Глава 5

Вторая неделя: волейбол; фанты; двойное свидание

В комнату я проскочила почти незамеченной, не считая Олега, Нины, Алексея, Ильи и фикуса около дверей, больше никто и не видел, как я немного стесняясь, украдкой пробиралась к лестнице с кучей пакетов в руках, отказавшись от утреннего какао.

Правдов хмурился всё больше.

Привела себя в порядок, сгрузила новые вещи в корзину для белья, сорвав этикетки: вечером постираю. Переоделась в купальник, а сверху надела всё те же неизменные шорты и белую футболку с пальмой, которую стирала в номере у нефтяника. Заплела волосы в тугой пучок на затылке и только после этого спустилась.

Стол накрыли во дворе. Илья, зевая, настраивал аппаратуру. Слава глядел в бумаги и отдавал последние распоряжения. Нина расставляла посуду, а участницы уже потихоньку собирались: красиво одетые, с идеальным макияжем, причёсками.

Я подумала, что они, конечно, «принцессы», но во время волейбола тушь потечёт у всех одинокого.

Прошла мимо нефтяника, даже не взглянув, и села с краю. То есть подальше от него. Сложилось впечатление, что я его избегаю. Подсознательно. Непроизвольно. Почему? Опасаюсь последствий общения с ним? Возможно. Или боюсь привязаться? Не исключено…

А он смотрит, подозрительно щурясь, в напряжении сжимая челюсти. Что-то обдумывает. Ну, пусть думает. Главное, чтобы на мне это не отразилось.

Уткнулась в тарелку и поняла, что аппетита вообще нет. Точнее мы бессовестно наелись с нефтяником в отеле.

– Давайте, лица повеселее, – командует Слава, обходя стол. – Артём, разговаривай с девочками, спрашивай, интересуйся.

– Может, положить тебе запеканку? – непринуждённо обратилась Лена, заняв место рядом с бывшим мужем. Какая ирония.

Теперь я иначе интерпретирую поведение блондинки, теперь понятны её мотивы.

– Я не голоден, – машинально отмахнулся мужчина, явно задумавшись. Слава наблюдавший за нами с веранды, укоризненно шикнул.

– Как провели вчерашний день, что нового? Как вам отдыхается? – любезно спросил он, для вида потянувшись за свежей клубникой. Девочки наперебой принялись рассказывать, включив всё своё обаяние.

Я мастерила на тарелке скульптуру из ягод, винограда и листиков вишни. Из веточек получились отличные ручки, а ломтики яблок можно использовать как юбочку. Для бюста отлично пошёл виноград, надо сделать для него чашечки…

Усмехнулась своим мыслям, глядя на «произведение искусства» и потянулась за орехами, чтобы сделать каменистый берег для моей сеньоры.

Миска странным образом переместилась по столу. Подняла голову и столкнулась с голубыми глазами нефтяника: мужчина непринуждённо закинул пару орехов в рот и захрустел.

Подавила улыбку, размышляя, как быть. Это ведь провокация? Я должна или заговорить или попытаться забрать миску.

– А как ты отдохнул? Уже смотрел местные достопримечательности? – обратилась Снежана, наматывая каштановый локон на палец. Мы с Прадовым вели молчаливую борьбу. Он как бы говорил: «Ну? Сможешь? Или будешь и дальше меня игнорировать?»

А я такая молчу: «Я слишком занята скульптурой, чтобы вас игнорировать», что-то вроде того.

– Я умру от любопытства, понимаешь? – нефтяник сдался первым, полностью игнорируя вопрос участницы.

Если он продолжит так себя вести, то проблемы возникнут у всех, и он это знает. Хочет, чтобы я играла на его условиях; то есть общалась и не избегала.

– Это Сьюзи. Она готовится стать «мисс Африка» сто лет до нашей эры. Отдайте, пожалуйста, орехи, – говорю вполне серьёзно и смотрю так же, без тени веселья.

Прадов мужественно не смеётся, но слышится, вполне себе, ржач сценариста и оператора. Девушки недоумённо переглядываются, Лена неприязненно морщится и отворачивается.

– Разве ей уже исполнилось восемнадцать? – мужчина включается в игру.

Ну, зачем? Нас же снимают! Ну, сиди и кокетничай с участницами, я ведь даже вопросов не задаю, вообще уже с газоном слилась, почти незаметная, разве, что не зелёная.

– В прошлом году, – пафосно отвечаю и забираю орехи.

– Кажется… эм-м… – мужчина поджал губы, чтобы не рассмеяться. – Кажется, у неё укатился глаз.

Смотрю на тарелку и возвращаю черничку на место.

– Это нос, – ровно отвечаю и начинаю выкладывать берег.

– Что ты спрашивала? – Прадов невозмутимо поворачивается к Снежане, посмеиваясь.

М-да…

Весь оставшийся завтрак прошёл примерно так же. Прадов отвлекался на меня, хоть и старался этого не делать. Мне пришлось съесть Сьюзи, сложить руки на столе и замереть. Но даже это не особо помогло. Нефтяник поинтересовался, о чём я так задумалась, что перестала дышать. Может, это моё очередное изобретение.

После съёмок, девушки отправились собираться на пляж, как и съёмочная группа, чтобы всё установить и подготовить, а нас вызвал Слава в свой «кабинет».

– Артём, что ты творишь? – вскипел режиссёр: прошёл в комнату и открыл бар. Алкоголь с утра не то, что ему сейчас нужно, мне так кажется. Нефтянику тоже. Он молча подошёл и забрал стакан, вернув его и бутылку виски на место. Слава вздохнул и сел в кресло. – Вы срываете съёмки. Это ведь твои же деньги…

– Ещё Простакова, – любезно напомнил нефтяник, глядя на меня, словно я Простаков.

Оо! Не знала, что сценарист тоже в этом деле.

– Фигня, вырежем, – в дверях появился Алексей собственной персоны, чмокнул меня в щеку и пожал Артёму руку. – Необязательно снимать завтраки каждую неделю, Артём и так скачет как клоун, выполняя наши задания. Кстати «фанты» он утвердил.

Я перевела удивлённый взгляд на нефтяника: «Что ты утвердил?», а вслух ни слова.

Мужчина скривился и потёр переносицу.

– Это не худшая идея, – оправдываясь, произнёс он. – Были варианты «бутылочка» и «семь минут в темноте». Я выбрал менее безобидное, тем более, водящим буду только я.

– Но волейбол придётся отыграть нормально, – вмешался сценарист. – Девушки уже начинают подозревать, что тебе проект не очень-то и нужен. Может подняться «бунт», тогда точно всё сорвётся. Постарайтесь не привлекать внимание.

«Я и не планировала», – подумала, но промолчала.

– Можно, я пойду? – обратилась к Алексею, глядя на Прадова. – Чтобы не привлекать внимание, – съязвила, не сдержав улыбки.

Артём проводил меня спокойным, задумчивым взглядом и обратился к сценаристу, но я уже захлопнула дверь, услышав только начало фразы: «Алиса будет…»

Что Алиса будет, я узнала позже.

***

В бухте разбили целый импровизированный лагерь. Даже накрыли раскладные столы, лежаки с зонтиками, и кучу вещей нужных для съёмки. Прадов уже был здесь: помогал Илье, а девушки натирались лосьоном, рассматривая рельефное тело нефтяника.

Я села на песок и достала альбом. Мужчина, заметив меня, ненадолго замер и продолжил заниматься делом.

– Давай натру спину и плечи, а то «сгоришь», – обратился рядом присевший Алексей.

– Попрошу Нину, – отмахнулась я, не желая провоцировать слухи.

– Она занята: бегает по поручениям Славы. Это комикс? – удивился мужчина, заглянув в альбом. Молча кивнула. – Это что Прадов? – изумлённо воскликнул он и рассмеялся. – Подожди, его что, мячом приложило? Это ведь он?

– Нет, это другой нефтяник, – машинально ответила и цыкнула, прикрыв глаза, понимая, что прокололась. – Ладно, это Прадов. Только незачем так кричать.

– Артём! Иди сюда! – проигнорировал меня сценарист, забавляясь.

Нефтяник что-то сказал Илье и направился к нам. Девушки искоса за ним наблюдали.

Обречённо прикрыла глаза и альбом.

– Не убирай, – возмутился Алексей. – Посмотри, что тут, – усмехнулся он, передавая комикс Прадову.

На моих картинках мужчина падает в разных позах с глупым мультяшным лицом в лучших традициях аниме, но узнать его не трудно.

Мужчина кинул на меня вопросительный взгляд и открыл альбом. С каждой секундой, в глазах загорались весёлые искорки.

– Это месть? – веселясь, спрашивает он, выгнув бровь. Лучше бы надел футболку, так мне проще с ним говорить.

– Не понимаю, как так вышло, – непринуждённо пожала плечами и потянулась за комиксом.

– Я так и не забрал альбомы, – не спеша ответил нефтяник.

– Вечером заберёте, – потянула комикс, но не тут-то было. Прадов цепко ухватился.

– Но я уже позвонил Никольскому, – также невозмутимо произнёс он, глядя мне в глаза.

– Хорошо, – потянула комикс, но безрезультатно.

– Он ждёт, когда я отправлю их ему бандеролью. Поедем? – и взгляд такой внимательный, ожидающий.

Что ответить? Почему я с ним всегда попадаю в тупик?

Поморщилась, собираясь отказать, как раздался голос Славы:

– Давайте начинать. Жарко.

Отпустила альбом и направилась к своим вещам: снять футболку, шорты решила оставить.

– Отлично, Малышка, – похвалил Алексей. – Покажи класс!

Улыбаясь, махнула ему рукой и направилась к сетке.

– Алиса в моей команде, – произнёс Прадов, подходя следом: и посмотрел так, что желание спорить пропало у всех. – Ещё Снежана, Света, и Марина. Лена – ты капитан, остальные с тобой, – довольно вежливо распорядился мужчина и подошёл к сетке. – Бросим монетку? – усмехнулся он. Нина кинула им мяч.

– Мне всё равно, – кокетливо отмахнулась блондинка. – Не думаешь же, ты, что сможешь выиграть? – словно бросая вызов, спросила она.

Брови Прадова уже поползли к переносице, хмурясь, но мужчина вспомнил, что идёт съёмка.

– Посмотрим, – подмигнул он и достал из кармана бежевых шорт два евро. – Алиса встань под сеткой.

Послушно встала в указанном месте, приготовившись.

Артём победил и пошёл «за черту» подавать. Игра началась.

Я лажала, если не очень культурно выражаться. О! Я ещё падала. Смешно, растянувшись на тёплом песке. Порой не выдерживала и начинала смеяться. Несколько раз, просто прыгала на сетку, забывая о ней.

Прадов смелся вместе со мной, впрочем, не забывая одаривать девушек вниманием. Он делал всё, чтобы не возникло внезапного «бунта».

Мне всё равно. Я просто пыталась выжить. Команда Лены из пяти человек, задалась целью выбить меня. В прямом смысле.

Саша – русоволосая девушка с фигурой пловца так лупила, что мяч оставлял на песке вмятины. Несколько раз прилетело и мне. На плече и спине сиял красный с легкими кровоподтёками след. Прадов бросил вопросительный взгляд, но я показала пальцем «класс», продолжая лежать, пытаясь не замечать, как жжёт ушибленное место.

Лена и вправду играет великолепно. Их команда ведёт в счёте.

– Девушки! – весело воскликнул мужчина, размахивая руками. – Перерыв.

– Давай сделаю тебе коктейль? – предложила заботливая блондинка, обращаясь к Прадову.

Я рисовала пальцем на песке, пытаясь собраться с силами и подняться. Нужно промыть кожу водой.

– Артём, ты классно играешь! Занимался? – заигрывая, обратилась Катя. Ещё одна тихушница, которой не стоит доверять. Девушка финансовый аналитик с акульей хваткой, только притворяется умело.

Артём бросил взгляд на поднимающуюся меня, я едва заметно улыбнулась, как бы успокаивая.

– Часто играл с друзьями, – равнодушно ответил он и направился к столам в окружении воркующих участниц. Я пошла к Нине, попросить помочь мне.

Помощница уже приготовила воду и платок, чтобы обтереть кожу, нашлась даже какая-то мазь от ушибов.

– Неплохо тебя приложили, – поморщилась она и повела меня к камням, подальше от камер.

– Я сейчас, – раздался голос нефтяника.

Я зажмурилась.

– Артём Германович, – резко обернулась, обескураживая мужчину, что спешил к нам. – Вам лучше остаться. Мы справимся, – натянуто улыбнулась, напоминая о «бунте». – Пока я ещё цела, – ироничные слова вырвались сами и видимо достигли цели.

Правдов с силой сжал челюсти, борясь с собой, прожигая меня льдистым взглядом.

Я развернулась, утягивая за собой помощницу. Неприятное чувство засело в груди. Чёрт! Этого ещё не хватало.

Я села на камень, повернувшись к Нине спиной. Прохладная вода пощипывала место удара.

– Что между вами? – тихо спросила она.

– Ничего, – честно ответила и поморщилась.

Вторая часть игры, проходила уже не так агрессивно. Подозреваю, что Прадов имеет к этому отношение. Закончили в обед и в том же дружном составе направились на виллу. Я держалась особняком, избегая общего веселья, но на вопросы отвечала. Потому что камеры. Всё-таки борьба за сердце «принца»…

Еду из ресторана уже привезли, участницы, да и съёмочная группа устраивалась за длинным столом, а я просто безумно захотела, после дня на пляже, варёных овощей и фруктово-ягодный смузи. Но сначала какао.

– Мне кофейку, – проворковал Алексей, нарисовавшись рядом. – Сильно болит? – кивнул на покрасневшее плечо и шуточно подул. – А так?

– Так лучше, – усмехнулась в ответ. Доставая банку с молотым кофе.

В закутке появился Прадов и подпёр столешницу.

– Я могу тоже подуть, если и мне сделаешь кофе. Как в прошлый раз, – без тени улыбки произнёс он, но как будто издеваясь.

– Вам по блату, – отмахнулась я и достала ещё одну чашку.

– Это почему же?

– Вы «принц». Вам не положено отказывать. – Кажется, мой ответ не сильно понравился нефтянику.

– Ну, я пошёл за стол, – сценарист потихоньку испарился, оставив нас в закутке вдвоём.

– Пошли вечером в кино? – предложил нефтяник, поворачиваясь ко мне.

– Нет, – спокойно отвечаю, продолжая варить напиток.

– На прогулку?

– Нет.

– В ресторан?

– Нет.

– Алиса? – осторожно касается плеча, а я ругаю себя, что так и не надела футболку. – Это из-за волейбола, да?

– Нет, – устало отвечаю и поворачиваюсь, убирая руку. – У меня болит всё тело, я просто хочу упасть и уснуть.

– Ложь, – медленно проговаривает мужчина, качая головой, словно знает меня вечность.

– Верно, – нехотя соглашаюсь, сознавая, что не умею врать, да и желанием не горю.

– Ещё ничего не произошло, а ты уже паникуешь, – Прадов злится. Непонятно на что, но злится.

– Стоит вам покинуть виллу и произойдёт. Алексей и Слава правы. Давайте играть по правилам, – делаю шапочку из сливок, машинально пробуя их пальцем.

– Я устанавливаю правила, – сухо отвечает нефтяник и косится на меня.

– Я понять не могу: вы мне помочь хотите или наоборот? – вполне искренне интересуюсь и пододвинула к мужчине чашку.

– Посмотрим, – туманно отвечает он, заставив поползти мои брови вверх, и уходит.

Что это ещё за «посмотрим»?

***

Я, наконец, позанималась и постирала вещи. Смогла даже немного почитать и уже засыпала, точнее дремала, лёжа на кровати в одежде, как в дверь постучали.

Наученная опытом, я уже как-то опасливо подошла и спросила: «Кто?».

– Малышка, это я, – раздался весёлый голос сценариста.

Щелкнула замком и впустила мужчина.

– Завтра твоя очередь звонить домой.

– Хорошо, – равнодушно ответила и села в кресло, зевая.

– Подумай, как следует, о чём будешь говорить, помни – будут снимать, таковы правила, – сценарист поморщился и сел на кровать. – Надо бы поужинать, – напомнил он. Теперь морщилась я.

– Ужин в стае акул, не совсем то, к чему я привыкла, – философски заключила и растёрла сонное лицо.

– Давай, не сидеть же голодной. И так худая, – сценарист протянул мне руку и помог встать.

Вместе мы спустились вниз. Участницы уже устроились за столом и что-то обсуждали. Села на своё место и молча положила рагу.

– Почему наша «Золушка» не с «принцем»? – насмешливо поинтересовалась Снежана, делая глоток воды.

Безразлично вздернуло бровь, и потянулась за вкусной булочкой.

– Думала, ноги раскинешь и Артём твой? – копируя тон подруги, поинтересовалась Марина.

Я прикидывала, чем заняться завтра, ведь вроде ничего не планировалось, и монотонно жевала. Не лучшая стратегия, должна заметить. Девушкам «игнор» не понравился.

– Отвечай, когда к тебе обращаются, совсем обнаглела? – угрожающе прищурилась Лена. Вот «жёнушка» и не выдержала. Надо отдать блондинке должное, она долго держалась и вообще очень терпеливо относится к другим участницам. Может, считает себя лучше? Или думает, что прав на «принца» у неё больше, а может, знает секретный подход? Обхохочешься. Я бы так не смогла. Да и вряд ли решилась бы рвануть за бывшем мужем хоть куда-нибудь, не говоря уже о «шоу».

– Да, – равнодушно ответила я.

– Что, да? – раздражённо переспросила блондинка.

– Да, что угодно, – ответила поднимаясь. – Придумайте сами, у вас неплохо получается, а у меня голова болит, – собрала за собой посуду и направилась к посудомойке.

– У вас же ничего не было? – позади возникла Лена.

Начала закладывать посуду, не оборачиваясь.

Девушка расценила моё молчание по-своему и продолжила:

– Олег сказал, что вы вернулись только рано утром…

– Значит, Олег, сказал? – усмехнулась в ответ и обернулась. – Я не понимаю, какие ко мне претензии? В договоре ясно прописано, что миллионер имеет право проводить с любой участницей время за пределами виллы по своему усмотрению, – нагло процитировала в ответ. Оправдываться и выглядеть жалко, желания не возникло. – А в примечании сказано; что мы участницы должны относиться к этому лояльно и терпеливо.

– Артём не может с тобой ничего иметь. Я просто пытаюсь понять, что вас связывает, – приняв равнодушный вид, лениво произнесла блондинка. Что ж отличная игра, очень похвально.

– Общие интересы, – невозмутимо ответила и вышла из кухни, почти сразу столкнувшись со сценаристом.

– Пойдём-ка со мной, – мужчина развернулся и направился в свою комнату.

– Я же поела, почему нельзя просто отпустить меня? – жалобно взмолилась я, прикрывая за собой дверь.

– Артём ждёт тебя на подъезде к вилле, – произнёс Алексей.

Недоумённо хлопнула глазами.

– Мне обязательно идти? Вы же сами сказали, что нам следует быть осторожными и стараться не привлекать внимание.

– Поэтому, Прадов и не пришёл сюда, а попросил выйти тебя, – объяснил сценарист. – Он тебе не нравится? – внезапно спросил он.

Я вздохнула.

– Не в этом дело. Не хочу лишних проблем. Видел, что сегодня на пляже было?

– Артём сегодня устроил собрание, на котором призвал нас к ответственности. Теперь каждый обязан следить за твоей безопасностью, и сообщать о любых конфликтах ему, а не Славе. Тебе не следует отказываться от встреч, если хочешь продержаться на проекте, – произнёс Алексей, немного меня удивив. Неужели миллиардеру настолько важно наше внезапное приятельское общение, что он решил позаботиться обо мне?

Я задумалась, ведь понимаю, что сценарист прав: я в тупиковой ситуации, когда и участниц провоцировать не стоит и «принцу» лучше не отказывать. Неизвестно, что у Прадова на уме и как он расценит мой отказ.

– Хорошо, – улыбнулась в ответ. – Проводишь меня?

– Конечно, – Алексей направился к двери. – Артём просил захватить альбомы.

«Помнит-таки», – улыбнулась про себя и помчалась в комнату.

Мудрить не стала, просто причесала волосы, взяла сумку и вышла во двор. На мне по-прежнему футболка и шорты, ничего не изменилось.

– Куда ты опять собралась? – возле бассейна на лежаке читала Снежана.

– Покурить, – раздался равнодушный голос Алексея. – Отдыхайте девочки и голову себе не забивайте, – он притворно улыбнулся и повел меня за ворота. – Ужас.

Я усмехнулась, ощущая себя человеком под программой «защита свидетелей». Меня всё время подозревают и прячут.

Серебристый «мерседес» на обочине уже не просто знаком, он кажется, родным. Один вид вызывает тёплую улыбку. А может, дело в его владельце?

Не думала, что умею так предвкушать и ожидать ироничную дискуссию, которая непременно возникнет. Я повеселела и подобралась, словно перед прыжком в бассейн водопада. Ощущение, как от холодной обжигающей воды: дух захватывает!

Алексей распахнул для меня дверь, а сам сел назад.

– Подбросьте до «Старой Гавани», – обратился он и откинулся на спинку.

Осторожно прикрыла дверь и повернулась к Прадову. Мужчина крайне собран и серьёзен, от этого моё настроение поднялось ещё выше. Значит, он думал. Думал о ситуации, заморачивался, возможно переживал.

– У вас такой вид, словно вы приняли решение, – широко улыбаясь, произнесла я.

Такое чувство, что я просто рада. Да, так и есть.

Артём недоумённо моргнул, словно я его сбила с мысли, и тут же укоризненно нахмурил брови.

– Алиса, прекратите «читать» меня, – он завел машину и выехал на дорогу.

– Как прошёл ваш день? Я принесла альбомы, – как ни в чём не бывало, произнесла и достала рисунки. Сценарист смотрел в окно, не замечая нас.

– С вами… с тобой, – исправился Прадов, пытаясь сердиться. – С тобой просто невозможно. Пристегнись, пожалуйста.

Послушно исполнила просьбу и снова повернулась, сияя улыбкой.

– Ну, что ты улыбаешься? – сдался мужчина, не в силах справится с ответной улыбкой. – Положи альбомы в бардачок, завтра отправлю.

– Спасибо вам большое, – обрадовалась я. – Если ещё понадобится помощь с работой, обращайтесь. Я хоть как-то смогу отблагодарить.

– Так вот чем вы занимаетесь, а мы-то наивные, – протянул сценарист самым скучающим тоном.

– Ты плохо воспитан, вот и думаешь неприличные мысли, – отозвался Прадов. – Нас с Алисой связывают… – он искоса посмотрел на меня, хитро ухмыльнувшись, – сугубо деловые отношения. Да, Алиса?

– Да, Артём Германович, – согласно кивнула, словно поддерживая немую игру нефтяника.

Между нами с самого начало возникло то пугающее понимание, которое бывает обычно только между близкими людьми. И я уверена, мы оба это чувствуем.

Машина остановилась недалеко от таверны, и сценарист торопливо нас оставил, пожелав плодотворной «работы», лукаво мне подмигнув.

– Как ведут себя участницы? Не цепляли? – Прадов, уже по обыкновению, положил голову на руль поверх рук, словно никуда не спешит или устал.

– Ну, – я призадумалась. – У нас с вами уже трое внебрачных детей, доберман, не знаю внебрачный ли, но есть, ещё кот и возможно нас связывает какая-то тайна…

– Снова сочиняешь, да? – улыбнулся он.

– Немного, – не стала отрицать. – Но по официальной версии мы с вами уже… гм… переспали.

Миллиардер ничуть не удивился.

– Примерно так и было, – нахально заявил он. Вопросительно выгнула бровь. – Мы с вами провели… – Прадов вздохнул, прикрывая глаза. – Мы с тобой, провели две ночи и целый день. Никто не поверит, что мы просто смотрели мультики, а потом спали на разных кроватях. Я и сам с трудом верю.

Вид у мужичины был спокойный и умиротворённый: от его недавней мрачной решительности не осталось и следа.

– Вы что-то хотели сказать? – напомнила я.

– С чего ты взяла? – насторожился он.

– Ну, для чего-то же вы меня позвали. Или просто забрать альбомы?

Правдов выдохнул и поморщился.

– Привез тебе пижаму, – он потянулся и взял с заднего сидения пакет.

– Спасибо, – благодарно кивнула, ожидая продолжения.

– Хотел сказать, что подумал над твоими словами и решил, что действительно будет лучше, если мы перестанем общаться за пределами виллы… – Прадов растер лицо руками, словно не соглашаясь с собственными словами.

– Поэтому увезли меня за пределы виллы? – иронично поинтересовалась в ответ, зная, что это немного взбодрит мужчину. Он, как и я, позитивно реагирует на разного рода колкости и выпады, если они, конечно, доброжелательного характера.

– Алиса, – мужчина покачал головой, не скрывая улыбку. – Ты сбиваешь меня с настроя.

– Пожалуйста, не сбивайтесь, – любезно разрешила с самым невозмутимым видом. – Продолжайте.

– О, спасибо! – наигранно воскликнул Прадов и завел машину. – Этот проект, много значит для моего брата. А для меня это возможность поставить его на ноги и отправить в свободное плаванье. Может, он перестанет быть неудачником и женится, наконец. Он живёт со мной и за мой счёт: и постоянно только: «Дай, дай, дай», словно я обязан. А я обязан, понимаешь? Совесть не позволяет сбросить его со своих плеч. Терплю в память о матери, в память об отце, который любил нас одинаково, а сейчас тяжело болен. Если девушки поймут, что «принц», ради которого они собственно пришли, не заинтересован в создании отношений: уйдут с проекта…

– Я понимаю, – тихо произнесла, давая понять, что и не настаиваю на общении.

– Помимо меня, в этот «шоу» завязан ещё Лёша, для которого это тоже шанс перейти на следующую ступень в кинематографе, его я точно подвести не могу, – Прадов умолк и повернулся ко мне. Сложилось впечатление, что мужчина оправдывается. Но ведь это совсем не так, просто он старается поступать по совести, что очень похвально. Но не понимает, что незачем мне объяснять: нас ничего не связывает. Он волен поступать, как считает нужным. А теперь главное ответить так, чтобы не обидеть мужчину.

– Помните мой предыдущий совет?

– Про сауну и женщин? – усмехнулся он.

– Воспользуйтесь им ещё раз, а я прекрасно провожу время на вилле и вышиваю крестиком. А теперь отвезите меня обратно, утомили, – притворно вздохнула я. – Ещё в четверг с вами в «фанты» играть, это же невозможно! И ходите, и ходите!..

– Спасибо, – прошептал мужчина, немного грустно улыбнувшись, и тронулся с места.

***

Среда прошла относительно спокойно. Меня не цепляли, повода не было. Большую часть времени, я провела на пляже, рисуя новую коллекцию платьев, уже сосредоточившись на свадебных, если вдруг этот Никольский согласится со мной работать. Признаться, я очень на это надеюсь и предвкушаю. Я, наконец, смогу заниматься тем, что по душе и получать за это деньги.

Ужин провела в компании Нины, Алексея и Ильи, режиссёр старательно избегает нашей компании, подозреваю, что всё идёт не так, как ему бы хотелось. Зато я с ребятами общаюсь легко, словно мы знакомы ни один год. При мне свободно говорят, без стеснения и ужимок. Иногда подолгу молчим, как будто и говорить не о чем, но никого тишина не напрягает, мы смотрим сериалы. Наконец-таки.

В районе десяти меня отвели в «приват комнату» и подключили скайп на ноутбуке сценариста. Илья виновато улыбнулся, извиняясь, что ему приходится снимать. Я отмахнулась и нашла в списке контактов Марию Ситниковую – мою маму, она взяла фамилию второго мужа, а у меня папина. Он несправедливо умер, по словам матери, бросив нас, когда мне было два года. Бред, конечно. Ещё в детстве мне казалось странным обвинять человека в смерти, но у моей мамы на всё своё мнение. Ей было тяжело, и она страдала.

Ноутбук запиликал, мигая иконкой абонента, моргнул, и на экране появилось лицо матери, заметно уставшей. Наверно, опять не спала.

– Как Вика? – первое, что спросила я.

А она:

– Ты деньги перевела на счёт?

– Мам, у меня всего пять минут, – сквозь зубы процедила. – Сделала, как говорили. Как Вика?

– Лучше. Но она какое-то время побудет в больнице под наблюдением врачей.

– Так лучше, – согласилась я.

– У тебя всё идёт хорошо?

– Да, всё отлично, – равнодушно ответила.

– Этот миллионер симпатичный? – родительница оживилась.

– Мне запрещено говорить о проекте, – спокойно произнесла я. Собственно и говорить не о чем.

– Ну, ты присмотрись к нему, вдруг понравится, – глаза матери сверкнули алчным огнём. Она всегда была падкая на деньги, всё за «принцем» охотится, а ведь Володя был нормальный мужчина. Простой, среднего звена, но не пьющий, не гулящий, обычный и достаток у него неплохой.

– Ладно, мне пора. Следи за Викой, пожалуйста, – предупредила и отключилась.

Лёша улыбнулся, стараясь меня поддержать, как и оператор, который снял наушники и выключал технику.

– Предлагаю посмотреть ещё пару серий «Британских козырьков» и заказать что-нибудь съедобное, – произнёс сценарист, доставая из кармана брюк телефон.

– Хочу суши, – вздохнул оператор, понимая, что ему ничего не светит. В Ираклионе странная, напряжённая ситуация именно с ролами.

– Проще заказать пиццу, – возразил Алексей.

– Мне всё равно, могу что-нибудь приготовить, – любезно предложила я.

– Нет. Никаких готовок. Отдыхаем, – Леша подхватил меня за руку и повел в гостиную.

Запустил с флеш-карты сериал, поставил на паузу и ушёл делать заказ, а я отправилась мастерить бутеры и заваривать чай: здесь он просто великолепный, сложно устоять. Ребята предпочитают более крепкие напитки за просмотром фильма, а я и так уже чувствую себя алкоголиком.

Вечер прошёл тихо, под смех и шуточки. Я ужасно объелась и ругала себя за это: не люблю ложиться спать на полный желудок.

А вот уже утром началась суматоха. Как же, «принц» придёт играть в «фанты». Я привычно проспала и вышла последней, когда участницы уже завтракали и обсуждали на камеры предстающую игру.

Зевая, прошла мимо, удостоилась укоризненного взгляда Славы и весёлого Нины.

Алексей поднял руку, молчаливо прося сварить ему кофе. Его примеру последовал Илья. Всё как обычно, собственно.

На мне в виде исключения, красовался новый сарафан, который мы купили с Артёмом на рынке. Точнее он выбрал и купил. Обычный, длинный сарафан на бретельках: серый с большими бирюзовыми кувшинками и бабочками. Мне нравится, в нём я нежная и романтичная.

– Как думаешь, какие задания придумает Артём? – обратилась Снежана к Марине.

– Не знаю, – улыбаясь, протянула девушка. – Что-нибудь веселое.

– Он же не заставит нас бегать или отжиматься? – сомневаясь, спросила Света.

– Вряд ли, – задумавшись, ответила Лена и покосилась на меня. Улыбнулась в ответ и отсалютовала чашкой с какао.

После завтрака в гостиной появился Олег и проинструктировал нас. Мужчина принёс коробку с девятью фломастерами и попросил выбрать свой цвет.

Не задумываясь, взяла синий, а Лена выбрала жёлтый. По правилам игры, водящий не знает где, чей «фант». Он берёт его не глядя, поднимает вверх и загадывает желание.

Когда мы расселились, появился наш сияющий «принц» в кремовом костюме и черной рубашке. Мы не виделись всего сутки, но посмотрели друг на друга, словно прошла неделя. Мужчина даже порывался со мной заговорить, но его атаковал режиссёр, затем ведущий и уже участницы. Я скромно сидела в стороне, лишь приветливо махнула пальчиками.

– Уважаемые девушки, – торжественно заговорил Олег. – Сегодня вам предстоит исполнят желания нашего миллионера. А вам, Артём, позволительно эксплуатировать наших участниц. Желаю хорошей игры.

– Спасибо! – раздалось дружное.

Я сидела на пуфике с боку дивана, не зная чем занять руки. Очень хотелось сесть на пол, достать альбом или включить телевизор. Услышать голос Артёма рядом, язвительное замечание, внезапное предложение посмотреть мультик и просто отключиться от всего происходящего. Но снова ужимки, фальшивые улыбки, вежливые гримасы…

Таким Прадов мне не нравится, даже смотреть не могу. Вызывает раздражение. Хочется подойти и макнуть его головой в ледяную воду.

Нефтяник бросает на меня осторожные взгляды: видит, что не смотрю и хмурится осторожно.

– Давайте, я сяду в кресло, – мужчина обворожительно улыбается и берёт коробку. – Но сначала расскажите, как прошёл ваш вчерашний день? – он харизматичен и вроде открыт, обаяние включено на полную мощь, оно работает: девушки уже растеклись сладкими лужицами, глазками стреляют, источая улыбки.

Я усмехаюсь, опуская голову. Забавно наблюдать со стороны, силу «притяжения» в процессе.

– Ну, мы полдня убирались, а остальное время провели в салоне, – ответила за всех Марина.

– Я приготовила для тебя подарок, – смущаясь, произнесла Лена и поднялась. – Это Афродита – Богиня любви, пусть она оберегает твой дом и приносит удачу, – девушка протянула красивую под бронзу статуэтку: Прадов недоумённо принял её.

– Я думал, Богиня любви приносит любовь, а не удачу, – резонно заметил он. Щеки блондинки стремительно порозовели, она растерялась.

Мысленно поморщилась, ругая себя, что снова поддаюсь жалости.

– Где любовь там и удача. Одно другому не мешает, – непринуждённо произнесла я и улыбнулась.

Голубые глаза нефтяника пронзительно сверкнули, он, кажется, даже обрадовался, что я вмешалась.

– Я всегда полагал, что статуэтки созданы, чтобы приносить только пыль, – с умным видом произнёс он.

– Пыль сама появляется в доме, а статуэтки заботливо её собирают. Ведь если бы их не было, как мы узнавали, что пришло время уборки? – иронично вскинула бровь, заряжаясь позитивной энергией.

– Я считал свой дом чистым, чуть ли не стерильным, а теперь я буду знать, что есть пыль. Это ужасно, – мужчина притворно вздохнул.

– Незнание не освобождает от ответственности. Пыль есть всегда, – поучительно заметила я, скромно улыбнувшись.

Прадов на мгновение прищурился, борясь с улыбкой.

– А ты чем вчера занималась?

По взгляду нефтянику поняла, что ему очень любопытно.

– Преимущественно бездельем, – честно ответила я.

Послышалось возмущенное фырканье.

– Алиса имеет привычку проводить время в компании съемочной группы. Они обычно заказывают еду из таверны и смотрят сериалы до самой ночи, – пренебрежительно произнесла Снежана.

Слава выругался сквозь зубы: этот эпизод придётся вырезать. Нельзя, чтобы телезрители знали, как проводит время команда реалити. Не этично.

Прадов пристально посмотрел на меня, но тему развивать не стал. Его настроение упало на одну отметку.

– Давайте приступим, – натянуто улыбнулся он и повернулся к нам спиной.

Игра началась.

В основном задания были простые, касательно самих участниц или Прадова. Лене досталось сделать бутерброд с завязанными глазами из нарезанных на тарелках продуктов. Блондинка справилась довольно забавно. Это получился сэндвич с ломтиком апельсина, сыра и копченой сёмги. Все посмеялись.

Снежана должна была изобразить депутата, баллотирующегося в мэры. Девушка не обладает актёрскими данными и с фантазией у неё скудно. Я бы не выбрала такого мэра. Но врать пыталась, обещая народу золотые горы, что уже похвально.

Марина сварила для мужчины кофе, по своему рецепту. Прадов едва слышно вздохнул и бросил на меня печальный взгляд.

Света рассказывала пять предложений, начиная со слов: «Я хочу, чтобы…»

Рассказ вышел в духе «письмо Деду Морозу».

Мужчина поднял черный фломастер, немного задумавшись и произнёс:

– Этот фант… сегодня пойдёт со мной в кино, – он повернулся, сразу посмотрев на счастливую Сашу.

Мне показалось или он знает, где чей «фант»?

Девушка даже не скрывала своей радости. Мужчина тепло улыбнулся ей и отвернулся обратно. Лена никак не отреагировала, сохраняя спокойствие, но вот, когда в руках миллиардера появился синий фломастер, заметно напряглась.

Прадов замер, долго крутя его в руках.

– Этот фант… этот фант… – он выдохнул, словно собираясь с мыслями. – Этот фант напишет о себе краткое эссе на тему: «Какой я человек по собственному мнению», с указанием достоинств и недостатков, а также обязательно укажет, чего хочет достичь в жизни, что для него является ценностью, и завтра передаст мне «письмо», – мужчина повернулся, не глядя на меня: я тоже не спешила себя обозначать. – Раз все фанты закончились, предлагаю пообедать, – мужчина поднялся, улыбаясь. С ним тут же заговорили участницы.

Мне понадобилось пару минут, чтобы осознать задание данное нефтяником. С какой целью? Ему мало собранного на меня досье? Хочет узнать, что я думаю о себе сама? Для чего? Доверяет моему мнению? Это же смешно. Человек не может дать объективную оценку самому себе, это же просто невозможно! Вот так и напишу. Тоже мне, фантазёр.

За обедом Прадов мило общался с девушками, даже шутил, стараясь особо не иронизировать. Я больше не пыталась вмешаться, а монотонно сооружала из еды конструкцию в своей тарелке. Мужчина тоже старательно меня не замечал, даже после обеда попрощался со всеми, сказал, что будет ждать Сашу в восемь вечера у ворот, и удалился.

Я не успела расстроиться, потому что меня поймал Алексей.

– Осталось всего пять серий, – с горящими глазами заявил он. – И мы с Ильёй решили смешать ром со «спрайтом»: сделаем «мохито». Будешь?

Я усмехнулась.

– Вы почти каждый день что-то смешиваете. Не думаю, что после сегодняшнего заявления Снежаны, мне стоит сидеть с вами.

Сценарист отмахнулся.

– Ерунда. Я говорил со Славой, всё в порядке.

– Тогда, я, пожалуй, попробую «мохито», – улыбнулась в ответ. – Только сначала приму душ.

– Можешь не торопиться. Мы вечерком собираемся, – произнёс мужчина и простился со мной.

***

Мы устроились на полу, расстелив плед и подушки, а напитки поставили на журнальный столик. Я на пиццу уже смотреть не могла, а вот от шашлыка отказаться не смогла.

Алексей запустил сериал и первую часть мы честно внимательно смотрели, пока мужчины не захмелели: их потянуло на разговоры, кто-то притащил кальян, кажется Слава, который не выдержал одиночества, Нина болтала с Ильёй, а я наоборот расслабилась и стала молчаливой: в голове приятно опустело и лень даже шевелиться. Сериал стал ещё интересней.

– На, ответь, – весёлый сценарист протянул мне свой телефон.

– Зачем? – не поняла я, разглядывая смартфон.

– Это тебя, – отмахнулся он, увлечённо болтая с оператором и режиссёром.

Удивлённо моргнула и поднесла телефон к уху.

– Да, нет же! – рассмеялся сценарист, забрал телефон и снял «блок». – Это сообщение от Артёма. Ответь.

– А-а, – протянула я, ничего не понимая, и уставилась в светящийся экран.

Прадов: «Я смотрю «Дедушку лёгкого поведения», что ты думаешь об этом фильме?»

Мои глаза стали ещё шире, я даже протрезвела. Он вообще здоров?

Я: «Я думаю, вы или издеваетесь, или под кайфом, Артём Германович. Этот фильм только вышел в прокат, что я могу о нём думать, если не видела? Посмотрите, а потом мне расскажите».

Я пытаюсь сосредоточиться на сериале и наивно полагаю, что на этом мой странный разговор с нефтяником закончен, как телефон в руке вибрирует входящим сообщением.

Прадов: «Там играет Роберт Де Ниро и Зак Эфрон. Непременно расскажу, если смогу посмотреть… Субтитры читать не очень забавно. Чем ты занята?»

Я: «Смотрю свой сериал и вам советую не отвлекаться. Ничего не поймёте».

Прадов: «Опять в компании сценариста? Что за сериал?»

Я: «Смотрите фильм! Пожалуйста».

Прадов: «Я умру от любопытства».

О! Его коронная фраза. Мысленно закатываю глаза, уже вообще не понимая, что происходит на экране.

Я: «Британский сериал. Начало XX века, история одной семьи, которая пытается выбиться в люди».

Прадов: « Сериал про тебя?»

Я задумалась, удивившись такому вопросу.

Я: «Нет. Там про семью…» – тонко намекаю, что я одиночка.

Прадов: «Семья для тебя не пустой звук, да?»

Я: «Вы, кажется должны смотреть фильм, а потом мне рассказать, о чём он».

Сама улыбаюсь, пытаясь понять, почему он мне пишет, сидя в кинотеатре с красивой девушкой.

Прадов: «Веди себя хорошо и много не пей. Ты уже написала эссе?»

Начинаю медленно краснеть и пишу короткое:

Я: «Э-э-э…»

Прадов: «Алиса», – уверена, это звучит укоризненно и с улыбкой. «Ложись спать, уже поздно. Спокойной ночи», – приходит следом ещё одно сообщения.

Удивлённо смотрю на время: десять часов. М-да.

Я: «Желаю приятно провести время. Спокойной ночи», – ставлю улыбающийся смайлик и отправляю сообщение. Надеюсь, Алексей не выставит мне счёт…

***

Вот оно похмельное утро… Вроде выпила всего один коктейль, наверно, ром с лимонадом не очень сочетается. Что это так противно жужжит?

Приподнялась на руках, пытаясь понять, откуда звук. Жужжала моя подушка. Хм…

Приподняла и обомлела: Лёшин телефон вибрировал входящим звонком от Прадова. Какая ирония. Подозреваю, что вчера просто ушла, прихватив чужой телефон, ну отлично!

Не сдержала усмешки и ответила на звонок: вдруг что-то срочное.

– Да? – почему-то вопросительно произнесла, не узнав свой голос; слишком хриплых, пришлось прочистить горло.

На том конце невидимого провода тишина. Нефтяник, наверно, обдумывает каким образом Алексей успел превратиться в женщину или… О, Господи!

– Артём Германович, только не подумайте, я случайно телефон прихватила, даже понятия не имею, где сценарист ходит! – на одном дыхании выпалила я и закусила губу.

– Алиса… – выдохнул мужчина: то ли облегченно, то ли радостно, но как-то сердито. – Вы настоящая катастрофа и коллекция случайных совпадений, и курьёзов…

– Звоните-то зачем? – прервала я, зевая. Поднялась и посмотрела на себя в зеркало гардеробной: как ещё птицы не отложили яйца у меня на голове?.. отличное гнездо.

– Хотел предупредить, что приеду через пару часов. Почему не на завтраке? – ответил мужчина, а я испуганно вскинула руку с наручными часами: почти десять. – Алиса, – миллиардер всё понял без слов. – Вы очень халатно относитесь к проекту, ну сделайте над собой усилие ради сестры, – обманчиво безразлично произнёс он, но я расслышала нотки раздражения.

– Извините, – виновато пробормотала я. Мне стало неловко и немного стыдно. Вроде ничего не должна, но обижать хорошего человека совсем не хочется. – Я и дома такая, когда на работу не надо. Рассеянная, – объяснила на всякий случай. – Простите. Я уже умываюсь!

– Эссе написала? – вздохнул нефтяник, словно сдаваясь.

– Да-а, – протянула, ища бумагу с ручкой.

Послышался смешок.

– Я даже по телефону слышу, когда ты врёшь, – со странной нежностью в голосе произнёс мужчина и тут же поспешил проститься. – Передай Алексею его телефон и скажи, что я звонил. Всего доброго.

– До свидания… – успела вымолвить и уставилась в потухший экран.

Ладно, с нефтяником разберёмся позже. Сначала доставлю телефон сценаристу…

– Алиса, где мой телефон? – в комнату влетел Алексей и резко остановился.

– Вам Прадов звонил, – протянула смартфон и улыбнулась.

– Дурдом! – выругался мужчина, закатив глаза: окинул меня взглядом, развернулся и, хлопнув дверью, вышел.

Только взяла сменную одежду, как дверь снова распахнулась.

– У тебя пятнадцать минут: будем снимать «приглашение на свидание», – произнёс сценарист и снова хлопнул дверью. Закрылась на всякий случай и помчалась в ванную.

Накраситься я не успела, только волосы подсушить и надеть джинсовый комбинезон шортиками. У Прадова отличный вкус, надо заметить. Пока складывала и развешивала обновки, обнаружила много вещей, которые я не выбирала, но оказались в моих пакетах. И даже с размером не ошибся, и в продуктах разбирается, и готовит…

Сбежала по лестницы, почти столкнулась с Олегом, и упала в руки заботливой Нины.

– Поосторожней, – бросил ведущий, не глядя на меня. Злится до сих пор. Жаль.

– Давай за стол, – поторопила Нина. Илья уже был наготове.

Села на своё место, спрятала за тарелкой белый лист, прикрылась рукой и начала писать, пока девочки что-то обсуждают. Главное не пропустить момент, когда появится «приглашение на свидание».

Эссе на такую-то тему, от меня.

Артём Германович! Я считаю себя нормальным человеком. Обычным, понимаете? Не могу дать глубокую оценку, так как моё мнение будет считаться чисто субъективным. Мало кто из людей сможет непредвзято себя охарактеризовать.

Я скажу, что я честолюбива, а вам покажется, что ленива. Тёте Дуси из булочной, что я легкомысленная…

Я неплохой человек. И у меня, как у всех, есть свои недостатки. Мои: обострённое чувство справедливости и я борюсь с этим, я рассеяна, многие вещи мне кажутся незначительными. Например, я могу забыть дату дня рождения близкого человека, не поздравить с восьмым марта или даже забыть про Новый Год, но для меня огромное значение имеет; сыты ли мои родные, здоровы ли, и если случилась неприятность я не останусь в стороне.

У меня есть цели; не очень высокие, но важные для меня. Я не мечтаю зарабатывать миллионы, хочу стабильность по душе, так я это называю. Скопить капитал для будущих детей, на учёбу, на жильё и прочее.

Не спешу заводить семью, не потому что не хочу, а потому что важно. Я из тех людей, которые мечтают и верят, что возможно один раз и «жили они долго и счастливо», поэтому в отношениях избирательна и осторожна. Это, кстати, ответ на Ваш вопрос о Мише. Он хороший человек, но к созданию семьи не готов, а я не готова тянуть за двоих.

Семья – это как байдарка, должны грести все члены команды. Семья – это работа. Тяжелый совместный труд. Это уступки и терпение. Это умение видеть достоинства и закрывать глаза на недостатки. Это желание «победить», которое исходит от всех участников…

Фу-у… знаете, тут на меня уже Алексей косо смотрит. Надеюсь, вы не используете это письмо, как компромат на меня?

С Уважением, Алиса!

– Девочки смотрите! – воскликнула Снежана и показала на стеклянную дверь веранды. За окном бился привязанный воздушный змей.

– Приглашение! – обрадовалась Марина и подскочила. За ней остальные.

«Улыбайся, Алиса», – напомнила себе и вышла из-за стола.

Лена отвязала послание и развернула.

– Снежана и Алиса, – девушка повернула к нам лист, старательно изображая улыбку.

Я слегка удивилась и насторожилась. Снежана, похоже, надоела Прадову, как и Саша, возможно, когда успела провиниться я и в чём? Неужели, нефтяник затаил обиду из-за моей «халатности»? Может, помощь по работе нужна?

– Иди переодевайся, – «ласково» фыркнула блондинка.

Олег позвал нас дать комментарий. Села в кресло, изобразила несказанную радость, пряча волнение.

– Это неожиданно, – призналась я на камеру. – Должно быть, Артём придумал что-то необычное. Жду с нетерпением.

– А не боишься? Ведь Артём может отправить домой участницу даже после свидания? – провокационно спросил Олег.

Я вздохнула, улыбаясь.

– Даже если это случится, я ни о чём не жалею.

Алексей показал за «кадром» «класс», я уступила место Снежане и пошла собираться.

Когда я уже спускалась, путаясь в ремешке сумки, наш «принц» был уже внизу и разговаривал со Славой. Мужчина выглядел… эмм… эффектно в синих джинсовых шортах и простой белой футболке. Небрежная причёска на один бок, очки на макушке, из кармана торчит брелок от машины со значком «мерседес», а на ногах белые кроссовки.

Невольно засмотрелась и пропустила момент, когда он поднял голову: столкнулась с льдистыми, внимательными глазами и улыбнулась, не думая смущаться и отворачиваться. Зачем? Мужчина и без меня знает, что красив. Не думаю, что его можно смутить женским вниманием.

Но вот Прадов почему-то, словно занервничав, отводит взгляд, прощается со Славой и медленно поднимается ко мне, хотя я могу спуститься сама.

Мужчина пристально смотрит, разглядывает, как на мне сидит короткий, лёгкий сарафан и спрашивает, абсолютно серьёзно, только голубые глаза предвкушают.

– Письмо, – и протягивают руку.

Улыбаюсь глядя в глаза, а сама тянусь к сумке.

– Здравствуйте, – робко произношу и протягиваю «эссе». – Как ваши дела? – мне, правда, интересно. Я, словно соскучилась… Соскучилась?

Мужчина осторожно берёт письмо, нетерпеливо крутит его, складывает и убирает в карман, видимо, решая прочесть наедине.

– Спасибо. Могло быть лучше, – вырывается у него. Я усмехаюсь. – Ничего смешного, – укоризненно качает головой, берет меня за руку, останавливается и жестом пропускает вперёд.

– Как фильм? – через плечо интересуюсь.

– Мучение, – вздыхает Прадов. – Пытался уже в отеле посмотреть мультик и ничего не вышло. Ума не приложу в чём же дело, – наигранно произнёс он.

– Ложились бы спать.

– Пробовал, – мужчина поморщился, встал рядом и повернулся. – Давай кофе, пока ждём Снежану? – и взгляд… ожидающий. Нет. Жаждущий. Он очень хочет кофе, я бы сказала безумно.

– Вы меня эксплуатируете, – вдохнулся и пошла на кухню. – Просто признайтесь уже.

– Ты сама виновата, – весело отмахнулся мужчина, усаживаясь на высокий барный стул. – Подсадила меня на свой божественный напиток, мне теперь простой кофе такой гадостью кажется, а раньше ведь пил. Ещё твоя банка какао, что так и стоит у меня на столе… напоминает о том, что «американо» может быть вкусный.

– Давайте я вас просто научу, – предложила я, снимая сумку.

Мужчина едва уловимо нахмурился.

– Не хочу, – уверенно ответил он.

– Почему?

– Потому.

Удивлённо хлопнула глазами, но не нашлась, что ответить на такой весомый аргумент. Пожала плечами и стала мыть руки. Ну, потому, так потому…

Прадов достал телефон и вроде как смотрел в него, если бы искоса не следил за мной.

– Спросите уже, – сдалась я и повернулась. Кофе потихоньку закипал турке.

Прадов от неожиданности вздрогнул. Он прищурился, как будто не понимает, а я улыбнулась одним уголком.

Мужчина вздохнул и усмехнулся:

– Звонила домой?

Поджала губы, отворачиваясь.

– Да…

– Понятно… Помощь нужна?..

– Нет, – ответила машинально и вскинула голову. – Вике лучше, она пока под присмотром. После санатория станет ещё лучше.

– Я тут подумал… – неуверенно начал мужчина. Налила кофе, добавила щепотку корицы, немного теплых сливок и капельку ванили. – Деньги ведь небольшие, давай я сразу всю сумму переведу, зачем тянуть, может у них раньше получиться поехать, а не в конце лета…

Рука дрогнула, расплескав напиток.

– Простите… – виновато пробормотала, ощущая, как пылают щеки. Схватила тряпку и принялась вытирать стол.

Прадов поднялся и взял меня за руки, останавливая.

– Ну, чего разволновалась? – ласково спросил и погладил по голове и плечу, успокаивая. – Отдашь ведь, ты же заработать пришла.

– А вдруг не отдам? Вдруг не смогу? Упаду, сломаю ногу, умру, сбегу, всё что угодно…

– Ш-ш-ш… – мужчина погладил меня по щеке и улыбнулся. – Я тебе верю, поняла? Ты из упрямства жить будешь, чтобы долг отдать.

Невольно усмехнулась, смущенно опуская голову.

– Я готова, – раздался нарочито весёлый голос Снежаны. Мужчина отошел от меня: физически ощутила вмиг возникшее напряжение.

– Кофе. Забыли? – не совсем вежливо вмешалась я. – Будешь? – обратилась к Снежане.

– Нет, спасибо, – неприязненно ответила девушка. – Я воды попью.

Нефтяник быстро, но с удовольствием допил напиток, и мы сели в машину.

– А куда мы едем? – поинтересовалась Снежана, сидя со мной на заднем сиденье. Прадов не предложил сесть вперёд, а спросить она постеснялась.

– Увидите, – коротко ответил мужчина, сосредоточившись на дороге. Я достала альбом и принялась рисовать.

Нефтяник несколько раз бросал на меня взгляды в зеркало заднего вида, а правая рука, то и дело, тянулась к карману, в котором лежало письмо.

Мы приехали почти в центр и встали рядом с площадью Вениселоза, я её в прошлый раз приметила, когда по магазинам гуляли. Уже догадываюсь, что нас ждёт.

– Музей, да? – плохо скрывая радость, спросила я.

Миллиардер вздохнул и вышел, чтобы открыть нам дверь. Первой вышла Снежана, Прадов подал мне руку.

– Твоя проницательность… – глубокомысленно выдохнул он. – Не знает границ.

– Музей? – удивлённо переспросила Снежана.

– Да! Изобразительного искусства, – вместо мужчины ответила я и осеклась. – Извините…

– Очень красивый музей. Раньше это был собор святого Марка, – спокойно произнёс нефтяник, закрывая машину. Я разве не подскакивала от радости.

– Я читала о нём! Там потрясающие свечные люстры, огромных размеров и проходят концерты музыкальных коллективов, что-то наподобие церковного хора. Картин немного, в основном это искусство самого Крита или выставки современных художников…

Прадов усмехнулся, смотря по сторонам, чтобы перейти дорогу.

– А рядом Археологический. Туда мы тоже пойдём, – улыбнулся он.

Я чуть не запищала от восторга.

– Правда?

– Правда, – подтвердил мужчина.

– Правда-правда? – хитро переспросила, радуясь как ребёнок.

Нефтяник подавил улыбку и распахнул для нас дверь прохладного собора. Наконец я в другой стране отдыхаю, а не бегаю как угорелая.

Прадов поймал мой восторженный взгляд, умиротворённо улыбаясь. Полагаю, он очень доволен собой.

– Спасибо, – тихо шепнула, пока Снежана осматривалась.

– Не за что, – так же тихо ответил мужчина. – Я сам хотел сюда попасть.

Хитро прищурилась в ответ и не стала напоминать, как он расспрашивал меня во время прогулки, куда бы я хотела сходить. Этот день запомнится мне надолго…

***

В музе разрешена съемка, а Прадов любезно одолжил свой фотоаппарат. Я действительно увлеклась, разглядывая картины и снимая. Мужчина о чём-то говорил со Снежаной, точнее она с ним, но я мало обращала внимания.

Мне хотелось запечатлеть собор так, как его вижу я. Искала необычные ракурсы, даже пару раз сфотографировала нефтяника в профиль, когда он разглядывал картину: такой задумчивый, с уставшими и глубокими, словно океан, глазами. В такие моменты он не выглядел как уверенный бизнесмен, самодостаточный мужчина, скорее как просто человек. Одинокий.

Послушать пение, нам, к сожалению, не удалось, и мы отправились в Археологический музей, самый крупный во всей Греции. Артём предупредил, что будут снимать: немного там, потом в крепости Кулес, что в порту, и по завершению вечера немного в ресторане, там же с видом на море и на остров.

Музей располагался в двухэтажном здании: внутри было довольно прохладно, приятные голубые стены и плитка на полу чуть темнее, экспонаты на пьедесталах или за стеклом… Атмосфера захватила меня сразу.

– Ну, а чем ты занимаешься в свободное время, что любишь? – интересовался «принц», медленно шагая рядом со Снежаной.

Девушка оживилась.

– Я много путешествую, просто обожаю отдых на берегу моря! Ещё нравится азиатская кухня. А ты?

Я остановилась у стекла, рассматривая золотые украшения, найденные на раскопках в Мессарской долине и в восточной части Крита.

– Очень не обычные, правда? – произнёс Артём, остановившись рядом со мной.

– Они словно не из золота, а из фольги. Выглядят просто, но… что-то в них есть. Можно запросто представить цариц той эпохи в золотых ошейниках…

Послышался смешок.

– Это не ошейники, это браслеты, – поправил мужчина. Я подняла взгляд и столкнулась с заинтересованными голубыми глазами. Рядом терлась Снежана, делая вид, что тоже разглядывает экспонаты. Но с уверенностью могу сказать, ей интересен только один экспонат в этом зале.

– А мне понравились вазы, – вмешалась девушка. – Вон те, – и культурно указала пальчиком. Прадов как джентльмен, который недавно проигнорировал вопрос девушки, просто обязан обратить на них внимание.

Мне, впрочем, вазы тоже понравились. Они не обычной формы, не такие, как мы привыкли себе представлять вазы. А узоры на них поражают замысловатостью и сохранившейся яркостью.

– Вот эта похожа на большой кубок, – улыбнулась я.

– А я рядом на блин, – заметил нефтяник.

– Не на блин, – усмехнулась я. – На блюдо для фруктов. Ну, у вас и ассоциации, Артём Германович.

– Какие есть, – тихо ответил мужчина, глядя мне в глаза. – Пойдём?

– Куда? – так же тихо удивилась я.

Прадов выдохнул, прикрывая глаза, словно избавляясь от наваждения и улыбнулся.

– Да хотя бы к фаянсовым статуэткам богинь.

– Артём, а чем ты занимаешься в свободное время, – не унималась Снежана. Мне даже стало жаль бедную девушку: ей же невероятно скучно и тоскливо, все эти древности не для неё. Она живая, порывистая и жаждущая приключений. Интересно, зачем Прадов пригласил её?

– У меня нет свободного времени, – ровно ответил нефтяник. – Это мой первый отпуск за последние десять лет.

– Как же? – удивилась девушка. – Ты говорил, что был женат, разве вы не ездили отдыхать?

Я отвернулась, скривившись, словно от зубной боли. Зачем же такие вопросы задавать мужчине, да ещё на свидании.

– Да, – холодно отозвался Прадов. – Я как-то забыл об этом.

– О! Смотрите! – воскликнула я. – Принц в лилиях, – и стремительно направилась к фрескам.

– Это «свинья в апельсинах», – усмехнулся догнавший меня нефтяник. – А «Принц с лилиями». Они у него на голове.

– Я думала, это головной убор из перьев, как у индейцев, – задумчиво произнесла я, разглядывая «принца».

Мужчина достал телефон и, словно собираясь с мыслями, произнёс, когда к нам подошла Снежана.

– Алиса, сейчас будет звонить Федерик, снова насчёт поставок. Они половину отправили, но на таможне товар вернули обратно, говорят, что-то в накладных не сходится. Можешь поговорить, а потом связаться с Алевтиной Михайловной?

Я не стала изображать удивление, хотя некоторые сомнения у меня закрались.

– Хорошо. Странно это, я несколько раз проверяла все документы, должно быть всё в норме, ведь не раз уже составляла похожие накладные. У Миши вечно с логистами беда, – немного растерянно произнесла, серьёзно разволновавшись. Не люблю, когда по моей вине, что-то срывается.

– Вы так не волнуйтесь, – успокоил Артём, протягивая мне телефон. – Уверен, это не ваша вина. Даже если что-то напутали, ничего страшно.

– Это простой, – скривилась в ответ. Прадов едва слышно усмехнулся. Снежана впервые проявила искренний интерес.

– Вы работаете вместе? – удивилась она.

– Временно, – спокойно ответил нефтяник. – Алиса личный помощник моего лучшего друга, так совпало, и превосходно знает испанский язык, которым я не владею. К сожалению, мне до сих пор приходится решать рабочие вопросы. Алиса меня здорово с этим выручает.

Девушка заметно расслабилась и даже улыбнулась.

– Я оставлю вас ненадолго, – я направилась к выходу, всерьёз озадачившись проблемой с испанцами. Я просто знаю, какие убытки несёт производство, если вовремя не приходит какой-то груз.

Стоило дойти до дверей, как смартфон завибрировал.

– Алексей? – удивилась, глядя на дисплей. – Нет никаких испанцев, да? И Федерик не позвонит? – сразу спросила я, даже немного злясь на мужчин и в то же время облегчённо выдыхая.

– Ну, вот, так и знал, что ты мне не обрадуешься, – усмехнулся сценарист, который по идеи, ходит где-то рядом. – Артём предупреждал, что ты очень проницательная. Как проходит свидание?

– А то ты не знаешь? – усмехнулась в ответ. – Ты же мне не расскажешь, что это за «секретная операция»?

– Не-ет, – лукаво протянул мужчина.

– И не надо, – фыркнула в ответ. – Я и так догадываюсь.

– Я скачал русифицированный сериал. «Вечность», называется. Смесь Шерлока и Хауса, посмотрим?

– Давай, – согласилась, уже заинтересовавшись. – Только я больше не пью, исключительно сок и какао.

– Как скажешь, Малышка, – усмехнулся мужчина. – Ну, всё, беги на свидание и подыграй немного.

Вздохнула и отключилась. Когда вернулась в зал, на первом этаже «парочки» уже не было. Прадова я нашла возле саркофага, а где Снежана не знаю.

– А где съёмочная группа? – удивилась я.

– Им нужно время переехать в порт, а мы немного ещё побродим. Ты не голодна? – заботливо поинтересовался нефтяник, разглядывая меня.

– Не очень. Снежана там? – шепотом спросила, показывая на саркофаг.

Прадов хохотнул.

– Я не так жесток. Что говорит Федерик? – и взгляд смеющийся, но внимательный, как всегда.

– Предлагает посмотреть новый сериал, – доверительно шепнула.

Прадов нахмурился.

– Натвори ещё что-нибудь… – прошептал он, искоса глядя на меня. – Дай повод утащить тебя на «допрос».

– Могу разбить эту вазу. Сколько она стоит? – непринуждённо произнесла, стараясь не думать над словами нефтяника.

– Снежана идёт, – быстро произнёс он, повернувшись к экспонату.

Я протянула телефон и нарочито громко заговорила.

– … они, когда декларацию заполняли, в адресе ошибку допустили, компьютер не пропустил, не смог разобрать. С секретарём Ковалёва связалась и объяснила, что необходимо делать. Должны всё исправить.

– Спасибо, Алиса. Вы снова выручили меня, – серьёзно произнёс нефтяник.

Правда?.. так и хотелось мне спросить. Это чем же я выручила? Помогла подстелить вам соломку?

– Может, перекусим? – спросила девушка, заметно преобразившись, видимо подправляла макияж в дамской комнате.

– Давайте, – согласился мужчина, обворожительно улыбнувшись. – Алиса, оставайтесь на связи, если что-нибудь случится.

– Да, Артём Германович, – послушно кивнула и направилась следом за парой.

Дальнейшее свидание Прадов больше уделял внимание Снежане, старался быть галантным и вежливым. Даже стал немного рассказывать о своей жизни, но эти были сухие обрывки воспоминаний, по большей части, связанные с работой или его друзьями, никак не характеризующие его самого.

Пока пара гуляла по стене крепости, я любовалась видами, фотографировала, и мне совсем не приходилось скучать. Ко мне иногда подходил Лёша, мы обсуждали сериал и смеялись: тихо, словно заговорщики.

Прадов бросал на нас прищуренные взгляды, но оставался с девушкой. Потом мы с Ниной взяли себе по фруктовому фрешу и устроились прямо на крепостной стене. Нина радовалось тому, что отдыхает и сетовала, что никак не может нормально загореть, только кожа облазит.

Осмотрев крепость внутри, направились в ресторан, прямо здесь в порту: полностью застеклённый, с уютным освещением и обычными белыми столами и стульями.

– Мне рыбу, пожалуйста, – в один голос нефтяником произнесла я, когда подошла улыбчивая официантка.

– Вино и креветки, – добавил мужчина.

– Я возьму, пожалуй, греческий салат и осьминога, – произнесла Снежана. – У них почти вся кухня очень жирная, – шепнула девушка на русском.

– Я бы ещё баранину попробовала, – улыбнулась я.

– Здесь она не очень, – отозвался нефтяник. – Но я знаю место… – он осекся, вдруг вспоминая, что мы не одни.

Ужин проходил в тихой атмосфере, под ласковое воркование Снежаны. Я смотрела на море, представляя коллекцию свадебных платьев нежно-голубого цвета с элементами «моря». Это должно быть интересно. Можно сделать небольшую линейку, всего пять-шесть платьев: «на пробу», так сказать. Они непременно должны быть из атласа, струящиеся, похожие на волну, можно добавил на лиф немного кружев…

– Вам понравилась прогулка? – произнёс Артём, вырывая меня из размышлений.

– Безумно, – честно призналась, мягко улыбаясь.

На виллу вернулись почти в девять часов. Дали небольшое интервью, пообщались с девочками на камеру и разошлись. Артём быстро простился и покинул нас, простившись до воскресенья, церемонии «валентинок».

Пока мы с ребятами устраивались в гостиной, накрывая наш маленький столик и запуская фильм, хитрый план нефтяника безотказно работал. Снежана на кухне насмешливо рассказывала девочкам, что меня используют как «секретаря на побегушках» и кроме деловых отношений, меня и Артёма ничего не связывает.

– Да они почти всё время только о работе и говорили. Она оказывается помощник его друга. Ага, Алиса сделай то, позвони туда…

Участницы посмеивались, а я смотрела на дисплей Лёшиного телефона:

Прадов: «Жду тебя в шесть утра у ворот. Снова неполадки с испанцами…»

Улыбнулась и стёрла сообщение, настроившись смотреть сериал, но напомнила себе, что надо завести будильник.