смогу распознать твою ложь.

Запустил в её трусики ещё один палец. Неотвратимо приближался к клитору, и Эрика знала, что я не остановлюсь. Наверно, именно поэтому решилась на ответ.

— Я не знаю… не знаю, что чувствую, — затараторила она сбивчиво. — Ненавижу Вас… Но…

— Но? — мои пальцы замерли на её плоти. — Но, что?

По её телу волнами прошла дрожь, а дыхание оборвалось. Веки опустились, словно малышка решила сдаться.

— Но я не могу сопротивляться, — закончила она всхлипнув.

Надавил на её клитор. Склонился к её губам и провел по ним своими. Эрика распахнула глаза.

— Я всё ещё не беру женщин силой, — промолвил сдавленно. — Но ты можешь меня попросить.

Не дав ей говорить, закрыл рот своими губами. Властно разомкнул её губы языком и тут же вторгся им в рот. Прошёлся по нёбу и замер, смакую её вкус. Моя рука всё ещё была в её трусиках. Пальцы неторопливо ласкали клитор и я коленом раздвинул ноги девушки шире.

— Либо попроси, либо останови меня, — оторвавшись от её губ, отчеканил свой приказ.

Стояк был каменным. И я потерся им о её бёдра, чтобы она понимала мой серьёзный настрой. Эрика упорно молчала, словно не могла на что-то решиться. А я не собирался её насиловать.

— Я не попрошу, — наконец прошептала Эрика. — Не попрошу. Никогда!

Вновь припал к её губам и проник языком в рот. Почувствовал, как её язык отозвался в слабом ответном импульсе. Я разорвал поцелуй и ухмыльнувшись, прошептал:

— Никогда не говори никогда, Эрика… Ты удивишься, насколько быстро твоё тело победит над благоразумием!