Глава 32. Она уже победила, хотя даже не хотела соревноваться

Лёва «Чужой дом» и мои родители, находящиеся через комнату от нас, совершенно не мешают Соне спать утром. Даже когда я уже просыпаюсь и поднимаюсь, рыжая продолжает посапывать на своей половине дивана. Я одеваюсь и двигаюсь прямо на кухню, где у мамы уже пахнет чем-то вкусным. Не могу сказать, что такого утра не было в моей жизни сто лет – благодаря Соне в последнее время бывало, когда я оставался с ней. Хотел бы я, чтобы она жила со мной постоянно? Думаю, да, хотя есть уже у меня один такой негативный опыт, когда поторопился сильно с предложением о совместной жизни. Но даже пофиг на это, Соня – это Соня, не надо ее ни с кем сравнивать. Да и папа ее вряд ли допустит, чтобы дочь жила с каким-то мужиком, не будучи его официальной женой. Я все понимаю, но опять же – слишком рано думать об этом сейчас. Хотя и не думать не получается. Временно сворачиваю мысли об отце Сони, усаживаясь на кухне за столом. Вижу, мама вчера уже успела купить растительное молоко специально для меня и лепешки к завтраку жарит на нем. – Привет, мам, – тянусь через всю кухню прямо с места, забираю из шкафчика вилку и цепляю горячую верхнюю лепешку из тарелки. – Дань, ну горячо же! – Не бойся, не обожгусь, – улыбаюсь я. – Ты почему Соню одну оставил? – Так она спит ещё. – Ладно. Такая хорошая девочка, Дань, жениться будешь? – Мам, не разгоняйся. Я помню, что ты внуков хочешь, но давай все в своё время будет. – Дань, ну хорошая же! Молоденькая совсем, но это ничего страшного… – Абсолютно ничего страшного, даже хорошо, что маленькая. Не таскалась ни с кем. – Сын! Не надо так говорить о своей девушке! Понимаю, ты ещё вспоминаешь о той Ане… Аней же ее звали? – Вот не напоминай, ладно? Кстати, меня Шумский зовёт встретиться. Родители знают правду. В какой-то момент понял, что не смогу от них скрывать. Они прекрасно знакомы с Ромой, мы ведь дружили с ним несколько лет, он даже приезжал ко мне сюда в гости. С Аней я не успел семью познакомить… Слава Богу. Хотел сначала не говорить ничего, но мне так хреново было, что просто сил не осталось в себе держать. Не люблю обсуждать это, но часть жизни из памяти не выкинешь, даже если очень хочется. – А что ему от тебя нужно? – сразу меняется в лице мама. – Он там в городе, приехал на несколько дней. Говорит, пообщаться надо. – А ты готов его простить? – Да ну. Может, со временем это немного стирается, к тому же, у меня теперь есть Соня, и прошлые проблемы уже не так страшны… Но простить его полностью не смогу. Хотя буду врать, если скажу, что кто-то заменил мне его как лучшего друга. Нет. Никто не заменил. – Я не буду советы давать. Ты у меня большой мальчик, они тебе не нужны. – Нужны, мам. Я же для того и спрашиваю, – внимательно смотрю на неё, чтобы показать, как мне сейчас важна хоть какая-то помощь, чей-то совет. – Встреться один раз. Ничего страшного от этого не будет. Ты, главное, в драку только с ним не вступай, а если поймёшь, что не можешь видеть его, лучше просто поднимайся и уходи. – Думаешь? Мама кивает, передавая мне на тарелке ещё одну лепешку. – Иногда люди заслуживают получить второй шанс, Дань. Не уверена, что Рома тоже заслуживает, но решать только тебе. – Не помешаю вашему разговору? – скромно мнётся в дверях Соня. – Помешаешь, – отвечаю ей равнодушно и чуть ли не получаю в лоб половником от мамы. – Даниил! Ты как с девушкой разговариваешь! – Да я же шучу! А Соня все ещё испуганно смотрит на меня. – Рыжая, ну чего ты тупишь, кому ты помешаешь? – за руку тяну ее к себе, но она ещё и упирается. Обидчивая какая. Говорю же, на маму очень похожа, а я далеко не сразу это понял. Только сейчас, когда увидел их рядом, начало доходить. – Сонечка, садись тоже завтракать, сейчас Даня прекратит к тебе приставать и даст тебе поесть, я надеюсь, – мама подмигивает ей и грозит мне пальцем. Отлично, только вчера познакомилась с моими родителями, а они уже ее поддерживают. Но я не против. Рад, что все нашли общий язык, потому что самые важные люди должны ладить между собой. А они – самые важные, других нет. – Спасибо большое, мне неудобно, что вы так суетитесь, – что-то там лепечет Соня, и хотя она пытается быть милой, мне просто уже хочется, чтобы она села рядом и начала усиленно поглощать завтрак. – Оставляю вас, дети, завтракайте, – улыбается мама и выходит с кухни, направляясь в комнату к отцу. Поворачиваюсь к Соне, чтобы отругать ее за глупые вопросы, не мешает ли она, но рыжая уже схватила лепёшку и укусила так, словно свадебный каравай. Кто больше, тот и победит. Она уже победила, хотя даже не хотела соревноваться. Решаю не сидеть до последнего, выезжаем из города вскоре после обеда. Родители не хотят отпускать, говорят, что слишком мало побыл у них, хотя даже эти полтора дня – больше, чем ничего, и они все равно очень рады. Особенно довольны тому, что я привёз знакомиться девушку, которая им так понравилась. Чтобы хоть как-то ещё проявить родительскую заботу, нам выдают с собой еды в дорогу, и отказаться нет шансов, хоть этой еды нам бы хватило на неделю вперёд. Дорога снова проходит почти в тишине. Я включаю радио на небольшую громкость, Соня отодвигает немного кресло, пытается удобнее устроиться, но не спит, а сидит полубоком и смотрит на меня. Не могу. Отвлекает это конкретно – маячащая мысль, что огромные голубые глазища уставились на меня и всматриваются в каждую деталь. Когда она так близко, мне сложно не думать о ней в том контексте, что я все время хочу ее. Хотя хочу я не только слушать ее стоны, наблюдать за дрожащими ресницами и ловить сбивчивое дыхание. Это только телесный облик любви, а с ней определенно всего больше. Она такой же бесконечный глубины, как и цвет ее глаз, и я с каждым днём нахожу все новое в этой глубине. То нахожу, чего уже и не надеялся встретить в девушке, чего и не надеялся получить. Может быть, иногда ее наивность и неопытность меня подбешивают. Кажется, что просто так не бывает. Ну не может девушку так испугать знакомство с родителями парня. Не может ее так сильно напрягать, как отнесётся ее отец к нашим отношениям. Не может так трясти и колбасить, когда я просто дотрагиваюсь, даже ещё не занимаясь любовью. Честно, да все с ней – как одно большое занятие любовью. По жизни. Она не могла быть слишком идеальной. Никто не может. Соня была ровно такой же, каким и я сам. Со странной придурью в голове, что будет лучше, если немного соврать. Кому? И почему? Мы оба виноваты, нет больше и меньше, если есть совершенно глупые одинаковые ошибки. Даже в них мы одинаковые. Не знаю, какого хрена я сейчас сижу и думаю об этом, когда она рядом, и мы могли бы просто поговорить вместо этого бессмысленного монолога в моей голове. Только кажется, что почему-то именно после этих выходных точка невозврата пройдена, и я никогда не буду больше прежним. Таким, как до Сони. Надоело делать вид, что все кругом должны мне чего-то, потому что однажды я был обижен жизнью. Надоело жить вопреки чему-то, а не для чего-то. Жить после чего-то тоже надоело, хочу жить в ожидании светлого и нового. Даже если это будут слишком смелые и дерзкие мысли для человека, что ещё два дня назад усомнился в себе и своём выборе. Это было нужно, чтобы, усомнившись на минуту, выбрать затем целую жизнь. *** В дороге Соню размаривает. Когда мы въезжаем обратно в свой город, она уже дремлет, выставив колени в мою сторону. Безумно хочется взять и утащить к себе, пока спит, но знаю, что и так слишком много времени за эти дни мы провели вместе. Не могу передавить сейчас. Соня потягивается в кресле, заметив за окном знакомые черты, и сладко зевает. – Отвезёшь меня к родителям? – Серьезно? К отцу сейчас поедешь? – Надо бы. Смысл теперь что-то скрывать и прятаться, когда уже все так? – Адрес скажи. Элитный район, так и думал. Тем более удивительно, что Соня променяла жизнь в достатке и комфорте на однушку в советской многоэтажке и пошла работать до полной усталости. – Хочешь, с тобой схожу? Я не против второго раунда знакомства с родителями прямо сейчас. – Прости, Лев, я так не могу. Мне нужно сначала самой с ними поговорить, – настаивает Соня. И я понимаю, о чем она. Мне проще – я здоровый мужик уже, полностью самостоятельный, и даже если бы родители сказали, что моя девушка мне даже на один процент не подходит, это ничего бы не изменило. Сонька же хоть и старается быть самостоятельной, все равно еще не оторвалась от семьи в полностью свою жизнь. – Хорошо, но мы не будем оттягивать момент моего знакомства с твоим отцом, понимаешь? Это в моих интересах. Думаю, и в твоих тоже. Соня как-то пожимает плечами, быстро улыбается и снова молчит. Я подъезжаю к ее дому, открываю дверь машины, достаю рюкзак с вещами с заднего сиденья, подаю его. Не удерживаюсь, снова притягиваю рыжую к себе, чтобы ещё раз поцеловать. Как дурак романтичный, под снегом и светом фонарей. Под окнами дома ее родителей, с которыми я ещё не знаком. Но я скоро это исправлю. Дожидаюсь, когда Соня войдёт в дом, сажусь в машину и достаю телефон, чтобы проверить уведомления. Сразу вижу сообщение от друга-призрака из прошлого. Рома: «Лев, ну что, ты приедешь? Я в «Фабрике» уже. Сижу тут одинокий такой, скучаю» Идиот. Как был идиотом, так и остался. Хоть и лет ему уже прилично. «Через двадцать минут буду»